Названа его невестой . 𝑺𓆩𓆪𝑺

Он плакал. Настоящий, живой, сломанный. Его лицо уткнулось в мои колени, плечи дрожали. Мне хотелось оттолкнуть его — и обнять. Кричать — и молчать вечно. Но я не шевелилась. Только смотрела, как его пальцы сжимают подол моего платья, как будто оно всё ещё белое, не заляпанное пеплом и временем.

Потом он поднял голову. Красные глаза. Надломленный взгляд.
— Вставай.

Я не сопротивлялась, когда он потащил меня за собой. Он шёл быстро, не отпуская, как будто если я выскользну — он исчезнет. Мы спустились по ступеням, его чёрная иномарка глотала нас в свои тени. Он вдавил педаль, и город остался позади, а я — между сердцебиением и паникой.

Он ехал слишком быстро. Сквозь ночные ветки, сквозь фары, сквозь себя. Мне казалось, что в его голове всё горело. Пепел осыпался с его мыслей.

Наконец — лес. Тишина. Холод. Только шум шагов и пульса.
Он вёл меня в самую глушь, туда, где никто бы не нашёл. Где бы даже солнце постеснялось светить. А потом — я увидела их.

Розы.
Тысячи. Миллионы.
Алые, как свежая кровь. Цветущие вопреки всему.
Вопреки зиме.
Вопреки смерти.
Вопреки здравому смыслу.

— Знаешь… — его голос был шёпотом. — Эти розы цветут всегда. Зимой. Летом. Осенью. Весной.
Я молчала.
— Мне кажется, моя любовь… такая же. К тебе.
Он повернулся. Подошёл ближе. Почти касаясь.
— Скажи только честно… Ты меня любишь?

Моё сердце выдохнуло первое слово раньше, чем я успела его остановить.

— Да.

Он наклонился. Его губы нашли мои — растерянные, дрожащие.
А в голове всё равно было ощущение, что в любой момент всё может закончиться.
Что поцелуй — это обрыв.
А любовь — острые шипы.

А потом… особняк. Высокие стены. Темнота и тепло. Мы почти не разговаривали. Он просто провёл меня в спальню — будто боялся, что я исчезну, если он отпустит мою руку хоть на секунду.

Я стояла посреди комнаты. Он медленно подошёл, взгляд скользил по мне, как будто запоминал навсегда. Пальцы коснулись воротника платья. Он шепнул:

— У тебя так отросли волосы… такие красивые.

Он снял  всё с  меня . Я не дрожала — только сердце билось, как мотылёк у окна. Я легла в центр огромной кровати, и мои длинные волосы разметались по простыням, скрывая тело. Он стоял молча, как будто не мог дышать.

И тогда я поняла — теперь всё изменилось. Между нами не осталось ни вопросов, ни расстояний, ни страха. Только мы. И любовь, что цветёт как розы — в любое время года.
Он начал снимать и с себя всё.
Он  навис на домной,и начал нежно целовать мою шею , ключицы оставляя богровые  засосы ,говоря нежно и ласково ты только моя.Жадно целовал мои губы ,гуляя языком во рту.Его руки лапали, моё тело и вот они уже  у предательски торчащего соска!
Он стал покрывать поцелуями мою пышную грудь , мне было щекотно,он играл с языком с  моими сосками  нежно  посасывал и покусывал их , и вот он отпускается всё ниже  и я уже чувствую его возбуждённое  горячие дыхание  у себя в промежности  Я замерла и его губы коснулись моей промежности . Затем я почувствовала как его язык играет с моим клитором. Он резко ложит меня на  спину встаёт передомной, на колене  и грубо вводит свой член в вагину и тут дыханье перихвотило  я схожу сума от его проникновение ! Он ускоряет темп на меня уже нахлынывет оргазм  и тут идут очень грубые толчки и  да мне нравится грубый секс,  и  я кончаю первой но он продолжает долбить меня и кончает прямо в меня.
-Сью я хочу ребёнка, чтобы глазки были как твои