глава 17
Рывком подняв меня на ноги: Раал вновь одел меня; подхватил амулет, положив его в карман шаровар, и повел к выходу. Я практически бежала за ним. К счастью, повелителю было разрешено входить на женскую половину, в отличие от других мужчин.
Мы прошли навесной коридор, спустились на этаж ниже и вошли через тяжелые двери в гостиную. Элиурийя вышивала. При виде нас она отложила рукоделие в сторону и спросила:
— Что случилось?
— Я пришел за ответами, мама, — ответил каган и прошел дальше в комнату, потянув за собой и меня. Мы присели на мягкий диван. — Эмпайры пытались спрятать артефакт. Мой отец погиб при попытке их защитить. И ты должна знать, если Всевышняя была беременна.
Бывшая повелительница бросила на меня растерянный и одновременно удивленный взгляд. Теперь я тоже начала понимать, к чему клонил Раал. Он считает что я потомок Всевышних, поэтому артефакт оказался у меня? Но ведь у меня нет ни второй ипостаси, ни других расовых признаков. Последнее высказывание я произнесла вслух.
— В этом есть смысл, — пробормотала Элиурийя. — Они просили провести тайный ритуал, чтобы скрыть кровь дочери. Поэтому Винсента, если ты наследница Эмпайров, ты действительно человек.
— Боюсь, что это так, — ответил Раал и достал из кармана артефакт. Всевышняя выдохнула, узнав вещицу.
— Не может быть! И всё это время печать была у твоей жены?
— Как ни смешно, но да, — кивнул Раал и взглянул на меня. — Кажется, Винсента действительно мой подарок.
Он всё-таки произнес это вслух…
— И что ты теперь будешь делать?
— Для начала свяжусь с Вийоном и Дэном. Теперь, когда артефакт у нас, это сильно облегчает задачу поиска Корсентера.
— Что ты задумал, Раал? — обеспокоенно спросила Всевышняя. — Ты же не хочешь использовать артефакт в качестве приманки? Это слишком опасно! Артефакт лучше надежно спрятать, чтобы о нем никогда не узнали! И если Корсентеру неизвестно его нахождение, то на наш век его поисков хватит
— Боюсь, не все так просто, мама, — вздохнул Раал. — Скорее всего, Корсентер в курсе, что артефакт у моей жены. Именно поэтому он попытался выкрасть её на днях. Почему он не пошел сам? Боялся, что это ловушка, и я использую Винсенту в качестве приманки, поэтому послал подручного. Теперь многое становится понятным…
— Ты говоришь, на Винсенту было совершено покушение?!
— Не совсем так, — нахмурилась я, — но меня попытались выкрасть. Мы думали, что это попытка надавить на Раала, но, выходит, это из-за артефакта. Откуда Корсентер узнал, что он у меня?
— Без понятия. Может, верна и первоначальная теория о том, что шантажировать хотели меня, а нахождение у тебя артефакта — просто совпадение, — ответил Раал и обратился к родительнице: — Мам, а Эмпайры могут быть живы?
— Не знаю, — покачала головой Элиурийя. — От твоего отца даже пепла не осталось, поэтому нельзя точно утверждать, что родители Винсенты могут быть живы.
Мои родители? В сердце поселилась надежда, которая тут же потухла, сменившись глухой злостью. Даже если живы, они для меня посторонние люди, которые и пальцем не пошевелили. Определенно, они спасли мне жизнь, но только для того, чтобы сберечь печать могущества, тем самым подвергнув меня смертельной опасности.
— Тогда я оставляю Винс на твоё попечение, — поднявшись на ноги, доложил Раал. Я поднялась вслед за ним.
— Я хочу с тобой.
— Винс, не стоит. Мне нужно встретиться с Вийоном и Дэном, продумать дальнейший план действий. Если ты будешь рядом, то я не смогу прилично соображать. Когда ты мне понадобишься, я приду за тобой.
Вот так просто. «Когда ты мне понадобишься». А всё остальное время будь добра развлекать себя сама. Я скрестила руки на груди, думая, что сейчас-то мой муж передумает, но тот наградил меня виноватой улыбкой, поцеловал в лоб и скоропалительно покинул покои бывшей повелительницы. Я топнула ногой и сжала руки в кулаки, глядя на закрывшуюся дверь.
— Со временем ты научишься лавировать между вашими желаниями, заставляя мужа идти на компромиссы, — улыбнулась Всевышняя.
— Благодарю за поддержку, — скупо ответила я, присела в реверансе и отправилась вслед за Раалом. Так просто пренебрежение мной я ему прощать не собиралась!
Пробежав по навесному коридору, я спустилась по лестнице и огляделась. Вроде бы мы пришли оттуда…
После двадцати минут блуждания по дворцу, я пришла к выводу, что совершенно не разбираюсь в архитектуре этого здания. Встретив беса, который склонился передо мной в учтивом поклоне, я спросила у него, не видел ли он повелителя.
— Госпожа, порталы недавно были активированы. Силу кагана чувствуют все из нас, сейчас его нет на территории Багровых степей.
— Спасибо, — бросила я, сделав несколько шагов в сторону женской половины.
Сбежал! Как есть — сбежал! Вот что за муж мне достался?! Оглядываться назад и переосмысливать свою влюбленность уже поздно, пора признать, что мой диагноз окончательный и лечению не подлежит. Ни один целитель не сможет избавить меня от недуга! Вздохнув, я вынуждена была вернуться в свои покои.
— Госпожа, ваш переговорный артефакт разрывается трелью уже четверть часа, — сообщила мне женщина-бес, склонившись передо мной. Её хвост выбивал дробь по полу — конечно, я бы тоже устала слушать постоянно одну мелодию.
Взяв в руки «арт», я активировала магическую вязь и приняла вызов. В зачарованном зеркале отразилось испуганное лицо Ирнелии. Подруга явно была взволнована. Неужели поссорились с Орсом? Ну вот, и недели не прошло!
— Ирна, что-то случилось?
— Н-нет, — сглотнув, ответила подруга. — Винсента, ты можешь сейчас прийти ко мне?
Я нахмурилась. Полным именем стихийница называла меня очень и очень редко. Практически никогда. В душу забрался неприятный холодок сомнений.
— Я сейчас не могу. Раал запретил покидать дворец.
— Винс, — прошептала девушка, расплакавшись, — прости меня. Мне приказали попросить тебя явиться сюда с какой-то печатью, но не приходи! Это ловушка! Тебя убьют!
Её слова повергли меня в шок. К горлу подступил ком, и я не знала, что можно ответить подруге. По её щекам текли слезы, а потом она вскрикнула, будто её сильно ударили, и её тело неестественно выгнулось. В следующее мгновение изображение Ирнелии пропало.
— Ирна! Ирна! Ты меня слышишь?! Я спасу тебя!
— Непременно, — раздался детский голос, и экран отобразил Кэндис. — Ты непременно её спасешь. Приходи в Мариинск. Телепорт сорок четыре — пятьдесят пять. Код города ты знаешь. Своему демону ничего не говори, для меня и так оказалось неожиданностью, что это отпрыск Орденаталя. И, да, не забудь прихватить с собой печать могущества. Жду тебя, Винсента. Не появишься в течение пяти минут, и я начну отправлять к тебе телепортом твою подругу по частям. Связь не отключай, хочу следить за твоими действиями, чтобы ты ничего не замыслила.
Голос был по-прежнему детский, но теперь в моей голове он звучал совсем взрослым. Жестоким. Я смотрела на «арт» в своей руке и не могла поверить, что чудо магической мысли первый раз в жизни сильно меня подвело!
Если бы его не существовало, то Корсентеру бы не удалось осуществить свой план шантажа. Вот только я была уверена, что подругу он в любом случае убьет, как и меня. Но с моей помощью у неё будет хоть какой-то шанс на выживание.
По щекам потели слезы, падая на зеркало «арта». Я повесила переговорный артефакт на шею, поправила волосы — движение получилось нервным, и направилась к выходу, молясь, чтобы мне сейчас никто не попался на пути. Все портальные комнаты находятся на нулевом этаже посередине — в точке сосредоточения энергии, именно туда и держала курс.
Может, мой поступок выглядит сумасшествием. Откровенной дуростью, но я не могу переделать себя и дать подруге погибнуть мучительной смертью. А её смерть будет именно таковой, когда Корсентер поймет, что я не собираюсь к нему явиться.
Я даже представить боюсь, как он может поступить с Ирнелией со злости. У меня же есть надежда, что за мной придет Раал. Когда Корсентер поймет, что у меня печати нет, он используют меня как приманку.
Да-да, глупо! Я собираюсь подвергнуть жизнь возлюбленного риску: чтобы спасти свою подругу! Но разве не он хотел заманить могущественного демона в ловушку? И я настолько верю в силы собственного мужа, не сомневаясь в нем ни на секунду, что готова подвергнуть опасности не только себя, но и его.
Он сможет спасти не только себя, но и всех нас. Я уверена. Он обязательно найдет выход и решит проблему.
— Не могла бы ты идти быстрее? — писклявый детский голос ворвался в мое сознание. Я ускорила шаг вновь погружаясь в свои невеселые думы.
Был бы у меня телепорт, то, может, я смогла бы перенестись оттуда, но, к сожалению, Раал вообще не рассчитывал, что я совершу такую глупость и брошусь на спасение подруги. Мозг говорил о нерациональности моих поступков, но сердце вопило — это единственно верное решение. Я не смогу жить дальше с грузом ответственности за мучительную гибель Ирнелии. Убить себя сейчас? Тогда не выживет и она.
Тут палка о двух концах. Кто-то обязательно должен умереть. Но если я отправлюсь туда, то будет хотя бы мизерный шанс на выживание. И если так нужно, то я использую его. В конце концов, я одна из сильнейших учениц академии магии Мариинска! И совсем недавно я узнала, что мои родители — Всевышние. Неужели я совсем ни на что не способна?
Дворец пустел к ночи, поэтому я шла по освещенным коридорам в одиночестве. Лишь несколько стражников, которые делали обход, почтительно склонились передо мной, но не задали ни единого вопроса. Неужели Раал успел оставить отпечаток на моей ауре о принадлежности кагану?
— Тук-тук… тук-тук… сердце сильно стучит, правда?
— Не могли бы вы не усугублять и без того плачевное состояние? — безэмоционально спросила я.
Слезы уже высохли. Будь что будет. Если мне и суждено погибнуть от руки могущественного демона, то я хотя бы попытаюсь спасти подругу.
— Знаешь, что я понял, пока ты обучала нас магии по вечерам? — вновь прозвучал насмешливый детский голос. — Ты слишком добрая, поэтому был немало удивлен, когда узнал о твоем замужестве. И благодаря твоей самоотверженности я имею возможность заполучить печать могущества. Знаешь, какая слабость у всех существ во всех трех царствах? Вы слишком привязываетесь к людям, думая, что без них в вашей жизни что-то изменится. Попробуй убрать из жизни Ирнелию и ты поймешь — ничего, абсолютно ничего, не меняется.
— Ты пытаешься меня отговорить?
— Что ты! Ты уже не отступишься. Упрямая, характерная девчонка. Пожалуй; я понимаю, почему каган Багровых степей полюбил тебя. Ты действительно невероятный коктейль людских качеств.
— Заткнись, — сжав зубы, прошептала я.
Демон в ответ злобно рассмеялся противным детским голосом. Я вздрогнула и толкнула двери портальной комнаты. Пройдя к одной из арок, я активировала её заклинанием, введя нужный номер телепорта и код города. Вдохнув и выдохнув, я шагнула в переход, уже зная, что ничего хорошего там меня не ждет. Но выбора мне как всегда никто не предоставлял.
Встретили меня аплодисментами. Подруга сидела связанная с кляпом во рту в углу и смотрела на меня полными слез глазами. Связь по «арту» прервалась, но она уже была не нужна, так как передо мной стояла Кэндис. Мы находились в просторной комнате, похожей заброшенный алтарь в храме. Скорее всего, это он и был.
Посередине была начерчена сложная пентаграмма. Видимо, здесь подготовились к ритуалу. Магический фон оказался сильный — Корсентер заранее установил мощную защиту. Я вот думаю, почему он вообще выбрал тело человеческого ребенка? Последний вопрос я задала вслух.
— Ты осмеливаешься разговаривать со мной? — приподняв брови, спросила «девочка». — А мне это нравится! Что ж, я отвечу. Видишь ли, как-то я обнаружил всплеск артефакта совсем рядом с Мариинском. Вот только за мной уже следили лучшие ищейки Вельзевула, поэтому необходимо было прикрытие. Знаешь, кого совсем не подозревают?
— Самого неприметного и тихого, — прошептала я, вспомнив наш с Ралом разговор в библиотеке.
Тогда я читала какой-то детектив, сюжет которого помню плохо, но вывод отложился в памяти навсегда. Ирнелия плакала, и моё сердце разрывалось на части с каждой её слезою. Разве у меня был выбор? Разве я могла не прийти за ней?
— Именно! Принять обличие ребенка — гениально! Да еще и ребенка сумасшедшего, с которым никто не общается.
— Тогда почему ты сам не явился за мной, тогда, на улице, послав своего подручного?
— О, ты еще не догадалась? — зло усмехнулся Корсентер. — Всё из-за отца твоего самоотверженного! Сам он погиб, но успел неслабо задеть меня проклятием. Заклятия стали отнимать у меня года жизни, поэтому я воздерживаюсь от применения магии. А теперь, Винсента, когда я достаточно удовлетворил твоё любопытство, отдай мне печать.
Настал момент истины. Сейчас прогремит взрыв. Я не знаю, как отреагирует Корсентер на правду, но сказать мне о ней придется.
— У меня нет печати.
— Прости, что? — сощурившись, осведомилась девочка.
— У меня её нет, — громче повторила я. — Поэтому ты её не получишь.
Миг, и лицо девочки исказила гримаса злобы. Одним пасом руки она магией откинул меня к стене. Я больно приложилась головой о камни, скатившись вниз на пол, и застонала. «Кэндис» нависла сверху и обхватила ладонью лицо, сжимая со всей яростью.
— Ты его отдала ему, да?! Орденаталю?!
— Даже если так, тебе не удастся его забрать, — зло выплюнула я, попытавшись отцепить детскую руку от своего лица, но ребенок оказался с мужской силой.
Внезапно настроение Корсентера изменилось. Гнев сменился милостью, и он растянул губы в подобии улыбки. Я вздрогнула. Демон отпустил меня и отступил на шаг назад.
— Но он ведь придет за тобой?
«К сожалению, да», — подумала я, но вслух ничего не ответила. Он и так прочел ответ в моих глазах. Он знал его, исходя из наших отношений.
— Отлично!
Ребенок вновь подошел ко мне и схватил за запястье с брачной татуировкой. Вывернув руку внутренней стороной, Корсентер начал водить по татуировке пальцами. От его магии шли искры, по лицу «Кэндис» можно было сказать, что способности демона причиняют ему боль, отнимают его жизнь. Наконец, Корсентер отстранился от меня, но из его глаз не ушла злость.
— Теперь он придет за тобой. Как можно быстрее, ведь знает, в какой опасности ты находишься, — пояснил мне похититель и задумчиво добавил: — Ты такая светлая и яркая, что невозможно представить тебя рядом с Орденаталем, но стоило мне увидеть вас случайно, и я понял, что это любовь. Знаешь, твои родители тоже друг друга любили. И дитя своей любви спрятали слишком хорошо.
— Но ты всё равно нашел меня.
— Никогда бы не догадался, если бы не тот случай в академии, когда ты случайно выронила артефакт. Надо было сразу его схватить, но я испугался — мы были в школе магии, многие из здешних учителей сильные маги, не говоря об одаренных учениках, которые бы встали на твою защиту.
— Мои родители живы?
— О нет, их я нашел спустя пять лет. Но пять лет ничто по сравнению с тем сроком, который я потратил на их убийство. Я тебе говорил, что магия отнимает мои года, приобретенные большими усилиями.
— Ты забирал магию других одаренных! Разве это можно назвать усилиями? — сжимая от злости кулаки, спросила я. Ирнелия притихла, даже слезы в её глазах высохли. Казалось, она ждет неминуемой смерти. Но я так легко сдаваться не собиралась. Мои родители мертвы, я же не торопилась отправляться на тот свет.
— Ты ничего не понимаешь! Власть — именно её вкус заставляет чувствовать жизнь полной. Без неё личность ничто, лишь оболочка без чувств, эмоций, воли. Стадо, которое не знает, чего хочет. Я хочу вечного могущества, так как достоин его.
— Ты сумасшедший, — констатировала я. — Ты настолько сумасшедший, что рядом с тобой все другие люди действительно бесхребетные создания! Вот только у каждого из нас есть сердце и душа, которые желают индивидуальности. Хочешь знать более простой способ получить вечное могущество? Влюбись и добейся ответного чувства! Тогда ты поймешь, что жизнь — это вечность, и ты для кого-то не просто власть, ты — целый мир.
— Властью можно создать и любовь, и богатство. Зачем жертвовать чем-то в ущерб себе, когда можно получить всё?
— Вот только предела нет. Желания — это бесконечность. И в итоге ты уничтожишь сам себя, не в силах удовлетворить возрастающие желания.
— Знаешь, а я бы хотел разделить власть с тобой. Ты мне понравилась с первого дня, как вошла в аудиторию. Как жаль, что ты влюблена в своего мужа. Из нас могла бы получиться неплохая пара.
— Ты всем пленным предлагаешь подобный союз?
Демон рассмеялся, покачав головой. Странно, он был в человеческом теле, но в моей голове я словно представляла на месте «Кэндис» высокого длинноволосого мужчину, даже голос его звучал грубо, обволакивающе. Корсентер поднялся на ноги и искривил пухлые губы в усмешке.
— Кажется, у нас гости.
Демон заставил меня встать на колени и приставил к горлу клинок. Я затаила дыхание, боясь пошевельнуться, но когда из перехода шагнул Раал, я невольно подалась вперед. Лезвие полоснуло кожу, причиняя боль. Корсентер, схватив меня за плечо, прижал к себе.
Глаза кагана Багровых степей сверкнули ультрамарином, ипостась частично сменилась, и теперь в нем с трудом можно было узнать моего мужа. Но даже таким он пугал меня в тысячи раз меньше, чем невинный на вид ребенок за моей спиной. Вскоре действующих лиц прибавилось, и через другие переходы шагнули Вийон и Дэн.
— А ты с подмогой! — усмехнулся Корсентер.
— Они сами увязались. Я их не звал, — ответил Раал, — просто они друзья, но ты ведь не знаешь значение этого слова?
— Не пытайся вызвать мою зависть, мальчишка, — хохотнул демон и почти миролюбиво добавил: — Лучше кинь печать в круг пентаграммы. Только смотри не промахнись, а то моя рука может дрогнуть, и от твоей жены останутся лишь воспоминания.
Раал встретился со мной взглядом. Я молчаливо постаралась выразить всю гамму чувств: от извинений за свой самоотверженный поступок до любви к нему. И он не обвинял меня. Мужчина кивнул и слабо улыбнулся. Он знал мой характер, знал, кого он полюбил, поэтому и сейчас не злился. Мы оба имели привычку кардинально решать проблемы.
Раал взглянул на Дэна, и только сейчас я заметила, что печать вовсе не у моего мужа. Её сжимает в руках Диалтон. Дэн бросил мимолетный взгляд на меня, вновь взглянул на своего друга, усмехнулся и со злостью выбросил печать в сторону, прямо в круг пентаграммы. Он это сделал! Дэн, выглядящий бездушным, ради друга подверг опасности не только себя, но и весь род демонов!
Линии пентаграммы зажглись, отбрасывая целые стены света вверх. В этот момент я поняла: все хуже, чем могло быть. Все очень и очень плохо! Что дает печать могущества, исходя из названия? Естественно, то самое могущество! И что мы будем иметь после завершения ритуала? Очень могущественное существо, справиться с которым не удастся трем демонам!
Пожалела ли я о своем поступке? Бросив мимолетный взгляд на сжавшуюся в комочек Ирнелию, я поняла, что не изменила бы своего решения, зная исход заранее. Бросить подругу в беде? Как бы глупо это не звучало, но это не по моим правилам. Если мы в силах что-то изменить, то надо менять.
Корсентер дернул меня в сторону, вновь полоснув ножом по горлу. Раал подался вперед, но его удержал Вийон, тоже частично трансформировавшийся. Я уже не чувствовала боли от ран на шее, настолько меня захватила тревога. У самой пентаграммы Корсентер отбросил меня подальше, а сам шагнул внутрь.
Полосы света взвились до самого потолка, и стоило им немного утихнуть, как в кругу стоял высокий длинноволосый мужчина с хищными чертами лица. Он раскинул руки в стороны, словно питался энергией печати. Я отползла назад.
Меня тут же поднял Раал, прижав к себе. Сейчас он вновь был в человеческом обличии.
Погладив моё лицо, демон приник к моим губам коротким прощальным поцелуем и тут же отстранился, а мне осталось хватать ртом воздух и смотреть, как муж направился к пентаграмме. Выпустив столп черной мглы, Раал пытался помешать ритуалу, создать резонанс, с помощью которого печать «выпрыгнет» из пентаграммы.
Меня обнял за плечи Вийон, оттаскивая, чтобы я не бросилась к Раалу. Дэн мгновение задумчиво смотрел на друга, после чего повернулся к нам и четко проговорил:
— Уводи девушек. Сейчас же.
— А ты?
— Мы не жильцы. Эту силу никто не сможет срезонировать — слишком могущественная. Нужно выиграть время, замедлить ритуал, чтобы у тебя была возможность не только увести девушек, но и предупредить Вельзевула.
— Я не оставлю вас тут!
— Вийон! — зашипел Диалтон, схватив друга за плечо. — Уходи отсюда сейчас же! Ты нужен демонам! Без тебя все три мира обречены!
— Вы вдвоем сильнее меня!
— Да, но в нас нет той всепоглощающей доброты, живущей в твоем сердце, — серьезно ответил Дэн и оттолкнул Вийона, после чего встал рядом с Ралом, запустив такой же сноп черного пламени.
— Идем, — прошептал Вийон, так же как и я не в силах оторвать взгляд от дорогих нам демонов.
— Я не пойду. Я жить без него не хочу, — прошептала я и осознала, что это действительно так. Без него нет и меня. За три месяца он стал для меня кем-то большим, чем просто сожителем.
— Винсента! Не время думать сердцем!
— По-моему, самое время, — прошептала я, и неожиданно вспомнила о том, что нам рассказывали на втором курсе на поточной лекции.
Добровольная отдача силы. По-настоящему добровольная, а не та, с помощью которой передается лишь часть магической энергии. И если мы сможем провести ритуал, то энергии вполне может хватить для резонанса. Два внешних воздействия купол, созданный пентаграммой, не выдержит.
Я вырвалась из хватки Вийона, но побежала не к демонам, как он рассчитывал, а к Ирнелии. В её глазах я прочитала такую же догадку, которая промелькнула минутой назад у меня в голове. Вытащив кляп изо рта подруги, я принялась развязывать веревки. К сожалению, на взлом магических кандалов уйдет драгоценное время.
— Винс, можно отдать им свою силу!
— Да, я тоже об этом подумала…
— Что вы тут делаете? — зашипел Вийон, присев на корточки. — Нужно уходить отсюда! Раал уже еле держится!
Я бросила мимолетный взгляд на супруга. Его магия действительно была на исходе, поэтому придется проводить ритуал очень быстро. Я лишь молилась, чтобы Вийон знал слова! Должен же демон их знать?!
— Вот именно! — ответила я. — Ему нужны наши силы! Мы с Ирной добровольно отдадим им свои силы, а ты должен перенаправить потоки энергии! Ты сможешь это сделать, Вийон?
Несколько секунд белокурый демон удивленно смотрел на меня, потом, поборов первый шок, утвердительно кивнул. Я облегченно выдохнула, покончив с магическими кандалами. Те ненужной железякой опали на пол. Я поднялась, увлекая за собой Ирнелию, и подошла ближе к пентаграмме. Взявшись за руки, мы с ней прочли друг у друга в глазах уверенность в принятом решении.
Сожалела ли я о потери своей силы? Нет. Если это может спасти жизнь Раалу, то я не пожалею не только свою силу, но и душу. Глупо, наивно, но любить нужно всем сердцем. Гореть, а не сгорать. Вийон встал по левую руку от нас, вздохнув. Его ладони зависли в нескольких сантиметрах над нашими руками, и он начал читать. На демоническом древнем языке.
Конечно, ведь изначально это заклинание жителей Подземного мира! И поэтому на их языке оно имеет куда большую силу! Каким же могуществом обладает Корсентер, если поглотил столько магических сил, даже если учитывать, что отданы они были не добровольно? Даже страшно вообразить!
С каждым словом Розенталя я чувствовала свою магию, она бежала по моим венам, бурлила, вскипала. Становилось больно, но с каждым словом я чувствовала приближение освобождения. Еще чуть-чуть. Скоро эта боль прекратится, но на её смену придет пустота. Жизнь без магии.
Но с возлюбленным мужем. Будет ли наша жизнь простая? О нет, далеко нет. Жизнь с ним не может быть простой и рутиной, она будет словно катание по волнам. Но с каждым падением я точно буду знать, что меня ждет невероятный взлет. И ради этих мгновений счастья и стоит жить.
Голос Вийона нарастал. Я уже слышала только его. Монотонный, глубокий, бархатистый. Он поглощал меня, я будто растворилась в нем. И вот, когда я готова была забыться, мое тело взорвалось.
Я почувствовала, как вся магия, что была во мне, стремительным потоком покинула меня и бросилась куда-то далеко, уходя и стирая след. И лишь маленький тлеющий уголек остался, поселился глубоко в моем сердце, давая слабую надежду на обретение способностей.
Я выдохнула и упала на пол, тяжело дыша и хватаясь за сердце. Рядом со мной в таком же состоянии находилась Ирнелия. Но ритуал еще не закончился. Вийон завершал Ритуал, вливая треть сил в Раала, другую — в Дэна, а последней обволакивая стенки пентаграммы, заставляя ту испуганно сжаться под натиском выпущенной магической энергии.
Тела Дэна и Раала на миг словно сжало, а потом поток магии, исходящий от них чуть усилился, но даже этого малейшего вливания вкупе с давящей на стенки пентаграммы чистейшей энергии хватило.
Вийон, закончив наш ритуал, тоже не остался в стороне, пустив столп черного пламени в пентаграмму. Корсентер внутри взревел. Он чувствовал, что его план рушится на его глазах. Неужели у нас получится уничтожить могущественного демона?
Стоило мне подумать об этом, как Корсентер покинул круг. Но задержать его не смог ни один демон — все трое сдерживали энергию внутри пентаграммы, которая могла бы сравнять город с Землей. Но и к нам он не бросился, видимо, знал, что если со мной что-то случиться, то Раалу станет наплевать на весь город и он убьет вместе с десятками тысяч людей и Корсентера.
Остановить его мы были не в силах. Я лишилась магических способностей, как и Ирна, поэтому мы могли лишь молча наблюдать за тем, как длинноволосый демон скрывается в арке портала. Энергия внутри пентаграммы начала утихать, и вскоре демоны смогли её закрывать.
Первым на землю как подкошенный упал Раал. Я сорвалась к нему и опустилась на пол, положив голову мужа на свои колени. Каган Багровых степей был бледен — он находился в состоянии магического истощения.
— Ты в порядке? — прошептал он. И я скорее разобрала слова по движению его губ, чем услышала.
— Тише, молчи. Не трать силы, — погладив мужа по волосам, ответила я. Он молчал, я же наклонилась ниже, подарив нежный поцелуй, смачивая пересохшие губы мужчины своими.
Рядом упало тело — Дэн потерял сознание. Подключился к ритуалу он немногим позже, чем Раал, поэтому сил потратил не меньше. Один Вийон продолжал стоять на ногах, тяжело дыша. Глаза Раала закрылись. Сознание покинуло и его.