ОДИН ПРОЦЕНТ НАДЕЖДЫ

В мире, полном ненависти, нужно уметь надеяться.
В мире полном зла, нужно уметь прощать.
В мире, полном отчаяния, нужно уметь мечтать.
В мире, полном сомнений, нужно уметь верить.

День спектакля наступил слишком быстро, я была подготовлена, знала текст, кто я, что делать и говорить мне было известно. Только одного мне не рассказали, кто является моим партнёром. Уже стоя за ширмой, и увидев зрительный зал, я вздрогнула, там сидела моя мама и папа в одном ряду. Рядом с отцом сидела Скай. Зал был полон народу, в данный момент меня это пугало, но я шла навстречу страху.

Заиграла музыка, после голоса ведущих, они объявили начало пьесы и я вышла на сцену, вот только по-прежнему оставалась одна. Чтобы отвлечь публику пришлось петь, зал явно был мной доволен, поэтому я продолжила. В поле моего зрения появилась Эрика, она одними губами произнесла:

- Продолжай

Песня закончилась, куплеты были спеты, теперь же я стояла перед толпой растерянная на грани истерики. Но, к счастью, за сценой показался силуэт. Это был Хиро, на нём был строгий костюм, весь в розовой краски. Парень тоже выглядел не очень собрано. Легко можно было увидеть, как дрожат его руки, как вздымается грудь, по всей видимости, от бега.

Он смотрит на меня, я на него. Всё повторяется. Тогда в классе, мы тоже не отрывали друг от друга глаз, его сверкающие изумрудные, красивые до невозможности и наполненные жизнью.

Молчание затягивается, я окончательно забываю текст, тогда Хиро берёт всё в свои руки, он начинает диалог, очень неуверенно, приглушённо, его голос сорван, это очень отчётливо слышно.

Эрика выдаёт нам микрофоны, тогда Хиро подносит его к губам и начинает играть свою роль, которая явно слишком хорошо ему подходит.

- Знаешь, Джейн, у меня на шее, под рубашкой, надето твое жемчужное ожерелье. Я ношу его с того дня, когда потерял мое единственное сокровище, - как воспоминание о нем., - в придачу к словам, Хиро показывает браслет на руке, который я когда-то подарила ему.

- Мы пойдём домой лесом, это самая тенистая дорога.

Но он не обращал внимание на мою реплику, такова была его роль. Роль человека, который не заслуживает любви, того кто понял всё только после случившегося и хуже всего то, что Рочестер так и не научился слышать и слушать.

- Джейн, ты, наверное, считаешь меня не верующим, но моё сердце сейчас полно благодарности к всеблагому Богу, дающему радость на этой земле, - глаза Хиро, сейчас, были наполнены болью и отчаянием, но он продолжал, - Его взор не то, что взор человека, - он видит яснее и судит не так, как человек с совершенной мудростью. Я дурно поступил: я хотел осквернить мой невинный цветок, коснуться его чистоты дыханием греха, - мне вспоминается момент, когда я только появилась в классе, он ненавидел меня, затыкал рот, а сейчас стоит передо мной, смотрит в глаза и пытается сам себя понять, - Всемогущей отнял его у меня. В своём упорстве я чуть не проклял посланное свыше испытание, - вместо того, чтобы склонится перед волей небес, я бросил ей вызов. Божественный приговор свершился: на меня обрушились несчастья, я был на волосок от погибели. Постигшие меня наказания были суровы, одно из них навсегда меня смирило. Недавно, Джейн, - только недавно, я начал испытывать угрызение совести, - он же отходит от сценария, там было не так. Я точно помню, но Хиро упёрто продолжает, - я начал испытывать угрызение совести, раскаяние. Я сидел в своей комнате, у открытого окна: мне было приятно дышать благоуханным воздухом ночи; правда, я не мог видеть звёзд, а месяц для меня был лишь светлым туманным пятном, - парень пожал плечами, сгорбившись он смотрел вниз, иногда поднимал взгляд на меня, я видела в его глазах раскаянья, но сама же испытывала целую радугу чувств. Гнев сменялся на спокойствие, но воспоминания возвращали его, - Я тосковал по тебе, Джо, - шёпотом добавил он.

- Мы не можем перестать играть, нужно закончить, мы ведь на сцене, - убирая микрофон от лица, произнесла я.

- О, я тосковал о тебе и душой и телом. Всё постигшее меня, я заслужил, это я признавал, но я сомневался, хватит ли у меня сил на новые страдания, - эти слова были адресованы мне, я была уверена, чувствовала это.

Чего он ждал от меня? Чего хочет? Он достаточно разбил меня, а теперь стоит здесь и признаётся в любви. Мне не трудно понять его, я с лёгкостью могу его простить. Вопрос в том, смогу ли вновь полюбить его? Как доверится тому, кто лгал? Как понять не очередной ли это обман? Зачем он это делает? Зачем мучает меня?

- Это был странный способ убивать — не то что постепенно, а по самым крошечным частицам: обольщать меня призраком надежды, - строчка из любимой книги вырывается у меня необдуманно, спонтанно, я даже не успеваю подумать, как разрушаю сценарий пьесы.

- Ты сказала, что я тебя убил, так преследуй же меня! Убитые, я верю, преследуют убийц. Я знаю, призраки бродят порой по земле! Будь со мной всегда... прими какой угодно образ... Сведи меня с ума, только не оставляй меня в этой бездне, где я не могу тебя найти! О боже! Этому нет слов! Я не могу жить без жизни моей! Не могу жить без моей души! – подхватывает Хиро, а я ошарашено смотрю на него. Его душа, как же красиво и лживо звучит.

- Я не верю тебе! – чётко проговариваю я.

- Но это так, я не знаю, как именно должен доказать тебе это. Я просто люблю тебя. Пожалуйста, Джо, прости меня! Скажи, как мне доказать свою любовь? Как рассказать про то, что нельзя материализовать? Ну же, скажи, - он спокоен, его взгляд по-прежнему наполнен болью.

— Помнишь, как мы представляли себе рай? – не обращаю внимание на его слова, продолжаю.

— Помню, как ты его представляла.

— А ты как его представлял?

— С тобой. В любом месте, в любое время... лишь бы с тобой.

Хиро подходит ближе, становится передо мной. Мы оба теряем время, задерживаем следующую пьесу, но даже осознавая это, продолжаем стоять на месте. Никто не может помешать нам. Он наклоняется, смотрит мне прямо в глаза, сейчас он выдаст какую-нибудь реплику или же вновь, совершит что-то непоправимое.

- Позволь мне, показать тебе кое-что, - его слова сопровождаются кивком.

Парень берёт меня за руку, отводит в сторону, а сам остаётся посреди сцены. Он что-то говорит в микрофон, но до меня плохо доходят его слова, не могу понять, что он хочет сделать. После речи, Хиро становится рядом и включается проектор. На нём высвечиваются наши фотографии, фото, где я с Эрикой и Мэдисон, где нам весело, где мы наслаждаемся жизнью. Воспоминание накрывают меня, я улыбаюсь и плачу. Мне вдруг становится легче.

Хиро улыбается, он подходит ко мне, поворачивает к себе лицом и улыбается, смеётся с моей реакции, а после подушечками больших пальцев стирает слёзы с моих щёк.

- Милая, это было сделано не для того, чтобы ты плакала, - говорит он, прижимая меня к себе, - Джо, пожалуйста, поверь мне. Я люблю тебя больше жизни и хочу, чтобы ты всегда была рядом со мной. Простишь меня, - я отрываюсь от него, смотрю в глаза, он искренен.

- Почему ты в краске? – спрашиваю я.

- Долгая история... - шепчет он, мне на ухо.

- Хиро, я люблю тебя! – выдаю я, к нашему общему удивлению.

- Я люблю тебя, Джози! – он поднимает моё лицо, принуждая взглянуть в чистые изумруды.

Такая вышла история. Мы полюбили друг друга, а любовь обычно побеждает всё. Всегда. Зрители аплодируют нам стоя, мы улыбаемся. Сейчас я счастлива, безгранично счастлива. Рядом со мной любимый человек, родители, друзья.. Что ещё нужно?! Я люблю свою жизнь.

Кто бы мог подумать? Раньше я думала, что у меня есть только один процент надежды на хорошую жизнь и осуществление мечты, а теперь сижу с ребятами в машине, направляясь в сторону моря. Хиро сломал меня, после помог и в конечном итоге смог найти подход к запертой двери под названием «Мои чувства». 

Вот и подошла к концу эта история! Может быть, по возможности, она будет отредактирована. Но, к сожалению, в связи с ситуацией в Украине не знаю, когда это произойдёт. 

Хотелось бы узнать ваше мнение по поводу данной истории.