Глава 31. Растворяясь в любви
Смотреть в ее глаза было подобно собственному отражению в зеркале. Только вот в своих я не замечал целый мир, а в ее он был незабываемо сказочным. Карие глаза девочки сияли, словно капельки растопленного янтаря, пропускающие через себя свет теплого осеннего солнца. В их глубине я находил искры удивления перед каждым новым мгновением жизни. Они светились искренней радостью, и кажется, что в них отражается весь мир, каким он должен был быть для нее – моей маленькой невинной принцессы: добрым, ярким и бесконечно прекрасным. Эти глаза, окруженные мягкой тенью длинных ресниц, будто впитали в себя всю нежность земных существ и силу мира, в котором ее родители все же смогли быть вместе.
Аллесио держал Оливию на своих коленях, пока девочка исследовала его телефон, с каждой новой интересной находкой, делясь со своим дядей своими искренними эмоциями. То, что мой брат обрел племянницу в лице моей дочери, было для меня чем–то невозможным каких–то пару месяцев назад, но теперь это было самой настоящей реальностью. Аллесио, несмотря на его холод и бесчувственность в повседневной жизни, показал свое иное лицо рядом с ребенком. Мой брат восхищался компанией малышки, и его улыбка была тому подтверждением.
– Теперь я точно уверен, что Лии не стоит волноваться на счет твоего отношения к детям.
Он усмехнулся, потрепав Оливию по золотистым волосам. Девочка оторвалась от экрана телефона и ее взгляд задержался на виде ночного неба в иллюминаторе самолета. Недавняя новость о беременности жены моего брата стала счастьем для всей нашей семьи. Лия была восхищена идеей иметь детей, а Аллесио был счастлив, что его жена обрела еще одну причину улыбаться. Я не сомневался, что он будет прекрасным отцом для своих детей, ведь он уже был идеальным мужем.
Я бережно поправил одеяло, которым накрыл Камиллу, опустив взгляд на умиротворенное выражение лица девушки. Я чувствовал, как мир вокруг меня замирает, растворяясь в теплом дыхании ее покоя. Легкий вес ее головы на моих коленях казался не обременяющим, а целительным, будто ее близость успокаивала каждую растревоженную мысль. Меня успокаивало то, что теперь она рядом со мной. Я больше никогда не смогу отпустить ее, а если она решит уйти, я потеряю смысл своего существования.
Мои руки, осторожно лежащие на ее плечах, словно боялись нарушить хрупкость этого момента, но в то же время пропитаны желанием защитить и оберечь. Я никогда не дам ей повода уйти от меня, даже если для этого мне придется наступить на горло своим принципам. Смотря на ее лицо, расслабленное во сне, мое сердце наполнялось тихой благодарностью за то, что она здесь, со мной, что сейчас ее доверие и близость – мое настоящее сокровище.
– Лия стала помешана на каждом малейшем факте, когда узнала о своей беременности, – продолжил Аллесио полушепотом.
– Как она себя чувствует?
– Она сильно волновалась за Камиллу, но...
Его слова обрывает телефонный звонок. Аллесио осторожно забирает свой телефон из рук Оливии и смотрит на меня уже серьезным взглядом. Я киваю, позволяя ему отлучиться для решения дел. Мой телефон отключен, потому что у меня нет сил и терпения заниматься бизнесом в момент, когда я только обрел семью, но по вопросам, требующим немедленного решения мои люди всегда будут звонить Консильери. Роль Аллесио в Синдикате далеко не проста.
Оливия не понимает, почему ее собеседник ушел, так еще и с телефоном, где у нее были очень важные дела, поэтому смотрит на меня, хлопая длинными ресничками, ища ответ. Я нежно улыбаюсь ее невинному личику, а потом медленно и аккуратно, чтобы точно не потревожить сон моего спящего котенка, перекладываю голову Камиллы на подушку. Встав с диванчика, оставив на нем дальше спать девушку, я подхожу к Оливии, садясь напротив своей дочери на корточки.
Я медленно протягиваю ладонь к ее лицу, моя рука осторожно касается ее щечки – мягкой, как лепесток весеннего цветка, – и я боюсь дотронуться слишком сильно, словно это прикосновение сможет навредить ей или нарушить ее покой. Как в этом крохотном существе вдруг оказался заключен весь мой мир? В моем немом трепетном движении заключено обещание защищать и оберегать, любить и подарить весь мир.
Я не отвожу взгляда, будто хочу навсегда запомнить этот миг — когда её маленькая ладонь сжимается в кулачок, хватая мой палец, а она, едва приоткрыв глазки, сделав восхищенное выражение лица, доверчиво улыбается мне в ответ. Оливия поворачивается в сторону своей спящей мамы и тянет ручки в ее сторону, при этом издавая жалобное хныканье.
– Тише, тише, – я сам не узнаю свой голос – я не подозревал, что он может быть таким, – мягким, боящимся испугать или настроить против себя. – Мамочке нужно отдохнуть, ангелочек.
Малышка возвращает ко мне свое внимание и на самом деле замолкает. В чем дело? Я напугал ее? Но после секундного молчания и удивленных глазок, Оливия протягивает свои маленькие ручки уже ко мне, кажется, просясь на ручки. В этот момент я замираю в ступоре, будто меня загнали в угол и приставили к виску пистолет, когда я обезоружен. Нет, это еще более тревожный момент.
В ту секунду, когда я нежно заключаю свою дочь в объятия, мир вокруг превращается в пленительный оазис спокойствия и счастья. Сердце наполняется волнующей сладостью. Я чувствую ее тепло и биение крошечного сердечка, ощущая неумолимое желание защитить это хрупкое существо от всех без и невзгод. Я снова смотрю на ее беззащитное личико, на сверкающие глазки, и чувствую, как душа наполняется теплом.
– Мама, – она кладет пальчик к своим розовым губкам. – Спит.
Я улыбаюсь. Малышка все еще говорит невнятно в силу возраста и это действует на меня магически. Мне не вериться, что это происходит со мной. Мне не верится, что это ангельское создание – моя дочь. Но именно перед ней я упаду на колени, подарив ей всю свою жизнь, оберегая и даря самую лучшую судьбу. Это мой долг как ее отца – защитить от мира, в котором она родилась. Несмотря на то, что я Капо одной из самых жесточайших и могущественных Мафий мира, она увидит меня только в роли любящего родителя. Я сделаю все возможное для этого.
Я готов подарить ей целый чертов мир.
– Ты такая же красавица, как и твоя мама, – шепчу я с гордостью и любовью, удивляясь, что способен на это. – Оливия Нерелл.
– Никогда бы про тебя такого не подумала, – слышится мягкий голос позади.
Я оборачиваюсь и встречаюсь с застеленными пеленой недавнего сна глазами Камиллы. Моя улыбка не сходит с лица. Моя любовь, смысл жизни и мать моей дочери. Мысль о том, что я мог потерять их из–за своей ошибки, разрывает мою душу на клочья. Эти два года в незнании, а потом несколько долгих недель в страхе от осознания, были мучительны. И теперь, когда они в безопасности рядом со мной, я безмерно счастлив, что могу видеть их рядом. Видеть в поле своего зрения и успокаивать свою одержимость моими девочками.
– О чем ты, котенок? – с Оливией на руках я подошел ближе к Камилле, сев на край кресла.
– Что ты можешь быть таким милым, – она протянула руку и погладила нашу дочь по щеке.
– Услышь тебя кто–нибудь из моих солдат, они бы посчитали тебя сумасшедшей. Милый Капо Мафии?
– Твое сердце растопила наша дочь, – девушка послала мне теплую улыбку.
– Наша дочь, – с наслаждением произнес я эти сладкие слова.
Я снова взглянул на Камиллу. Каждая секунда, которую я смотрел в ее изумрудные глаза превращали время в секунды. Нежный изгиб губ, искристый свет в глазах, отблеск золотистых волос, словно поймавших утреннее солнце – ее черты прекрасны. В груди разлилось тихое тепло, будто душа нашла долгожданный покой, а сердце – место, где ему суждено быть. Почему будто? Его здесь точно не должно быть.
Я вижу не просто красоту этой девушки, а ее суть, ту тонкую, едва уловимую гармонию, которая делает ее особенной в моем сердце. За все те моменты, которые мы пережили вместе, я осознал, что каждое ее естественное движение для меня волшебно и особенно. Она – предмет моего восхищения и мой идеал, которого ничем не заменить.
– Прости меня, милая, – я взял ее руку в свою. – Прости, что меня не было рядом в день ее рождения. За то, что тебе пришлось растить нашего ребенка без меня. Прости, что я ввел тебя в заблуждения и заставил ненавидеть меня.
– Я не хочу жить прошлым, Меттью. – Она приподнялась и в ответ сжала мою руку. – Я рада, что сейчас мы вместе. Это самое главное.
Я потянулся к карману и достал из него черную бархатную коробочку. В этот миг время для нас обоих остановилось, и все вокруг размыто затянуло легким туманом нежных эмоций и ожидания. Даже мое сердце, казалось, которого и не было в моем теле, начало стучать в такт мелодии ее трепета и надежды. В моей руке лежал символ, которым я мечтал скрепить нашу связь долгое время – точно с момента, когда я впервые увидел ее.
– Когда ты успел? – с волнением и изумлением спрашивает Камилла, смотря на кольцо в моих руках.
Изящная форма украшения плавно обрисовывало нежные линии, гармонично сочетая в себе черты элегантности и особенной силы. В центре кольца сверкал камень, граненная поверхность которого переливалась оттенками, отражающих утонченность этой минуты. В этой простой безделушке отражались наши мечты и ожидания, строившие нашу любовь. Может для меня это и был просто атрибут всех свадебных церемоний, но в глазах Камиллы прямо сейчас искрилось счастье. Для нее это был по истине важный момент.
– Оно было куплено еще два года назад, милая, – я послал ей одну из моих самых теплых улыбок.
Собравшись с мыслями, я посмотрел в ее проницательные глаза, в которых постепенно исчезали все колебания и страхи, уступая место глубокому ощущению любви. Боже, как же я люблю ее.
– Ты – мой свет, моя сила и именно в этот момент я понимаю, что готов связать свою судьбу с твоей навсегда. – Я на секунду посмотрел на нашу дочь и снова на Камиллу. – Готова ли ты пройти вместе со мной через все трудности нашего мира? Быть сильной, если придется воевать за нашу любовь? Быть только честной и искренней в нашем браке? Станете ли вы моей женой, Камилла Фелт?
– Да, – воодушевленно, безо всяких сомнений ответила девушка. – Да, да, да! Конечно я согласна!
Она встала и, встав на носочки, приблизилась ко мне. Я немедленно обхватил талию Камиллы, все еще держа на руках Оливию. Наши губы сомкнулись в страстном поцелуе, в процессе которого мы забыли обо всем. О тех трудностях и проблемах, которые пытались помешать нашему союзу. Но наша любовь вытерпела все. Она выжила.
Тогда я обрел свою вечность. Навсегда вернул то, что принадлежит мне, что верно мне и что я впервые назвал своей любовью. Я нашел семью. Нашел того человека, который изменил меня, показал, что внутри меня есть сердце, способное к чувству, существование которого я отрицал большую часть своей жизни.
– Я люблю тебя, Камилла Нерелл.
– Я намного больше.
* * *
На самом деле это не конец, нас ждут ещё около десяти бонусных глав ❤️🩹
Телеграмм канал, где выходят новости о частях и эксклюзивная информация - Кристи Минк.