Ангел-Хранитель [Как приручить дракона]

- Я не думала, что найду тебя здесь, - услышал Иккинг у себя за спиной, но даже не повернулся.

Его взгляд был прикован к океану. Такому неспокойному сегодня океану.

- Иккинг, ты меня слышишь? - Услышал парень снова, но продолжил смотреть на воду.

Она манила и притягивала его, звала к себе. В такие моменты Иккинг чувствовал себя каплей от этого океана, которая находилась в каком-то сосуде и хотела вернуться обратно домой. Но это было невозможно - Олух был его домом. По крайней мере, парень начал так считать ещё с того самого момента, как в первый раз коснулся Астрид. Коснулся Божественной Красоты.

С каждым годом бывшего Ангела всё больше и больше привлекала Астрид. И далеко не как подопечная или его единственная подруга. Как девушка, пускай даже тогда она была ещё девочкой.

Она просто нравилась ему. Иккинг многое знал о любви, поэтому в шестнадцать лет смело признался, что любит Астрид до глубины души. Но дело в том, что признался он себе, а не кому-то другому, что уж там говорить о том, чтобы признаться Хофферсон.

Фурия до сих пор чувствовала неимоверную связь между ними. Он знал, что рано или поздно что-то произойдёт, что лёд тронется, а холодное сердце воительницы оттает. Оставалось только ждать, когда же этот момент настанет.

Но момент так и не приходил. Пока не приходил. По крайней мере, так думал Иккинг.

- Что тебя беспокоит? - Стараясь не выдать свои настоящие эмоции, тихо спросила Фурия.

- Со мной всё хорошо, я просто хотела узнать, что с тобой, - чуть заикнувшись на первых словах, произнесла Астрид и подошла ближе к парню, рукой касаясь его распахнутых крыльев. - Мне казалось, что мы друзья, но в последнее время ты стал избегать меня.

«Мне казалось, что мы друзья» - как ножом по сердцу, полоснули Иккинга слова Астрид.

«Она даже не думала о том, что я могу испытывать к ней далеко не дружеские чувства» - продолжал размышлять бывший Ангел.

- Скоро начнётся война, и я не хочу, чтобы ты страдала, если я погибну, - переводя разговор немного в другое русло, ответил парень, передёрнув крыльями - касания Астрид были для него слишком приятными и не менее болезненными.

«Она думает, что мы друзья, - напоминал себе парень. - Пусть это так и останется.»

- Не говори так, - с нажимом произнесла Хофферсон, за плечо поворачивая парня к себе лицом. - Даже не смей думать об этом. Я же не переживу, если узнаю, что ты погиб. Я же следом за тобой отправлюсь к Хель. Я же буду молить её за нас двоих, чтобы она дала нам ещё пару лет счастливой жизни.

- Драконы не попадают ни к Хель ни к Одину, - уголками губ улыбнулся Иккинг. - Как только дракон умирает, он тут же перерождается в другого дракона.

- А как же я тогда найду тебя? - Вдруг спросила Астрид, на глазах которой навернулись слёзы.

- Никак, - пожал плечами парень, вытирая с щёк девушки дорожки от слёз. - После чьей-либо смерти, не важно твоей или моей, мы больше не встретимся. Никогда.

- Я не хочу этого, - новый поток слёз хлынул по уже красным щекам девушки, и она прижалась к Фурии.

Ей нужна была поддержка, и только он мог дать ей её. Только он, сам того не понимая, мог дать ей то, что всегда было нужно. Тепло близкого человека (и пускай Иккинг не был до конца человеком, ведь это было только на физическом плане - душой и умом он был куда лучше других людей).

- Я же люблю тебя, - вдруг сорвалось с губ Астрид. - Мне же не нужен никто, кроме тебя. Я же только с тобой счастлива.

***

Ночь. В небе парит чёрный дракон, которого почти невозможно заметить, ведь он до невозможности хорошо сливается с ночным небом, и только звёзды, которые то появляются, то исчезают, выдают его присутствие. И лишь один человек неотрывно следит за этой фигурой, которая не спеша машет крыльями и осматривает остров и прибрежные воды.

Весь Олух готовится к нападению Элвина Вероломного, поэтому Стоик и Смутьян договорились, что кто-то из полудраконов каждый вечер перед сном будет патрулировать Олух. Сегодня (каждый вечер за общим ужином в Медовом холле выбирали нового "ночного стража") вызвалась единственная на острове Ночная Фурия.

Астрид с замиранием сердца смотрела, как дракон вдруг сложил свои могучие крылья, которые закрывали некоторые звёзды, и стрелой полетел вниз. Да, девушка знала, что он не разобьётся об океаническую гладь, что не умрёт от нехватки воздуха, если нырнёт в океан, но всё равно каждый раз жутко переживала за Иккинга. Он был дорог ей.

Хофферсон вздрогнула, вспоминая разговор двухдневной давности. Она ведь открытым текстом, не скрывая ничего, призналась ему в любви, даже рассказав, когда именно она поняла, что она любит его. На что Иккинг ответил ей взаимностью, но, тем не менее, потребовал пока о взаимных чувствах забыть. Астрид было непонятно такое поведение парня, но она согласилась, не желая терять общение с Фурией. Он был ей слишком важен.

Над самой водой дракон так же резко раскрыл крылья и полетел куда-то на север, оставляя на воде за собой рябь, которая так же тянулась на север. Астрид прикрыла глаза. Сейчас она не увидит его, а уже минут через десять чёрный дракон приземлится за её спиной, и в его объятиях Хофферсон проведёт всю ночь.

Но через десять минут за спиной никто не приземлился. И через пятнадцать тоже. Астрид, открыв глаза, начала разглядывать горизонт, желая увидеть там летящего к ней дракона, но он не летел к ней. Горизонт был чист, а полная луна освещала Вороний мыс, на котором стояла и ждала Иккинга Астрид.

Холодок прошёлся по спине девушки, когда она увидела на горизонте, освещённом большой и полной луной, корабли с чёрными парусами - это был Элвин. Его армада, в основном состоящая из кораблей Берсерков, медленно показывалась в месте, где небо и океан сливались в единое и неразделимое целое. Не теряя больше ни секунды, Астрид на всех парах побежала в деревню.

На площади, в связи с военным положением на острове, был установлен рог, в который нужно было дуть и который оповещал всех жителей о беде, которая вдруг подкралась к Олуху. Стоило Астрид только дунуть, как по острову пронёсся достаточно громкий звук, способный разбудить каждого викинга.

Дверь в дом вождя тут же распахнулась, и из него вышел Стоик Обширный, который поправлял на своей голове шлем. Было видно, что он не выспался, но старался держать себя ровно, подавая пример другим викингам, которые с оружием на перевес выходили из своих домов, готовясь к сложной битве, исход которой не знал никто, даже Боги. Только сёстры Норны, которые знали, какой исход ждать от это битвы были холодны и спокойны.

- Где Иккинг? - Подходя к Астрид, спросил Смутьян.

- Я не знаю, - судорожно замотала головой девушка. - Он облетал остров, а потом полетел куда-то на север. Я думала, что он вернётся минут через пять-десять, но он не появился даже через пятнадцать минут. А потом я увидела корабли на горизонте. Луна осветила их, и я увидела чёрные паруса. Не теряя и минуты, я побежала в деревню, чтобы оповестить каждого.

- Ты сделала всё правильно, - кивнул Стоик, который подошёл к неродной дочери на середине её рассказа. - А Иккинг прилетит обратно. Обязательно прилетит.

- Он не может по-другому, - подтвердил слова вождя Левиафан. - Вас с ним связывают слишком сильные нити человеческих чувств, чтобы он так просто взял и бросил тебя. Как бы он не отговаривался и не просил сейчас забыть о чувствах, именно они движут им.

"Не зря его выбрали Вожаком" - пронеслось в голове Астрид и она оглянулась, посмотрев по сторонам.

На площади собиралось всё больше и больше народа. Медленно наступал рассвет, а луна растворялась в небе, не оставляя после себя и следа. Горизонт окрашивался в красные, кровавые, тона, как бы намекая, что ждёт людей и полудраконов с острова Олух.Но никто даже не собирался отступать, ведь нет ничего позорнее для викинга, чем бежать с поля боя, поджав свой хвост.