Глава 102
______________________________
- Таня, Никита, очнитесь!- Лера толкает нас в бока.
- Что… ты здесь делаешь?- смотрит на мачеху удивленно, потирая глаза руками.
- Чем, это ВЫ, здесь всю ночь занимались?- Ира скрещивает руки на груди.- Соседи уже ваших отцов обзвонили. Кричите тут, спать никому…
- Ма, по тише, пожалуйста.- с умирающим видом отворачиваюсь от нее.
- Ага… конечно! А еще что тебе сделать?!- дотрагивается до моей руки и сразу же отдергивает.- Таня, да, у тебя температура…
Проходится ладошкой по моей руке, касаясь шеи и лба.
Глаза слипаются. Я не помню что было ночью. Знаю лишь, что мне постоянно снились какие-то кошмары.
- Очнулись?- отцы сверлят нас взглядом.
- Так, дай-ка и ты мне свой лоб.- Лера трогает Хрусталева, а тот морщится:
- Я в порядке.- отрезает поворачиваясь ко мне.
Он странно смотрит на меня. Так, как будто знает больше, чем я.
И мне бред всю ночь снился. Какой-то шатен, пытающийся заговорить со мной, и превратить в льдышку. Какая-то девушка с темными волосами, которая пытается позвать меня идти за ней. Вспоминаю, и сразу же по спине пробегает холодок.
- Как ты себя чувствуешь?- брюнет наклоняется над моей головой.
Если правду говорить, то далеко не очень. Я чувствую, как горит и ломит все тело. Прям вообще пошевелиться не могу.
- Ну… так.- отворачиваюсь к стене.
- Держи,- вижу Морозову, которая сбивает градусник, и дает его мне. Протяжно вздыхаю, дабы показать насколько мне плохо.
Ложусь. Мне все равно, что вся семья следит за мной и нервно шепчется, переплетаясь языками.
Все взрослые несколько минут ходят по квартире, после чего Ира забирает у меня градусник:
- Тридцать девять и шесть. Ну, тебя угораздило заболеть в зимние каникулы. Молодец…- дядя Миша приносит аптечку, протягивая ее девушке.
- Серёж,- блондинка поворачивается к отцу,- Мы не сможем забрать ее с такой температурой, в минус двадцать пять. Придется ждать, как минимум того, когда она спадёт. Любая, из температур.
Жмёт плечами, а папа смотрит на нас с парнем с ухмылкой:
- Всё у вас через одно место.
Сгоняет парня с кровати и трогает мой лоб, убеждаясь в правдивости градусника.
- Знаешь, дай ей лекарства, и пусть она поспит еще не много.- соглашается с девушкой, и встает.- Мы подождем.
Пью невкусный сироп, и засыпаю. Мне плохо, даже очень.
От лица Никиты.
Она заболела. Это можно было предугадать. Ночь в холодной воде, в замершей ванне, да и вообще. Ее знобило даже тогда, когда мне удалось уложить спать.
Когда я повернулся, чтобы увидеть кто положил мне руку на плечо, знаете кто предстал передо мной?! НИКТО. Хотя, ощущения было реальными. И Таня кричала так, как будто меня уже зарезали…
Пока она спит, мы все вместе пьём чай, сидя на кухне. Я, Ира, дядя Серёжа, Лера и отец. Слышим какой-то крик:
- Нет!!! Не надо!!!- голубоглазая начала кашлять, когда услышала крики дочери. Почти захлебнулась чаем:
- Это… Таня?
Да, поверить в такое сложно. Она ее еще ночью не видела!
- Да, она…- дядя Серёжа встаёт, направляясь в комнату.
Ни один из нас не отстаёт. Мы идём шаг в шаг, и достаточно быстро, пытаясь дойти скорее:
- Я не хочу! Уйди, прошу!- пищит, ворочаясь на постели.
- Дочь. Ты… в порядке?
Ответ же очевиден… Настолько громко кричащий человек, не может быть «в порядке»…
- Не трогай меня! Не надо. Опусти его!- кричит очень громко, до закладывания ушей.
Мужчина смотрит на остальных, и прикладывает руку к ее лбу. Та вырывается, но не сильно, поддаваясь отцу:
- Мне кажется, температура вообще не снизилась.- Рудковский округляет глаза, как и остальные.
МЫ ДАЛИ ЕЙ ОЧЕНЬ ДЕЙСТВЕННЫЙ СИРОП. ОН ТЕМПЕРАТУРУ ПОД СОРОК СБИВАТЬ ДОЛЖЕН.
К слову, у нее было уже почти сорок, когда мы его давали.
- Вызывай скорую.- подсказывает папа.
***********
- Ну, тут все понятно. Почти.
Не нравится мне этот врач. Какой нахер «почти»? Можно просто сказать, что с Таней?!
- В… каком смысле?- Ира барабанит пальцами по столу.
- У девочки пневмония. Но… я еще ни разу не видел, чтобы кто-то в этом ужасном состоянии, так буянил…
Следит за тем, как она бьёт руками по кровати, во сне.
- И… что это значит?- у Иры на глаза слёзы наворачиваются.
- Ну… тут, я вам не помощник. Вам, к священнику обращаться надо, с такими вопросами.- смотрит достаточно изумлённо.- Мне пора. Какие уколы колоть, я написал. Кто из вас умеет делать это?
Мы с Морозовой не много поднимаем руки, но молча.
- Вот и отлично. Беритесь за это дело. Будет совсем плохо, можете вызывать скорую еще раз.
Дальше голоса приглушаются, потому что отцы пошли говорить с доктором, дабы побольше поспрашивать, и закрыли дверь…
- Зай, ты… хоть… слышишь меня?- провожу рукой по голове, а та улыбается. Спадает, значит, температура. Я рад. Но она продолжает молчать.
- Это нормально, что она сейчас не слышит нас...- тянет Хрусталёва,- С другой стороны, это же Таня. Я знаю собственную сноху, как свои пять пальцев. Она может слышать нас – в любом состоянии.
Ира не разделяла ее оптимизма. Она постоянно трогала Рудковскую и всячески рассматривала, не давая ей покоя. Это заметил не только я:
- Отстань уже от нее. Пойдем, отдохнем Лера забирает подругу.