27.дежавю.
Ниджиро спал неровным,тяжёлым сном,прямо в кресле рядом с больничной койкой.его голова упала на край матраса,а пальцы всё так же сжимали холодную руку сакуры,будто если отпустит она исчезнет.
Аппарат тихо пищал,мерно напоминая о её пульсе.
—ниджиро.
Голос был мягкий,но настойчивый.он поморщился,медленно приоткрыл глаза и увидел перед собой саяку.она стояла у кровати в своей неизменной толстовке,с руками в карманах и слегка нахмуренными бровями.
—тебе нужно выйти. -спокойно сказала она.
—что? нет. -он сразу выпрямился и сел,сжимая руку сакуры крепче. —я не могу её оставить.
—ты уже несколько дней здесь. -саяка склонила голову,будто изучая его. —сходи,подыши воздухом.она всё равно сейчас не проснётся.а если проснётся нам позвонят.
—я… -он замялся,не зная,что сказать.
Саяка подошла ближе и тихо добавила:
—подумай сам:если она проснётся и первым делом увидит тебя вот таким измученным,с кругами под глазами,злым на весь мир…она испугается.доктор ведь говорил о риске потери памяти.ей нужно будет видеть спокойное лицо,а не человека на грани.
Эти слова больно ударили в точку.он сжал губы,уставился на Сакуру.
«Она права…но как мне уйти?»
Ниджиро провёл рукой по волосам и тяжело выдохнул.
—ладно. -будто сдался. —но ненадолго.
—хоть так. -саяка едва заметно улыбнулась.
Они вышли из больницы.
Ударил холодный свежий воздух. Ниджиро остановился,закрыл глаза и впервые за долгие дни вдохнул полной грудью.на секунду показалось,что всё это просто дурной сон,и сакура сейчас выйдет к нему живая,здоровая,со своей привычной усмешкой.но когда он открыл глаза перед ним стояла только Саяка.
—куда пойдём? -спросила она.
—не знаю. -буркнул он.
—давай поедим.ты явно не ел нормально уже несколько дней.
Он хотел возразить,но желудок предательски заурчал.
—ладно.
—тогда вон туда. -она кивнула в сторону небольшой кофейни.
Ниджиро замер.это была та самая кафешка в которую они с сакурой всегда вместе ходили за кофе или завтраком.перед его глазами прошелся момент: они улыбаются друг другу,общаются на разные темы,ее голос и смех,сжимающие руки и тепло на душе.
Саяка лишь внимательно посмотрела на него,изучая его хмурое лицо.
Кофейня.
Она ничуть не изменилась.те же деревянные столы,тёплый свет ламп,запах свежей выпечки и кофе.всё напоминало о ней.о сакуре.
Ниджиро сел у стойки на высоком стуле,саяка рядом.он долго смотрел в меню,но всё видел сквозь призму воспоминаний: вот они сидели вместе здесь,смеялись над какой-то ерундой,спорили,кто выберет лучший десерт.
—что ты возьмёшь? -спросила саяка.
Он обернулся и посмотрел на неё впервые за этот день.и вдруг будто провалился в прошлое.эти глаза,это выражение лица…сакура.
У него закружилась голова.
—ты будешь карамельный латте и клубничный чизкейк? -машинально сказал он,не отводя взгляда.
Саяка хмыкнула.
—фу,ненавижу карамель и клубнику вместе.
Он моргнул,возвращаясь в реальность.
«Чёрт.это не она.это не Сакура.»
Её голос был без осуждения,только констатация факта.
Саяка заказала себе крепкий чёрный кофе без сахара и круассан.ниджиро взял кофе с молоком просто,чтобы хоть что-то выпить.
Они ели молча.лишь изредка он бросал на неё быстрые взгляды,ловя себя на том, что видит сакуру.это сводило его с ума.
—ты был ей дорог,да? -вдруг спросила саяка,разламывая круассан.
Ниджиро поднял глаза,дав понять что она дороже чем кто либо в его жизни,но раскрывать и сообщать об этом людям о которых она не рассказывала было бы странно,и ответа он не дал.
Она кивнула,будто что-то для себя отметила.
—знаешь,ты должен держаться ради неё.даже если она…проснётся другой.
Эти слова неприятно задели.
—не говори так.она сакура,и останется ею.
Саяка на секунду прищурилась,но больше ничего не сказала.
После еды они вышли на улицу,солнце уже клонилось к закату.
—знаешь. -сказала саяка. —тебе надо отвлечься,пойдём в парк.или хотя бы просто пройдёмся.
—мне нужно к ней.
—ты успеешь. -она улыбнулась. —давай хоть немного разукрасим этот день.
Ниджиро хотел отказаться,но в итоге сдался.
Может,она права…хоть немного сбросить груз,прежде чем снова сидеть у её кровати.
Развлечение затянулось на пару часов. Они успели пройтись по тихому парку,постоять у фонтана,саяка даже уговорила его прокатиться на колесе обозрения и хоть ниджиро сначала отказался,он всё же поддался.в какой-то момент,когда кабина поднялась наверх и город раскрылся перед ними,он впервые за долгое время позволил себе чуть расслабиться.
Лицо всё ещё оставалось серьёзным,но иногда сквозь усталость проскальзывала тёплая,будто вынужденная, ухмылка.
—знаешь,ты улыбаешься хуже,чем старик. -сказала саяка,сидя напротив.
—а ты замечаешь слишком много. -хмуро ответил он.
—ну,кто-то же должен. -она усмехнулась,подперев голову рукой.
Но даже эти редкие моменты не могли выбить из головы Ниджиро одну мысль: сакура.где-то глубоко внутри он считал,что всё это предательство: сидеть,разговаривать,что-то чувствовать рядом с её сестрой,пока сама Сакура лежит между жизнью и смертью.
После прогулки он сказал:
—мне нужно домой.переодеться,и… дела накопились.
—тогда я с тобой. -неожиданно ответила саяка.
Он поднял на неё взгляд:
—зачем?
—не знаю.не люблю молчать,а с тобой можно.
Он хотел отказаться,но промолчал. Пусть идёт,хоть кто-то будет говорить,пока я в своей голове задыхаюсь.
Его квартира встретила их тишиной и…хаосом.
Разбросанная одежда,пустые бутылки из-под воды и упаковки от еды,смятые листы с заметками,на кухне нетронутая посуда.
Саяка остановилась на пороге и,оглядев всё это,посмотрела на него прищуренными глазами:
—это…ты называешь "дом"?
Ниджиро виновато пожал плечами:
—я не убирался.
—это видно.
Он устало провёл рукой по лицу и прошёл в комнату:
—ты можешь не устраивать допрос?
—а кто-то должен. -парировала она и стоя в толстовке. —где тут тряпки,мусорные пакеты? Или всё так же потеряно,как и ты?
Он повернулся к ней и едва не сказал: Ты слишком похожа на неё,но промолчал.
Дежавю.
Саяка не стала ждать ответа и сама нашла швабру и пакеты.
Он хотел что-то возразить,но в итоге лишь вздохнул и пошёл в ванную.
Горячая вода смывала усталость, но не мысли.пока он стоял под душем,перед глазами всплывали сцены:сакура в той самой кофейне,её смех на съёмочной площадке,её тёплая рука в его руке,когда он вез её в скорой.
Все мысли были только о ней.