chapter 1.
♡
Чеён 18.
Девушка медленно открывает глаза, яркий солнечный свет ослепляет. Брюнетка осматривает комнату и только сейчас замечает, что весь потолок в воздушных шариках с надписями — «С днем Рождения!» и «Sweet 18», а на противоположной стене самодельная бумажная развязка из золотых букв, говорящая «Я люблю тебя, Чеён».
Девушка улыбается и жмурит глаза.
— Запястье! — вскривает Пак, наконец вспомнив, почему она так сильно ждала восемнадцатилетие.
Морковные волосы липнут к подушке, будто корни деревьев, стараются удержать свою хозяйку от совершения глупости. Чеён развязывает бордовую широкую ленту на левом запястье, которую предусмотрительно завязала с вечера, делая себе сюрприз. Последний узел. Чеён крепко закрывает глаза. Лента падает на одеяло. Пак поджимает пальцы ног от нетерпения.
— Ничего... — шёпотом говорит девушка, касаясь пальцами запястья, не обнаружив имени на руке.
Она на всякий случай проверяет правое запястье, но ничего не видит.Чеён садится на кровати, смотрит на шары и ловит себя на мысли, что день уже испорчен.
Надевая школьную форму, девушка чувствует пленительные запах только что приготовленной еды и идёт на кухню. Мама бегает от шкафчика к шкафчику в поисках приправы. Чеён садится на ближайший стул. Мебель громко скрипит, оповещая маму о присутствии дочери.
— Ой, Чеён-а, ты меня напугала, — прикладывая руку к груди, говорит старшая Пак, замечая именинницу.
— Пусто, мам, — девушка опирает голову на кулак и поднимает вверх левую руку, доказывая свои слова.
— Ничего, милая, — женщина медлит, подбирая нужные слова, — Просто твой соулмейт немного младше, — улыбается миссис Пак и гладит дочь по голове. Для Чеён мамина улыбка всегда была самой тёплой. Существует так много вещей, за которые Пак благодарна маме: за то, что всегда поддерживала её, что не опустила руки и не позволила депрессии захватить её, когда ушёл отец, за то, что мама продолжает идти к своей мечте быть художницей, не смотря на то, что тратит все силы на две работы ради Чеён.
Янтарная голова светится в солнечных лучах. Чеён целует маму в щёку и, выходя из дома, думает о том, что купить огромный букет любимых роз для неё — замечательная идея.
***
— Дженни, я не понимаю, что не так... Я прочла столько книг о соулмейтах и... — не успевает закончить свою мысль Чеён, как её перебивает подруга.
— Если прочла кучу книг, должна понимать, что не у всех имя появляется в совершеннолетие. Твоя мама права, может, твоему соулмейту нужен годик или два, чтобы подрасти? — улыбается Ким, обнимая подругу за плечи.
Чеён садится за свою парту и бросает взгляд на запястье каждого ученика в классе. У некоторых видит имена, выведенные красивым почерком, и завидует, злится до чёртиков. Чеён видит, как во дворе школы хвастаются парни и девушки своими запястьями, вгоняя в краску тех, чьи запястья ещё чисты. Пак не выдерживает, надевает сумку на плечо и убегает со двора школы, громко хлопнув дверью ворот.
***
— А эти сколько стоят? — спрашивает Пак, показывая пальцем на жёлто-оранжевые кустовые розочки.
— 500 вон, - грубо отвечает продавщица, около которой Чеён стоит уже двадцать минут, пытаясь выбрать подходящий букет.
— А те красные? — поднимая на продавщицу большие карие глаза.
— 400 вон.
— Всё равно не хватает... — шепчет девушка, надувая губы. Пак снова пересчитывает монеты, но больше их от этого не становится, — 250 вон.
— Возьмите ромашки, всего 200 вон.
— Я хочу что-то особенное...
— Давай я оплачу, выбирай.
Около девушки появляется высокий брюнет, откидывая свою тень, из-за чего та больше не хмурится от февральского солнца. Брюнет улыбается, смотрит в глаза Чеён, а та теряет дар речи от неземной красоты парня, думая о том, что у такого явно есть соулмейт. А у Чеён нет. Брюнет уже достаёт свой бумажник.
— Нет, спасибо, — отмирает Чеён и, часто моргая, останавливает парня.
— Давайте ромашки, — Пак поворачивается к продавщице и отдает последние карманные деньги, которые копила на новую гитару.
Чеён выхватывает букет и, больше не смотря на парня, быстрым шагом идёт к автобусной остановке.
— Простите... Я вас чем-то обидел? Я правда не хотел, только... Хотел помочь... — задыхается брюнет, догоняя девушку.
— Я вас не просила! — Пак кидает на парня последний осуждающий взгляд, будто он совершил самое страшное преступление в мире, прижимая букет ромашек ближе к куртке.
Чеён разворачивается настолько резко, что её волосы уж точно ударили бы парня по лицу, будь они одного роста.
— Я, кстати, Джин, — вслед кричит брюнет, но Чеён, кажется уже ничего не слышит.
Пак заходит в полупустой автобус, садясь у окна и аккуратно раскладывая на коленях цветы, чтобы не помять лепестки. Она сама не понимает своего поведения, почему была настолько резка с незнакомцем. Может, просто отсутствие имени на запястье разозлило девушку или мысль о том, что парень, скорее всего, уже встретил своего соулмейта.
Девушка вернулась в пустой дом, поставив ромашки в вазу. Мама работает до утра. Чеён очень грела мысль о том, что уставшая мама придет с работы и обрадуется цветам. Девушка, улыбнувшись своим мыслям, плюхнулась на кровать, тут же заснув.
♡♡♡