Обещай.
Понятия не имею, что из этого выйдет, на самом деле. Но почему-то мне понравилось писать эту главу. Надеюсь, вы прочли то, что хотели увидеть в этой главе. А если нет, то в следующих главах точно увидите). Спасибо, что читаете этот несвязанный бред. Очень благодарна вам)
Наступает такой момент, когда ты теряешься. Стираешь границу между реальностью и своим мирком. Ты блуждаешь по вечным коридорам тьмы, ища малейшие признаки света. И думаешь, так часто и громко, что думать уже надоедает. Ответы в твоей голове не появляются, а вопросов становится всё больше и больше. И в такой «реальности» жить крайне тяжело. И всё, всё что ты пытаешься сделать,- делается неправильно.
-Подыхай без моего участия!
«Подыхай!»
Что за блядский возраст такой? Откуда берутся все эти проблемы? Почему так много стресса? Почему просыпается никогда не понятая потребность? Почему влюбленные такие глупые? Почему нельзя просто выключить свой мозг? Почему?
Эти коридоры, вечные, черные, сырые, страшные и при этом жутко загадочные. В них хотелось бы бродить, чтобы узнавать и находить ответы на вопросы. Но зачем в них ходить, если при каждом повороте появляется ещё один вопрос?
Когда в отеле стоит непривычная тишина, хочется кричать. Именно в этот момент она непривычная, не такая знакомая и теплая, как сейчас.
Эва встает с кровати, пытаясь устоять на ногах и держась за тумбочку. На улице даже солнце не светит. Она выходит в большой коридор, где мирно сидит Пенетратор и лениво листает ленту в «Твиттере». Она аккуратно село возле его кресла, прислонившись спиной к холодной стене.
-Иди ляг,- он даже не взглянув на её.
Эву загрызала совесть, та, которая просыпалась лишь в ссорах с матерью.
-Прости,- тихо сказала она, поднимая голову вверх,- не надо было оставаться со мной.
Он отложил телефон, закатывая глаза.
-Я и не хотел,- буркнул он, потирая глаза,- ты не моя забота, Мун. Но твои подруги любезно попросили меня посмотреть за тобой, так как не знают, что сделать если ты вдруг «откинешь коньки».
-Я дальше справлюсь, можешь идти куда хочешь,- спокойно ответила та, осмысливая слова парня.
-Я и не сомневаюсь,- с издевкой прошептал парень,- ты ведь у нас хорошая девочка, меру знаешь. Я тебе уже говорил, что все мои проблемы из-за тебя?
Он наклонился к ней, осматривая черты лица и пытаясь понять, о чем она думает, какой ответ же даст. А та лишь опустила голову.
-Я не буду рядом всю жизнь,- он поднял её лицо за подбородок, смотря прямо в глаза,- я не смогу тебя спасти, если ты вдруг начнёшь подыхать. И не смогу, и не захочу.
Он смотрел на то, как в уголках её глаз появляются слёзы, как каждая слезинка скатывается по её бледно-серым щекам. И в нём проснулись чувства, которые оставили его однажды... Проснулась потребность к жалости, хотелось прижить её к себе, забрать её чувства, боль, слабость. Хотелось заставить её улыбнуться, заставить хохотать и плакать от смеха. Хотелось поцеловать её, кусая её губы так сильно, чтобы поняла, как ему тяжело. Хотелось накричать на неё и как следует отшлёпать, чтобы больше так не делала. Но он просто отошел от неё, еле держа себя в руках.
-Иди в постель, мне нужно уйти ненадолго,- он зашел в свой номер и вышел только через пять минут.
Она сидела все в том же положении, «мертво» смотря в одну точку. На неё было жалко смотреть: бледные губы, нездорового цвета кожа, темные, почти черные мешки под глазами и утраченные блеск в глазах.
-Ляг в постель,- повторил он, прежде чем уйти.
Она бы сидела ещё там долго, раздумывая об чем-то непонятном, пока нона не схватилась за мысль позвонить Нуре.
-Ты как?- взволнованно звучал голос в трубке.
-Нура...- Рыдала Эва,- прости, пожалуйста, прости.
Плечи Эвы тряслись от обиды, от боли, от рыданий, та ни слова не смогла сказать, пока из её груди «выскакивали» всхлипы, которые отдавались болью в ребрах.
-Эва, всё в порядке, слышишь? Я не злюсь на тебя, мы скоро приедем, слышишь меня? Всё будет хорошо, поверь мне, всё будет хорошо...
«Всё будет хорошо.»
«ВСЁ БУДЕТ ХОРОШО»
«ВСЁБУДЕТХОРОШО»
«В С Е Б У Д Е Т Х О Р О Ш О».
-Где Шистад, Эва?- звучал тихий, сдержанный от слез голос.
-Он ушел,- прошептала Эва, спускаясь по стене.
-Я скоро приеду, хорошо? Поспи.
Звонок оборвался, и комната снова погрузилась в тишину. Рвущую на части, сжирающуюся изнутри, поглощающеюся в себя.
Когда Эва открыла глаза, комната уже погружалась в ночь. В коридоре слышны тихие шаги, на соседней кровати кто-то сопел, на часах 4:26. Эва вышла в коридор, сев на кресло у окна.
-Почему не спишь?- тихий шепот у уха.
Ей не надо было поворачиваться, чтобы увидеть кто это, она знала.
-Не знаю, меня разбудили шаги,- она пожала плечами, всматриваясь в мало освещенные улицы.
Он сел перед ней на колени, сонный и совершенно измученный.
-Обещай мне,- он взял её ледяную ладонь и поднёс к своим губам,- обещай, что больше такого не повторится.
Он целовал её костяшки, пытаясь отогреть холодные пальцы.
-Обещаю,- она кивнула, зная, что больше такого она не допустит.
Он подхватил её на руки, неся в её номер и аккуратно кладя на кровать.
-Я тебе не папочка, чтобы следить за тобой,- предупредил он,- но если станет плохо, звони мне, в первую очередь.
Он слабо улыбнулся, наклоняясь к её лбу и оставляя на нём мягкий поцелуй.
-Спи,- шепнул он и вышел с комнаты.
Он влюбился в эту девочку- катострофу. И он готов защитить её, даже если она самый упрямый человек в мире.
А она влюбилась в плохого-хорошего-парня. Совершенно не понимая, что означают его знаки внимания.