ozhogi | Намгю

голосование закончилось. Игра продолжится, а отношения между двумя сторонами становились всё более напряженными. В глазах каждого горел огонь ненависти, который могли потушить только победа или выход из игры. Отчаянные души искали свое утешение в этих стенах, напоминая мне себя. Утешение, что я искала, стояло рядом со мной, молча придерживая меня за плечо. Слова были бы лишними, хватало обычных касаний и монотонного дыхания, напоминающего успокаивающую колыбель.

даже будучи в спокойствии, взгляд невольно бегал на лица Се Ми и Чжун Хи, стоящих в нескольких метрах от меня. До боли в суставах хотелось подбежать и извиниться, но я понимала, что сейчас не время. со стороны, возможно, это выглядело глупо. По-ребячески и особо не имело смысла. Но когда ты оказываешься лицом к лицу со смертью, события принимают другую форму, вызывая бурю эмоций. Возможно, сейчас я и совершила ту фатальную ошибку, что больше не даст мне оказаться с ними рядом и принести свои извинения. Позитивного настроя больше нет, ничего кроме сожаления и страха о кончине не было и не будет.

сжимая переносицу, я скромно прижималась к парню, что особо этому внимания не уделял. Все, кроме Таноса, молчали. Его нечленораздельная речь кружила голову и словно била тяжелым молотом по вискам. Мне хотелось заткнуть его и постоять в тишине, пытаясь собрать кружащую в голове мысль воедино. хотелось, как в былые времена, посидеть над книгой и поделать вид, что поглощена чтением, а на самом деле в голове рассуждать обо всем произошедшем. Я не верила, что все те люди и вправду умерли, даже после того, как чувствовала на коже их кровь и видела, как их головы размозжает о каменные стены. Это все иллюзия, пьяный бред или последствия какого-нибудь алкоголя, что я редко употребляла на пару с бывшей подругой в различных барах на клубных улицах Сеула. Я просто не верю в это.

мозг сам старался переключаться с плохих событий, так называемая самозащита. Глупо надеяться, что это поможет и оставит в здравом рассудке. Невольно голову задурманили мысли о прижимающем меня парне. Его рука постепенно сползала вниз, принимая более удобное положение, скатываясь с плеча на талию. Сейчас меня это не волновало, правда. Наверное, странно, что мне, наоборот, нравится, да? Эти незамысловатые действия вызывали трепет и порхающих внутри бабочек, напоминая туманное действие цветной таблетки. Танос замечал это, кидал многозначительные взгляды на руки Нам-Гю, но вслух ничего не говорил, продолжая шататься и дергать Мин-Су. Это и хорошо, сейчас не время обсуждать взаимоотношения, да и я не хочу. к этому нужно готовиться, хотя бы морально, но время на это нужно.

— я отойду. — Нехотя вырвавшись из теплых рук Нам-Гю, я пошагала в сторону женского туалета, не дожидаясь чужого соглашения. На это действие меня подбила Чжун Хи, что быстрым шагом шла туда, придерживая одной рукой живот, а другой прикрывая лицо. Это была отличная возможность расставить все точки над И в этой ситуации, но где-то внутри я чувствовала, что все будет не так просто.

приоткрыв дверь в уборную, я заглянула туда в ожидании образа миниатюрной девушки, но комната была пуста. Значит, она либо зашла в одну из кабинок, либо же я ее упустила. Но такого уж точно быть не может, в этом я уверена. Зайдя внутрь, я встала у раковины, смотря в свое отражение. Взгляд бегло бегал по мятой форме и взлохмаченным волосам, что неровно обрамляли худое лицо. Мне начинало казаться, что от нахождения в этом месте я постепенно начинаю исчезать. Губы давно обсохли, веки слегка краснели, как от аллергии, а кожа становилась неестественно бледной. С каждым днем я была все худее и худее, теряя старые формы. Стресс и недоедание показали себя в полных красках, заставляя внутри всему сжиматься.

на удивление было тихо, очень, что начинало нагонять беспокойство. Уйти ей было некуда, ведь я шла по пятам, но в помещении ее след простыл. Поправив челку и помыв руки лишний раз, попытавшись смыть оставшуюся в памяти грязь чужой крови, я собиралась выйти из туалета, но на фоне раздались громкие всхлипы, приковавшие к себе внимание. Почти на цыпочках я подходила к двери, откуда безутешно вырывались страдальческие стоны. Раздумывая над следующими действиями, я медленно приподняла руку к дверце, намереваясь постучать. Но кулак повис в воздухе, не нарушая внутреннюю агонию девушки. Задумавшись на таком моменте, я продолжала слушать плачь, пытающийся вернуть меня в реальность. Резко и довольно громко я костяшками пальцев постучала по двери, из-за чего девушка притихла. может, она думала, что здесь никого нет?

— кто? — дрожащий голос вывел меня из колеи. Отступив назад на один шаг, я слегка расправила плечи, стараясь ответить спокойно и вытащить Чжун Хи на диалог. Мысли затерялись, как в тумане, на фоне вопроса и раздающегося хлюпанья. Все слова поддержки и извинения, что я надумывала до входа в помещения, посыпались, как карточный домик.
— это я, Союн. — прозрачность ее желаний для меня была вновизну. Я знаю, что я последняя, кого она хочет видеть, но я уже стою здесь, перед этой дверью, являющейся небольшой преградой между нами и предстоящей перепалкой. Повисло молчание, прерываемое тихим хлюпаньем носа и неровным дыханием, выдающим ее волнение и страх. Сказать чего-то лишнего мне не хотелось, так что я покорно ждала ее ответа, прожигая дыру в пастельно-розовой двери. Скажи она остаться, я останусь, скажи уйти...
— уходи. — Простояв в тишине после этого ответа, я взвешивала все за и против. Наверное, мне и правда лучше уйти, оставляя ее наедине с мыслями. Прикусив губу, я на пятках повернулась к выходу, но тихий девичий голос остановил меня. — нет, погоди, стой, я не хотела. — Дверь приоткрылась, а девушка выглянула из кабинки с опаской, словно боясь увидеть меня лишний раз. Мы встретились взглядами, и я поторопилась отвести глаза, неловко прикусывая нижнюю губу и пряча руки в длинных рукавах. Чжун Хи продолжала твердо смотреть на меня с неприкрытой обидой. С чего мне начать диалог, чтобы она не отвергла все объяснения, что мне так хотелось донести?
— я хотела поговорить.. — Счет времени потерялся, до игры оставалось немного, но я продолжала задерживать нас тут. Правда, стоя перед ней лицом к лицу, у меня появился вопрос. За что я должна извиниться?

мой голос не был решающим. Встань я на ее сторону, ничего бы не поменялось, кроме смены союзников и обретения новых врагов в виде Таноса с Нам-Гю. Так почему же мне так стыдно за сделанное? Сейчас я понимала слова брюнета, что словно въелись в память, часто всплывая отрывками и напоминая, что к чему. Не я виновата в их участи, никак нет. Мы сами строим себе будущее, и сейчас я должна задумываться только о своих желаниях. Ведь так? Я пыталась убедить саму себя в своей же правоте, но подсознательно я стыдилась этого. Я стыдилась даже смотреть ей в глаза.

момент напряженного ожидания повис в воздухе. Мы обе молчали, а мой взгляд беспокойно бегал по комнате, избегая зрительного контакта с заплаканной девушкой. Опершись о дверь, она придерживалась на живот, слегка склоняя голову набок. На красных от плача щеках засохли соленые дорожки слез, приводящие к красным глазам. В них не было спокойствия, только внутренние боль и страх. Ее челка небрежно прилипла к мокрому лбу, а волосы, словно вода, опали на плечи. Этот уставший образ вскружил все былые мысли. Наверное, я ошибалась.

— мне жаль, что я так поступила. — Мой голос был словно белый шум в моей голове, пролетающий где-то мимо и не доходящий до ушей. Я теребила рукав, стараясь успокоиться и выдержать пронзающий насквозь взгляд Чжун Хи. Она не отрывалась от меня, стойко желая ковырнуть мне под кожу и залезть поглубже, дабы узнать все тайны и желания, что я старательно прятала, выдавая за ненужный мусор. Мне казалось, что она не поверила мне тогда, думая, что я здесь вовсе не из-за долга. Но этот взгляд уверил меня в собственной правоте. Смутившись, я опустила голову вниз.

Нервы были на исходе. Было ярое желание разрыдаться прям тут, чувствуя безысходность, неготовность к этому разговору. Сейчас я была для себя ребенком, что извинялся перед своей незрелой матерью, пытаясь прекратить игнорирование и осуждение. Сердце пропускало удар, а на лбу выступила испарина. Помещение наполнялось спертым воздухом, кружа голову и вызывая неожиданные мурашки. В горле стоял ком из всех слов, что я хотела произнести, но не могла. Всё было против меня и продолжения того диалога. Начав активно жестикулировать, я крутила кистью в воздухе, делая вид, что вспоминаю.
— это была... минутная слабость, я правда хотела отказаться... — нагло вру. Слова текли стремительно, подобно ручью. Желания останавливаться не было, ведь я смогла разговорить саму себя, но взболтнуть лишнего мне не хотелось. — я бы не хотела портить наши взаимоотношения. Извини за эту... оплошность. — я говорила то, что хотела слышать она. Чжун Хи внимательно следила за каждым моим движением, временами стирая рукавом толстовки слезы, что иногда скатывались по ее щекам, добивая сильнее. Замолчав, я уставилась на ее спокойное на удивление лицо. Ее молчание было длинной в вечность. Я просто как дура смотрела на нее, переминаясь с ноги на ногу, ожидая какого-то вердикта.

признаюсь, держалась она долго. прошло минуты две, как она, словно пес, сорвалась с цепи и вцепилась в меня двумя руками, прижимаясь лбом к моему плечу. Всхлипы и громкий плач раздались новой волной, а на моем плече размывалось мокрое пятно от горьких слез. Мои пальцы плавно заскользили по ее спине, а одна из рук невесомо упала на затылок, медленно поглаживая. Шепотом я приговаривала ей о том, что все будет хорошо, но казалось, Чжун Хи и вовсе это не слышит. Постепенно девушка успокаивалась, хоть и продолжала сжимать натянутую на меня толстовку в своих ручках. Она бормотала что-то себе под нос, прикрывая веки и выстраивая дыхание. Я слышала лишь мольбы о возвращении домой, что были особенно громко произнесены, словно адресованы лично мне. Настроение Чжун Хи сменилось как по щелчку пальцев. Отпрянув от меня на два шага назад, она опустила голову вниз, показывая стыд за проявленные эмоции в такой момент.
— прости, это было лишним. — Хриплый от долгой истерики голос приглушился рукой, что девушка прижала ко рту. Хотелось вновь припасть к ее спине и утешить, но Чжун Хи показала свою неготовность к этому. Отчаянно выдохнув, я повела плечом, стараясь собраться.
— нет... нет, всё нормально. Я понимаю. извини меня еще раз, прости, правда. Да... — Путаясь в словах, я, не думая, сделала шаг назад. Она сразу приподняла обеспокоенный взгляд на меня, а я неловко прикусила губу. Закрыв лицо руками от лишнего внимания, я вздохнула. Хотелось принять горячую ванную и провести в ней весь вечер, забыв всё, что произошло за последнее время. Игра еще не началась, но я уже была никакая. Ноги становились ватными, а от нахождения здесь, с ней, из меня словно выжали все соки. Я ждала, пока она ответит хоть что-то, но время шло, а ответа не было. Периферийным взглядом я заметила открывающуюся дверь. В помещение зашли две девушки, а Чжун Хи, что успокоилась и стерла грустную гримасу с лица словно по щелчку пальцев, уже стояла передо мной.
— я принимаю твои извинения, всё нормально. — без улыбки она протараторила мне на ухо. Кожа покрылась едва заметными для глаза мурашками. Не дожидаясь моего ответа, она вынырнула из комнаты быстрым шагом.

***

Я покинула уборную не сразу. Постаралась привести себя в презентабельный вид и выйти спокойной. Так сказать, хотелось поймать дзен. Идя по знакомому коридору, я думала над предстоящей игрой. Мне не хотелось налажать и подставить кого-то, но и употреблять вновь... Я говорила не предлагать мне ничего такого, но послушает ли эти слова Нам-Гю. Почему-то я сомневаюсь.

зайдя в общежитие, ко мне сразу же приковался взгляд брюнета. Он не был спокоен, опять всё встаёт на круги своя. Напряжение витало в воздухе как влитое, окружая со всех сторон и поглощая меня в самую гущу. Подходя ближе, я замечала его беспокойство сильнее и сильнее. Вздернув брови в вопросе, я остановилась в паре шагов от Нам-Гю, выдерживая мнимую дистанцию. На его лице растянулась неестественная улыбка, сводящая скулы.
— что-то случилось? — скептично оглядев всех стоящих рядом людей, я заметила Се Ми, что вновь была рядышком, словно и вовсе никуда не уходила. Никто не спрашивал про ее отказ, возможно, это произошло, пока меня не было, но сейчас все было словно как и раньше. Смутившись от этого, я вновь вернула взгляд на уже спокойное лицо парня, постаравшись не акцентировать внимания на девушке.
— все нормально. Долго же ты. — Его слова не расслабляли, наоборот, нагоняли страха неизвестности. Чего такого значимого я могла пропустить, что он так напрягся? Главное, говорит, что всё хорошо, но всем видом показывает другое.
— да просто успокоиться пыталась, не более. — Считай, не соврала, ведь последние десять минут я и вправду успокаивалась и старалась стать более естественной после диалога. — что я пропустила?
— да ничего особенного, только 333-му вновь досталось. — Переведя взор на стоящего вдалеке парня, я заметила стекающую по его лбу кровь. Вновь подрались. — Субону тоже влетело, только вот этот Мен Ги - немощный остался жив именно благодаря 001-му. — Он говорил это с пренебрежением, а услышанные имена были для меня неизвестны.
— Субон — это Танос? — уточнив, я получила одобрительный кивок. Вот как, значит, Мен Ги - это 333-й. Танос молча стоял рядом с Се Ми, иногда вкидывая какие-то понятные только ему шутки и излюбленные им англицизмы. Он был в бешенном трипе, игнорируя всё, что кружилось вокруг него. Я представляла, какого ему, хоть и не помнила всё то, что происходило именно со мной. Туманом чувства охватывали конечности, возвращая меня назад в те моменты, напоминая ПТСР или что-то похожее. Охватывал мандраж, передергивая меня. Нам-Гю видел эти перемены, но покорно молчал, не создавая лишнюю неловкую ситуацию.
— надеюсь, в этот раз ты готова морально. — с усмешкой проговорил парень. Неловко взглянув на него, я сжала губы в тонкую линию. Его смех прервался сразу, как он увидел мое выражение лица. Я не хотела, чтоб меня кто-то успокаивал, но упавшая мне на плечо рука брюнета намеревалась это сделать. — Нормально всё будет, не парься ты так. — подбадривающе он сжимал мое плечо, немного потрясывая. В этот жест было вложено всё, что можно, но я не акцентировала на этом внимание, стараясь не выдумывать того, чего и быть между нами не может. Щеки предательски залились краской, а парень опешил, убрав руку. Ему тяжело было говорить тет-а-тет, особенно со мной. Я давно заметила это, он не в ладах с личными разговорами, а уж тем более с проявлением чувств. Всё происходило молча, давая додумывать всё остальное самой. Недосказанность пугала, но и завораживала одновременно. Страх неизвестности перерастал в нездоровый интерес, что завлекал меня погружаться в бездну чувств всё глубже и глубже, ожидая продолжения и новых бабочек где-то внутри.

— да ладно, думаю, справлюсь. — нет, не думаю. Вновь вру, на этот раз пытаясь переубедить саму себя. Мне не хотелось показывать свою слабость, вкушая всю горечь быть под ударом. Я понимала, что игра может быть последней и играть с этим не стоит, но ноги невольно подкашивались, давая знать, что организм на изводе. Его глаза слегка сузились, порождая не самые хорошие мысли, но, отгоняя их, я опустила взгляд в пол. — знаешь, я хотела предложить... что если мы выйдем отсюда. Ну, вместе, то есть. То, может... сходим куда-то вдвоем? — По моей глупости я заикалась после каждого слова. Покраснев и переосмыслив, я поняла, что сказала полный бред, который скорее позабавит его, чем вызовет интерес и хотение согласиться. Только вот смеха не последовало. Боясь поднять на него взгляд, я смотрела куда угодно, лишь бы не на его крупную фигуру. Сейчас, пока он не под таблетками, я понимала, что он запомнит всё, что я говорю, но не фильтровала свою речь, говоря что думаю. Будучи такой уязвимой, я продолжала закапывать себя сильнее, подставляя под удар спину, где, кажется, висела воображаемая мишень.
— ам... ладно, да, конечно.. давай. — Его голос был неуверенным, пропитанным страхом и скованностью. Этим предложением я смутила не только себя, но и его, оставляя осадок. Улыбнувшись, я все-таки уткнулась взглядом в его лицо, что от зрительного контакта растянулось в улыбке. Я уводила глаза в сторону, намеренно пряча минутную слабость. Весь тот пафос, что он показывал всем своим видом, испарялся в моей компании. Искренность проскальзывала в его действиях, придавая пущей притягательности к его образу. Первое впечатление, что было о нем только в негативном ключе, уже давно переросло в нечто большее. В моей опьяненной чувствами голове все приняло новый оборот. Я веду себя как подросток, смущаясь его компании и стараясь быть во всем идеальной. Ничего не получалось, это правда, но эти мысли все равно не покидали меня. Даже сейчас, стоя перед ним, я краснею как дура, смотря куда угодно, лишь бы не в его бездонные глаза.

чувственную идиллию прервал женский голосок, раздавшийся где-то сбоку. Игра вот-вот начнется, а перед солдатами собралась кучка потерянных людей. Оторвавшись от диалога с Нам-Гю, мы всей нашей компанией поплелись к распахнутым дверям. Идти туда было эквивалентно добровольному самоубийству, но мы шли. Шли, надеясь на лучшее.

***

открылся занавес. Взгляду открылась крупная площадка с цветными дверями, а посередине стояла крупная карусель. Я восторженно осматривала каждую деталь, что выглядела так необычно для меня. Золотые вставки на стенах и множество красных бантиков, оказавшихся над дверями подобно украшению к подарку. Крыша напоминала купол цирка, а в общей сумме картина изображала детство. Яркость помещения затмила все мысли о смерти, вновь перенося на несколько лет назад и внедряя ностальгию. Люди сразу двинулись вперед, а бархатный голос вновь промурлыкал название игры.

— уважаемые игроки, добро пожаловать на третью игру. Она называется "третий лишний". — повторив название еще раз, повисла небольшая пауза. За спиной началось шушуканье. Даже Субон, что редко встревал в чужие разговоры, начал нести всякий бред, громко хохоча и толкая рядом стоящего с ним мужчину в плечо, вызывая гневные комментарии в свою сторону.
— wow! сейчас мы избавимся от лишних! —подскакивая Танос вырывался вперед, расталкивая стоящих перед ним людей. Се Ми закатывала глаза, желая поскорее избавиться не от лишних, а от его компании, что вымораживала ее сильнее всех. — вы только гляньте, будет весело! — задорно улыбаясь он начал трясти меня, что плелась за ним вместе с Нам-Гю. Брюнет начал смеяться, немного подпрыгивая на месте и разделяя радость своего друга. — да, да, да!
— уважаемые игроки, пожалуйста, пройдите в центр платформы. Во время игры платформа будет крутиться, и вы услышите число. После этого вы должны будете собраться в группы с таким же количеством человек и закрыть дверь в течение 30 секунд. — Нам-Гю потянул меня на площадку. Зеленые формы расплывались в глазах от такого количества вокруг. Смотря по сторонам, мне казалось, что я начинаю сходить с ума, но придерживающая меня рука брюнета намеренно возвращала в реальность. Его взгляд покоился на моем обеспокоенном лице, заставляя меня сутулиться еще пуще прежнего, скрывая подступившую панику. Музыка еще не успела начаться, а я уже оказалась прижата к нему. Наши лица были в нескольких сантиметрах друг от друга, а неожиданно обдавшее мое лицо горячее дыхание заставило поежиться. Невольно прищурившись, я смотрела на парня, боясь сделать лишнего движения.

— какого чер... — прервав меня, его обветренные губы накрыли мои. Невесомо, давая мне время на подумать и стараясь не торопить в такой обстановке. Нам-Гю сжал мою талию в своих руках, прижимая к себе сильнее и окутывая меня своим жаром. Я не соображала, сердце пропускало удар, а адреналин ударил в голову, вскружив всё вокруг. Он был впервые настолько близко ко мне, впервые сделал первый шаг и впервые оказался рядом тогда, когда я этого не просила. Его язык жадно облизал мои губы, желая попасть внутрь и разорвать все те границы, что были расставлены между нами. Стараясь не медлить, я растворилась в поцелуе, слегка приоткрывая рот и давая ему зеленый свет. Время замедлилось, а никакие крики с возгласами не могли прервать накатывающий от желанных прикосновений экстаз. Нам-Гю углубил поцелуй, а я делала это всё так неумело, краснея и стараясь подстроиться под темп его действий. Его язык скользнул в мой рот, обхватывая мой и стягивая это всё в страстный танец и давая исследовать каждый дюйм. Он был на вкус как сигареты с мятой, пьянящее сочетание, что вскружило голову подобно дорогому алкоголю. Моя рука поднялась, чтобы обхватить его щеку, а другая упала на шею, слегка наклоняя к себе и не давая отпрянуть так быстро. Сейчас меня не волновало то, что происходит вокруг. Есть только я и он, кружащиеся в этом пространстве как заблудшие души, нашедшие свое упокоение друг в друге. Я застонала ему в губы, чувствуя блуждающую под кофтой холодную ладонь, прошедшую тонкими пальцами по позвоночнику. Звук вибрировал сквозь него, теряясь где-то в поцелуе и придавая этому сокровенности. Он передал мне таблетку. Я чувствовала, как с его языка падает то, чего я так боялась, а невольно отстраняясь от него, мне хотелось сплюнуть куда-то в сторону. Было поздно. Закашляв от прошедшей внутрь таблетки, я старалась отдышаться, жадно хватая ртом воздух и оттягивая прилипшую к грудной клетке футболку, думая, что это поможет вдохнуть полной грудью. Нам-Гю тяжело дышал, облизывая уже влажные губы. Его тонкие губы растянулись в нахальной улыбке, а лежащая на моей талии рука сжала ее еще сильнее, заставляя меня распахнуть глаза от неожиданности. Я знала, что он не остановится с таблетками, но не думала, что это зайдет так далеко.

я желала этого, правда. Да и сейчас стояла перед ним как дура, смотря в его глаза и улыбаясь, как ребенок, получивший желанную игрушку. Внизу живота затянулся приятно тянущий узел, от чего моментами я вздрагивала, машинально натягивая рукава толстовки на руки. Прошло меньше минуты, а казалось, что все растянулось в вечность, не желая прерываться. Мы оба молчали. Мое дыхание становилось коротким, неглубоким, чувствуя его рядом. Наши тела до сих пор были, можно сказать, прижаты друг к другу, не смея разорвать физическую связь. Платформа резко закружилась, а я лбом впечаталась в его плечо. Мы должны были думать о том, чтобы выжить, а не влюбленно смотреть друг на друга.