Сердце по контракту

Ветер бил в лицо. Дария и Ксения мчались по мокрому асфальту, не оглядываясь. Позади дом будто дышал злом
Холод врезался в кожу, как нож.
Девочки выбежала из дома босиком, даже не успев надеть тапочки. Тонкие шорты домашнего костюма липли к ногам, дыхание превращалось в пар. Ксения была рядом — волосы спутаны, руки дрожали, глаза расширены ужасом
Они бежали, не чувствуя, куда — главное подальше от того дома, где осталась Лорена

— Мы не можем её там оставить! — выдохнула она. — Ксения, они её схватили!
— Дария, если мы вернёмся, нас тоже поймают! — крикнула Ксения, запинаясь. — Нам нужно помощь... хоть кто-то...

Они свернули в переулок, скользя по асфальту. Ветер хлестал по лицу. Дария стиснула зубы, слёзы текли по щекам и тут же застывали.
Ей казалось, что в груди пустота, как будто кто-то вырвал кусок сердца и оставил только эхо — крик Лорены, который всё ещё звучал у неё в голове.
С каждым шагом ноги ныли всё сильнее. Холод прожигал подошвы, пальцы сводило судорогой.
Дария сжала руки, пытаясь согреться

— Почему... почему именно сегодня? — прошептала она. — Что им нужно?..
Ксения не ответила — только посмотрела на неё, сдерживая слёзы.
Дыхание у обеих вырывалось коротко, рвано. Казалось, сам воздух был против них — морозный, острый, тяжелый.
Позади послышался звук — тихий, глухой хлопок. Потом ещё один.
Дария резко остановилась.
— Это... выстрел?
Ксения побледнела
— Быстрее, Дария, пожалуйста!

Они побежали ещё быстрее, пока улица не вывела их на окраину квартала. Света почти не было — только редкие фонари, и один из них мигал. Дария зацепилась за железную калитку, прижалась к ней, пытаясь отдышаться

— Мы не можем просто так уйти — её голос дрожал. — Лорена там одна!
— Дария, — Ксения шагнула ближе, — если нас поймают, никто не узнает, что случилось. Мы должны найти помощь. Полицию.
Дария стиснула зубы.
Она знала, что Ксения права.
Но это чувство вины — оно было невыносимым.
Словно с каждым вдохом она предавала подругу

В доме в это время царила тишина, но не та, что бывает ночью.
Это была тишина после хаоса, густая, липкая, полная звуков, которых не слышно.
Лорена сидела на полу гостиной, руки связаны за спиной. Воздух пах гарью — видимо, один из нападавших пролил бензин из канистры, которую они принесли.
Перед ней стоял высокий мужчина в тёмной куртке, а второй рылся в вещах.

— Они убежали, — сказал первый, глядя на Лорену. — Но не далеко. Девочки не одеты. Холодно. Их найдут
— Пусть ищут, — хрипло ответил второй. — Главное — чтобы эта не орала.
Он наклонился, схватил её за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза
— Где сейф, красавица? Где документы отца Дарии?
Они это спросили, будто знали, что недавно Марсель попроси Ха Джуна спрятать некоторые свои документы у себя в сейфе

Лорена прикусила губу, не сказав ни слова.
Он усмехнулся и отпустил её, как тряпичную куклу.
— Ладно. Посидишь, подумаешь.
Мужчины удалились в соседнюю комнату.
Лорена осталась одна. Сердце колотилось, дыхание сбивалось. Она понимала, что любое движение — риск, но оставаться здесь — значит ждать конца
Огляделась. На полу валялась разбитая ваза, рядом — осколки стекла.
Если удастся...

Она попыталась подняться, удерживая равновесие. Связанные запястья болели, но она всё же нащупала острый край стекла и начала осторожно перетирать стяжку.
Пальцы дрожали, плечи ныли.
Секунды тянулись вечностью.
И вдруг за спиной — шаги.

Лорена замерла.
Шаги приближались.
Она едва успела опустить руки за спину и сжать стекло в ладони.

— Ну что, решила сбежать? — мужской голос звучал глухо, злорадно.
Она резко обернулась — и, не думая, ударила его осколком по руке. Мужчина выругался, схватился за кровоточащий порез.
Лорена воспользовалась моментом и бросилась в коридор

На улице, тем временем, Дария и Ксения добрались до первой освещённой улицы. У обочины стояла будка с вывеской «24h Coffee». Внутри — пожилой мужчина-бариста, зевающий над газетой.
Когда двери распахнулись, он подскочил.

— Девочки?! Что случилось?
Дария подбежала к стойке, задыхаясь:
— Пожалуйста, вызовите полицию. На нас... на нас напали! В доме осталась наша подруга!
Он побледнел, бросился к телефону.
— Какой адрес? Быстрее!
Пока он говорил, Дария прижимала к себе дрожащие руки. Ксения села на пол, не чувствуя ног. Её волосы прилипли к лицу, губы посинели.
— Она там одна... — прошептала она. — Мы её оставили...
Дария стиснула зубы, сдерживая рыдание.
— Мы не могли иначе...

В это время в доме — шум, возня, звон стекла.
Лорена выбежала в холл, босиком, кровь капала с руки. Один из мужчин заметил её и кинулся следом.
Она забежала на второй этаж, рванула в комнату Дарии — заперлась, прижавшись к двери.
Снаружи стучали кулаками.
— Открой, дура! Всё равно не убежишь!
Она огляделась: окно. Второй этаж. Под окном — навес. Если прыгнуть... шанс один из тысячи.
Но шанс.

Она отбежала, глубоко вдохнула.
Один удар. Второй.
Дерево двери треснуло.
Она бросилась к окну, рывком открыла створку и, не раздумывая, прыгнула.
Боль пронзила ногу, но она встала, прихрамывая, и побежала к ограде.
Сзади гулкий крик:
— Она сбежала! Быстрее!

Лорена мчалась по саду, руки немели.
Она не знала, куда — просто вперёд.
Каждый вдох — огонь, каждый шаг — боль.
Вдалеке — свет фар.
Мелькнула надежда.

Дария и Ксения стояли у входа в кафе, когда услышали визг шин.
Полицейские машины. Две, потом три. Сирены выли в ночи.
Дария бросилась навстречу.

— Там! Там дом, вон туда! — кричала она, показывая дорогу.
Пока машины мчались, она почувствовала, как Ксения вцепилась в её руку.
— Дария... — голос дрожал. — Смотри!
Из темноты к ним шла фигура. Медленно, спотыкаясь.
Белая рубашка, порванная, волосы растрёпаны.
Лорена.
Дария побежала к ней, сбивая дыхание.
Подруга упала ей в объятия, почти без сил.
— Я... я думала, не выберусь, — выдохнула она. — Они... они хотели что-то забрать. Говорили про ваших отцов... про документы...
Дария сжала её крепче.
— Всё, всё, ты жива... ты с нами...

Позади уже суетилась полиция, офицеры заходили в дом, прожектора выхватывали из темноты фигуры задержанных.
Но Дария почти не видела этого.
Она чувствовала только холод, дрожь под пальцами Лорены и тихий, неровный стук её сердца.

Дом Ха Джуна теперь напоминал место преступления: полицейские в перчатках, вспышки фотоаппаратов, следователи, служебные собаки, ослепительный свет прожекторов.
Ночь всё ещё стояла за окнами, но казалось, будто рассвет уже не настанет.

Музыка гремела, смех друзей заполнял столик в углу уютного бара.
Ха Джун сидел, глядя в экран телефона, отвечая Дарии на последнее сообщение — обычное, тёплое, почти будничное:
"Не скучай. Вернёшься — расскажу, что выбрала сестре."
Он улыбнулся и убрал телефон в карман.
Но через пару минут один из друзей —ЕнДжун — резко побледнел, уставившись в экран.
— Ха Джун... — голос дрогнул. — Это же твой дом?..
— Что? — Ха Джун нахмурился.
ЕнДжун развернул к нему телефон.
На экране — новостная лента:
"Нападение на дом известной модели Дарии Лоран. По предварительным данным, внутри находились три девушки. Полиция на месте."
Мир словно перестал звучать.
Ха Джун не слышал ни музыки, ни голосов — только биение собственного сердца.
Он вскочил, почти опрокинув стул.
— Что случилось?! — крикнул кто-то, но он уже не отвечал.
Он выбежал из бара, не чувствуя холода, не разбирая дороги.
Ключ дрожал в руке, когда он садился в машину.
Двигатель взревел, колёса взвизгнули на асфальте.
— Дари... только не это... — прошептал он, давя на газ до упора.
Он мчался через город, будто в последней гонке своей жизни.
Каждая секунда тянулась вечностью.
Он не знал, что ждёт его у дома — хаос, полиция, тишина или...
Он просто ехал.
К ней

Дария сидела на ступенях лестницы, укрытая одеялом. Её волосы были растрёпаны, на щеке — царапина. Рядом — Ксения, обессиленная, с чашкой горячего чая, и Лорена, чья рука теперь была перевязана.
Все трое молчали.
Они не плакали — слёзы закончились.
Они просто сидели, глядя в одну точку, где на полу лежала упавшая ваза — всё, что осталось от спокойного вечера

Двери дома распахнулись с глухим стуком.
Внутрь ворвались люди — Марсель и Изабель Лоран, родители Дарии.
С ними —родители Ксении и Лорены
Отец Лорены, бледный, дрожащий, будто постаревший на десять лет за одну ночь

— Дария! —Марсель и Изабель бросились к дочери, обняв так крепко, словно боясь, что та исчезнет. — Господи, ты цела?! Ты цела, девочка моя?..
Дария кивнула, но голос не выходил.
— Кто это сделал? — спросил Марсель тихо, но так, что офицер невольно напрягся.
— Мы выясняем, месье Лоран, — ответил следователь. — Но уже ясно: это не случай. Целью были либо вы, либо господин Стоянович.

Ксения подняла голову.
— Наши... отцы?
— Да, — подтвердил офицер. — Мужчины, которых задержали, — часть криминальной группы, связанной с деловыми структурами в Европе. Они пришли не ради ограбления. У них были точные инструкции — взять "материалы" и при необходимости... — он запнулся, — нейтрализовать тех, кто мешает.

Дария почувствовала, как холод снова пробирает её изнутри.
Она посмотрела на отца.
— Папа... они знали, кто мы. Откуда?
Марсель сжал губы
— Это из-за старого контракта. Одна сделка, сорвавшаяся год назад... — он бросил взгляд на отца Ксении. — Мы не думали, что всё зайдёт так далеко
— Не думали?! — взорвалась Изабель. — Они чуть не убили наших детей, Марсель!

Дария подняла глаза, видя, как её родители спорят посреди хаоса, и впервые в жизни ощутила, что их роскошный, блестящий мир треснул.
Все эти люстры, картины, дорогие интерьеры — всё выглядело бессмысленно.

К утру дом был окружён журналистами.
Камеры, вспышки, микрофоны — новости уже успели разойтись:
"На дом известной модели Дарии Лоран совершено нападение. Полиция подозревает заказное преступление".
Дария не выходила к прессе.
Она стояла у окна своей комнаты, глядя, как свет рассвета медленно ложится на мрамор пола.
За ней вошла Изабель. Тихо, не как обычно.

— Ты должна отдохнуть, — сказала она мягко.
Дария не обернулась.
— А если они вернутся?
— Полиция поставит охрану. Всё будет хорошо.
Дария горько усмехнулась.
— "Хорошо"? Мама, ты видела, как он на меня смотрел? Он знал, кто я. Это не случайность. Кто-то слил им адрес.
Изабель подошла ближе, обняла дочь за плечи.
— Дари, не думай об этом сейчас. Главное — ты жива. Все живы.
— А если бы нет? — Дария повернулась, глядя прямо в глаза матери. — Если бы они не успели?
Изабель опустила взгляд.
Ответить было нечего

Внизу, в гостиной, мужчины говорили с детективом.
Голоса были глухие, напряжённые.

— Мы думали, конфликт улажен, — говорил отец Ксении. — Мы выплатили компенсации, закрыли проект.
— Но не все согласились, — вмешался Марсель. — У тех людей остались убытки, и они решили вернуть их... любыми способами.
— Через наших детей?! — в голосе господина Янковича (отца Лорены) звучала ярость. — Это уже не бизнес, Марсель. Это — война.

Следователь тихо кивнул.
— Мы охраняем дом, но, по нашему мнению, утечка была внутренняя. Кто-то знал, что девушки будут дома одни. Это не случайность.
Все переглянулись.
Марсель нахмурился.
— Вы думаете, кто-то из наших?..
— Мы проверим всех сотрудников, включая тех, кто работает в охране, — сказал офицер. — Но, месье Лоран... — он посмотрел ему прямо в глаза, — такие вещи редко происходят без участия кого-то близкого

Вечером, когда шум стих, Дария вышла на террасу.
Холод обжигал кожу, но она не чувствовала его.
Снег всё ещё падал — первый настоящий снег этой зимы.
Он казался тихим и мирным, будто насмехался над тем, что случилось ночью.
Из дома вышла Лорена, кутаясь в плед.
— Не могу поверить, что всё это реально, — сказала она тихо.
Дария кивнула.
— Мне кажется, я всё ещё там. В тот момент. Когда услышала шаги за дверью.
— Я думала, всё — конец, — призналась Лорена, дрожащим голосом. — Если бы не то стекло... если бы не шанс...
Обе замолчали.
Из дома доносился голос Ксении — она спорила с отцом, требуя, чтобы её не отправляли домой под охраной.
Дария слушала вполуха.
В её голове вертелись только два слова:
"внутренняя утечка".
Кто-то из своих.
Кто-то, кто знал, что они будут одни, без охраны, в начале зимы, вечером, когда Ха Джун уехал.
Дария медленно опустила взгляд на телефон.
На экране всё ещё было то сообщение, пришедшее ночью:
"Это было предупреждение. Следующий раз — не все выберутся."
Она нажала «сохранить».
И тихо прошептала:
— Я найду, кто это сделал.