chapter 5.
♡
Чеён 22.
Пак считает себя беспорядком, ошибкой. Считает, что её жизнь давно к чертям сломана, потому что теперь любовь не прекрасное чувство, о котором все говорят, теперь, любовь — трагедия, величайшая рутина в мире.
Раздосадованные слова матери не долетают до Чеён, что кружится в центре танцпола одного из убогих клубов, куда сбегают малолетки в поисках новых ощущений. Но Пак плевать на плохую репутацию, ей хватает своей. Она просто хочет танцевать, просто в очередной раз забыться. Но пустота внутри не развеется от того, что вокруг девушки слишком много людей.
У Чеён бордовая помада на губах, что так хорошо сочетается с волосами и широкими стрелками. Красноволосая заглядывает в глаза, ищет осознанный взгляд, но все вокруг такие глупые и одинаковые смотрят на губы, на тело, куда угодно, только не в глаза.
Пак слишком душно. Душно от самой себя. Чеён идёт на улицу, чтобы проветриться, расталкивая потные тела локтями. Выходит из клуба и, прикрыв глаза, выдыхает пар. Чеён чувствует мурашки. Обнимает себя за плечи. Забыла взять куртку. Она стоит в одних чёрных рваных шортах и неоновом топе, а на улице февраль.
Громкий выдох заставляет обернуться и посмотреть на парня, что тушит сигарету об урну и тянется за новой. Закуривает её, вытягивая вперед нижнюю челюсть, а Чеён глаз отвести не может от острых скул. У парня красные пряди в волосах, что подходят Чеён больше, чем помада и стрелки. За спиной только дождевые капли, разбивающиеся об асфальт, возващают в реальность. Незнакомец такой невероятный, что ноги ватные.
Брюнет выдыхает едкий дым, наконец оглядываясь на девушку. Осматривает с ног до головы, заставляя Пак чувствовать дискомфорт от изучающих карих глаз.
— Ты что, наелась розовых бутонов? — едко произносит парень, стряхивая пепел с сигареты. Девушка застывает, не понимая комплимент это или оскорбление? Брюнет, пользуясь замешательством, подходит непозволительно близко и касается красной щеки, кладя большую ладонь на девичье лицо. — Ты похожа на цветок... Цветешь во все времена года, — продолжает незнакомец, морщась то ли от холода, то ли от разбитых осколков внутри. А Чеён лишь больше расширяет глаза, что так неестественно переливаются из-за сиреневых линз.
— Будешь? — произносит парень, протягивая красноволосой тлеющую сигарету.
— Нет, не курю, — Чеён, сдвинув брови на переносице, смотрит на вредный предмет. Рука, застывшая на щеке, чуть сжимается, и девушке кажется, что ответ неверный, — Хотя, угостите...
Почему-то берёт сигарету, неумело помещая её между указательным и средним пальцами, и вдыхает ядовитый дым. Позволяет токсичному проникнуть внутрь, ведь уже всё равно, чем дышать. Пак задыхается, очень громко кашляет, раздирая горло. Девушка отбрасывает сигарету в лужу, закрывая рот ладонью.
— Первый раз что ли? — смеётся парень, поглаживая Чеён по спине, а у девушки электрические разряды от таких до боли нежных и тёплых касаний, — Я Чонгук, кстати, — говорит брюнет, откидывая красные пряди назад. Накидывает тёмную джинсовку на хрупкие девичьи плечи и уводит Пак обратно в клуб.
Чеён не отвечает, как загипнотизированная следует за ним с гримасой на лице: «Только не жалей меня, пожалуйста. Я так ненавижу жалость».
Сильные биты снова касаются перепонок, и Чеён спиной прижимаются к груди Чона. Парень не стесняется, прижимая девушку ближе, скользит руками по оголённым участкам кожи. Зарывается в вишнёвые волосы, что уже насквозь пропахли сладким дымом, и целует в шею, заставляя трепетать.
Пак думает лишь о том, что действительно хочет быть цветком, блаженно распуская лепестки, когда солнце целует его, хочет цвести под заботливым взором лучей и потрясать всю солнечную систему своей красотой.
Смотри только на меня. Слышишь?
Только на меня.
♡♡♡