Жребий

Хочу предоставить вам альтернативный конец «Жребия». Что было бы, если бы люди выслушивали других, а не сбегали от правды? Наверное, жить было бы проще.

Я стою с коричневой папкой в руках, в которой расписана практически вся моя жизнь, и не могу понять, в чём я так провинилась раз Вселенная решила наказать меня. А ещё больше я удивлена тому, что это всё провернул Люк – мой самый близкий человек в последние месяцы.

– Ты всё-таки узнала, – слышу спокойный голос Люка позади и сжимаю папку с бумагами. Разворачиваюсь и с новыми слезами на глазах смотрю на него, как на предателя. Хотя почему как?

– Что всё это значит, Люк? Что за эксперимент ты на мне ставишь? Ведёшь записи, называешь меня «психологически-неустойчивой». Объясни, – эмоционально произношу я, пытаясь не разреветься во весь голос.

Встав, начинаю зачитывать кусочек из этого...непонятно что. Дневника? Исследовательского проекта?

– «...когда она впервые начала открываться мне, всё пошло, как по маслу, как я и задумывал. Аннику вдохновляли мои рассказы, поэтому она с каждым разом всё с больше охотой говорила о себе...», – поднимаю взгляд на Люка и с отвращением бросаю папку на кровать. – Я жду объяснений, потому что имею на них полное право.

Люк опускает голову, поджимает губы, делает шаг вперёд и вновь смотрит на меня.

– Я всё тот же Люк Обен, только на самом деле мне не семнадцать, а девятнадцать, точнее через месяц будет двадцать.

Уже это приводит меня в полнейший шок, что я готова рухнуть на пол в любой момент. А что же ждёт меня дальше?

Резко выдохнув делаю несколько шагов назад и натыкаюсь на стену. Не могу понять, что чувствует Люк, то ли сожаление, то ли жалость ко мне. Но знаю, что чувствую я – очень, очень, очень сильную боль. Готова кожу содрать с себя, лишь бы забыть это давление в лёгких.

– Я учусь на психолога. Мне нужно было пройти практику в школе с каким-либо из учеников, но так, чтобы все думали, что я обычный парень, заканчивающий школу. Это нужно для того, чтобы была искренность. Я выбрал вашу школу, составил тест, и вы все заполняли его.

– Почему я? За что ты так со мной? Что я тебе сделала, Люк? – громко спрашиваю я, разводя руки в стороны.

– Ты показалась мне очень похожей на меня самого, поэтому я выбрал тебя.

– Это не сон. Это не сон, – шепчу я, подняв глаза к потолку, и снова смотрю на него. – Какого чёрта ты пришёл и разрушил мою жизнь?

– Разрушил? – искренне удивляется он. – Если бы мы не познакомились, ты бы продолжала быть той Анникой, которая страдает и режет себя.

– Мне кажется ничего не изменилось.

– Тебе только кажется. Ты хотя бы стала любить жизнь, стала по-настоящему жить, Анника.

– Но это не меняет того факта, что ты – одна сплошная ложь, – я тычу пальцем в его сторону и складываю руки на груди. – Всё, что было между нами – ложь. Ты врун.

От одного такого факта, я начинаю плакать. Вмиг Люк стал для меня самым чёрствым человеком, которого я раньше считала своей опорой.

– Всё, что было – не ложь. Мои рассказы, наши поцелуи, признания – это правда. Просто я не сказал, что записываю наши встречи, переживания и разговоры.

– Я даже принимать это не хочу, Люк. Мне не нужен личный мозгоправ. Меня тошнит от всего. Теперь я на всю оставшуюся жизнь сыта ложью, – я прислоняю ребро ладони к горлу, а потом активно жестикулирую руками. – Хотя зачем на оставшуюся? Пойду просто и порежу себя. Тебе назло. Пусть горит в аду твой проект. Закончишь его такими строчками: «я бездарный психолог, потому что моя глупая пациентка вскрыла себе вены».

– Ты не всё прочла в той папке. Ты не прочла самого главного, – он берёт бумаги в руки и ищет что-то. – «Но самое главное, что я понял за всю историю нашего знакомства, наши судьбы одинаковы и мне бы очень хотелось их соединить до конца, потому что я полюбил Аннику Базен. Мой проект превратился не в наблюдение, а в роман, где любовь побеждает всё и всех».

– Эти слова ничего не меняют. Всё, Люк, finita la commedia*. Изучил меня? А теперь конец всему, что было между нами. Я больше не хочу иметь что-либо общего с тобой.

Я на дрожащих ногах иду к выходу. Люк хватает меня за руку.

– Анника, нам нужно поговорить. Мы не всё обсудили. Ты не всё знаешь. Позволь рассказать тебе.

– Хорошо. Хорошо. Объясняйся, – я выдёргиваюсь из его хватки и складываю руки на груди. Слёзы всё портят, делая меня жалкой. Люк смотрит на меня и хочет подойти ближе, но я делаю несколько шагов назад и качаю головой.

– Тебе нужно остыть, – произносит он, словно от его слов что-то изменится. Я молча продолжаю смотреть ему в глаза, пока по щекам медленно скатываются солёные капли, обжигающие кожу. – Послушай, я хотел сделать, как лучше. Мне жаль, что правда открылась таким способом, но я не желал тебе вреда. Моей целью было – показать тебе, что жизнь прекрасна даже, когда столько проблем.

– Ты растоптал все мои надежды, Люк. Понимаешь? Ты растоптал моё доверие к тебе, – говорю я и шмыгаю носом. Голова идёт кругом от мыслей о предательстве близкого человека. Как я могла верить ему? Звучит теперь смешно.

– Анника, мне искренно жаль. Я не хотел намеренно причинить тебе боль. Мне самому плохо от этой ситуации. Всё было по-настоящему...между нами.

– Ты это говоришь после того, как исписал свою папку рассказами обо мне и аналитикой моей башки? – повышаю голос и нервно смеюсь. У меня уже кончаются нервные клетки, а контролировать себя становится сложнее.

– Пожалуйста, не кричи. Сейчас все придут сюда и будут задавать вопросы. Ты же не хочешь, чтобы они узнали все твои тайны, – умоляет Люк и медленно шагает ко мне. Я иду к кровати и сажусь на край. Злополучная папка лежит около меня. Сбрасываю её и все листы падают на пол, застилая его.

Люк садится чуть подальше от меня, чтобы сохранить дистанцию, которая точно мне необходима. Я запускаю пальцы в волосы и упираюсь локтями в колени.

– Не пытайся манипулировать мной, Люк. Я больше не поведусь на твои психологические трюки. Пусть ребята узнают, какой ты, пусть приходят и выслушивают твоё враньё.

– Прости меня, Ан-Ан. Я люблю тебя, ты не представляешь, как сильно люблю, – говорит он, вводя меня в ступор. Люк этим пользуется и крепко обнимает. У меня нет сил даже противостоять ему. Правда с папкой выбила из меня всё, что можно.

– Я всё ещё не могу поверить, что ты врал мне, – бубню в его плечо и совершаю попытку освобождения, но безрезультатно. – Ты настоящий негодяй, Люк. Я ненавижу тебя.

– Я совершил ужасное, но, прошу тебя, поверь мне сейчас. Я не желаю тебе зла и не хочу, чтобы ты считала меня ужасным человеком. Можешь забрать эту чертову папку, только не ненавидь меня.

Чувствую быстрое сердцебиение парня и закрываю глаза. Не знаю, как мне поступить. Я очень зла на Люка, но в то же время не могу представить, что этот вечер может быть нашим последним. Я не готова расставаться с ним, как и не готова простить. Это тупик. Да, он предал меня, потому что скрывал такую большую историю, но он раскаивается и, возможно, тогда и правда всё было по-настоящему. Однако слишком большая ложь, чтобы после неё быстро прийти в себя и мыслит трезво.

– Ты веришь мне, Ан-Ан? Что бы ты не решила, знай, что я готов бесконечное количество раз каяться перед тобой. Всё вышло действительно дерьмово, и ты имеешь полное право злиться на меня. – тихо проговаривает Люк. Я отстраняюсь и заглядываю в его глаза.

– Я не знаю, честно, – отвечаю на выдохе и встаю. – Думаю, ещё есть возможность спасти наши отношения. Просто мне нужно время, Люк.

– Я понимаю. Спасибо, что даёшь мне шанс, Ан-Ан, – кивает он. Я останавливаюсь у выхода и делаю глубокий вдох.

– Никто не должен знать о том, что произошло сегодня.

Оставляю его одного и ухожу в свою комнату с пустотой внутри. Мне сложно даже переваривать информацию. Не хочу думать о том, что Люк психолог и что он старше, чем говорил. Мне стоит отдохнуть, но я даже не представляю, как усну. Всё слишком сложно.

Ложусь на кровать и смотрю на свою перемотанную ладонь. Шрам от лезвия теперь будет напоминать мне об этом дне. Кажется, даже в душе остался след.

Месяц спустя

Мне понадобилось несколько недель, чтобы прочесть всю папку, которую отдал мне Люк, и разобраться в себе. Я порвала с Марселем, потому что не могу быть с ним и думать о Люке. Мне вообще пришлось на время отдалиться от своих друзей, чтобы побыть наедине с собой. Они понимают, что-то произошло той ночью между мной и Люком, но ждут, что мы сами расскажем. Не уверена, что это случится, но и держать их в неведении не хочется.

Я раз за разом прочитываю последний абзац из папки, после чего прокручиваю в голове наш разговор в комнате Люка. Это уже больше не приносит боль. Возможно я готова с ним увидится. Я знаю, что сейчас он живёт в другой квартире. Люк сразу дал мне новый адрес.

– Пора, – шепчу сама себе и поднимаюсь с кровати, пряча папку под подушку. Чешу Текилу за ушком и выхожу в коридор.

Быстрая поездка на метро, поиск нужного дома и вот я уже стою перед дверью квартиры. Надеюсь, Люк дома. Стучусь холодной и красной рукой и жду, когда он откроет.

– Анника? – удивляется парень, когда выходит и видит меня. Я загибаю пальцы и кусаю губу. Он никак не изменился. Разве что сейчас стоит без бейсболки.

– Привет, Люк.

– Проходи, ты вся трясёшься от холода, – заботливо произносит он и отходит, пропуская меня. Я переступаю порог и закрываю за собой.

– Люк, – негромко зову его и привлекаю к себе внимание. – Люк, я хочу сразу всё сказать.

– Я тебя слушаю. Может пройдём в гостиную?

– Нет. Здесь и сейчас.

Люк кивает и становится напротив меня. Я снимаю шапку и тяжело вздыхаю. У меня есть много чего сказать ему, но пока произнесу самое главное.

– Думаю, я готова начать всё с начала.

– Ты прощаешь меня? – уточняет он и заглядывает в глаза.

– Я начала это делать ровно с того дня и продолжаю до сих пор, Люк. Перечитывая твои записи, я стала понимать тебя, твои мысли и поступки. Всё получилось не так идеально, но мы можем попытаться.

– Ты словно лучик солнца для меня. Спасибо за шанс, Ан-Ан. Я очень скучал по тебе, – произносит Люк и слабо улыбается.

– Тогда ты сказал, что любишь меня... – начинаю говорить, но замолкаю, боясь, что это уже не так. Я тоже признавалась ему в своих чувствах и до сих пор уверенна в них.

– Да. Я люблю тебя, – уверенно отвечает Люк. Моё сердце ускоряет ритм и чуть ли не подпрыгивает к горлу.

Разглядываю его лицо и опускаю взгляд на губы. Я первая приближаюсь к Люку, а он же первый целует меня. Тысячи фейерверков взрываются внутри, как только наши губы соприкасаются. Не могу поверить, что это происходит вновь. Значит ли это начало чего-то нового? Нового и лучшего?

– Я тоже люблю тебя, Люк, – говорю, отстранившись. Парень улыбается и кладёт ладони на мои щёки.

– Я рад, что ты выбрала этот путь, Ан-Ан.

Жребий был вытянут в пользу любви, и я ни капли не жалею. Теперь мы пойдём только вперёд и попытаемся не зацикливаться на плохих проживших моментах. Чтобы больше не страдать и не чувствовать боль я научилась отпускать прошлое. Мы научились.