3
Еда просто восхитительная, именно так и есть. Тортильи и хумус удивительные, каждый ингредиент такой как нужно, и они оба едят в тишине, просто хмыкают время от времени и смеются друг над другом, когда их лица выражают состояние высшего блаженства.
Чимин выбрал хорошее место, это точно. С обеих сторон есть только пустыня, которая продолжается на мили, фонарные столбы освещают дорогу и место, где припаркован мотоцикл. Но у них над головами яркие звёзды, безоблачное небо и сияющая луна. Атмосфера спокойная, тихая, даже таинственная. Юнги чувствует себя так непринуждённо, как никогда.
***
- Как долго ты собираешься здесь быть? - спрашивает Чимин, как только они заканчивают есть, набив животы мексиканской едой и колой.
Ноги Чимина разведены в стороны, одна рука свободно лежит у него на бедре, другой рукой он подносит сигарету Юнги к своим губам, которые после еды всё ещё немного блестят от масла.
Юнги откидывается назад на топливном баке и стряхивает вниз пепел.
- Не знаю. Я могу уехать очень скоро.
Чимин слегка улыбается ему, но улыбка длится недолго.
- Марфа - это дыра.
- Город неплохой. Просто немного старый.
- Он скучный. Маленький. Я застрял здесь на всю свою жизнь. Ты знал, что я никогда не покидал этот проклятый город? Даже во время отпуска.
Брови Юнги поднимаются.
- Правда?
Чимин кивает, выдыхая дым через нос.
- Моя семья никогда не была очень богатой, мы пытались выживать с тех самых пор, как я был ребёнком. Потом я закончил среднюю школу и начал работать, моя мама заболела, и они переехали в Даллас.
- Она болеет?
- О, не всё так плохо. Просто... ей нужно, чтобы рядом был хороший врач для контроля, поэтому они переехали туда, чтобы это было проще. - Чимин двигает шеей. - Ну, а я остался.
- Почему ты не поехал с ними?
- О, ты знаешь, у меня был целый план? - хихикает Чимин. - Я собирался поработать около года, скопить немного денег, а потом уехать и жить где-нибудь в огромном городе, возможно, в Чикаго, Нью-Йорке или Лос-Анджелесе. - Чимин качает головой. - Вместо этого, я застрял здесь. В ужасной закусочной в ужасном городке. Серьёзно, это место такое скучное! Здесь есть только две классные вещи, и это всё.
- Что за классные вещи?
Чимин облизывает губы.
- Ну, здесь есть два произведения современного искусства, которые довольно известны. «Marfa Prada» и «Marathon Target».
Юнги хмурится.
- Что?
- Датские художники сделали крошечную копию магазина «Prada» на трассе 90. Внутри есть настоящие сумки «Prada» и обувь. Потом кто‑то ещё сделал такое же с крошечной копией «Target». - Чимин прищуривается. - Что ещё? Ах! Здесь снимали «Гиганта», того, что с Джеймсом Дином?
- Да, чёрт возьми. Я люблю этот фильм.
- Это было в пятидесятых, успокойся.
Юнги выгибает бровь и говорит:
- Вы отлично выглядите, мисс Лесли.
Чимин моргает и смущается на мгновение, потом он вспоминает цитату из фильма, и с его губ слетает лёгкий смех, а глаза восхитительно щурятся.
- Так бы и съел эту малышку!
- О, Боже! Прекрати, ты просто ужасен!
- Все думали, что у меня пустышка. Вы все думали, что старые «Spindletop Burke» и «Burnett» были единственными месторождениями нефти, да?
Чимин задыхается и хлопает его по бедру.
- Ты разрываешь меня на части!
- Это даже не из того фильма!
- Но это чертовски хорошая цитата.
- Ты фанат Джеймса Дина.
- Он был таким горячим.
- О, ты дрочил на Джеймса Дина, когда тебе было пятнадцать?
Юнги сбивает с Чимина спесь каблуком своего ботинка, заставляя того захихикать.
- Чувак мёртв, не будь таким пошлым. Выражаешься как матрос.
- А ты ужасно подражаешь Джеймсу Дину, - Чимин щёлкает по окурку, и он приземляется на асфальт. - Но у него не было такой красивой куртки, как у тебя.
Юнги хихикает и смотрит в сторону, его взгляд блуждает по пустыне; поднимается холодный ветер. Когда он оглядывается на Чимина, то обнаруживает, что тот, обняв себя руками, пытается унять дрожь.
- Ты замёрз?
- Нет, я в порядке.
- Нет, тебе холодно. Вот... - Юнги начинает снимать свою куртку. - И, прежде чем ты скажешь это... да, это клише, но оно всегда срабатывает, поэтому я отдаю тебе свою куртку.
Чимин не скрывает насколько он этому рад, когда принимает куртку, которую Юнги вручает ему; он тут же надевает её, обернув вокруг своей тонкой талии, и практически утопает в ней. Она немного велика даже для Юнги, но на Чимине выглядит просто огромной. И это приносит сердцу Юнги реальную физическую боль.
- Зашибись, мне так нравится эта куртка, - вздыхает Чимин.
- Я всё равно не отдам её тебе, как бы сильно ты её не нахваливал.
Богом клянусь, Чимин обижается и надувает губы.
- Только до тех пор, пока мы не вернёмся в город, потом она понадобится мне снова.
- Прекрасно, - Чимин улыбается. - Спасибо, она действительно тёплая.
Юнги кивает, игнорируя холод на своих голых руках. Они молчат некоторое время после этого, соприкасаясь коленями, руки Юнги жаждут дотянуться до маленьких рук Чимина и взяться за них, просто дотронуться до него, хотя бы на секунду.
Чёрт возьми, влечение настолько сильное, что становится опасным.
- Какие у тебя планы после Марфы? - внезапно спрашивает Чимин.
- Только один план.
- Какой?
- Я жду, когда мой друг, Намджун, позвонит мне. Он тоже байкер, - Юнги потирает шею. - Уже некоторое время мы планируем сделать то, что должен сделать каждый байкер; скоро состоится встреча с другими байкерами, некоторые из них мои хорошие друзья. Мы планируем большую поездку по трассе 66.
Глаза Чимина расширяются, и его лицо медленно озаряется улыбкой.
- Да ладно.
Юнги усмехается.
- Потребуется более пятнадцати дней, чтобы проехать по всему маршруту, некоторые его участки не такие уж и безопасные для езды, но... чёрт, знаешь, это мечта? Мы с Джунсом мечтали об этом с самого детства, и это скоро произойдёт. Правда, ещё нужно решить много организационных вопросов, но мы занимаемся этим.
Чимин недоверчиво смеётся.
- Ничего себе.
- Да, - вздыхает Юнги. - Я просто жду, когда Намджун позвонит мне и скажет, что я могу присоединиться к ним, но мы всё ещё не определились с датой. Думаю, что до тех пор я буду здесь.
Улыбка Чимина становится мягче и, вроде как, начинает исчезать.
- Он может позвонить тебе в любое время, да?
Весь энтузиазм Юнги пропадает в ту же секунду.
- Да.
- Это, должно быть, на самом деле очень здорово, Юнги. Отправиться в такую поездку, - Чимин смотрит вниз на свои руки, лежащие на коленях. - Должно быть здорово.
- Хочешь присоединиться?
Чимин поднимает голову так быстро, что Юнги удивляется, как он не потянул мышцу. Но потом его собственные слова отпечатываются у него в мозгу и... Боже. Он только что просил Чимина поехать с ним. Чимина, официанта, с которым он встретился вчера. Но, Господи, Юнги так хочет, чтобы он поехал с ним. Он хочет ехать на своём мотоцикле, слышать, как Чимин смеётся, когда он увеличивает скорость, чувствовать, как тело Чимина прижимается к нему, есть мексиканскую еду по дороге и говорить, говорить, говорить.
Чимин моргает, Юнги не осмеливается что-нибудь сказать. Он думает, что, наверное, испугал его.
Чимин вздыхает, он наклоняется вперёд, кладёт руки на бёдра Юнги, а потом целует его. Юнги задерживает дыхание и напрягается при первом прикосновении его губ. Но потом он закрывает глаза, его собственные руки тянутся к лицу Чимина, обхватывая его ладонями, и спускаются к его шее. Чимин что-то мурлычет ему в губы и двигается ближе к Юнги, наклоняя свою шею и открывая для него рот. Он издаёт тихий хриплый звук, когда язык Юнги проникает ему в рот и тянется к нёбу. Юнги теряет счёт времени, не чувствует холода, всё его тело просто переполнено ощущением Чимина, губ Чимина, кожи Чимина, такой мягкой под кончиками его пальцев, дыхания Чимина и его теплоты.
Но потом Чимин прерывает поцелуй, его глаза немного расфокусированы, губы пухлые и красные. Он смотрит на Юнги в течение нескольких секунд, прежде чем улыбнуться.
- Ты должен отвезти меня домой.
Юнги моргает.
- Я сожалею, если...
- Мне завтра рано на работу. Уже поздно.
***
Они возвращаются в город медленно, нет никакой быстрой езды, никакого звука ревущего мотора. Юнги не хочет торопиться, он хочет насладиться этим, пока оно у него есть, и Чимин не торопит его, поэтому он едет медленно. Но Чимин всё равно продолжает крепко обнимать его руками.
***
Чимин возвращает ему куртку и шлем, как только они останавливаются перед его домом; здание выглядит старым, но хорошо сохранившимся: кондоминиум в шесть этажей, с цветами в горшках на балконах и большими окнами.
- Ты должен снова зайти завтра, - говорит Чимин. - На завтрак или обед.
Юнги кивает.
- Хочешь, чтобы я покатал тебя снова?
- Возможно, - Чимин сжимает губы, а потом снова наклоняется, только чтобы целомудренно чмокнуть Юнги в губы. - Я обычно не целуюсь на первом свидании.
- Я и не жалуюсь.
Чимин закатывает глаза и улыбается.
- Увидимся завтра, Джеймс Дин.
***
Итак. Юнги думал всё утро. На самом деле, он паниковал, но всё же. Он думал и паниковал. И он пришёл к выводу: только полный идиот уехал бы из Марфы без Чимина. И, конечно, Юнги может и не самый умный человек в округе, но у него ещё есть мозги.
Он оставляет свою детку на обычном месте на парковке, глушит двигатель, его сумка надёжно привязана верёвкой к краю пассажирского сиденья, и он направляется к закусочной.
Он открывает дверь, видит Чимина за кассовым аппаратом, ждёт, когда уйдёт мужчина, который расплачивается за еду, а потом идёт туда и останавливается перед парнем.
- О! - улыбается Чимин. - Привет!
- Я уезжаю сейчас.
Улыбка Чимина исчезает.
- О.
- И ты уезжаешь со мной.
- Подожди, что?
- Я прошу тебя поехать со мной.
Чимин хмурится.
- В твою поездку по трассе 66?
- Я прошу тебя быть со мной везде.
- Мы встретились два дня назад.
- И ты обычно не целуешься на первом свидании, правила и здравый смысл просто дерьмо.
Чимин пытается что-то сказать, но потом снова закрывает свой рот.
- Хорошо, послушай, - Юнги глубоко вздыхает. - Меня не волнует, что мы фактически незнакомцы. Я хочу, чтобы ты поехал со мной, а ты хочешь покинуть это место. Тебя здесь ничего не держит. Но я могу пообещать тебе... нет, я могу поклясться тебе, что я сделаю всё, что в моей власти, чтобы ты получил опыт, который тебе понравится, и ты никогда его не забудешь, и я сделаю это хорошо. Я постараюсь для тебя, Чимин.
- Юнги...
- Поедем со мной.
- Ты такой... - стонет Чимин. - Ты не можешь просто взять и сделать это! Это так...
- Я хочу, чтобы ты поехал со мной, - повторяет Юнги. - И я думаю, что ты тоже хочешь поехать со мной.
Чимин смотрит на него в течение долгого времени, просто пристально смотрит, почти не мигая.
- Чим! - зовёт из кухни повар, босс Чимина. - Можешь поторопиться?!
- Секунду! - отвечает Чимин. - Я работаю в закусочной.
Юнги хмурится.
- Я знаю.
- Я работаю в закусочной, мне очень скучно, и вот приезжаешь ты со своей эстетикой одинокого байкера, и просишь, чтобы я сбежал с тобой. Это клише.
Юнги сглатывает.
- Это «нет»?
- Я не сказал это.
Из кухни появляется мужчина.
- Чим, какого чёрта, можешь поторопиться...
- Это не моё чёртово имя, ты, проклятая свинья, - говорит Чимин, выплёвывая слова как яд, он поворачивается к повару лицом. - Меня зовут Чимин, не так уж и сложно запомнить.
Повар смотрит на Чимина, вытаращив глаза.
- Ты... ты хочешь, чтобы я уволил тебя?
- Ты не уволишь меня, я уезжаю, - Чимин быстро расстёгивает пуговицы униформы, сбрасывает рубашку и остаётся в свободной хлопчатобумажной футболке, он бросает рубашку в грудь повара. - И, между прочим, твой салат «Цезарь» - дерьмо, ты воняешь как труп, и пошёл на хер за то, что каждый раз пялился на мой зад, когда я наклонялся, чтобы что‑нибудь взять.
Игнорируя недоверчивый взгляд Юнги, Чимин выходит из-за кассового аппарата, хватает его за запястье и тащит к выходу из закусочной. Юнги просто слепо следует за ним. Прямо перед тем, как распахнуть дверь, Чимин поворачивается к посетителям, которые все с изумлением смотрят на эту сцену.
- О, и между прочим! - кричит Чимин со злой усмешкой. - В кухне больше тараканов, чем еды.
Юнги фыркает, когда видит, что женщина выплёвывает на тарелку вафлю, которую она только что жевала, несколько посетителей с ужасом смотрят на свои блюда. Он слышит грубые ругательства, которые посылает им в след повар, прежде чем они выходят из закусочной, и теперь Юнги берёт инициативу в свои руки и, чуть ли не бегом, тянет Чимина к своему мотоциклу.
- Там правда тараканы?! - кричит он, когда садится на мотоцикл и передаёт Чимину один из шлемов.
- Нет, - отвечает Чимин, он ставит ногу на подножку, приподнимается и залезает на мотоцикл. - Но теперь этому куску дерьма можно пожелать только удачи, чтобы он сохранил свой бизнес дальше.
Юнги начинает смеяться, он чувствует себя так легко и беззаботно, что у него даже начинает кружиться голова.
- Ты просто невероятный.
Чимин застёгивает ремни шлема под подбородком.
- Да, чёрт возьми, я такой.
- Ладно, - Юнги запускает двигатель мотоцикла; его шлем ещё даже не застёгнут. - Я отвезу тебя к тебе домой, возьми немного одежды, деньги, которые у тебя есть, и мы уезжаем.
Чимин снова обнимает его за талию и крепко держится за него, его руки немного дрожат, и Юнги трогается с места.