глава 12
Я полусидела на софе и улыбалась, читая увлекательную романтичную книгу Приближение Раала я заметила слишком поздно, он успел вырвать у меня из рук книгу и пусть момент на котором я остановилась, не подразумевал ничего пошлого, кагану ничего не стоило перелистнуть на страницу с эротикой. Я покраснела, поднялась и попыталась отобрать роман.
— Раал, отдай! Это моё!
— Подожди-подожди, тут говорится что-то о нефритовых жезлах и хвостах! Винсента, это же самое интересное! Не лишишь же ты меня возможности развлечься? — сквозь смех спросил муж. С нашей разницей в росте я могла прыгать хоть до вечера, но книгу бы так и не достала.
— Отдай! Ты снова меня высмеиваешь! А мне, между прочим, хочется о таких идеальных мужчинах хотя бы в книгах прочитать!
— Для тебя идеальный мужчина с нефритовым жезлом?
— Да не в жезле дело! — обиженно воскликнула я и вновь вернулась к попыткам вырвать книгу! — Мужчины там, между прочим, любящие и отзывчивые! В любви признаются, к твоему сведению!
— А это до того, как нефритовые жезлы показывают или после? — заинтересованно спросил муж, перелистывая страницы.
— После! — горячо воскликнула я, пытаясь съязвить. Раал мой юмор не оценил, откинул книгу и притянул меня к себе.
— А что же ты сразу не сказала, Винсента?! Я бы уже давно показал и «нефритовый жезл», и хвост…
— Раал! — покраснев еще больше, воскликнула я и стукнула мужа по груди.
Демон звонко рассмеялся, откинув голову назад. Я положила ладони ему на грудь, даже не вырываясь из его объятий. Отсмеявшись, каган посмотрел на меня, продолжая улыбаться. Я смущалась, но всё же не могла отвести от него взгляд. И вот, когда муж начал медленно наклоняться ко мне, чтобы поцеловать, из коридора на втором этаже раздался истошный крик.
Переглянувшись, мы отпрянули друг от друга и спустились вниз с некрошарами в руках. В коридоре перед моей картиной стояла высокая светловолосая женщина, судя по ауре, Всевышняя. Она указывала на красивую демоницу, лежащую на шелковых простынях и прикрывавшуюся алыми лентами, и была полна возмущения.
— Что это?! Кто посмел повесить это в коридоре?! Да подобное творчество даже в спальне не должно украшать стену!
Ну, знаете ли, это уже слишком. Я уже полюбила эту картину, думаю, как и многие слуги. Чувствуется мне, что кухарка и дворецкий только благодаря ей наладили свои отношения, а она так пренебрежительно отзывается о творчестве раскрепощенного художника! И вообще — это я хозяйка дома, пусть и временная, и где хочу, там картины и вешаю!
— А вы, собственно, кто? И какое право имеете критиковать интерьер моего дома? — с вызовом спросила я, вздернув подбородок выше.
— Интерьер?! Эта картина относится к интерьеру?! Твоего дома?! — искренне возмущалась незнакомка — Меня сейчас хватит удар! Раал, что здесь происходит?! Кто эта девица?!
Это она про демоницу на картине или про меня?
— Мам, пожалуйста, успокойся, — тихо проговорил Раал, и я перевела на него вопросительный взгляд. В этот момент во мне проснулся бес. А нечего мои подарки критиковать!
— Дорогой, а ты что не сказал маме о нашем браке? И о ребенке тоже? Бабушка будет очень рада рождению внука!
Орденаталь побледнел, бросил испуганный взгляд на родительницу и откашлялся. Бывшая повелительница Багровых степей молча открывала и закрывала рот, явно не ожидая такого поворота событий. Ничего страшного, я тут временно, поэтому могу позволить себе отшутиться за критику моей картины.
— Какая бабушка? — прошептала бывшая повелительница. — Раал, что всё это значит?
— Мам, я тебе сейчас всё объясню.
— Хотела бы я это послушать, — с усмешкой произнесла я.
— Мама, — стрельнув в меня предупреждающим взглядом, повторил каган, — Винсента очень веселая девушка и сейчас лишь шутит.
— В каждой шутке есть доля правды, — подлила я масла в огонь. И именно в этот момент я поняла, что не полюбит меня родительница Раала. Совсем не полюбит!
— А воспитанию вас, молодая тисса, где обучали, если не секрет? — поджав губы, полюбопытствовала Всевышняя. — Общаюсь с вами уже минут пять, а ни одной умной мысли так и не услышала!
— Может, моя учтивость испарилась под натиском наглости? Некрасиво с вашей стороны приходить в чужой дом и критиковать вкус его хозяйки.
— И всё же вас стоит познакомить, — вмешался Раал, не заступаясь ни за мать, ни за меня, потому что видел и её вину, и мою. — Винс, познакомься, это моя мама, сто шестнадцатая повелительница Багровых степей Элиурийя Орденаталь. Мама, а теперь без лишней паники, позволь мне сначала всё тебе объяснить. Девушка, которая повесила мой подарок на стену в коридоре, моя жена, Винсента… Ка'ардин.
— Ка’ардин? — переспросила женщина, отметив, что статус тиссы был присвоенным, и только потом до неё дошел смысл первых фраз. — Твоя жена? Твой подарок?
Здесь, надо сказать, я ожидала взрыва. Думала, на меня бросятся с кулаками или с веником, чтобы выгнать из этого дома, подальше от драгоценного сыночка. Но то ли сыночек у неё не такой драгоценный, то ли у женщины произошло помутнение рассудка, но выдала она следующее:
— Раал, почему ты мне ничего не говорил?! Нам следует готовить церемонию в Багровых степях! Такое событие, а я узнаю последней?! Как ты мог не рассказать мне?!
— Вот именно поэтому и не рассказал… — пробормотал муж, обняв меня за талию. Взгляд женщины упал на синюю татуировку на моем запястье (дома я предпочитала не надевать браслет).
— Брак еще не консуммирован?! — воскликнула женщина и сурово взглянула на сына. — Не заставляй меня разочаровываться в тебе и заодно в мечте завести внуков!
— Мама, не в этом дело!
Неужели Раал покраснел? Или мне показалось? Как же весело, что даже самые сильные и независимые мужчины становятся рядом со своими матерями любящими сыновьями. Это вселяет в меня надежду, что мой ребенок будет терпеть меня даже такой эмоциональной.
— Успокоил! — выдохнула бывшая повелительница и посмотрела на меня. — Да отпусти ты её, Раал, не съем! Дай хоть посмотреть на невестку.
И я как-то неожиданно прижалась ближе к мужу. Он, если что, и защитить сможет. Всевышняя удивленно приподняла брови и хмыкнула. Из-за угла выглянули любопытные слуги, и свекровь, заметив их, отдала приказ:
— Несите чаю в гостиную, да с ликером. Хотя нет. Коньяк.
— Я не пью, — поспешно добавила я. Не хватало еще, чтобы я напилась и показала свекрови всё, на что «способна»!
— А мне она определенно нравится. — Женщина расплылась в улыбке. — И теперь я понимаю, почему ты так бережно прижимаешь её к себе, сын мой. Она не только посмела дерзить Всевышней, но еще и не испугалась, когда узнала о моем статусе. Конечно, глупо, но смело. Идемте скорее, я хочу познакомиться ближе и услышать все подробности того, почему я узнаю обо всем последней.
Я сделала шаг назад, желая спрятаться в своих покоях, но дорогой супруг не дал мне этого сделать, подтолкнув вперед.
— Куда собралась? Не-ет, милая, отчитываться в произошедшем будем вместе.
— Думаю, ты быстрее найдешь язык со своей матерью.
— Непременно, только слышать она захочет именно тебя. Теперь, можно сказать, я для неё не существую. Она переключит всё своё внимание на невестку.
— Зачем? — удивленно моргнула я.
— Дабы пополнить род Орденаталей, — с усмешкой ответил Раал и повел меня вниз по лестнице.
Когда мы спустились, тисса Элиурийя уже ждала нас за столом, на котором стояли вазочки со сладостями. Мармелад там тоже был. Теперь он обязательный десерт в нашем доме.
— Присаживайся, моя дорогая, рядом со мной, — улыбнулась свекровь, и я даже выполнила её приказ. Раал разместился в кресле. — Итак, кто из вас начнет первый?
Я нарочито медленно подняла кружку с чаем, отпивая мятный напиток. Казалось, разговор меня совсем не касался. Раал бросил на меня насмешливый взгляд, разгадав мою диверсию, но рассекречивать меня не стал, поэтому начал речь.
— Ты сейчас будешь смеяться, но я женился не по собственной воле. Винсента женила меня на себе.
— Женила? На себе? — удивленно переспросила свекровь и обратилась ко мне — Деточка, да как же тебе это удалось? Я его пятьдесят лет женить пыталась и безрезультатно, а ты в первый день знакомства справилась! Поделишься секретом? Обещаю использовать только на следующих поколениях!
— Обычное Слово тьмы, — неуверенно ответила я, и женщина довольно прищурилась.
— Это как же ты замуж за моего сына хотела, что слово Тьмы сработало? — с улыбкой спросила Всевышняя. В этот момент она стала обычной любящей матерью. — Впрочем, не надейся, я тебе так просто не поверю. Могу заверить тебя, что все демоницы Багровых степей мечтали, чтобы Раал просто обратил на них своё внимание, и ни одна из них не смогла приворожить его, хотя все демоны по природе своей темные. Поэтому можешь не рассказывать мне сказки о каком-то слове Тьмы. Наверняка решили пожениться тайно, — подмигнула Элиурийя и добавила уже своему сыну: — Это из-за происхождения Винсенты? Раал, неужели ты думаешь, что я враг собственным детям? Меня не волнует родословная своей невестки, лишь бы она была здорова и смогла произвести на свет сильных наследников.
— Спасибо, мама, — старательно пряча улыбку, ответил Раал и стрельнул в меня насмешливым взглядом.
Вот никто не верит в мою теорию! Это заставляет меня опасаться, что однажды муж потребует от меня ответа всерьез и тогда никакая ложь не сможет его удовлетворить.
— Так что насчет консуммации? — сразу перешла от разглагольствований к делу свекровь. — Когда мне готовить церемонию?
— Думаю, с этим необходимо повременить, — поспешно добавила я, тихо выдохнув. Следующие слова причинили мне боль. — Мне необходимо окончить академию.
А там мы разведемся и больше никогда не встретимся. Я постараюсь исчезнуть радугой на небе, чтобы обо мне осталось лишь приятное воспоминание.
— И ты собираешься все это время держать моего сына на «сухом пайке»? — возмущенно спросила женщина.
Раал прыснул от смеха, я залилась краской, не зная, что ответить на подобный выпад. И ведь правда. Я боялась даже думать об этом.
— Мама! Позволь нам самим разобраться с нашей личной жизнью, — с улыбкой, но бескомпромиссно заявил Раал и пригубил чай.
Я взяла десертные щипцы и, положив на блюдце кусочки мармелада, пододвинула его к Раалу. Демон вооружился ложкой.
— Спасибо.
Я смущенно заправила прядь волос за ухо и заметила удивленный и одновременно восхищенный взгляд бывшей правительницы. Она смотрела на нас с мужем, как на божество. В её глазах читалась неподдельная радость.
— Как я счастлива, — прошептала она и более не произнесла ни слова.
Я боялась открывать рот, чтобы не ляпнуть какую-нибудь несуразицу. Допив свой чай, попросила извинить меня и отправилась в библиотеку. Взяв в руки книгу, я никак не могла сосредоточиться на повествовании, слишком много чувств было внутри меня. В итоге ощутив прохладу, я решила спуститься в комнату и надеть пелерину. Остановили меня доносящиеся из кабинета голоса в коридоре на втором этаже. Никогда не была излишне любопытной, но тут мне необходимо было услышать мнение свекрови обо мне.
— … можешь не говорить. Я вижу, что между вами непростые отношения, очень теплые. Девочка влюблена в тебя.
— Я вижу, — ответил мой муж с явным весельем в голосе.
Как же стыдно, что он читает меня, как открытую книгу!
— И что собираешься делать? Не хочешь же ты ждать окончания академии?
— Мам, не вмешивайся в мою личную жизнь. Сейчас передо мной стоит более важная задача, чем соблазнение собственной жены.
— Значит, попытки были? — едко осведомилась Элиурийя.
— Лучше расскажи, как там Лиззетта?
— Скучает по тебе.
И сейчас по закону жанра я должна была вспыхнуть ревностью. По крайней мере, в стандартных любовных романах любой автор бы использовал именно этот прием. Но эта история не про меня. Я прочитала в новостных потоках, что Лиззетта — младшая сестра кагана Багровых степей, поэтому тоска по брату — хорошее чувство в любящей семье.
— Винсента, а подслушивать нехорошо, — раздался голос Раала громче, чем положено. Я покраснела, но нашла в себе силы толкнуть дверь и войти в кабинет. Элиурийя вновь улыбалась. — И что ты успела услышать из нашего разговора?
— Что ты набрался наглости рассуждать о моих чувствах, — вспыхнув, ответила я. Раал рассмеялся.
— И тебе есть, что добавить по этому поводу?
— Не дождешься! — пафосно воскликнула я, сделала книксен и выскочила из кабинета.
Щеки горели, сердце колотилось, и уже отпала надобность в пелерине. Мне было не просто тепло, мне было жарко!
Понравившуюся книгу я забрала с собой в комнату и более оттуда не выходила. Где-то по дому гуляла свекровь, и я боялась с ней столкнуться. Было ощущение, что по дому бродит хищный яррот, хотя сравнивать его с Всевышней весьма странно. К ужину я тоже не спустилась, из-за нервозного состояния есть не хотелось. Поэтому спать я легла на пустой желудок, а ночью проснулась от невероятного происшествия.
В спальне были чужие. Я приподнялась на локтях, не привлекая к себе внимания, и огляделась. Двое мужчин, одетых во все черное, пытались взломать картину-тайник, который был в каждой комнате любого особняка. Они самоубийцы? Как можно пытаться обокрасть демона? И спустя секунду я поняла, что интересует их не сам тайник, а картина. Они осветили её магическим сгустком энергии.
— Нет, это не она. Идем в гостиную, может, там найдем. Её подарили этой девушке, значит, картина должна найтись где-то в этих покоях.
Это не ту ли демоницу, прикрытую шелковыми лентами, они ищут? Неужели хозяин заскучал без своего сокровища? Создав в руке некрошар, я приподнялась на кровати, тем самым привлекая к себе внимания, и спросила:
— Я вам не мешаю, уважаемые иссы?
Мужчины обернулись и в их руках зажглись файерболы — стихийники огня. Я подумала, что рано я себя обнаружила, но отступать было поздно. Негромко выдохнув, я подбросила одеяло вверх, ближе к грабителям, и бросила в него некрошар. Одеяло рассыпалось прахом, иссы закашлялись и морщились, так как мелкая пыль попала в глаза.
Я же успела прошмыгнуть мимо них в гостиную и закрыла за собой двери, вставив в ручки зонт. Защита временная, но я успею добежать до мужа. Я выбежала в коридор и ринулась к покоям супруга, но далеко уйти не успела. Один из грабителей зажал мне рот и дернул на себя, прижав к своей груди. Я попыталась вырваться, но тщетно.
— Тише, девочка, тише.
— Картина! Она повесила её в коридоре! — удивленно прошипел его сообщник, и я в это время, поборов отвращение, укусила исса за руку и закричала.
Послышались шаги и, как ни странно, первой на шум выбежала моя свекровь. Правду говорят, что гнев Всевышних — высшая кара. За её спиной раскинулись огромные воздушные крылья, сама она приподнялась над полом, черты лица заострились, над нижней губой показались длинные белые клыки. Да я сейчас сама готова была спрятаться за спину грабителям!
— Что з-сдес-сь проис-сх-ходит? — прошипела Всевышняя.
— Тот же вопрос, — заявил Раал: выходя из своих покоев и запахивая на талии халат.
А я; между прочим, как была в неглиже, так и осталась! И так неожиданно стыдно стало. Стою я тут полуголая, прижатая к груди неизвестного мужчины, и всё это на глазах у мужа!
Раал был полон спокойствия, даже принимать другую ипостась не стал. Я сглотнула, а самоубийца, удерживающий меня, приставил к горлу нож. Демон спокойно проследил за его действием, а потом внимательно посмотрел ему в глаза и четко проговорил:
— Ты сейчас отпустишь мою жену, уйдешь из этого дома и навсегда забудешь не только дорогу сюда, но и причину, по которой сюда пришел.
И к нашему совместному со вторым грабителем удивлению слабовольный сообщник отступил от меня на три шага, развернулся и направился к выходу. Раал же посмотрел на второго неудачника и обратился к нему:
— Ты пройдешь в гостиную и обстоятельно расскажешь, что забыл в моем доме.
Грабитель на мгновение дернулся, будто пытался сопротивляться внушению, но ему это не удалось. Он так же развернулся и спустился вниз по лестнице, пройдя в гостиную. Сказать, что я была удивлена, значит, ничего не сказать. Это вот этого демона я привязала к себе Словом Тьмы? Кажется, я начинаю опасаться собственного артефакта.
— Винсента, с тобой всё в порядке? — спросила Элиурийя, вернув свой привычный облик.
— Д-да, — кивнула я и посмотрела на мужа.
Раал жадным взглядом окидывал мою фигуру, и под его взглядом мне захотелось не прикрыться, а наоборот — расправить плечи и заставить его никогда не отводить от меня взор. Смутившись собственных мыслей, я пробормотала:
— Позвольте мне переодеться.
С последними словами я скрылась в покоях. Перед тем, как выйти обратно уже одетой, я зашла в ванную и плеснула воды в лицо. Кто бы мог подумать, что ночью придется ожидать визитеров? Я бы принарядилась! То есть спать легла в платье…
Когда я вышла, в гостиной меня дожидался муж. Он уже успел одеться в брюки и светлую сорочку, расстёгнутую у ворота. Раал оглядел меня с ног до головы, словно беспокоился, не случилось ли что-то со мной. Закончив осмотр, он удовлетворенно кивнул и спросил:
— Как ты себя чувствуешь?
— У меня крепкие нервы, ни один грабитель не сможет их расшатать, — усмехнулась я и огляделась, — а где тисса Элиурийя?
— Отправилась за успокоительным на кухню, — улыбнулся Раал и доверительно добавил: — Собирается выпить чай с коньяком.
Мы негромко рассмеялись, после чего муж посерьезнел.
— Идем. Грабитель, конечно, не сбежит, но хотелось бы разобраться с этим делом окончательно.
Раал взял меня за руку и повел вниз. Тисс сидел на диване с пустым выражением лица. И таким он останется, пока не выполнит установку, заданную каганом. Из кухни с двумя стаканами янтарной жидкости в руках вернулась Всевышняя. Видимо, решила не разбавлять коньяк чаем.
— Я не буду, — мотнул головой Раал.
— Я тебе и не предлагаю, — хмыкнула родительница и передала стакан мне. — Выпей.
— Я не пью.
— Пей, кому говорят. Полегчает, — всовывая мне в руку кружку, настаивала свекровь. — Тебе я с чаем развела, так что ничего страшного не случится.
Пришлось выполнить предписание. Легче мне не стало, но напряженность ушла. Раал тем временем задал вопрос ночному визитеру, и с каждым его словом мы понимали, что его нахождение здесь — чистая случайность.
— Мы пришли за картиной. В ней должны быть драгоценности. Старый Акрамонт — художник — решил сбежать от нас, припрятав приданое своей жены в картине. Сколько галерей мы обошли, но не нашли её, а потом услышали о некой развратной картине в антикварной лавке…
— Вот, я же говорила вам, что развратная она! Не для интерьера коридора! — вставила Всевышняя, стрельнув в нас победоносным взглядом.
— Вряд ли мнение грабителя будет мной учтено в создании домашнего уюта, — ответила я и вернулась к рассказу тисса.
— …и узнали от его хозяина, кто купил картину. На доме стоит магическая защита, а «охранки» нет. Вот мы и решили…
— Почему ты не поставил защиту? — нахмурилась Элиурийя.
— Кто же знал, что найдутся такие самоубийцы, решившие пробраться в дом демона механическим способом? — пожал плечами Раал и обратился к грабителю. — Я понял. Достаточно. Теперь ты забудешь о визите в этот дом и простишь все долги, которые когда-либо были. Займешься законной торговлей и больше не вспомнишь ни о картине, ни об этом разговоре. Уходи.
Тисс поднялся на ноги и как кукла пошел в сторону выхода, давая мне убедиться, что демоны — опасные враги. Не знаю, какая сила на стороне Всевышних, но жители Подземного царства определенно вызывают страх в прямом смысле. Они способны внушить всё что угодно.
— Так в картине… драгоценности? — спросила я, и Раал рассмеялся, подмигнув мне.
— Идем, посмотрим.
— Вы идите, а я, пожалуй, отправлюсь спать. — Всевышняя зевнула, прикрыв рот ладонью, поднялась со своего места, и отправилась к лестнице.
У нас с мужем были одинаковые шаловливые выражения лица. Так странно, что иногда в жизни находишь человека, веселиться с которым в десятки раз приятней.
Мы вместе подскочили и наперегонки, толкаясь, бросились на второй этаж. Правда, я подозревала, что Раал больше обнимает меня, чем толкает. Подтверждение этому я получила, когда мы стояли у подножья лестницы, и муж прижал меня к стене, заведя мои руки над головой. Он улыбался, словно замыслил коварный план.
— Только попробуй меня поцеловать! Ты хочешь лишить меня воли и первым открыть картину!
Раал рассмеялся, медленно наклонился к моим губам и провел по ним невесомым поцелуем. Я непроизвольно закрыла глаза и подалась к нему. Муж вновь рассмеялся, тогда я распахнула веки и укоризненно взглянула на него.
— Винсента, я с тобой становлюсь мальчишкой. И мне нравится эта легкость. Спасибо, что заставляешь меня чувствовать себя рядом с собой и сильным мужчиной, и беззаботным ребенком.
«Ты нравишься мне любым», — хотелось ответить мне, но я закусила губу.
За последние сутки я и так слишком много себе позволила. Каган читает меня, как открытую книгу. Я высвободила руки, положив ладони на широкую грудь, и подалась вперед, чтобы в следующее мгновение оттолкнуть мужчину и побежать к картине.
Естественно, муж меня догнал. Снял картину и развернул её тыльной стороной, после чего трансформировал руку, чтобы ногтем разрезать ткань, и вновь вернулся в привычный облик. Оторвав ткань, Раал нашел несколько красных подушечек, в которые, видимо, и были вшиты драгоценности.
— Подожди! Давай я принесу ножницы!
— Идем тогда в гостиную, — не стал спорить супруг, подхватил три подушечки, поставил картину у стены и отправился следом за мной.
В гостиной мы разрезали красную ткань и обнаружили внутри драгоценности. Две прекрасные парюры[1] — изумрудная и рубиновая. Раал рассмеялся.
— Кажется, ты хотела собрать свою собственную сокровищницу? Можешь начинать уже сейчас.
— Раал! — воскликнула я, — вообще-то я рассчитывала на подарки от тебя!
— В данный момент тебе принадлежит вся сокровищница во дворце, так о каких подарках ты говоришь? — хмыкнул супруг и рассмотрел камни через магические светильники. — Действительно настоящие. Что собираешься с ними делать?
— Я?
— Так они же твои. Картина — мой подарок. И теперь, когда за ней больше никто не охотится, ты можешь делать с ними всё, что пожелаешь.
Я задумалась. Мне не хотелось забирать чужие украшения, поэтому я придумала другой выход из ситуации.
— Раал, а ты можешь помочь их продать? А деньги используем на благотворительность. Например, детям, живущим в интернатах.
— Прекрасное решение, — искренне улыбнулся супруг. — Разумеется, я помогу тебе.
Раал еще некоторое время смотрел на меня восхищенно, будто первый раз увидел. Потом поднялся и направился на выход, предварительно пожелав мне спокойной ночи. Я и подумать не могла, что ночной визит грабителей может обернуться моей прибылью.
[1] Парюра (фр. рагиге — убор, украшение) — набор ювелирных украшений, подобранных по качеству и виду камней, по материалу или по единству художественного решения.