Глава 4. Гости.
Основное правило жизни: не давать сломить себя ни людям, ни обстоятельствам.
© Неизвестно.
Трандуил
Еще день и они уедут, может после этого у Владыке перестанет болеть голова, да и сегодня должен вернутся Леголас.
Трандуил восседал на резанном стуле и писал официальный отказ и не согласия с лордом Геpладом.
— Владыка! — крикнул кто-то, быстро взбираясь по ступенькам, ведущим в Зал Повелителя.
И голос у этого кого-то был очень родным и дорогим.
Король лесных эльфов встал со своего места и мысленно улыбнулся.
— Леголас, я рад, что ты наконец-то дома, — произнёс Трандуил, кивая.
— Я тоже этому очень рад.
— Как прошло твоё путешествия?
— Удачно. Благодаря ему я приобрёл новых друзей, хороших знакомых и не мало знание, — ответил Принц, а потом поинтересовался: — Как обстоят дела в Лихолесье?
— Пока все хорошо, но на западных границах ожидается нападения пауков, прибы лорд Геpлад со своей свитой и просьбой об помощи, хотя на моё мнение его поступок бессмысленный. Иди, Леголас, отдохни ты Наверное устал с дороги.
— Какая сложная и долгая не была бы дорога, родная земля всегда придаст сил. И да: Владыка, ещё раз спасибо, за то что разрешил вернутся Тауриэль, — сказав это, эльф уже повернулся, чтобы уйти, но его остановил голос отца:
— Разбитая любовь — это большая сила, из-за неё многие совершают ошибки, и если не отвлечься от своего горя, то можно сделать не поправимо.
Леголас повернулся и увидел в глазах Владыке отблески боли, которые он пытался скрыть. Принц Лихолесья кивнул, соглашаясь со словами отца и ушёл.
Мирослава.
Прошла уже целая неделя. Мира тихонько, но верно сходила сума от раздумий. Она все же отыскала библиотеку.
Огромный зал, с очень высокими стеллажами, которых обвивали толстые ветки какого-то дерева, и по ним можно было легко передвигаться, а по краям зала были каменные лестницы.
В библиотеку, как и во многих комнатах, не попадал солнечный свет, вместо него здесь было очень много факелов, так что в зале книг светло было, как днём. В середине этого чуда были вырезанные из дерева четыре дивана. Красота!
Семь из десяти книг были на непонятном языке, а остальные три ещё можно было как-то прочитать, хотя нет, Мирослава их читала, но смысла не понимала, её мысли были заняты словами Трандуила: "Боюсь, что это взаимно. А после этих воспоминаний, сама не понимая, девушка пальцами касалась губ и улыбалась, краснея. И все из-за этих чёртовых четырёх слова, эти проклятые четыре слова!
Трандуил.
—... вы меня слышали, —казалось, этим холодом в голосе, можно замораживать озёра.
— Вы уверены в своём решении? — решил убедится мужчина. На вид ему было лет пятьдесят-пятьдесять пять, седые волосы с чёрными прядями, светло-карии глаза и...
— Лорд Геpлад, сын Герда, я не меняю свою точку зрения, — равнодушно мол Трандуил.
— Как скажет. Ваше Величество, но можно ли узнать причину?
— Конечно. Вы прибыли с немaлым количеством стражей, это говорит о том , что вам есть кого оставить на границах. Ах да, я знаю, что вы хотите начать войну с владениями лорда Мирхона. Очень умный ход, но я своими воинами не разбрасываюсь.
– Всего вам хорошего, — кивнул очень злой лорд и поспешил удалится с глаз Лесного Короля.
— Выйдете в путь завтра, сейчас уже тeмнеeт.
***
Когда свита лорда Геpлада узнала все были взбешены и злы. Зря они потратили столько дней! Зря! Но всех сильнее разозлился не Герлад, нет, а его близкий друг, Лорд Шаген, сын Дордана, он всегда обладал вспыльчивым характером. И теперь шагая по каменным коридорам-туннелям дворца Лесных эльфов, он думал: как же Можно Вывести свою злость?
Хммм... а вот и его жертва...
Мирослава.
Это очень странно, когда идешь п коридору, и кажется, что за тобой кто-то бесшумно следует по пятам. Но стоило Мире быстрыми шагами дойти до своих покоев, и зайти в них, как тут же к ее горлу было представлено что-то холодное и острое.
— Услышу хоть писк перережу глотку, ясно? — незнакомый мужской голос послышался за спиной.
Девушка ничего не ответила. По её лицу безмолвно скатились слезинки. А страх сковал всё тело, паника начала охватывать Мирославу.
— Иди сюда, — шепнул на ухо мужчина и прижал Миру к стене, все ещё держа нож у её горла.
— Прошу, вас не надо, через слезы выдовила из себя Мирослава, но в ответ ей лишь рассмеялись:
— Очень даже надо.
И одним движением часть платья, которое было на Мире, не стало. И теперь Девушка задрожал всем телом. Руки незнакомца исследовали девичью нетронутую плот. Казалось за ними оставалась невидимая грязь...
Но тут насильник отлетел к противоположной стене, с грохотом ударился об неё, а потом сполз на пол.
Мирослава и сама сползла на пол, обняла колени И заплакала, и плакала она, ни только от того, что её чуть не изнасиловали, но и от страха, который испытала находясь в больнице, от страха, который испытала попав B неизвестные мир и ещё от других гамм эмоций, но в основном от страха. Где-то через туман пробились слова:
— СТРАЖА.
Какие-то звуки, а потом:
— Посадить его в самую дальнюю темницу, — уверенный и очень знакомый холодный голос.
Опять непонятные звуки. Кто-то подошёл и укутал Миру чем-то мягким, а после поднял её и уложил на кровать.
Она не открывала глаза, просто почувствовала подушку под головой и поняла — кровать.
Девушки пару раз всхлипнула.
И услышала удаляющиеся шаги.
— Не уходите.. Пожалуйста, мне страшно, — стоило Мире сказать это, как звука шагов не стало, — побудь со мной, пожалуйста.
Опять звук шагов, но уже не удаляющихся, а наоборот приближающихся.
Он сел на край кровати. Мирослава тоже села. А потом Незаметно для себя она обняла своего спасителя, прошептала "спасибо" и вновь расплакалась.
***
Спустя какое-то время Мирослава более или менее успокоилась и спросила:
— А зачем вы... ты приходил?
— Хотел пригласить на ужин и за одно полюбоваться с тобой на закат.
— А закат уже был?
— Был.
— Большое, спасибо, что спас меня в третий раз, Трандуил
Владыка улыбнулся и обнял свою возлюбленную.