𝐂𝐡𝐚𝐩𝐭𝐞𝐫 𝟑: 𝐇𝐚𝐧𝐝𝐬 𝐎𝐟𝐟
Снаружи было слышно пение птиц, деревья купались в теплом солнечном свете, а Доума любовался лицом Котохи, спящей у него на груди. "Ах, какая она красавица", - подумал Доума, проводя пальцем по ее волосам, которые он сам уложил прошлой ночью, "Я проделал довольно хорошую работу, если я сам так могу сказать ~" - Доума усмехнулся, гордясь собой. Однако его размышления были прерваны, когда он услышал, как заплакал малыш Иноскэ. Сбитый с толку причинами плача маленького ребенка, он осторожно встал, чтобы усадить Котоху на свой стул, и взял Иноскэ на руки.
—Тише, тише, маленький Иноске, мы же не хотим сейчас беспокоить Котоху, - сказал Доума, нежно поглаживая малыша по голове. "С какой стати он плачет? Я ничего ему не сделал, и он был здесь всю ночь со мной и Котохой." - Доума подумал, осматривая тело ребенка: "Похоже, у него нет никаких травм, так в чем же тогда проблема? ....О! Мне, наверное, просто нужно покормить его, ха-ха, глупый я". - Доума тихо вышел из комнаты и, напевая, направился на кухню, где обнаружил одного из своих слуг, готовящего еду.
—Конничива!, - улыбнулся Доума, подходя к женщине.
—А, конничива, Доума-доно!, - поклонилась слуга. —Я могу вам чем-нибудь помочь, милорд?, - спросила девушка.
—Да, в прочем, у нас на кухне есть еда для малышей? Этот малыш немного проголодался, - усмехнулся Доума. Девушка кивнула и открыла несколько шкафчиков, затем протянула Доуме бутылку молока.
—Что это? Это больше похоже на напиток, чем на еду, - сказал Доума, в замешательстве склонив голову набок.
—Это, милорд, детское питание. Ребенок должен пить молоко каждый день в качестве питательных веществ. Вы хотите, чтобы я покормила его, мой господин? - спросила служанка, раскрывая объятия, готовая взять на руки малыша Иноскэ.
—Очень любезно с вашей стороны, но нет, я сам угощу его. Аригато ~. - Доума взял бутылку из рук слуги и, помахав на прощание, направился обратно в свою комнату. Не зная, что слуга позади него хихикала от шока. "О боже, Доума-доно ведет себя как отец для ребенка мисс Котохи, какими милыми они были бы втроем!" - подумала девушка.
Доума осторожно открыл раздвижные двери, убедившись, что Котоха не будет потревожена. Он сидел у крыльца, держа Иноске на руках и уставился на малыша. "Хм, если я правильно помню, я должен наклонить его немного, а затем лицом к бутылке перед ним" - Доума задавался вопросом. Он разбудил маленького Иноскэ, закинув нос, однако вместо того, чтобы смотреть на бутылку перед Иноскэ, чтобы выпить, Доума засунул сосок бутылки в рот Иноскэ. Иноске, который засунул свой рот молока, начал громко плакать, достаточно, чтобы разбудить Котоху. Доума, с другой стороны, наклонил голову в замешательстве, "Я дал ему детское питание, так почему он плачет...?" - Котоха быстро встала и поспешно подошла к Доуме, задаваясь вопросом, о чем весь шум. Она сидела позади Доумы, положив руки ему на плечо и похлопала голову Иноске.
—Доума-сама, что происходит?, - спросила Котоха.
—Ну~ Иноске плакал раньше, так что я подумал, что он хочет немного еды, но когда я дал ему бутылку молока, он начал плакать, -объяснил Доума, пока Котоха вытирала молоко с лица Иноске.
—Доума-сама, вам нужно осторожно поставить сосок из бутылочки перед Иноскэ, чтобы он увидел, а затем позволить ему выпить ее самостоятельно, - хихикнула Котоха.
—Хаах? Так мне не нужно совать ему в рот? - в замешательстве спросил Доума. Услышав это, Котоха затряслась, и все ее тело побелело.
—Д-Доума-сама, т-ты же не запихивал это ему в рот, в-верно? - спросила Котоха, с ужасом глядя на Доуму.
—Ты бы разозлилась, если бы я сказал, что да?, - неловко усмехнулвшись сказал Доума. Котоха ахнула и прижала руки ко рту.
—Доума-сама, пожалуйста, будьте нежнее!, - тихо прокричала Котоха.
—Гомен, гомен, - улыбнулся Доума, почесывая голову. Котоха вздохнула и нежно положила ладонь на руку Доумы, которая держала бутылку.
(ПС... Гомен— это замена наших русских: “Мне очень жаль” , “Извините, пожалуйста” , “Прошу прощения” на японский.)
—Можно мне, Доума-сама?, - Котоха улыбнулась Доуме. Та же теплая, нежная улыбка, от которой у Доумы все затуманилось внутри. Ее изумрудные глаза блестели на солнце, волосы развевались на легком ветерке, ее розовые щеки, ее кроваво-красные губы, изогнутые в форме полумесяца, и ее глаза смотрели на него с такой добротой, с какой он никогда раньше не видел, чтобы кто-нибудь смотрел на него. Доума кивнул и улыбнулся ей в ответ. Котоха мягко направила руку Доумы с бутылкой перед лицом Иноске. Малыш поднял глаза на Доуму и с удовольствием начал потягивать молоко.
—Отличная работа, Доума-сама, у вас получилось, - Котоха подбодрила и тихо захлопала. Глаза Доумы расширились от шока, никто никогда не хвалил его с такой любовью в голосн. "Она, несомненно, наивная, но добрая и яркая женщина ...", - подумал Доума. Внезапно из живота Котохи послышалось урчание, и она покраснела от смущения.
—П-простите меня, - сказала Котоха, закрыв лицо руками. Доума усмехнулся и посадил Иноске к себе на колени.
—Ты можешь остаться здесь с Иноске, я приготовлю тебе немного супа, хорошо ~?, - Котоха кивнул Доуме, и тот, напевая, снова направился на кухню. Многие из его последователей и слуг уже завтракали вместе, и когда появился Доума, и некоторые из них начали перешептываться.
—Ранее я слышал от слуги, которая дала Доуме-сама бутылочку молока, но он отклонил ее предложение покормить ребенка мисс Котохи и сказал, что сам покормит его вместо этого.
—Я тоже, кажется, что лорд Доума-сама действительно приближается к ним.
—Да, не так ли? Представь, что через несколько месяцев они будут счастливой семьей!
—Держу пари, это произойдет через несколько недель, учитывая, что лорд Доума-сама всегда с мисс Котохой.
Доума слышал все это, когда проходил мимо них, шепчущихся тут и там о нем и Котохе. "Демон, человеческая женщина и человеческий ребенок? Вместе? Какое яркое воображение у них, просто показывает, насколько глупы люди" - подумал Доума. Как только он получил тарелку теплого куриного супа для Котохи, он поспешно вернулся, чтобы быть рядом с ней и избавиться от этой пустоты, которую он чувствовал, гуляя в одиночестве. Когда он тихо открыл раздвижные двери и подошел ближе к крыльцу, он увидел другого мужчину, возившегося с волосами Котохи. Его улыбающееся лицо превратилось в улыбку неудовольствия, ибо кто еще посмеет прикоснуться к его игрушке. Он знал, что намеренно дал всем понять, что никто другой не должен прикасаться к Котохе, учитывая множество взглядов, которыми он одаривал любого проходящего мимо мужчину и бросал взгляд на Котоху. "Этот человек храбрый или просто откровенно глупый?", - подумал Доума, вынимая из кармана веер и обмахиваясь им, приближался к ним.
—Давай, почему бы тебе не пойти со мной? Я могу провести тебе экскурсию по этому месту, если ты новичок, не нужно стесняться, - предложил мужчина. Котоха, которой, как вы могли видеть, было не по себе, покачала головой, ничего не сказав, но задрожала на месте, обнимая Иноске.
—Боже мой ~ привет, мой дорогой последователь, - сказал Доума, стоя над мужчиной. Мужчина затрясся от ужаса, узнав владельца этого голоса, и сразу же вспотел.
—З-здравствуйте, мой господин, - сказал мужчина, отвернувшись от Котохи и поклонившись Доуме в ноги. Доума обмахивался веером, его глаза были обращены вверх полумесяцами, он выглядел счастливым, но его голос был резким и холодным. Он подошел, чтобы заслонить Котоху от мужчины, когда она встала у него за спиной, вцепившись в край его плаща.
—Хм, я думал, что ясно дал понять, что никто не должен вести себя так грубо с другими гостями. Я предлагаю вам держать свои руки подальше от нее, - сердито посмотрел на него Доума. Его голос звучал жестоко, как будто принадлежал кому-то другому, его радужные глаза были мертвенно-холодными и больше не блестели. Мужчина встал и поклонился, прежде чем быстро уйти. Доума подписал и повернулась лицом к Котохе, она все еще дрожала и крепко сжимала его плащ. Он коснулся ее лица и приподнял ее подбородок, чтобы она посмотрела ему в глаза.
—Ты в порядке, Котоха ~? Извини, что я немного опоздал, - сказал Доума. Его палец провел по ее лицу, опустился к волосам и пристально посмотрел на ее красивое, бледное лицо. Котоха ничего не сказала, а просто кивнула, ее тело больше не дрожало и она больше не сжимала его плащ. Они оба сели бок о бок, и Доума обмахнулся веером, улыбаясь Котохе и Иноске и обнимая их обоих.
"Похоже, сегодня вечером мне придется избавиться от кое-какого грязного хлама ..."