34
Демид с упоением целовал шею Семена, вычерчивая на его коже одному ему понятные знаки. Их тела прижимались друг к другу, и от этого возбуждение накатывало сильнее. Семен блуждал руками по спине Демида, ощущая, как перекатываются под пальцами мускулы, как откликается на каждое его прикосновение Демид. И от этого отклика внутри все плавилось. Низ живота нетерпеливо ныл, но на удивление растягивать удовольствие оказалось даже приятно. Демид прихватил губами мочку его уха, и Семен закрыл глаза, выгибаясь.
- Я так и знал.
Обвиняющий голос Ярослава окатил не хуже, чем ледяной душ. Внутри всё ёкнуло и замерло, свернувшись в ожидании катастрофы.
Семен сел на кровати, ничего не соображая. Откуда здесь взялся Ярослав. Что теперь делать. Что вообще происходит?!
Демид почему-то уже стоял рядом с Подольским, одетый, и пытался вытолкать неожиданного гостя из комнаты.
- Я уйду, если ты пойдешь со мной. Теперь ты будешь делать только то, что скажу я, - самодовольно заявил Ярослав, смотря на Демида.
Семен не успел даже ничего сказать, когда Доценко кивнул. Ярослав развернулся и вышел из комнаты. Демид последовал за ним.
Семен соскочил с кровати и, подхватив свою раскиданную на полу одежду, выбежал из комнаты следом.
Но оказался он почему-то не в коридоре старой квартиры Доценко, а в своей квартире, где он вместе с отцом и братом Артемом жили до этого. Снова тот жуткий вечер. Кухня. Двое мужчин, напавших на его отца.
- Сема, беги! Беги отсюда!
Нет. Семен потряс головой. Этого не может быть. Только не снова...
- Семен! Лисницкий!
Грубая пощечина. Еще одна.
Семен распахнул глаза. Дышать было очень больно, словно кто-то скрутил легкие. Он закашлялся и приподнялся, не соображая, где он и что здесь делает.
Перед ним на кровати сидел Демид, в худи и штанах. Волосы, как обычно, уложены на пробор. Значит, проснулся раньше и какое-то время бодрствовал.
- Это что... всё сон? – дотронувшись до щеки, спросил Семен.
- Что именно?
Хотелось бы, чтобы всё.
- Мне снилось, - Семен покраснел, вспомнив начало сна. Они с Демидом целуются. Наверно, даже не совсем сон, ведь до этого ночью они делали то же самое. – Мне снился батя.
- Опять кошмар? Давно их у тебя не было.
Семен задумался. И правда, сейчас он не мог точно сказать, когда именно кошмары перестали его мучить. Почему же сейчас они снова напомнили о себе?..
- Может, из-за смены обстановки.
- Может, - кивнул Демид и встал. Бросил на него взгляд. – Ты в порядке?
- Кажется, да.
Когда Демид вышел из комнаты, Семен закрыл лицо ладонями. Как-то все неправильно. Демид поймал Семена за попыткой сфотографировать его голым и, кажется, поверил в то, что он делал это, чтобы избавиться от шантажа Доценко. А сейчас Демид ведет себя как обычно. Словно ничего такого и не случилось. Но наверняка это всего лишь маска. Вполне возможно, что Демид придумал что-то очередное жуткое.
Сквозь полупрозрачные шторы струился солнечный свет. Смятое в ногах одеяло, которым они так и не воспользовались ночью, потому что в комнате было жарко. Большая кровать, на которой ночью они творили то, от воспоминания о чем Семен умирал от смущения.
Семен ощутил резкое желание остаться здесь навсегда и больше никуда не ходить, ни с кем не объясняться. Пропасть, исчезнуть.
На кухне послышался звон посуды. Видимо, Демид.
Семен взъерошил волосы. Вот как он мог так глупо попасться?.. Идея с фото с самого начала казалась ему провальной. В последнее время Семен только и делал, что совершал глупости. Вроде той, что случилась ночью, когда он снова позволил Демиду касаться себя.
Семен потянулся к телефону. Пять пропущенных от Марины, два голосовых от нее же.
Семен дополз до ванной комнаты, где умылся и привел себя в порядок. На кухне вскипел чайник, Демид сделал бутерброды с сыром и колбасой и подогрел оставшиеся с прошлого вечера макароны. На столе, помимо прочего, вазочка с печеньем. Сам же он сидел за столом, облокотившись на него и подперев щеку ладонью, и смотрел что-то в телефоне.
Ощущая себя максимально неловко, Семен налил себе чай и сел напротив. Напряжение, витавшее на кухне, казалось, можно было потрогать. Ни одной связной мысли в голове. Почему-то Семен разволновался, его снова охватило смущение. Демид часто его раздражал, злил, выводил из себя. Иногда он побаивался его, особенно в моменты его ненормальных выходок. Возбуждался, когда тот целовал и прикасался к нему. Но смущаться и сидеть как на иголках в его присутствии, – такого Семен за собой не помнил.
Вазочка с печеньем стояла ближе к Семену, и, когда Демид потянулся за печеньем, ему показалось вначале, что тот тянется к нему. Чтобы коснуться или схватить. Семен дернулся, отъехав на стуле немного назад, и чуть не расплескал чай. Демид посмотрел на него с удивлением, но ничего не сказал. Взял печенье и снова уткнулся в телефон.
Семен покраснел и от смущения закашлялся. Демид бросил на него внимательный взгляд, словно собирался что-то сказать, но так и не произнес ни слова.
Семен тоже не стал ничего больше говорить, поэтому остаток пребывания в квартире прошел в молчании. Что им пора возвращаться, Семен понял по действиям Демида: тот начал собирать вещи.
Также молча они дошли до остановки, сели на автобус и поехали к Доценко, где их ждала Марина. Семен не мог представить реакцию тетки, как бы ни пытался. Марина была непредсказуемой. Она могла отреагировать смехом на серьезные вещи и заплакать из-за ерунды.
Но в этот раз оказалось, что Марина очень зла.
Едва они с Демидом открыли входную дверь и вошли внутрь, как она буквально выбежала в прихожую.
- Где вы были?!
- Неважно, - прежде чем Семен успел открыть рот, ответил Демид.
- В смысле?!
- Нас ведь там уже нет. Там, где мы были, - скинув куртку и разувшись, Демид направился к своей комнате.
«Логично», - подумал Семен. Он не знал, что говорить Марине и надо ли. Она на него даже не смотрела, поэтому он рассчитывал тихонько прошмыгнуть к себе без лишних объяснений.
- Демид, стой, - Марина схватила его за локоть. – Что ты себе позволяешь? Что, неужели было трудно предупредить? Ответить на звонок. Видел, сколько раз я звонила?
- Не считаю нужным. Я не отчитываюсь перед тобой, - вырвал локоть из ее захвата Демид. – И не надо меня хватать.
- Я все расскажу твоему отцу. Хватит с меня.
- Да пожалуйста.
- Ну и посмотрим, - грудь Марины тяжело вздымалась. Взгляд ее упал на Семена, бочком пробиравшегося к комнате. – Сем, где вы были? Почему не отвечал на звонки? Это он тебя заставил?
- Я...
- Лис, не говори ей ничего.
- Значит, это Демид тебя подговорил, - кивнула Марина и скрестила руки на груди. - Я так и думала. Сем, ну, скажи, это Демид, да? Его идея?
- Он ничего не знал, - перед Семеном неожиданно встал Демид, загораживая его спиной от Марины. – Я сказал ему, что ты в курсе. Что я тебя предупредил, и ты согласна.
- Но это неправда, - пробормотал Семен.
- Помолчи, - не оборачиваясь, откликнулся Демид. И продолжил, обращаясь Марине. – Семен не знал.
- Вот как? Значит, ты обманул его? – прищурилась Марина. – Зачем?
- Просто... Если бы сказал правду, он бы ответил на твой звонок, и все бы рассказал, - пожал плечами Демид.
Семен не ожидал такого от Демида. Для чего тот отстаивал его перед Мариной, вызывая всю ее злость на себя, непонятно. Может, Доценко снова что-то задумал?..
- Ладно, - махнула рукой Марина. – Но не думай, что это сойдет тебе с рук.
- Зачем? – когда Марина прошла на кухню, шепнул Демиду Семен.
- Тебя это не касается, - откликнулся тот.
Семен ничего не понял. Не касается в смысле нечего такие вопросы задавать или же отношения Демида с Мариной не касаются Семена, поэтому и путаться ему в них незачем. Переспрашивать не стал, потому что Демид явно был на взводе. Семен проскочил к себе в комнату и первым делом сунул в уши наушники и включил музыку.
Остальное его не касается.
* * *
Марина сдержала слово и пожаловалась мужу на Демида. Семен не знал, говорила ли она что-то про него, но во всяком случае Доценко старший его ни о чем не спрашивал. А вот Демида вызвал на разговор. Марина тоже там присутствовала.
Семен прятался за приоткрытой дверью, боясь шевельнуться. Будет не очень, если заметят, что он подслушивает. Особенно Демид. Но и не подслушивать он не мог.
- Что это за выходки, Демид? – в голосе Доценко старшего слышалось недовольство.
- Что именно? – а вот голос Демида звучал ровно и спокойно.
- Ты прекрасно знаешь, - с раздражением начал Доценко старший. – Марина мне все рассказала. Мало того, что ты ночуешь вне дома без разрешения, игнорируешь звонки, так еще и грубишь.
- Я не грубил.
- Она спросила тебя, где вы с Семеном были и почему не отвечали на звонки. И это нормально. Будь я на ее месте, я бы вообще начал разговор по-другому. Но ты, видимо, посчитал себя главным здесь, раз позволяешь себе такое.
- ...
- Ну, что молчишь? Или для тебя в порядке вещей пропасть после школы где-то на всю ночь? Где вы были вообще?!
- У друзей.
- У друзей, значит. А предупредить? А ответить на звонок и сообщить, что все в порядке? Как насчет этого?
- Но ты был в командировке. И ты не звонил мне, так что кому я должен был отвечать?
Семен прикусил губу. Демид явно напрашивался. И чего это он таким дерзким с отцом снова стал?..
- Ты мог позвонить мне и отпроситься. Это во-первых. А во-вторых, ты мог сказать Марине. Ответить на ее звонки.
- Я уже говорил, что не собираюсь отчитываться перед ней. Она никто здесь.
- Демид, - кажется, Доценко старший хлопнул по столу кулаком.
- Костя, - прошептала Марина.
- Марина – моя жена. Она не никто. И ты будешь с ней считаться.
- Получается, я с каждой шлюхой теперь должен считаться? Как-то хреново звучит.
Семен не сразу поверил в то, что услышал. Но прозвучавшие после этого звук резко отодвинувшегося офисного кресла и пощечины подтвердили, что ему не послышалось. Марина ахнула.
- Не смей так говорить о Марине! Ты совсем забылся, Демид?! – заорал Доценко старший. – Научить тебя, как надо себя вести, а?!
Послышались звуки возни, как будто кто-то с кем-то боролся.
- Костя, не надо, - запричитала Марина.
- Больше никаких ночных гулянок. Из школы сразу домой. Если куда-то нужно, отпрашиваться у меня. И если еще раз ты как-то оскорбишь Марину или что-то еще, пеняй на себя. А теперь пошел к себе. Живо!
Семен отшатнулся от двери и молнией залетел к себе в комнату. Сердце колотилось очень быстро, дыхание сбилось. Семен приложил ладонь к горячему лбу и опустился на пол. Странно, но он сочувствовал Демиду. Нехорошо было не сказать ничего Марине, а потом фактически послать ее, но, в конце концов, Демид не сделал ничего ужасного.
Дверь в комнату распахнулась. Семен обернулся, не вставая с пола. Он ожидал увидеть Марину или Константина, но только не Демида. Но в комнату зашел именно он.
Демид прикрыл за собой дверь и, прижавшись к ней спиной, уставился на Семена. На правой щеке его виднелся красный след. От взгляда Доценко Семен смутился и хотел было подняться с пола, но не успел. Демид в два прыжка очутился перед ним на полу и, схватив его за плечи, повалил на спину. Приблизил свое лицо к нему.
- Ты чего?.. – в панике зашевелился Семен.
Но губы Демида уже накрыли его губы. Он целовал Семена с напором, до хруста раскрывая его рот, сталкиваясь своим языком с его. Прикусывал его губы, впивался в них. Словно душу высосать пытался. На Семена нахлынуло возбуждение, в штанах стало тесно. Лицо его горело, и если бы Демид открыл глаза, то наверняка бы поразился, насколько красным оно стало. Семен зарылся пальцами в его волосы, притягивая ближе.
Демид перешел на его шею. Сначала целовал, а после стал прихватывать кожу зубами. Напор стал еще яростнее. Семену показалось, что он сходит с ума от этих настойчивых прикосновений. Один из укусов оказался очень сильным, и Семен вскрикнул. Отстраненно подумал, что, наверно, останется засос.
Демид тут же отстранился и вгляделся в его лицо. Семен потянулся к нему за очередным поцелуем, но Демид неожиданно отпрянул и, отодвинувшись, сел рядом.
- Извини, - пробормотал он, пряча взгляд.
- Все нормас, - Семен тоже сел, глядя на него. Дыхание еще не выровнялось, а в штанах по-прежнему было тесно.
Демид посмотрел на него. Семен придвинулся, потянувшись к нему за поцелуем. Но Демид отвернул голову.
- Я же сказал, все норм, - выпалил Семен, отчаянно краснея.
Он и сам не понял, почему буквально упрашивает Демида продолжить. Как-то странно все это.
Демид неожиданно обнял его за плечи и уложил на пол, укладываясь рядом. Семен – на спине, а Доценко – на боку, лицом к нему. Одна его рука под головой Семена, а вторая – на животе.
- Тебя это возбуждает? – проникновенным шепотом спросил Демид.
Семен кашлянул.
- Что именно?
- Сейчас мы целовались, и ты... Ты ведь хотел продолжения, верно?
Демид смотрел на него в упор, а Семен делал вид, что с интересом рассматривает потолок. Слова Доценко сбили его с толку. Он ровным счетом не понимал, что происходит. Демид просто влез к нему в комнату и начал целовать. Конечно, он возбудился. На этих мыслях Семен споткнулся. Что значит «конечно, возбудился»?..
- Это... Это физиология, - наконец, выдавил Семен.
- Ты уже как-то говорил об этом, - усмехнулся Демид. – Так получается, тебя любой так может завести?.. – он приблизил к нему свое лицо. Теперь он дышал Семену прямо в ухо. – И даже Подольский?
Вздрогнув, Семен скинул со своего живота его руку и, поднявшись с пола, уселся в кресло. Демид сел на полу, вытянув ноги, а руками уперся в пол позади себя. Взглянул на Семена, наклонив голову.
- Что тебе не понравилось? Ты сам сказал, что это просто физиология. Но... она случается только со мной или с любым другим тоже?
- Она случается с девушками, Демид, - сухо ответил Семен.
- Тогда почему ты отвечал на мои поцелуи?
Семен взъерошил волосы и цокнул.
- Как ты надоел своими вопросами.
- Я просто пытаюсь понять.
- Что?
- Есть ли у меня шанс, - очень тихо.
- Что? – приложил ладонь к уху Семен.
Демид залез в карман штанов и вытащил телефон. После поднялся и подошел к Семену.
- На, смотри, - сунул телефон ему под нос.
На экране было фото Ярослава. Селфи в школе. Но главное не это. На Ярославе висела та самая цепочка, которую он стащил у Демида из ящика стола.
Семен постарался сохранить невозмутимый вид.
- И зачем ты мне Подольского показываешь?
- А ты не знаешь?
- Нет.
Демид поднял брови.
- Он выложил фото сегодня.
- Ты отслеживаешь профиль Подольского?
Демид усмехнулся.
- Нет. Просто вышло в ленте новостей. Но дело не в этом. На нем цепочка, которую подарили мне.
Семен нервно сглотнул.
- С чего ты взял? Как вообще такое возможно?
- И я так подумал. И проверил свой стол. Смотрю, а цепочки и, правда, нет на месте. Думаю, вот совпадение. Да?
Он знает. Вот черт. Семен гипнотизировал свои колени, пока мысли лихорадочно метались одна за другой. Нужно срочно что-то придумать. Но что?..
- И почему ты меня спрашиваешь? Я причем?
- А ты не причем? – прищурился Демид.
- Конечно, нет, - Семен надеялся, что возмущение вышло не наигранным.
Демид медленно кивнул чему-то про себя.
- Я вообще не знаю ничего про эту цепочку. Я даже не знал, что у тебя есть такая цепочка.
И это было почти правдой. Семен не знал о цепочке, пока ее не вытащил Ярослав.
Дверь в комнату открылась.
- Демид, ты почему здесь? Я велел тебе идти в свою комнату, - на пороге стоял Доценко старший.
- Я что, не могу зайти к Семену?
- А ты уроки все сделал?
- Все.
- Смотри, я проверю. А теперь дуй к себе. Нечего и Семена сбивать с пути и подбивать на разные глупости.
- Это и моя квартира тоже. Я имею право быть, где захочу, - буркнул Демид.
- Просто иди к себе, Демид, - отрезал Константин и распахнул дверь шире. – Давай, - кивнул в сторону коридора.
Бросив взгляд на Семена, Демид нехотя вышел из комнаты.
Впервые приход Доценко старшего оказался так вовремя. Семен откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.
* * *
Семен нервно оглядывался, высматривая, нет ли поблизости знакомых лиц. Не хватало, чтобы кто-нибудь (особенно Демид) увидел, как Ярослав, ухватив его за руку чуть ниже локтя, тащит в дальний угол, где расположился кабинет обществознания.
- Ну, что? – скрестил руки на груди Семен, когда они достигли места назначения. Сам кабинет был закрыт, и рядом никого не было. Он находился в глубине основного холла на первом этаже.
- Где фотка? Что? Нет? Вижу, несильно ты хочешь освободиться, - с усмешкой взглянул на него Ярослав.
- Тоже мне. Как я, по-твоему, достану ее, а?! – огрызнулся Семен.
Ярослав когда-то казался ему дружелюбным и хорошим?.. Как же он ошибался. От этого парня так и несло высокомерием и пафосом.
- Тем более, как я достану ее теперь, после того, как ты выложил гребанное селфи с цепочкой Демида? Нафига ты вообще это сделал? Теперь Демид меня подозревает.
Ярослав прищурился и склонил голову набок.
- Он уже заметил?
- Твое селфи? Конечно, заметил. И не только он.
Ярослав усмехнулся и запустил руку в карман черных джинсов.
- На, - протянул Семену ту самую цепочку, что стащил у Доценко.
- А?
- Бери, - качнул рукой Ярослав.
Семен взял цепочку и тут же поднес ее к глазам, рассматривая.
- Да та самая это. Положи обратно.
- Что, думаешь, Демид поверит, что она все это время лежала на месте?
- Плевать. Просто на место положи и все. И естественно, чтобы он тебя не видел.
- Само собой, - криво усмехнулся Семен и сжал в кулаке цепочку.
- Ладно. Я все еще жду фото. А потом у меня будет еще кое-что для тебя, - глядя поверх его плеча, произнес Ярослав. – Ну, бывай, - отсалютовал он ему.
Ярослав пошел первым, но едва он успел вынырнуть из-за угла, как наткнулся на Димона. Семен не успел затормозить вовремя, и тот заметил его.
- Так вот ты где, - посмотрел на Ярослава Димон. – Так это и есть твое дело? А все в столовке собрались, тебя ждут.
- Ну, и крутяк, пошли тогда, - схватил его за локоть Ярослав и потянул за собой.
Димон обернулся на Семена. Взгляд, которым тот его наградил, заставил Семена сморщиться. Уж Димону-то точно нечего на него так зыркать. Только если из-за Миры. Хотя какая Мира. Ясно, что Димону на нее плевать. Семену вспомнился день пятницы, когда он бежал к Демиду. Димон тогда шарился у подъезда с каким-то парнем и явно не хотел, чтобы его заметили.
Семен разжал кулак и посмотрел на лежавшую на свернувшуюся на ладони змейкой цепочку. Нужно будет незаметно вернуть ее на место.
* * *
Но Семена ждал неприятный сюрприз. Он специально рванул быстрее всех с последнего урока и помчался домой. У Демида должен был быть еще один урок, и у Семена было время незаметно подбросить цепочку. Дома на удивление были и Марина, и Константин. Впрочем, каждый из них занимался своими делами, поэтому зайти в комнату Демида незамеченным не составило труда.
Семен дернул за ручку ящика стола, но тот не поддался. Еще раз. Ничего. Семена прошиб холодный пот. Видимо, Демид снова запер ящики, как тогда, когда Семен только-только к ним переехал и пробрался к нему в комнату, чтобы узнать о Демиде больше. Семен дернул за ручку ящик повыше и, к его удивлению, тот открылся. Остальные также поддались. Значит, он запер только один. Тот, где лежала цепочка. Вот же...
Семен хотел сначала положить цепочку в любой другой, а потом задумался. Тогда будет понятно, что кто-то ее брал, а когда решил вернуть, положил в другой ящик, потому что тот уже был закрыт. Время шло, надо было что-то делать.
Семен открыл шкаф с одеждой и окинул взглядом гардероб Демида. Взгляд упал на худи, в котором тот был на съемной квартире. Поколебавшись, Семен сунул в карман цепочку. Глупо надеяться, что Демид поверит в то, что сам е туда положил и забыл, но все же.
Едва Семен вышел из комнаты, как наткнулся на Марину.
- Что ты там делал? Демид вернулся?
- Н-нет. Я просто... - прижался к двери Семен. – Просто занес ему тетрадь, которую у него брал. Да.
- Слушай, Семен, я хотела с тобой поговорить. Давай у тебя в комнате?
Семен кивнул.
Марина села в кресло, а он присел на подоконник напротив нее.
- Ты, наверно, скучаешь по Артемке. Вы теперь так редко видитесь.
- Ну, да, - он не понимал, к чему этот разговор.
- Просто мы с Костей посовещались и решили предложить тебе поехать к Артему. Вы могли бы учиться и жить вместе.
- Но у него специальный интернат.
Там учились дети с разными проблемами. Артем вот не говорил. У кого-то было очень плохое зрение, кто-то плохо слышал, у кого что.
- Да, но Костя сказал, это не проблема. Он мог бы договориться, если бы ты захотел. Ничего страшного. Зато вы будете вместе с Артемом.
Заманчивое предложение. Семен бы очень хотел, но как-то подозрительно все это было.
- В конце концов, если сам интернат тебя смущает, там недалеко есть частная школа, где ученики могут и жить, и учиться. Она, правда, платная, но если захочешь, я могу поговорить с Костей. Не думаю, что он будет против. Тогда вы с Артемкой могли бы гораздо чаще видеться. И Артемке было бы не так грустно вдали от родных.
- Но почему, вдруг? В смысле, до этого ты такого не предлагала. Что-то не так? Вы хотите от меня избавиться?
Марина вспыхнула и начала теребить пальцы, и Семен расценил это, как положительный ответ на свой вопрос. Но он не сделал ничего плохого ни ей, ни Константину. Тогда почему? Из-за Демида?
- Семен, даже не думай. Что это за разговоры такие. Просто... ты и сам понимаешь, наверно, что... Думаю... - Марина вздохнула и продолжила. – Вижу, тебе не очень нравится новая школа. Знаю, что ты скучаешь по Артему. Да и Демид, если честно, плохо на тебя влияет. Возможно, он делает это специально, хочет нас с тобой рассорить. И это неправильно. Поэтому мы с Костей и решили предложить тебе уехать. Но это не значит, что мы тебя бросаем. Нет.
- Ладно. Понятно. А я могу подумать?
- Конечно, - поспешно сказала она и встала. – Думай, сколько угодно. Оцени все плюсы и минусы. Посоветуйся с отцом. У Артемки спроси.
- Хорошо, - кивнул Семен.
- Только... - Марина потерла лоб. – Пожалуйста, не говори об этом Демиду, пока не примешь решение.
- Почему? – поднял брови Семен.
- Уверена, он специально захочет тебя отговорить. Но не потому что действительно хочет, чтобы ты остался, а назло мне и Косте. Понимаешь?
- Когда-то твой Костя сказал мне, что Демиду после смерти матери было очень плохо, и он очень хотел, чтобы я и Тема оказались здесь. Что он хотел бы брата или даже двух. А теперь?
Марина подошла к нему и положила ладонь на его плечо.
- Если Демид и хотел брата, то только из корыстных целей. Сема, извини, но я вижу со стороны, что он просто использует тебя, чтобы вывести меня и Костю.
Он просто его шантажировал. Да, наверно, Демид был счастлив, узнав, что парень, на отца которого у него был компромат, может жить с ним и стать его рабом.
- Ладно, не буду на тебя давить. Обдумай все, - с этими словами Марина вышла.
* * *
Они снова были втроем: Семен, Артем и их отец. И по-прежнему их разделяло стекло, за которым, словно в другом чужом мире, находился сейчас их батя. В углу сидел мужчина в синей форме, работник колонии, и, лениво листая журнал, периодически поглядывал на них.
Отец выглядел бодрее, чем в их последнюю встречу в новый год. Не такой изможденный, но взгляд по-прежнему уставший. Артем набирал на телефоне то, что хотел рассказать, а Семен озвучивал это все отцу. Тот слушал с дрожащей на губах улыбкой и кивал.
- Мы ставили классом спектакль к восьмому марта, я тоже участвовал. Мне дали роль... э-ээ... - запнулся Семен, вглядываясь в набранный братом текст. – Доски для резки овощей? Мне за нее поставили пять...
На этом месте Артем толкнул его плечом.
- Что? – посмотрел на него Семен.
Тот одарил его сердитым взглядом и показал жестами, что он ошибся.
- Блин, да, я на другую строчку перескочил, - почесал затылок Семен, вглядевшись в текст. – Получается... Так. Мне дали роль волшебника, который тайно всем помогал. А на уроке труда мы вырезали доски для резки овощей. Мне за нее поставили пять. Так правильно? – покосился на брата Семен.
Артем кивнул и показал большой палец вверх.
Отец засмеялся.
- Хорошо, что разобрались.
Артем набрал еще текст. Пробежавшись по нему глазами, Семен цокнул.
- Что там? – посмотрел на него отец.
- Тёма пишет, что я не умею читать. А мне и нужно уметь читать. Это ты должен говорить. Когда ты уже начнешь разговаривать, Тёмка? Пора.
Артем надулся и скрестил руки на груди.
- Ну, ладно, Семен. С Артемом все хорошо. Он обязательно заговорит. Я не сомневаюсь и очень жду этого. Верно, Артем?
Тот закивал.
- Вот и хорошо, - продолжил отец. – Важно, чтобы ты понимал, что ты не немой. Ты умеешь и можешь говорить. Там в интернате с тобой продолжает работать психолог?
Артем кивнул и показал жестами, что ходит к психологу три раза в неделю.
- Кстати, об этом, - Семен запнулся в нерешительности: сказать или нет. Так и не определившись, решил начать как шутку. – А что если я тоже буду учиться в одном интернате с Тёмой?
Артем округлил глаза и уставился на Семена. Отец нахмурился.
- Не понял. Зачем это?
- Просто... Не знаю. Тёмке не так грустно и одиноко будет. Он же на выходные и каникулы ко мне не ездит теперь. А так мы учились бы и жили вместе.
- Но там же специальный интернат. И Артемка там не навсегда. Как только он начнет говорить, мы его вообще переведем в обычную школу. Скорее всего, как раз в ту, в которой сейчас учишься ты.
- Я слышал, в том районе есть частная школа еще. Там тоже учатся и живут.
- Семен, - отец в непонимании смотрел на него. - Что-то случилось? Ты почему вообще такой разговор завел?
- Нет, - поспешно откликнулся Семен. – Все как обычно, - и повернулся к брату. – Тёмыч, что скажешь? Может, мне туда перевестись? Могли бы видеться чаще.
Улыбнувшись, Артем показал, что будет рад, но не знает, возможно ли такое.
- Подожди, Семен, - вмешался отец. – Ты что-то не договариваешь? Откуда такие разговоры?
Отец выглядел обеспокоенным, и Семен решил, что ни за что не добавит ему переживаний из-за себя.
- Все нормально, - он постарался улыбнуться как можно безмятежнее. – Шучу я просто. Тёмку вон призываю быстрее начать разговаривать и переезжать к Доценко.
Хотя брату там точно делать нечего.
Артем заулыбался.
- Точно? – внимательно смотрел на него отец.
- Да-да.
- Значит, ты просто скучаешь по брату? – взгляд отца смягчился. – Но Артем и сам там ненадолго. Просто на время, пока он не говорит. Уверен, что скоро он переведется в твою нынешнюю школу. Ну, а сейчас... Тёма, а почему ты не хочешь приезжать к Семену на выходные и каникулы. Например, у вас ведь скоро весенние каникулы, верно? Почему бы тебе не приехать?
Состроив расстроенную мордашку, Артем прижался к брату.
- Он не привык к Доценко, - обнял его за плечи Семен. – И я его понимаю. Я и сам... долго... привыкал.
- Как там у Марины с Константином дела? Как свадьба прошла? Подружился с Демидом?
Семен начал рассказывать в общих чертах, упуская подробности и умалчивая о многом. Артем доверчиво жался к нему, а отец улыбался и кивал, смотря на них.
Для себя Семен решил, что никому и ничему не позволит разрушить их мир на троих. И без того жизнь сыграла с ними злую шутку, разбросав их друг от друга в разные стороны. Со всеми проблемами он справится сам, не вмешивая отца и Артема. Если будет нужно, уедет и сменит школу, но решение примет сам.
* * *
Семен не знал, обнаружил Демид возвращение цепочки или же нет. Виду тот не подавал, вопросов на эту тему больше не задавал. Семен как мог старался его избегать. С последнего их разговора, когда Демид поругался со своим отцом и спросил у Семена про пропавшую цепочку, прошла почти неделя. И за все это время Доценко ни разу не пришел к нему ночью, как постоянно делал до этого. Каждую ночь, засыпая тревожным сном, Семен прислушивался к звукам за дверью комнаты, гадая, придет Демид или нет. Но тот не приходил. А ему даже не хотелось размышлять, почему. Не то чтобы он ждал его. Скорее просто привык. Наверно, так даже лучше. Слишком много вопросов повисло между ними. Слишком много того, что они не могли сказать друг другу по разным причинам. Семен ловил себя на мысли, что хотел бы уехать, бросить все и начать жить и учиться в другом месте. Даже в одном интернате с Артёмом. Если нужно, даже притвориться, что тоже не говорит. Или не слышит. Или не видит. Представлять выражение лица Демида, когда тот узнает о его отъезде, доставляло Семену радость. Ему хотелось, чтобы Доценко сполна прочувствовал, что он не в его власти, он свободен, и может делать, что хочет.
Но почему-то стоило увидеть Демида, пусть даже мельком, и Семена начинали одолевать сомнения. К радости от осознания того, что он может уехать в любой момент и распрощаться с Доценко, примешивалось какое-то ноющее чувство. Словно что-то тянуло Семена остаться. И к желанию уехать от Демида начинала подступать горечь.
Семен сам себя не понимал и злился. Он еще даже не решил ничего, а внутри все ныло и тянуло, не давая выкинуть Демида из мыслей.
И тогда Семен начал его избегать. Точнее, всеми силами пытался это сделать. Даже дома, если Марина и Константин были на месте, старался крутиться рядом с ними, потому что при них Демид к нему не подходил. И каждую ночь он с замиранием сердца ложился спать и молил, чтобы Доценко не приходил. И одновременно с этим, чтобы пришел.
Такие противоречивые чувства и эмоции сводили его с ума.
- Сёма?.. Сёма! Сё-ё-о-ома!
Семен вздрогнул и вынырнул из мыслей. Староста класса, Лиля, с улыбкой смотрела на него.
- Да?.. – он моргнул, быстро оглядывая актовый зал, в котором помимо него было несколько его одноклассников. Все они собрались здесь помочь украсить зал для завтрашнего концерта. Семен, обычно избегавший подобных мероприятий, в этот раз согласился участвовать. Все ради того, чтобы как можно меньше времени проводить дома, пока там один Демид и нет ни Марины, ни Доценко старшего.
И он все еще раздумывал над возможностью уехать.
- Сёма, ну, ты чего? Зовем тебя, зовем, - засмеялась Лиля. – Помоги, пожалуйста, Мише с Лешей прикрепить шарики к шторам.
- Сюда, - махали ему рукой Миха и Леха.
Семен поспешил к ним.
- Ты чего как зомби в последнее время? - с интересом посмотрел на него Миха.
- Не выспался, - виновато улыбнулся Семен, беря шарик.
- Кто-то спать тебе мешает, что ли? – хихикнул Миха, и получил тычок в бок от Лехи.
Семен покраснел и отвернулся.
- Завязывай со своими расспросами, Мих, - шикнул на того Леха.
- Все нормально, - кашлянул Семен, прикрепляя шарик. – Просто бессонница замучила что-то.
- Да ладно, бывает, - кивнул ему Леха.
Семен вздохнул. Михе и Лехе его не понять. Они и с половиной проблем, навалившихся на него, не сталкивались. И поделиться он с ними не мог. Слишком личная информация. Хорошо, хотя бы Подольский пока затих и не напоминает о себе.
- Сёма, - обратилась к нему Марина. – А ты рассказал Феде про мое предложение? О новой школе.
Они вдвоем были на кухне. Она, чертыхаясь и сверяясь с открытым в телефоне рецептом, что-то варила в кастрюле. А Семен доедал мясную котлету, закусывая салатом из огурцов и помидоров.
Вопрос застал его врасплох.
- Да, говорил.
- И что он сказал?
- Чтобы я сам решил.
- И что ты думаешь?
- М-мм. Пока не определился. Это что, срочно?
- Нет, конечно, нет, - поспешно откликнулась Марина, помешивая бульон.
На кухню зашел Демид, и Семен невольно вздрогнул. Обычно тот не показывался на кухне или в гостиной, если там была Марина, поэтому Семен не ожидал увидеть его сейчас здесь.
Демид взял свою чашку и налил воды. Сел за стол, напротив Семена, и начал пить. Потянулся к вазочке с конфетами, стоявшей на столе. Все это Демид делал медленно, словно тянул время. Семен не знал, слышал он его разговор с Мариной или нет. Может, и слышал, поэтому и пришел сюда в надежде услышать продолжение.
Семен старался не смотреть на Демида. Марина тоже делала вид, что его нет, и, напевая себе под нос, продолжала колдовать над кастрюлькой, закидывая в нее овощи.
Хлопнула входная дверь. Пришел Доценко старший. Марина бросила свое варево и побежала в прихожую. И Семен остался наедине с Демидом.
С того момента, как Доценко уселся напротив него Семен ощущал на себе его взгляд. Он упорно отводил глаза, делая вид, что поглощен едой, и мысленно подгонял время. Пусть уже допивает свою воду и уходит. А в итоге ушла Марина.
- Не хочу, чтобы ты общался с Мариной, - выдал Демид.
Семен вздохнул.
- Мое мнение тебя, конечно, не интересует.
- Просто не понимаю, почему. Ты спрашивал у нее, знакомила ли она твоего отца и мою мать? Спрашивал?
Спрашивал. Она все отрицала. Верил ли Семен ей? Нет.
- Да какая разница уже?
- Что Марина сделала для тебя хорошего? Зачем тебе с ней общаться?
- Ну, тогда заставь меня. Заставь меня не общаться с ней. По-другому никак, - огрызнулся Семен.
Демид хотел ответить, но на кухню вернулась Марина. Он ополоснул чашку и, поставив ее на место, ушел.
* * *
Ночью Семен проснулся от прикосновения. Чья-то рука обняла его, а горячее дыхание опалило мочку уха. Хотя он уже знал, кто это.
- С чего, вдруг, решил прийти?
- Скучал без меня ночами?
- Еще чего.
Демид усмехнулся. Семен хотел повернуться к нему лицом или хотя бы лечь на спину, но тот не дал ему этого сделать. Так они и остались лежать: Семен на правом боку, и Демид, прижавшись к его спине и обнимая его.
- Зачем ты общаешься с этой сукой?
- Ты про Марину?
- Конечно.
Семен прикрыл глаза. Демид снова так близко, он уже начал отвыкать. Но теперь понял, что ему только казалось. Ладонь Демида на животе Семена, а его губы возле уха, и самоконтроль сразу рухнул.
- Я с ней особо и не общаюсь. Просто мы живем вместе, если ты забыл.
- Она бесит меня, - вздохнул Демид. – О чем вы говорили сегодня на кухне? Что ты должен решить?
- Да так.
Сердце Семена забилось быстрее. Он собирался рассказать ему, несмотря на запрет Марины. Он хотел рассказать и увидеть его реакцию.
Демид потерся кончиком носа о мочку его уха. Ладонь переместилась с живота выше, пальцы очертили контур соска сквозь майку. Сознание Семена начало уплывать, прикосновения путали его мысли. Дыхание Демида участилось, когда он запустил руку под его майку. А Семен поймал себя на том, что ему нравятся эти прикосновения.
- Хочу, чтобы отец прогнал ее. Она не заслуживает быть здесь, - прошептал Демид, скользя горячими пальцами под майкой Семена.
Слова, сопровождаемые ласковыми прикосновениями, казались более чем правильными. По телу Семена бежали мурашки, внутри разливалось тепло. Демид устроил подбородок на его плече, прижавшись сильнее.
- Давай ты будешь ее игнорировать?
- Что?
Усилием воли Семен вынырнул из приятных ощущений ласкающих прикосновений и близости чужого тела и попытался вникнуть в то, что говорил Демид.
- Просто игнорируй. Типа ее нет. Словно она пустое место.
Семен вытащил руку Демида из-под своей майки и сдвинулся ближе к краю, чтобы между их телами появилось хоть какое-то расстояние.
- Так все из-за Марины?
- Что из-за Марины? – Демид сделал попытку снова залезть ему под майку, но Семен не позволил ему.
- Ты приперся сюда, чтобы убедить меня игнорировать Марину?
- Я пришел, потому что захотел.
- Или потому что подслушал наш разговор на кухне.
- Да плевать мне на эту Марину. Просто противно, когда ты с ней разговариваешь и вообще. Было бы круто, если бы ты ее не замечал.
Но мысли Семена уже закрутились в другом направлении. Вспомнились слова Марины про Демида. Если Демид и хотел брата, то только из корыстных целей. Сема, извини, но я вижу со стороны, что он просто использует тебя, чтобы вывести меня и Костю. Так и получалось. Семен бы еще добавил, что дело не только в Марине и Доценко старшем. Дело в том, что Демид – избалованный эгоист. Ему нравится играть с людьми. Он понял, что Семен в его власти, и теперь наслаждается этим.
- Ты можешь просто запретить мне с ней общаться. Как запрещал тогда с Подольским. Заставь меня. Давай, - сквозь зубы проговорил Семен, а к горлу уже комком подступала горечь.
- Да что с тобой? Какого хрена ты так говоришь?
Демид приподнялся на локте и попытался заглянуть Семену в лицо. Ха, он ему не позволит. Семен уткнулся лицом в подушку и сдвинулся еще ближе к краю.
- Упадешь, - ухватил его за пояс Демид и подтянул обратно. – Ты чего, Лис?
- Ничего. Незачем спрашивать. Тебе же плевать, - пробубнил в подушку Семен.
Демид схватил его за плечо и попытался развернуть к себе. Семен обхватил подушку руками и прижал ее к себе. К Демиду он так и не повернулся, оставаясь лежать на боку, спиной к нему. Тот оставил попытки повернуть его к себе, и он просто плюхнулся на спину рядом.
- Кто еще из нас псих? – проворчал Демид. – Я не понимаю, какая муха тебя укусила. Ты так разозлился из-за Марины? Если да, то забей. Делай, что хочешь. Можешь хоть целоваться с ней.
Семен фыркнул.
- Ну, спасибо.
- Я серьезно, - Демид тронул его за плечо. – Что случилось? Из-за чего ты психанул?
Семен закрыл глаза и мысленно сосчитал до трех.
- Просто меня достал твой шантаж. Ты сказал, тебя бесит Марина. А меня бесишь ты. Ты и твои угрозы, что ты покажешь фотки и видео с батей отцу своему.
Демид молчал. Пауза затягивалась все сильнее. Семен обиженно сопел, прижимая к себе подушку. Он отлежал бок, безумно хотелось перевернуться или хотя бы лечь на спину. Но Семен с отчаянным упорством продолжал лежать в той же позе. Он ни за что не повернется к Демиду. Пусть вообще тот проваливает из его кровати.
- Я не делал ничего такого, - наконец, спустя вечность, как показалось Семену, тихо откликнулся Демид.
- Серьезно? – усмехнулся Семен. Это «ничего такого» зацепило его сильнее любого оскорбления. – Ты приковал меня наручниками к батарее, подмешивал в чай снотворное, заставлял сидеть с тобой, гулять, запрещал общаться, с кем я хочу. Ты постоянно лапаешь меня, словно так и надо. Ты... Ты... - он начал задыхаться, пока говорил все это. – Ты сам говорил, что я твоя таблетка. Как раба меня какого-то используешь.
Семен, вдруг, ощутил, что его обидели. С ним поступили несправедливо. Жизнь сыграла злую шутку. Он не должен был вляпаться во все это. А Демид только добавлял горечи в и без того горькую жизнь.
В его плечо вцепились сильные пальцы. Рывок – и Семена насильно развернули. Он забрыкался и заехал Демиду подушкой по лицу. Но тот вырвал из рук подушку и сунул ему под голову. Семен оказался на спине, а Демид навис сверху, прижимая его запястья.
- Пусти. Вот опять. Видишь?
- Я уже говорил, что так было раньше. Сейчас по-другому. Мне нравится проводить с тобой время.
- Еще бы, - у Семена вырвался нервный смешок.
- То, что я говорил раньше, было раньше. И я никогда не желал тебе ничего плохого. Но ты веришь всем, кроме меня. Даже подлым мразям вроде Подольского.
Демид проговорил это тихо, но очень отчетливо. Его голос дрожал.
- То есть ты не такой? То, что ты делаешь со мной, это нормально, по-твоему? – прищурился Семен.
- Да что я делаю-то такого?!
- Реально не понимаешь? Ты дебил или прикидываешься?
Семен старался говорить спокойно и холодно. Даже если Доценко нависает над ним и держит его запястья. Даже если взгляд Демида буравит его насквозь. Даже если он все еще хочет, чтобы тот продолжил касаться его...
- Если бы ты мне доверял. По-настоящему. Если бы было честно и открыто. Я... Никакого шантажа бы и не было.
- Доверять тебе?! Честно и открыто? Ты угораешь?
Пальцы Демида сжали запястья Семена с такой силой, что тот поморщился.
- Я, правда, хотел по-другому.
- Хотел брата? Или друга? Или просто использовать меня и злить отца и Маринку. Использовать меня как своего раба, а?!
- С чего ты взял... Я ни за что бы...
- Если хочешь быть хорошим, - Семен облизнул губы. Сердце в груди стучало очень сильно. Казалось, его стук отдает в уши. – Лучше отпусти.
Вот сейчас он скажет ему. Конечно, этот момент Семен представляя себе по-другому и не здесь. Не в полутемной комнате посреди ночи с Демидом на нем.
- Я уезжаю.
Пауза. Прерывистое дыхание Демида в тишине.
- Что?.. Как? Куда?
- К Тёмке. Буду учиться в одном с ним интернате, - Семен решил, что в любом случае Демиду подробности знать необязательно. Пусть думает, что действительно едет к Артёму. – Мы и так с ним почти не видимся.
А теперь контрольный удар. Семен глубоко вдохнул и медленно выдохнул.
- И я не могу больше терпеть то, что ты делаешь. Не хочу тебя видеть, слышать. Не могу находиться рядом.
- Ты серьезно?
Семен кивнул.
- И кто тебе разрешит? Как ты уедешь?
- Марина и твой отец договорятся. Ничего сложного.
- Уверен? Или... - Демид резко замолчал, а потом продолжил. – Или это они тебе предложили?.. Она? Эта сучка Марина, верно?!
- Никто ничего не предлагал. Я так решил. Ясно?
- Ты не поедешь, - мотнул головой Демид.
- Что? Снова начнешь шантажировать? И после этого еще будешь говорить, что хотел дружить. Что тебе можно верить. Что ты хотел как лучше.
Демид молча вглядывался в его лицо. Семен как мог держал покерфейс.
- Ты, правда, хочешь уехать? Ты хочешь этого? – безжизненным голосом спросил Демид.
Семен нервно сглотнул. Он хотел и не хотел одновременно. Он жаждал уехать дальше от Демида и почти так же сильно жаждал остаться с ним.
- Хочу.
Усмехнувшись, Демид разжал пальцы, отпуская его запястья. Еще пара секунд – и он слез с кровати. дверь открылась и тихо закрылась.
Семен остался один.
* * *
Семен не жалел, что сказал Демиду о своем отъезде. Когда он говорил, решение не было принято. Он сомневался, его раздирали противоречивые эмоции. Но после того, как он сказал, пути назад не было. Семен еще не говорил с Мариной, сам не понимая почему. Хотя нет, понимал. Из-за Демида. Всё из-за него.
И тогда Семен решил, что поговорит с Мариной в следующую субботу. Это придало ему уверенности, он даже стал чувствовать себя бодрее. Но чем ближе был этот день, тем сильнее его начинали мучить сомнения.
В четверг он со спокойной совестью прогулял половину уроков и просто бродил по улицам, слушая музыку. С Демидом с той ночи они больше не общались. Во время случайных встреч даже не здоровались. Он ощущал на себе иногда тяжелый взгляд Демида, но делал вид, что не замечает. А вот с Мариной Демид наоборот помирился. Извинился перед ей и сунул шоколадку. Марина взяла шоколадку и обняла его, сказав, что они должны подружиться. Доценко старший смотрел на них с улыбкой. Кажется, запрет Демида на гулянки отменили.
А в пятницу случилось страшное.
Поздно вечером Марина, вдруг, запричитала и схватилась за живот. У нее началось кровотечение, она побледнела, и почти потеряла сознание. Почти, потому что глаза ее были открыты, но она ни на что не реагировала. Словно отключилась. Доценко старший вызвал скорую и уехал с Мариной.
Семен и Демид остались одни. Демид сам был бледен, словно увидел призрака. У него дрожали руки, и вообще видок у него был, словно он и сам сейчас свалится.
Демид ненавидел Марину – в этом Семен был уверен. Эти фальшивые извинения и шоколадка – ерунда. Доценко что-то задумал. Но сейчас, видя Демида таким потерянным, Семен засомневался. Может, все не так, как он думал?..
Дверь в комнату Демида была приоткрыта. Семен прошел бы мимо, если бы не услышал что-то, похожее на всхлип. Не удержавшись, он заглянул внутрь и остолбенел. Демид Доценко сидел на полу, прижавшись спиной к кровати, и ... плакал.
По его щекам текли слезы, и он изредка всхлипывал, утирая нос ладонью. Семен, постояв в нерешительности, подошел ближе и встал рядом. Что-то защемило внутри при виде такого Демида.
- Только не говори, то ты из-за Марины, - чтобы как-то нарушить возникшую неловкость, сказал Семен.
Демид молча посмотрел на него.
- Ладно, я, пожалуй, пойду, - Семен сделал шаг назад.
- Это я сделал. Теперь она может потерять ребенка. Из-за меня, - хриплым голосом произнес Демид.
Семен замер.
- Ч-что?! Как это? Что ты сделал?!
- Не смотри так, - Демид криво усмехнулся и шмыгнул носом. – Ну, да, я только сейчас понял, что натворил.
Он задрожал и закрыл лицо ладонями.
- Что ты сделал?
- Я незаметно налил в ее чай сок алоэ. Она не заметила и начала пить, и тогда я испугался и... Я отвлек ее и, когда она ушла, все вылил. А когда она вернулась, сказал, что случайно пролил и заварил ей чай по-новому.
Семен мало что понял. Он присел на корточки рядом с Демидом. И неожиданно ощутил, что сам начал дрожать.
- Ты пытался отравить Марину?
Демид отнял ладони от лица и втянул носом воздух.
- Я узнал, что сок алоэ может вызвать выкидыш. И купил его. А потом незаметно добавил ей в чай.
Да, Марина любила разные травяные чаи. У нее было много пачек с разными травами, растениями.
- Но... она не выпила?
- Она начала. Я не знаю, что на меня нашло. Я очень испугался. Сказал, что ее телефон звонит. Она пошла, а я все вылил. Налил ей снова чаю. Обычный, который она и пила. Но, видимо... Видимо, раз ей стало плохо, то... значит, подействовало...
Семен хмурился, слушая эту исповедь. Его разрывали противоречивые эмоции – ему было и жаль Демида, и он злился на него.
- Зачем ты это сделал?
- Потому что она сука, - произнес он со злостью. – Она давно хотела выйти за отца, поэтому и маму к твоему отцу толкала. Она сука настоящая. Тебя тоже она хочет отослать. Всегда против меня. Я никогда ей не нравился. Она всегда была фальшивой, и я знал это.
- Тогда почему ты не дал ей допить чай?
Демид стукнул кулаком по полу и задрал голову.
- Я не думал до этого, - он посмотрел на Семена. – Не понимал, что... она беременна от отца. И это мой брат или сестра. А я... Получается, что я пытаюсь его или ее убить. Я это сделал. Но ребенок ни в чем не виноват, - его голос задрожал. Слезы текли по раскрасневшимся щекам. – А я убийца. Я убил своего брата или сестру. Убил. Понимаешь?.. – закончил он шепотом.
Впервые Семен видел Демида потерянным и слабым. Раздавленным. Бледным, с искусанными губами, в слезах и соплях. И почему-то ему захотелось его обнять.
Но все, что Семен сделал, это сел рядом с ним, плечом к плечу. Демид посмотрел на него.
- Может, все и обойдется. Она ведь не допила его. К тому же, может, дело вообще не в чае, - сказал Семен, глядя перед собой.
Демид шмыгнул носом.
- Ты ненавидишь меня? – очень тихо.
- За то, что ты сделал с Мариной?
- Вообще. Ты считаешь меня ужасным, да?
Семен повернул к нему голову.
- Я не считаю тебя таким.
И это было правдой. Демид сделал много плохого. Он часто вел себя как псих. Но было и хорошее. И Семена тянуло к нему, как бы он не пытался это отрицать.
- Если ты уедешь, я... - голос Демида дрогнул. – Мне будет очень плохо.
Семен улыбнулся. Он все еще не знал, можно ли верить Демиду. Искренен ли тот с ним.
Демид осторожно устроил голову на плече Семена и закрыл глаза. И от этого доверчивого жеста что-то как будто дрогнуло внутри. В этот момент Семен точно решил, что не уедет.
Он пока не может отдалиться от Демида.