Контроль
Питер толкнул локтем Тони по доспехам, когда они отошли с поля боя.
— Это была довольно скользкая ситуация, не так ли?
Стон Тони закончился смехом:
— Боже.
Питер немного подпрыгнул, адреналин после боя бушевал в его крови.
— Мои паучьи чувства говорят мне, что вы не поклонник каламбуров.
Тони продолжал смеяться, пока Питер шел рядом с ним. Это была хорошая миссия, и Питер даже сумел использовать парочку веб-гранат. Он, вероятно, сказал бы, что лучшая часть была, когда Кэп буквально бросил его в цель. Это было потрясающе. Но его восторженные рассуждения были прерваны внезапным ослепляющим белым цветом. Питер увидел звезды и попытался проморгаться, внезапно очутившись на земле. Он не понял, что произошло, пока не увидел руку Тони, направленную на него. И он побледнел, когда все понял.
Тони ударил его. Это произошло так неожиданно, что Питер не успел блокировать удар.
Лицо мучительно пульсировало, а в ушах звенело, и как говорила Карен:
— У вас легкое сотрясение мозга.
Подросток встал на ноги, неуверенный в том, что произошло.
— Хорошо, я не думал, что вы так разозлитесь.
Тони сделал шаг вперед, и Питер осторожно поднял руки, не зная, что может произойти дальше. Тони рыкнул, дотягиваясь до Питера и сжимая пальцы так, как будто он пытался задушить его.
Кровь Питера застыла, когда он искал признания в этих холодных глазах на маске Железного Человека.
— Это какая-то странная тренировка? Потому что мы только что закончили сражение, я думаю, нам нужен отдых.
Тони зарычал, прежде чем снова двинуть кулаком по лицу Питера, но на этот раз он был готов и перехватил удар.
— Эй! Что происходит? Серьезно, Тони, ты пугаешь меня.
Тони продолжал нажимать кулаком на руку Питера, а после ударил свободной рукой ему в грудь, отправив самого молодого мстителя в полет через всю улицу. Питер тормозил по бетону, прежде чем перевернуться и приземлиться на ноги, приседая.
— Тони, что случилось?!
Но мужчина перед ним ничего не ответил, просто подошел к нему, стуча своими тяжелыми металлическими ботинками по земле. Питер никогда не боялся Тони; конечно, тот иногда его припугивал, но Питер никогда еще не боялся за свою жизнь.
Тони подошел к нему, когда Питер поднялся на ноги, моргнув из-за помутневшего зрения. Он выставил руки перед собой и сделал шаг назад, когда Тони придвинулся ближе.
— Карен, что происходит? Это настоящий Тони?
Лицевая панель костюма Железного Человека открылась, прежде чем ИИ успела ответить, показывая холодное, равнодушное лицо Тони. Он выглядел непохожим на себя: с такими пустыми глазами, что дрожь пробежала по спине Питера.
— Я не знаю причину такого поведения, но, похоже, он не собирается останавливаться.
Карен выразила беспокойство, и Питер знал, что у нее есть на то причина, потому что хотя Питер и был достаточно силен, чтобы сражаться с Железным Человеком, он не мог заставить себя навредить ему. И он знал, что если дойдет до выбора между ним и Тони, он выберет Тони.
Он подошел еще ближе, и Питер глубоко вздохнул:
— Карен, позови на помощь. Скажи Кэпу, что у нас проблема.
ИИ отправила сигнал бедствия, когда Железный Человек подошел вплотную к Питеру. Подросток выстрелил паутиной в здание и пролетел через улицу; он был благодарен, что из-за недавнего боя все гражданские были уже эвакуированы. Если он сумеет просто отвлечь Тони и задержать его, пока не придет помощь, все может хорошо разрешиться.
Лицо Тони исказилось, когда Питер продолжил от него убегать: он выглядел сердитым. Теперь он не был похож на глупую марионетку, скорее стал более безумной своей версией.
Он выстрелил и попал в Питера, и тот упал на землю.
Костюм его защитил, но удар был сильным. Раздался голос взволнованной Карен:
— Я обнаружила трещину в одном из ваших ребер.
Питер закашлял и прижал руку к боку.
— Да, я почувствовал это.
Карен снова заговорила, когда к Питеру уже приблизился Тони:
— Скоро прибудет помощь.
Питер выстрелил паутиной в Тони, приклеив его ноги к земле и привязав руки к столбам, настороженно наблюдая, как тот боролся в путах.
— Извините, Тони, я не знаю, что происходит, но что бы это ни было, мы все исправим. Я обещаю.
Тот застонал, словно раненное животное, и Питер попятился назад, когда Железный Человек дернулся особенно сильно.
— Тони? Вы меня вообще слышите?
Но в его глазах не было узнавания. Он выглядел сумасшедшим, и Питер быстро огляделся и решил снять маску.
— Это я, Питер. Вы узнаете меня?
Тень понимания промелькнула в глазах Тони, но лишь на секунду, а после он яростно закричал и потянул паутину, что связывала его.
Питер был напуган, он никогда не видел, чтобы что-то подобное происходило, и он не знал, что ему еще делать, кроме как держать Тони привязанным до тех пор, пока не придет помощь. Его паутина обычно легко сковывала людей, но Тони был в костюме, так что Питер в ужасе смотрел, как тот нагрел паутину и просто стянул ее, словно жвачку.
Питер чертыхнулся, когда его наставник высвободился, и тут же попытался увернуться от его ударов. Он тренировался с Тони раньше и знал много его движений, но тот обычно не был таким быстрым. Сейчас он использовал всю свою силу и силу костюма.
Питер снова получил в лицо и споткнулся, прежде чем получить еще удар в голову, а другой в грудь. Боль пронзила его, выбивая воздух из легких, а он сам снова упал на бетон.
У него даже не было достаточно времени, чтобы встать, прежде чем Тони сжал его за воротник, удерживая, снова и снова посылая удары кулаком в лицо Питера.
Человек-Паук мог блокировать его удары, но Тони был в костюме, и даже способности Питера не могли защитить его от атак Железного Человека. Он вскрикнул от боли, когда очередной удар достиг цели.
Он больше не слышал Карен, но ему она не была нужна, чтобы понять, что у него серьезное сотрясение и что-то сломано. Он чувствовал, как кровь стекает по его лбу и щеке, и видел, как она размазалась по кулаку Тони, когда пытался оттолкнуть его.
Он чувствовал себя ужасно: едва мог открыть глаза, и дышать было сложно. И хотя он не хотел сражаться с Тони, он больше не мог переносить боль.
Он ударил в металлическую грудную пластину костюма Тони, оттолкнув его на несколько метров назад, и попытался встать на шаткие ноги. Все вращалось, и трудно было разглядеть что-нибудь сквозь кровь, заливающую глаз, но он поднял дрожащую руку, когда увидел яростный взгляд Тони.
— По-пожалуйста. Остановитесь.
Но глаза Тони, которые были обычно так добры, сейчас были полны пустой ненависти. Словно он был всего лишь оболочкой для бесконечной ярости и гнева, вызванный без какой-либо причины, направленной сразу на всех.
Железный Человек снова двинулся вперед, и Питер зарыдал от ужаса.
— Пожалуйста, я не хочу причинять вам боль. Это не вы, это неправильно. Пожалуйста, Тони, остановитесь.
Он отскочил, когда тот побежал вперед, чтобы схватить его, но тут же упал из-за ран. Он ударился о тротуар и застонал от боли, а после закричал в агонии, когда металлические пальцы Тони сжали его лодыжку, раздавливая кость. Питер услышал треск и перестал что-либо видеть, практически теряя сознание.
Тони перекатил его на спину и наклонился над ним, когда Питер со сбившимся дыханием и рыданием пытался оттолкнуть его.
— Пожалуйста! Тони, перестаньте, мне больно, пожалуйста. Вы не хотите этого.
Тони нахмурился и прервал попытки Питера отбиться. Обычно Питер был сильнее, но Тони не сдерживался, и эти травмы сделали Питера таким слабым, что он больше не знал, сможет ли удержать Тони от убийства.
Тони всегда говорил, что защитит его, но теперь именно он пытался убить Питера, и тот не знал, что делать.
— Тони!
Он смотрел в эти глаза, плача и понимая, что если он не остановит его, Тони убьет его.
Ему нужно было дать отпор. По крайней мере, пока помощь не пришла.
И Питер врезал ему по скуле, оставив лишь злую красную отметину, ведь он не ударил и в половину силы. Тони едва это почувствовал, но тут же последовал следующий удар. Его металлическая рука словила кулак Питера и сжала, и точно так же, как с лодыжкой, последовал щелчок сломанной кости.
Питер закричал и скорчился под ним, боль вызвала настоящую панику. Своей опухшей рукой он сумел выстрелить паутиной, привязывая руку Тони к соседнему фонарному столбу, но спустя мгновение Тони уже содрал ее со злым рыком.
Тони улыбнулся Питеру безумной улыбкой, натягивая паутину на его горле и используя ее, чтобы задушить его.
Питер никогда в жизни не был в таком ужасе. Он со всей силой толкнул здоровой рукой Тони в грудь достаточно отчаянно, чтобы оставить вмятины в металле, когда тот потянул концы паутины и сжал горло Питера туже, заставляя его задыхаться.
Зрение затуманилось, он не мог дышать, и понимал, что скоро потеряет сознание.
Но он не мог освободиться, не причинив Тони вреда. Если он использует всю свою силу, то может в конечном счете переломить ему череп одним ударом или ударить по груди так сильно, что сердце остановится. И он не мог так поступить. В итоге он боролся, пытался оттолкнуть Тони, высвободиться, чтобы сделать хоть один глоток воздуха.
Он становился слабее, и вскоре его рука соскользнула, ударяясь о землю. Он перестал шевелиться, таким образом его мозг пытался сберечь кислород. Он больше не двигался, просто слепо смотрел на человека, убивающего его.
Питер слышал, что перед смертью мелькают кадры из твоей жизни, но все, что он видел, — это ярость на лице Тони, а после знакомое обеспокоенное лицо Капитана Америки.
***
Стив получил сигнал бедствия, когда заканчивал помогать гражданским. Во время боя перевернулся фургон, погребя под собой несколько невинных людей; поэтому, когда Карен сообщила ему, что Питеру и Тони нужна помощь, он не сразу ответил на зов. Мирным жителям он тоже был нужен, потому что, хотя он и мог легко поднять фургон, один из людей оказался ранен и спешка лишь помешала бы.
Вся команда тоже помогала людям, потому что разрушений было слишком много, а в сражении участвовали далеко не все Мстители. Когда они с Тони получили вызов, то успели взять с собой лишь Человека-Паука, Ванду и Вижена. У них не было такой поддержки, как обычно.
Он был уверен, что с Тони и Питером все будет в порядке, но поспешил так быстро, как только мог.
Помощь нуждающимся заняла слишком много времени. Он хотел уйти раньше, но попавшие в ловушку оказались подростками, и они умоляли его остаться с ними, пока не приедет скорая помощь. И он не мог сказать «нет».
Он оставался до тех пор, пока не убедился, что все в порядке, а затем прослушал все сообщения, спрашивая Карен о других.
— Как там Тони и Человек-Паук? Все еще нужна помощь?
Обычно счастливый голос ИИ был крайне обеспокоенным, а от ее слов тело Стива будто наполнилось свинцом:
— Тони оказался скомпрометирован и в настоящее время атакует Питера. Питер, кажется, не дышит.
Сердце Стива замерло. Он схватил руку Ванды и рванул в сторону, где находились Тони и Питер, крича на ИИ:
— Почему Тони атакует Питера?!
Ванда испуганно на него посмотрела, а Вижен последовал за ними.
— Я не знаю. Пожалуйста, поторопитесь, жизненные показатели Питера опасно нестабильны.
Стив побежал, чувствуя, как болят его мышцы от того, что он использует все свои силы, чтобы добраться до товарищей по команде как можно быстрее.
Они собирались повернуть за угол, на улицу, когда Ванда упала, руками схватившись за голову.
— Ох, Стив, подожди.
Суперсолдат остановился, нетерпеливо обернувшись назад:
— Что?
Девушка нахмурила брови, она подняла руки и плавно двинула пальцами, красные потоки света затанцевали по воздуху вокруг нее.
— Здесь кто-то есть, я не знаю, кто, но я их чувствую. Они пытаются вторгнуться в мой разум, и твой тоже.
Стив отчаянно хотел добраться до Тони и Питера, ему было все равно, что кто-то пытается его остановить, он не бросит их.
— Это то, что происходит с Тони? Его контролируют?
Ванда кивнула, хмурясь от концентрации, она будто тянула за невидимую струну.
Стив медленно направился к следующей улице, ему нужно найти остальных. Он уже мог слышать слабые отголоски звуков боя, и он чувствовал себя ужасно, беспокоясь о том, что он придет слишком поздно.
— Если я пойду туда, меня тоже начнут контролировать?
Девушка покачала головой, задыхаясь из-за того, сколько сил тратила на необходимость сдерживания нападавшего:
— Я отвлекла их, я знаю, где они. Я буду блокировать их влияние, и Вижен поможет мне остановить их. Иди, помоги Тони и Питеру.
Стив не стал ждать ни секунды, поспешив туда, где звуки борьбы становились тише.
Он мог себе представить тысячу плохих вариантов исходов; но то, что он увидел, заставило его сердце пропустить удар.
Тони сидел над Питером и тянул руками за нить, обернутой вокруг горла подростка. Он сжимал так сильно, что лицо Питера стало фиолетовым, а руки Питера слабо тянулись к броне Железного Человек, прежде чем упасть без сил.
Стив подался вперед, и в это время Тони задрожал, застонал, будто приходя в себя. Кэп оттолкнул Железного Человека от подростка как раз в то время, когда тот потерял сознание.
Питер едва мог дышать, когда Стив снял паутину с его горла.
Тони застонал где-то позади него:
— Питер? Что случилось?
Стив даже не посмотрел в его сторону, он уже понял, что Тони больше не контролируют. На данный момент была другая проблема...
Он приложил два пальца к шее Питера, а другой рукой нажимая на комм:
— Мне нужен медэвак*, сейчас! И Брюса на линию!
Питер никак не реагировал на действия Стива, и кровь из раны застилала его глаз, щеку и нос. Боже, парень был в ужасном состоянии.
В комме раздался обеспокоенный голос Брюса:
— Что случилось?
Кэп выложил все как есть, забыв, что Тони был позади него:
— Питера душили, он не дышит, и его пульс слабый.
Тони всхлипнул за спиной Стива, и звякнул металлом, приближаясь.
— Боже, я...?
У Стива не было времени на чувства Тони; он оттолкнул его, небрежно извиняясь перед товарищем, прежде чем вернуться к умирающему подростку:
— Тони, отойди!
Брюс ответил быстро и четко, и Стив был рад, что хоть кто-то знал, что делать:
— Начинай искусственное дыхание, но без компрессий. Постарайся не двигать его шею или голову слишком сильно, я надену на него воротник, как только доберусь до вас.
Стив старался делать все максимально аккуратно; он открыл его рот и откинул голову назад. Он слышал, как Тони тихо всхлипывал за его спиной. Он дышал в рот Питеру, останавливаясь, проверяя, прежде чем попытаться снова. Но ничего не происходило.
— Не получается! Он не дышит и его пульс слабеет. Брюс, что мне делать?
Ответ пришел быстро:
— Я буду через три минуты, продолжай делать искусственное дыхание, он не должен оставаться без кислорода!
Стив сталкивался со многими страшными вещами в своей жизни, но он никогда не боялся так сильно, как когда дрожащими руками держал Питера и дышал за него. Питер был невиновен, он был умным, и добрым, и таким, таким молодым. Но сейчас он умирал от рук своего наставника, и Стив не знал, сможет ли спасти его.
Тони чувствовал себя словно в дурмане: мысли были медленными и неясными, но когда он увидел, как Питер лежал там, раскинув руки и истекая кровью, он почувствовал, как будто весь его мир остановился.
Когда Брюс появился, Тони все еще не мог заставить себя двинуться. Брюс подбежал к самому молодому члену команды, и от его привычного спокойствия ничего не осталось. Он, ругаясь, схватился за оборудование.
— Его горло слишком опухло, я собираюсь интубировать. Черт побери, соедини это.
Сердце Тони стучало как бешенное, когда он наблюдал, как медики суетятся вокруг Питера, вводят трубку в его горло и обматывают воротник на шею. И это была его вина. Он пытался убить своего ребенка.
Он не смог сдержать слез, увидев сломанные пальцы Питера. Он хотел потянуться к его руке, помочь. Но он не мог ничего для него сделать.
— Боже, Питер, мне так жаль.
Крепкие руки обхватили его за плечи, когда Питера осторожно положили на носилки под строгим руководством Брюса. Тони не нужно было оглядываться, чтобы узнать, что руки принадлежали Стиву. Тот грустно произнес:
— Пойдем домой. Брюс будет с ним, — Стив не говорил, что с Питером все будет в порядке. Потому что он сам не знал этого. Ребенок был настолько избит, что даже не походил на себя.
Тони всем сердцем желал, чтобы это его жизнь висела сейчас на волоске.
***
Список травм был длинным, и от каждого прочитанного пункта Тони становилось все хуже.
— Он как обычно исцеляется быстро, но потребуется немного времени, чтобы все вернулось в нормальное русло. На порезы на лбу и щеке пришлось наложить несколько швов, но уже все в порядке. Его лодыжка и рука в гипсе, они должны срастись где-то через неделю; его ребро исцеляется уже и без нашего вмешательства. Его скула была сломана, что вызвало множество отеков, и вот эта рана будет заживать дольше других, но есть хорошая новость, что операция не требуется.
Тони поморщился и отвернулся от рентгена на экране. Он вспомнил, как кости Питера трескались под его руками, как подросток кричал и умолял его остановиться. Лодыжка, четыре пальца и три сустава. Он проглотил желчь.
— Как насчет его... когда я... — он не мог даже сказать этого, но жестом показал на свою шею. Он не мог произнести это вслух, не мог сказать слова «душил», или «задыхался», или «пытался убить». Брюс кивнул и тыкнул в экран, увеличивая изображение.
— Опухоль уменьшилась, он дышит сам, хоть и с трудом, ему больно, поэтому мы запретили ему говорить. К счастью, никаких повреждений шеи или спинного мозга мы не обнаружили, и его КТ и МРТ не показали повреждения головного мозга.
Тони вздохнул, потому что он чувствовал, что тут что-то не так:
— Но?
Брюс сжал губы. Он не хотел этого рассказывать, но выражение лица Тони говорило, что если он сейчас промолчит, Тони залезет в файлы и сам все выяснит.
— Есть все признаки кратковременной потери памяти.
Тони опустил голову и сжал ее руками:
— Боже.
Брюс попытался быстро оправдаться, и Стив положил руку в качестве утешения на плечо товарища.
— Это должно скоро пройти. Но... из-за того, как долго он находился без кислорода, я буду следить за ним.
Тони встал, скинул руку Стива со своего плеча и начал шагать взад-вперед. Он был напряжен и крайне взволнован.
— Вы должны запереть меня.
Стив хотел подойти к нему, но тот резко обернулся.
— Тони...
— Я чуть не убил его! Я ломал ему кости, Стив, я душил... — он подавился словами и закрыл глаза, пытаясь совладать с эмоциями. Его голос звучал тише, когда он заговорил снова. — Скажи ему, что я сожалею, и что ему больше никогда не придется меня видеть.
Стив попытался схватить его за руку, но лишь вздохнул, когда Тони увернулся и ушел прочь. Он не мог ничего сделать для него, знал, что ничто не способно остановить Тони от выкапывания самому себе ямы.
***
Питер лежал в постели, его накачали достаточно, чтобы он не чувствовал боли, и наблюдал за облаками за окном, когда к нему пришел Стив.
Подросток повернулся на звук, когда он вошел, и Стиву было трудно сдержать эмоции. Это был первый день после... инцидента, и Питер выглядел не намного лучше, чем когда Стив только нашел его лежащим на улице. Яркие синяки покрывали его лицо и кольцом виднелись за бинтами на шее.
Его загипсованные лодыжку и руку подпирали подушки, в комнате был тусклый свет и полная тишина.
Но он улыбался так сильно, как только мог, потому что это же Питер; и Стив улыбнулся в ответ, присаживаясь на край кровати ребенка.
— Эй, приятель. Тебе лучше?
Питер слабо пожал плечами, медленно моргнул, а его стеклянный взгляд скользнул по лицу суперсолдата:
— Где Тони?
Стив взглотнул, он не хотел говорить те слова, что Тони просил передать Питеру.
— Он дает тебе возможность побыть одному, пока ты не поправишься. Ему трудно видеть тебя таким, после того, что случилось.
Подросток выглядел разочарованным, теребил провода, прикрепленные к его груди, пока Стив осторожно не убрал его руки. Его голос был тихим и слабым, горло все еще выздоравливало, и слова звучали как хриплый шепот:
— Он злится? Я ударил его, пытаясь оттолкнуть, но я не хотел этого делать. Я ведь не причинил ему вреда, да?
Сердце Стива сжалось от беспокойного взгляда Питера. Его чуть не убил наставник, а он беспокоился об одном ответном ударе.
— Он в порядке, приятель. Ты хорошо справился, контролируя свои силы. Он не зол на тебя, он просто не может... видеть, что он сделал с тобой.
Питер слабо кивнул, он выглядел уставшим:
— Это было страшно, но это ведь был не он, не так ли?
Стив встал, поправляя одеяло Питера:
— Да, он бы никогда не сделал этого. Это был манипулятор разума, он решил немного поразвлечься, но Ванда и Вижен позаботились о нем. Он больше никому не причинит вреда. И, Питер, ты должен знать, что если что-то подобное случится, ты должен защитить себя; ты должен дать отпор, даже если это может навредить нам.
Питер нахмурился:
— Нет, я не могу этого сделать. Эй, Стив?
Кэп взбил ему подушку и кивнул, чтобы тот продолжал.
— Где Тони?
Он вздохнул и посмотрел на Питера, поправляя волосы у него на лбу:
— Ты уже спрашивал об этом, Пит. Он в порядке, он скоро вернется. Тебе надо поспать, ты уже достаточно поболтал сегодня.
Самый молодой мститель сделал то, что ему сказали, он лег обратно на подушки и быстро заснул. Стив закрыл рукой глаза, пытаясь не заплакать. Что ему делать?
***
Питеру потребовалось всего несколько дней на исцеление, на то, чтобы встать с кровати. Тони избегал его, но следил за ребенком через камеры по всему комплексу и слушал новости от команды. Он не хотел, чтобы Питер увидел его, но это не означало, что он оставит его. Тони запирался в лаборатории и отказывался выходить.
Стив также думал, что это был такой способ наказать и себя тоже, что Тони думал, что он должен смотреть на травмы, которые он причинил, что он заслужил это чувство вины, что возникало, когда он видел Питера через камеры.
Так что в течение четырех дней Тони следил за ним. Он наблюдал, как Питер выздоравливал, как он улыбался, когда другие Мстители подписывали его гипсы, и как он вернулся к своему обычному чрезмерно болтливому я, когда его горло выздоровело.
Кэп смотрел с ним фильмы, а Брюс терпеливо отвечал на те же вопросы снова и снова, когда Питер забывал ответ.
Но со временем память Питера тоже пришла в норму, он больше не походил на заблудившееся животное, что мечется из одной точки к другой.
Питер выздоравливал, и синяки исчезали, но воспоминания Тони о том, что случилось, не гасли. Он все еще мог видеть все так же ясно, как будто это произошло только что.
Он знал, что Питеру тоже снятся кошмары. Тот едва мог спать, поэтому, когда Питер кричал ночью, Тони слышал это, он слышал, кого тот зовет на помощь:
— Тони! Пожалуйста, не надо! Перестань, мне больно, это не ты! Стив, помоги мне!
Неизвестно, что может произойти, когда Питер увидит его снова, у него может быть приступ паники или ПТСР, а Тони не хочет больше причинять боль своему ребенку.
Но Брюс и Стив были настойчивы; они приходили к нему в комнату и говорили с ним каждый день и приносили еду, заставляя его есть.
— Он снова спрашивал о тебе сегодня. Вспомнил и ответ, ему уже лучше. Он скучает по тебе.
Тони не посмотрел на дока, просто взял тарелку и поставил ее на свой стол, прежде чем вернуться к проекту, над которым он работал целыми днями и ночами.
— У него был еще один кошмар обо мне. Ты действительно думаешь, что я не слышал, как он кричал в два часа ночи?
Брюс хлопнул ладонью по столу:
— Знаешь, что ему снилось? Он не боялся тебя, Тони, он боялся за тебя! Он не видел тебя несколько дней, он думает, что ты его ненавидишь! Его кошмар был о том, что он не сумел проконтролировать собственную силу, когда пытался отбиться от тебя, и причинил тебе боль!
Дыхание Тони участилось, и он проигнорировал то, как его руки дрожали, когда он закручивал гайку на своем макете.
— Он не должен был попасть в такую ситуацию, чтобы ему пришлось отбиваться от меня. В этом-то и дело.
— Он знает, что это не твоя вина, ты бы никогда ему не навредил. Ты ему нужен.
Тони надавил рукой на глаза, пока не увидел яркие пятна:
— Я не могу.
Голос Брюса стал мягче, и Тони вздохнул, когда почувствовал, как тот положил руку ему на плечо, не сильно сжимая:
— Ты можешь. Потому что ты обещал, что всегда будешь рядом с ним, и я не позволю тебе нарушить это обещание.
Брюс убрал руку, и Тони подумал, что на этом все, пока Брюс снова не заговорил тихо и грустно:
— Он просил передать это тебе, кстати. Сказал, что это его извинение за то, что ударил тебя, — его шаги стихли, и Тони вздохнул, прежде чем обернуться, чтобы посмотреть, что Брюс оставил ему. Это была кружка, и грудь Тони сжалась, когда он прочитал напечатанные на ней слова.
«Лучшему в мире папе Тони». «Папе» было зачеркнуто, а «Тони» написано аккуратным почерком Питера черным маркером. Тони закрыл рот одной рукой, другой аккуратно поднимая кружку, он знал, что заплачет. Потому что он хорошо знал, что Питер был достаточно умен, чтобы понимать, как заказать индивидуальную кружку, но он намерено выбрал эту.
Тони держал подарок в руках и плакал.
***
Питер фыркнул от раздражения, когда попытался намазать арахисовое масло на тост здоровой рукой. Скоро все заживет, но беспомощность так раздражала его.
Стив тихо засмеялся и пришел на помощь, аккуратно забрав нож из его руки и сделав нужные манипуляции. Питер одарил его благодарной улыбкой.
— Спасибо, Капитан Америка. Ты спасаешь людей и делаешь тосты, есть что-нибудь, что ты не умеешь?
Мужчина засмеялся и легонько ткнул его локтем:
— Эй, не надо умничать, тогда будешь пытаться сделать все сам.
— «Местный герой издевается над побитым ребенком» — хороший заголовок для газет, — Питер и Стив оба обернулись и застыли в шоке, увидев, как Тони, прислонившись к дверям кухни, тихо потягивает кофе из своей новой кружки.
Питер проковылял к нему с гипсом на ноге, улыбнулся и обнял гостя:
— Тони! Вы вернулись!
Стив забрал кружку из руки Тони, чтобы он мог обнять Питера в ответ, и Тони кивнул солдату, прежде чем посмотреть вниз на подростка, что висел на нем:
— Да, мне жаль, что меня не было так долго. Я больше не буду так делать.
Питер отступил, грустно хмурясь. Тони все еще было трудно смотреть на него, но дело было не в том, что он чувствовал, а в Питере.
— Почему вы ушли? Вы тоже были ранены? Я пытался быть осторожным, но я просто не...
Тони быстро покачал головой и взял Питера за плечи:
— Нет, нет, ты меня совсем не ранил. Ты должен был, но не сделал этого. Я просто не хотел, чтобы ты снова меня видел. Я не хотел, чтобы ты боялся меня. Питер... я очень, очень сожалею о том, что я сделал.
Питер расслабился, вздохнул, понимая, что с Тони все в порядке. Господи, что он сделал, чтобы заслужить этого ребенка?
— Я знаю, что это была не ваша вина, я прощаю вас, — слова были такими простыми, а глаза Питера были честными и яркими, и они ударили Тони прямо в сердце, выбивая воздух из легких.
Он всхлипнул, зрение снова размылось слезами, когда он притянул Питера обратно к груди, чтобы обнять. Он чувствовал, что наконец-то может дышать спокойно.
— Спасибо, малыш. Я скучал по тебе.
Питер крепко прижался к нему, улыбаясь:
— Я тоже скучал по вам.