3
— Если честно, я рассчитывала на то, что ты меня сейчас...
— Трахнешь, – улыбнулся Чхве, натягивая одеяло на голову. — Нет, сегодня я совсем не хочу этого делать...
Я кивнула, касаясь тыльной стороной ладони горячего лба Субина. Ещё не остыл... Бедняга. Нужно приготовить чай с малиновым вареньем. В детстве мне очень помогало.
— Субин, у тебя есть малиновое варенье?
— Мама привозила. Посмотри в нижних ящиках на кухне, – ответил парень, жмуря глаза.
Сообразив, где примерно я смогу найти баночку с малиновым вареньем, я направилась на кухню, наблюдая небольшой беспорядок и гору немытой посуды. Пожалуй, мне придётся помочь этому мальчику, а пока, сделаю ему горячий чай и помогу уснуть. Открыв баночку с вареньем, я нашла чистую тарелку, чем-то смахивающую на розеточку, и наполнила её тёмно-розовой массой. Это варенье чуть отличалось от того, что всё детство кушала я, но, ведь, у каждой мамы разные способы приготовления... Залив кружку, в которую уже давно положила пакетик чая с бергамотом, я поставила всё на поднос и направилась обратно в зал.
— Субин, – шепнула я, отчего парень приоткрыл глаза. — Выпей чай с вареньем. Тебе станет лучше.
— Эм, Чаки, я ведь не просил, – довольно улыбнулся Чхве, приподнимаясь на локтях. — Или ты боишься, что моё состояние ухудшится и я умру?
Он выглядел сонно, по-домашнему, весь такой лохматый, с помятой щекой и вздёрнутой вверх синей футболкой. Такой милый, что хочется обнять. От него пахнет дорогим одеколоном и лекарствами, которые он недавно принял. Такого Субина я ещё не видела. Не было возможности...
— Пей, – ответила я, подавая парню кружку. — Только не торопись, он очень го...
— Ащ! – воскликнул Чхве. — Боже, мой язык!
Он торопливо поставил кружку на поднос и бросил взгляд в мою сторону. Мне стало не по себе, ведь, фактически, это моя вина. Нужно было немного остудить напиток, прежде чем давать его.
— Покажи, – попросила я, хватая того за плечо. — Субин, покажи мне свой язык, чёрт тебя дери!
Парень испуганно покосился на меня, но язык показал, давая мне разглядеть, насколько тот покраснел.
— Я когда обжигаюсь, всегда облизываю пострадавший участок кожи. Знаешь, быстро проходит... – до меня всё ещё не дошла суть того, что я выпалила.
— Хах! Я бы облизнул свой язык, да нечем... – улыбнулся Субин, заглядывая мне прямо в глаза. — Поможешь?
Я смотрела на парня с детской невинной улыбкой, но только потом я поняла, о какой помощи меня просит Чхве. Боже, и зачем только я ляпнула про то, как я вылечиваю свои ожоги? Кто же всё время тянет меня за язык? Что, твою мать, со мной творится?
— Ну так что? Поможешь мне? – вновь спросил Субин, придвигаясь ещё ближе к моему лицу, что и так находилось в десяти сантиметрах от его.
Всё сжалось внутри от нашей близости. Что ты делаешь со мной, чёртов Чхве Субин?
Я кивнула.