Пролог
Сначала исчез голос. Не полностью. Он звучал. Отвечал. Смеялся, когда нужно. Но внутри — замолчал. Она заметила это не сразу. Однажды кто-то спросил её, о чём-то простом. О будущем, планах, чего она хочет. Она открыла рот — и поняла, что ответа нет. Слова были, желаний не было. Как будто внутри выжгли комнату.
Ночью пришёл сон. Коридор. Без дверей, окон. Без конца. Воздух был тяжёлым, липким. Он оседал в лёгких и не выпускал. Стены темнели, будто впитывали свет. Пол был влажным, и каждый шаг звучал слишком громко. Словно кто-то слушал. Она шла. Не потому что знала куда, а потому что останавливаться было опасно. И тогда она почувствовала это. Не звук. Не движение. Взгляд. В конце коридора стояла фигура. Без лица и формы. Слишком неподвижная, чтобы быть человеком. Она не приближалась. И в этом было что-то невыносимое. Если бы оно бежало — можно было бы убежать. Если бы кричало — можно было бы проснуться. Но оно ждало. Она попыталась крикнуть — голос не вышел. Попыталась проснуться — тело не слушалось. В груди нарастало знакомое ощущение: будто мир медленно стирает её, начиная изнутри. Фигура сделала шаг. И стены стали ближе. Она проснулась с болью в горле, будто действительно кричала. Комната была тёмной. Тишина — плотной. Она лежала и не двигалась, боясь проверить — одна ли.
Сон повторился на следующую ночь. И на следующую. С каждым разом коридор становился уже. Фигура — чётче. Иногда ей казалось, что у неё есть лицо. Иногда — что это лицо похоже на её собственное. Днём всё оставалось прежним. Люди говорили. Мир двигался. Она отвечала, улыбалась, кивала. Никто не замечал, что внутри что-то медленно гаснет. Иногда она ловила себя на странной мысли:
“Если я исчезну — это будет внезапно или постепенно?”
И в тот момент, когда она впервые не испугалась этой мысли, фигура во сне стала ближе настолько, что она могла различить пустоту вместо глаз. Это было не чудовище. Это было ожидание. И однажды оно перестало ждать.