4 глава.
Кролик убежал. А Чонгук... Чонгук застыл, не намереваясь есть дальше. Почему? Потому что было чертовски вкусно.
И это пугало,
до жути.
Но и он даже представить не мог, как сильно был напуган парнишка. Омежка, который любил свою сестру всем сердцем, своими глазами увидел смерть родной крови, отголоски смерти, что исчезали в желудках жестоких волков.
На удивление альфы, плача слышно не было. Только поддрагивающие маленькие плечи выдавали то, что по щекам парнишки текут горячие слёзы.
Слов не нашлось. Совсем. Да и ни к чему они, сейчас важно было далеко не это.
Принц вышел на крыльцо к своему кролику и присел рядом, совершенно не зная, что делать в таких ситуациях. Стало так жалко бедного мальчишку, сердце кололо неимоверно. Уши его бессильно опустились, а сам он не решался и коснуться крохотного тела.
- Можешь злиться сколько захочешь, драться, убегать, но, пожалуйста,не стоит молчать.
- Знаете, это ведь не самое страшное,- Чимин намеревался продолжать говорить дальше, но просто не смог. Принять это было крайне сложно, а говорить, как оказалось, ещё труднее. Но Чонгук не бросил, не оставил разбираться со всем этим в одиночку, а лишь аккуратно обнял, будто тот был настолько хрупок, что мог сломаться от дуновения ветерка. В душе кролика расцвело, но по правде говоря, от этого стало только хуже, - Я забыл про неё, как только встретился с вами... Совершенно забыл и не вспоминал несколько дней...
- Скажи, почему вы сбежали?
- Сестрёнка, она... Её должны были отдать замуж за старшего наследника клана По, но она не захотела и сбежала.
- И... Поэтому ты пересёк границу? - и тут по сердцу словно резанули клинком. Да так, чтобы разделить его на две ровные половинки. Они всё ещё бились, но в разнобой из-за чего всё тело не слушалось. Но что же такое? Кролик здесь, перед ним, сидит, широко раскрыв прекрасные глаза, и наплевать на то, что он тут не из-за него, плевать.
А Чимин сидел, сильно опечалившись, бормотал что-то на подобии "это была одна из причин" и "сестра меня не простит", но так и не смог поднять голову и заглянуть в глаза напротив, что так и жаждали этого.
- Не плачь, думаешь, она хотела бы этого? Луна это видит и рассказывает всё звёздам, а среди них твоя сестра. Не стоит лить слёзы, когда на тебя опускается её нежный свет, и тогда мы с тобой после смерти тоже отправимся на небо. Мы станем одной звездой.
- Вы думаете, у нас получится?
- Нет. Я говорю это как факт.
- А вы волновались за меня?
- Нет. С ума сходил.
Сидели в ту ночь волчонок с крольчонком под светом божества.
И, как казалось им тогда,
оно подсказало ответ.
Но на исповедь времени нет - скоро взойдёт солнце.
Сидели в ту ночь влюбленные под светом божества.
И именно в ту ночь рухнула стена, меж царствами двумя, что враждовали столько лет. Рухнула и не оставила ни след. Лишь только поцелуй истинной любви, что преодолела столько бед. Будьте уверены, проживёт и целый век.
Луна светила ярко, волки выли громко, а Чимин с Чонгуком просто были в сказке.
***
- Господин Чон, куда вы вновь уходите? - Чимин поднялся на ноги, но даже так ему приходилось задирать голову вверх, чтобы смотреть оборотню в глаза. Иногда он считал это неслыханной дерзостью, корил себя за наглое поведение, но произошедшее несколько дней назад успокаивало и тихо шептало отголосками воспоминаний, что уж кто, а он мог смотреть на своего господина сколько захочет.
- Я не буду ничего объяснять, просто следуй за мной.
Чимин шёл позади, всё всматриваясь в широкую спину господина. Хотелось выяснить, какие между ними теперь отношения. Прошло несколько дней, но волк продолжал делать вид, что ничего не произошло. А крольченку обидно, ведь тот поцелуй был особенный. Полный любви, нежности, а главное... Он был первый. Омега, не раздумывая, отдал свой первый поцелуй тому единственному, кто занимал место в сердце последние восемь лет. В тот момент он не замечала ни холода на улице, ничего, на душе было как никогда тепло. Так неужели так было только для него? Волк ничего не почувствовал?
- Давай поговорим с тобой об истинах. Самых простых и неприложных.
- Истинах? - Мин немного подумал, поразмышлял над этим, чтобы не выглядеть глупцом, и всё же отыскал, что можно поведать принцу,- У нас в семье есть одна истина, которую передают всем. Пока над нами светит солнце, всё хорошо.
- И что же это означает? - Чонгук чуть замедлил шаг, чтобы идти наравне с омегой и смотреть, как тот ловит взглядом солнечных зайчиков, что бегали вокруг, на стволах деревьев, как он увлеченно рассказывает ему что-то.
- Мы кролики очень маленькие, почти любой хищник по размерам больше. И если они хотят нас съесть, то заслоняют собой солнце. Вот поэтому,- Чимин затуманенным и рассеянным взглядом посмотрел на парня, что остановился на месте и больше не сделал ни шагу после его слов.
И только сейчас он понял, что тень старшего заслоняла собой те редкие лучи солнца, что умудрялись пробираться туда сквозь кроны деревьев. Кролик настороженно поднял длинные уши и прислушался, на тот момент вид у принца был устрашающий. Вот только омега подошёл чуть ближе, немного, но достаточно для того, чтобы дать понять что-то очень важное для волка. Ведь он боялся, до дрожи в коленях, до бегающих желваков на кулочках, но подходил всё ближе, слышно, как сердце сумашедше билось, ещё ближе, и было улавливалось прерывистое дыхание. А эти глаза? Вы видели когда-нибудь эти глаза? Чонгук честно не понимал, почему ради любви герои в сказках совершают столько глупостей. Но теперь, стоя перед обыкновенным белым кроликом, боялся признаться в том, что сам совершил точно такую же. Те события разворачивались на страницах книг, в то время как альфа пытался справиться с этим в реальной жизни. Где он всего лишь волк, а омега всего лишь еда.
Чонгук корил себя. Ведь не поддасться искушению невозможно. Он уже вкусил запретный плод, запомнил эти сладенькие и податливые губы, которые налились алой кровью от его страстных пыток. А Чимин вел себя просто непозволительно. Как можно быть таким растерянным, обжигающе нежным, а главное влюбленным?
- А любовь это тоже истина?
Принц так и не ответил на этот вопрос.