Часть 9
Юнги смотрит вдаль, наблюдает за закатом из домика на крыше. Он алый с оранжевыми оттенками. Красивый.
Юнги не часто смотрел на заход солнца. Не любил этим заниматься, считал, что пустая трата времени, глядеть, как садиться солнце. Но сегодня, ему любопытно, через сколько оно полностью скроется за гарнизон.
Опираясь на спинку стула, он дышит так спокойно, будто совсем ничего не случилось. Будто бы два дня назад они не были все в шоке из-за новости Хосока. Юнги соврет, если скажет, что его это совсем не беспокоит. Напротив, он переживает куда больше, чем все могут подумать. А вчера так вообще был у дома семьи Кан. Хотел увидеть их: простая семья, где есть уже ребенок. Не бедные, но и не богатые, и Юнги прекрасно понимает, что Чонгук, избалованный ребенок, ранимый, достоин такой семьи. Только вот его семья – это Хосок и Пуленепробиваемые. Юнги не может отпустить тот факт, что Гук может больше никогда не прийти в гараж.
От мысли его передернуло.
Он опустил глаза, посмотрел на руки и вздохнул. Послышался звук приближающихся шагов. Кто-то поднимался к нему и Юнги повернул голову. Увидел сначала макушку, после уже лицо. К нему пришел Хосок. Увидев его, Мин встал.
– Хосок, – произнес имя Юнги, – Думал, что ты работаешь.
– Уже два дня не хожу туда. Не могу сосредоточиться. – ответил Хосок, приблизившись в Мину.
У Хосока глаза красные, измученный вид и мятая одежда. Видимо, он не менял ее все эти дни. Вид ее не свежий. Да и сам Чон вызывал жалость. Оказавшись слишком близко к Юнги, Хосок встал лицом к заходящему солнцу.
– Раньше не обращал внимания на это. Здесь красиво. – сказал он и улыбнулся слегка натянуто.
– Не надо казаться сильным, Хоби. Не при мне уж точно.
Чон опустил голову на минуту, шмыгнул носом.
– Как я буду без него?
– Я видел эту семью, – не выдержал Мин, – Не думаю, что они плохие.
– А мы? – Хосок повернул голову, устремив стеклянный взгляд на Мина и добавил: – Да, мы не богатые, я работал сверхурочно, чтобы купить ему красные кеды, я пытался воспитать его…
– Он сам виноват, что так все сложилось. Его просили, говорили, но он не слышит...
Хосок отвернулся, провел рукой по лицу.
– Он всегда был ранимым. Сколько помню, всегда чуть что, так в штыки воспринимал слова. Мне понадобилось много времени, чтобы научить его жить без подозрений, но я не справился.
Хосок издал смешок.
– Я столько раз просил его ни пить, ни ругаться, не хамить... Черт, неужели это так сложно выполнить...
– Ты не можешь переучить его. Уже поздно. К тому же, гены родителей... Его настоящая мать, как у Чимина, алкоголичка.
Хосок выждал время и спросил:
– Думаешь семья Кан сможет?
– Нет, – Юнги покачал головой.
– Ну вот.
Наблюдать за Хосоком невыносимо. Он сдерживается, но Юнги знает, что к вечеру эмоции накроют его. А вечер не за горами.
Как только солнце село, Юнги предложил зайти в дом. Хосок согласился.
Сняв обувь, следом за Юнги, Хосок прошел за ним и сел за маленький столик на полу. Оглядевшись, Чон улыбнулся с некой грустью.
– Я так давно не был у тебя.
– Есть такое. Соджу?
– У тебя есть? Давай.
Юнги достал из холодильника бутылку, поставил на столик и вместе с закуской, каким-то небольшим кусочком вяленого мяса, поставил еще и стопки.
– Кан связалась вчера со мной, – начал говорить Хосок, – Они хотят поужинать со мной и Гуком на днях. Не знаю вот, как ему сказать...
Юнги налил алкоголь в стопки, подвинул к Хосоку и поднял свою. Выпив, Чон подпер рукой подбородок.
– Надо было рассказать ему о нас тогда. Может быть проблем меньше было.
Юнги посмотрел на свою пустую стопку. Он даже не может вспомнить, сколько раз думал об этом. С того самого дня и на протяжении года, он винил себя за безмолвное молчание, хотя может быть, если бы он признался, то было бы отношения Чонгука ко всему другим?
Хосок сам налил соджу в стопку и осушил ее. Налил следом еще одну и тут уже вмешался Юнги. Он остановил Чона, забрав стопку.
– Так, тормози.
– Юнги, я заебался... Не останавливай.
– Да, окей, но напиваться... – Мин не договорил. В дверь постучали и он встал, указав пальцем на стопку, приказав Хосоку не трогать ее.
Подойдя к двери, открыв ее сразу, Юнги поднял тяжелый взгляд и встретился с красными глазами Чонгука.
– Хен...
За спиной послышался шум. Юнги обернулся. Хосок встал, задел ножку стола и подошел к двери.
– Хосок? – Чонгук застыл, – Почему ты... Вы...
– Гук, – Хосок метнулся к брату, толкнув Мина, – Нет. Все не так.
Чонгук перевел уставший взгляд от брата на Юнги, заставив Мина ощутить некое напряжение. По спине прошелся холодок. Сейчас не хотелось ругаться. Вот вообще нет.
– Он друг, не больше.
Чонгук отпустил глаза.
– Я зайду потом, хен. Можно? – Чонгук обратился к Юнги. Он кивнул.
Опустив плечи Чон младший развернулся и ушел. Хосок несколько минут смотрел ему вслед и вздыхал, пока Мин не сказал ему, идти за братом.
Хосок быстро обулся и рванул следом, оставив Юнги. Впрочем, он уже привык.
***
Подработка в магазине подходила к концу. День какой-то выдался тяжелый: всем что-то надо, много недовольных покупателей.
Юнги привык к этому, но каждый раз удивлялся хамскому отношению и грубости.
Оставалось полчаса до завершения смены и Юнги расслабленно сидел на стуле, размышляя, где можно было бы отпраздновать день рождения Хосока.
Да, ситуация из-за усыновления Чонгука все портила, но это не было поводом забить на праздник друга.
Открыв на телефоне банк, Юнги посмотрел на сумму счета – что ж, на пару упаковок дешевого мяса хватит, а дальше уже можно будет рамен сварить. А еще нужен торт.
Считая расходы, Юнги поджимает губы – маловато, нужно взять еще подработку и тут слышит, как в магазин кто-то зашел. Спрятав телефон в карман толстовки, Мин поднял глаза и в ту же секунду сжал кулаки.
– Чхве. – протянул фамилию Мин.
– О, ты живой, – парень перед стойкой оплаты, с бледным лицом и синяками под глазами, широко улыбнулся, – Сиги дай мои.
Юнги достал упаковку, отсканировал штрих-код и озвучил сумму оплаты. Чхве оплатил, спрятал сигареты в карман легкой куртки и не сводя взгляда Юнги, достал из внутреннего кармана куртки маленький пакетик и положил под учетную тетрадь возле кассы.
– Компенсация, тебе понравится.
Чхве огляделся ища камеры и улыбнулся, когда увидел, что одна из них видит сбоку.
– Если бы ты поменьше пиздел в тот день и отдал рыжего, все закончилось бы иначе. – сказал Чхве.
– Не приближайся к моим парням. Нужна месть – мсти мне, но их не трогай.
– Похвально. Ты и раньше жопу за них рвал, особенно, за брата Хосока и Чимина. Не пойму, что с тобой не так, Мин? Неужели жопа пацана лучше вагины?
Юнги молчал и смотрел на Чхве расслабленным взглядом.
– Давай так: ты возвращаешься к нам, а мы не трогаем твоих отбросов?
– И для чего мне это?
– У тебя много связей с поставщиками, а это выгодно нам. Перекуп – дело нынче не простое, а через тебя это проще сделать.
Юнги опустил глаза на тетрадь.
– Я завязал, когда ушел от вас.
– Не бывает “бывших” нариков, Мин. Ты им останешься навсегда. Просто все зависит от того, что ты будешь употреблять.
Юнги промолчал и поднял глаза на парня.
– Спасибо за покупку.
Юнги старался не показывать страха. Все слова Чхве были правдой и как бы не хотелось смотреть ей в глаза, Мин знал, что его может сбить с пути все что угодно.
Прежде, чем Чхве ушел, Юнги попросил забрать то, что он положил под тетрадь, а сам развернулся и направился к холодильнику, чтобы пополнить продукты.
Через двадцать минут смена закончилась. Получив деньги, Юнги поблагодарил хозяина и собирался уйти, как вдруг он остановил его.
– Юнги, знаю, что мы в хороших отношениях, но Ен сказал, что после твоих смен стали пропадать бутылки с соджу и кимпаб. – управляющий мужчина говорил спокойно.
– Я не хочу поднимать камеры, поэтому попрошу тебя больше здесь не появляться. – добавил мужчина.
Юнги, настойчиво, ответил:
– Я ничего не крал. Посмотрите камеры.
– Юнги, все знают о тебе. Ты ненадежный человек.
– Господин! – чуть повысил голос Мин. – Я не крал!
– Давай мы не будем поднимать шумиху. Просто уходи. Спасибо за работу.
Мужчина махнул рукой и зашел в комнату персонала, оставив Юнги в зале. Он смотрел на дверь, знал, что если зайдет в комнату и просмотрит камеры, то сможет доказать свою невиновность, но подумав о том, что снова придется что-то доказывать, Мин просто развернулся и молча покинул магазин.
Он привык, что не всегда люди ему верят. Как и всем Пуленепробиваемыми. Все считают их отбросами общества и гнилью. Вор, преступник, наркоман, алкоголик – каждого из них так обзывали, но все они, вместе, держатся и не показывают вид, что эти слова до ужаса обидные.
Шагая по улице, Юнги сжимал в кармане кофты маленький пакетик. Сегодня пасмурно и даже немного прохладно, а зная, что он будет возвращаться домой поздно ночью, то прихватить с собой толстовку было разумно.
Стараясь сохранять спокойствие, Юнги перебирал пальцами таблетки. Их пять. Надо же, какая щедрость от Чхве. Он никогда не был таким.
На перекрестке, Юнги перешел дорогу, хотел было достать сигареты, как вдалеке увидел Тэхена и его бабушку. В эту же секунду Мин поправил кофту, проверил, не торчат ли его волосы и опустил глаза на кеды – черт, нужно было их протереть.
Переложив пакетик в задний карман джинс, Юнги приблизился к Тэхену и они встретились взглядом.
– Хен? Ты откуда идешь? А, бабушка, это Юнги, – Тэхен указал на Мина и он поклонился очень низко, здороваясь.
– Да, знаю его. Привет Юнгишка.
Мин засмущался. Выпрямил спину и улыбнулся. Тэхен отвернулся, чтобы не заселяться в лицо старшего.
– Как ваше здоровье?
– Да ничего. А ты так и живешь один? Родители не вернулись?
– Нет, госпожа.
– Что же это такое... – покачала головой женщина, – Так долго быть в командировке... Ты хоть чем питается? Лапшой одной?
Юнги забегал глазами, стыдясь. Бабушка Тэхена видела его насквозь. Впрочем, эта женщина всегда была проницательной. Она была добра к Юнги, когда встречала его. Бывало они подолгу болтали на улице, присев где-нибудь. При встречах она всегда спрашивала за родителей, потому что сколько Юнги себя помнит в подростковом возрасте и сейчас, он всегда был один. Родители не уезжали в командировку. Все ложь, но знать о ней никому не нужно.
Поглядывая на Тэхена, Юнги увидел в руках женщины пакет и поднял на нее глаза, сказал:
– Давайте я помогу вам?
Мин протянул руку.
– О, да не стоит. Он легкий.
– Я настаиваю.
Юнги забрал пакет, посмотрел на Тэхена, а тот улыбался ему так широко, что Мин только сейчас обратил внимания на то, что улыбка малого была квадратной.
– Давай тогда я тебя покормлю. – сказала женщина и шагнула вперед.
– О, госпожа, не надо. Я поел на работе.
– Не ври. Что ты там ел? Кимпаб, срок годности которого, подходит к концу? Пошли. Тэхен, тоже шевелись. Нужно успеть до приезда родителей и возвращения дедушки.
Юнги молча шагал за женщиной, смотрел ей в спину и чувствовал взгляд малого на себе. Наверное, он хотел подколоть его, но все не решался.
До дома Тэхена они дошли довольно быстро. Женщина пригласила Юнги в дом, отблагодарила, что он помог и попросила подождать, пока она приготовит ужин. Поэтому, Тэхен и Юнги ушли в их комнату с Намджуном, которого дома не оказалось.
Юнги уже бывал в ней. В ней уютно. Сев на кровать, Мин окинул взглядом каждый угол и увидел в углу, стоящую в футляре, скрипку.
– Не знал, что ты знаком с бабушкой.
Тэхен подошел к шкафу, открыл дверцу шкафа и достал черную футболку. Зажав ее между ног, он снял рубашку, следом футболку, которая была под ней и Юнги, наблюдающий за этим, отвернулся.
– Черт! – выругался громко Ким. – Прости, я забылся.
– Да ничего. Не думай, что у меня встает на всех.
Тэхен, судя по звукам, быстро надел футболку и засунул старые вещи в шкаф.
– Я все.
Юнги расслабился.
– Бабушку твою давно знаю. Отец, когда работал строителем, помогал с установлением калитки. Я приносил ему еду и познакомился с госпожой. Она... она всегда была добра ко мне.
– Как-то ты грустно сказал это, – малой подошел ближе к Мину, сел рядом, – Что-то случилось?
– Да нет, все нормально. – Юнги натянул улыбку.
– Хен, – Тэхен слишком тихо позвал старшего по имени, положил руку на его плечо, – Ты обычно другой. Снова Чонгук довел?
– Нет.
– Хосок? Вы поругались?
– Нет, – покачал головой Мин.
– А что тогда? Ну расскажи, – Тэхен надулся, как маленький мальчик и дергал руку Мина, а тот смеялся.
– Ну, хен... Ты мне таким не нравишься.
Юнги засмеялся в голос, потрепал волосы малого и тут дверь комнаты открылась. Женщина заглянула и позволив к столу.
Ужин был вкусный. Юнги уже забыл, когда ел домашнюю еду. Ту, которую готовят с любовью. Тарелка супа, рис, жареная рыба и закуски – Юнги в последний раз так шикарно ел, когда жил с родителями.
После ужина, Юнги пытался отблагодарить бабушку Тэ, предложив разобраться с посудой, но женщина, отмахнувшись, сказала идти гулять. В, итоге, Тэхен и Юнги ушли. Они направились в гараж.
***
В гараже Чимин неверно ковыряет пальцы рук и косится на Чонгука. Он раздраженный, готовый крушить все подряд, поэтому Пак старается его не трогать.
Достав телефон, он читает чат, тянется к пачке сигарет и поднимает глаза на Чонгука.
– Слушай, Гук, давай уже говори. Твое молчание мне действует на нервы.
– У тебя есть еще резинка?
Пак застыл с вытянутой рукой.
– Презик?
Чонгук кивнул.
– Есть.
– Можешь дать?
Чимин откинулся назад, закинув ногу на ногу, пристально уставился на Гука.
– А еще, я вчера Хосока с Юнги застукал.
– Так, вот давай сразу все проясним, – начал говорить Пак, – Я не хочу вмешиваться во все это. И я уверен, что они не встречаются. Хватит искать везде подвох.
Чонгук опустил голову.
– Я не ищу, а просто рассказываю.
– Они взрослые люди и сами разберутся. Лучше расскажи мне, как так получилось, что ты и малой...
Чонгук покраснел.
– Захотели.
– Ему понравилось?
Гук прикусил губу.
– Он сильно сжимал меня. Какие-то необычные ощущения были.
– А ты расширил его? У нас секс немного по-другому проходит.
– Нет. У нас было мало времени.
Чимин поддался вперед, округлив глаза.
– Ты ебнулся?!
Чонгук распахнул глаза, не ожидая, что Пак начнет кричать. Он испугался.
– Так нельзя! Ему было больно!
– Да не ори ты!
Пак на секунду притих.
– Чимин, в школе не преподают “гей порно”. Откуда я знал, что расширять надо.
– Боже, ну спросит можно было, а то, как назвать меня педиком, так ты первый.
– Я же извинился.
Чимин кивнул и ответил:
– Знаю.
Выждав время, Чонгук поднял голову и спросил:
– Они же меня заберут, да?
– Семья Кан? Не знаю.
– Я не хочу жить с ними.
– Но и с Хосоком не хочешь тоже. Ты же всем видом показываешь это.
Заговорив о братк, пусть и не родном, Чонгуку хотелось плакать.
– Хен все для меня. Если бы не он...
– Да, Гук, если бы не он, то ты гнил бы в приюте. Ты радоваться должен, а в, итоге, гнобишь его за ориентацию.
Чон бросил на Чимина взгляд, мол, я сам все прекрасно понимаю, не дави.
Чимин продолжил смотреть на Чонгука и достал из кармана тонкого бомбера упаковку презервативов. Вытащив две штуки, он передал их Чонгуку, улыбнулся.
– Денег нет купить самому?
– Это тоже.
Пак спросил:
– А что еще? Боишься, что не продадут?
– Да.
Чимин засмеялся.
– Да брось ты. Это же не алкоголь. – у Пака было такое удивленное лицо на слова Гука, что он продолжил смеяться, пока они не услышали шаги возле ворот гаража.
Повернув головы, парни увидели Юнги и Тэхена, который что-то обсуждали, но зайдя внутрь, замолчали. Юнги кивнул парням, Тэхен широко улыбнулся, на что они получили в ответ такую же широкую улыбку от Чимина и кивок от Чонгука.
Подойдя к столу, Мин сел напротив Чонгука, широко раздвинув ноги и осмотрел парней. Тэхен сел ближе к Чимину – между ним и Юнги.
– Слушайте, давайте что-то решать по поводу днюхи Хоби. – сказал Чимин.
– А есть варики? – Юнги спросил вздохнув.
– Можно устроить вечеринку здесь? Колонка есть, так что музыку обеспечена, мангал тоже есть, – Чонгук кивнул в сторону угла, где стоял старый мангал, явно доставшийся кому-то из парней от родителей.
– Думаю, сначала нужно решить, что ему подарить. – сказал Тэхен. – Как отпраздновать – уже второстепенная проблема.
– Малой прав, – кивнул Юнги.
Все задумались, погрузились в тишину.
– Гук, у него старый телефон? – спросил Чимин.
– Новый.
Пак снова задумался.
– Давайте просто подарим деньги? – предложил Чимин. – Это самый лучший вариант.
– Я согласен. – кивнул Юнги. – Купит себе сам, что захочет.
– Я передам хену, что мы решили. Он сейчас дедушке помогает, придет сюда только вечером. – сказал Ким.
– Гук, за тебя я внесу деньги. Не парься.
Чонгук опустил глаза.
– Твоя задача все здесь устроить, справишься? – спросил Юнги, – Мы приведем Хосока ближе к шести сюда.
– О, а можно я помогу? У бабушки есть куча надувных шаров и колпачки, я могу попросить их.
Чимин хлопнул в ладоши и похвалил Тэхена, сказав, что это отличная идея. Все согласились, а после повисла очередная тишина. Чимин уткнулся в телефон, что-то ища в нем и дергал Тэхена, чтобы тот посмотрел. Юнги закрыл глаза и уснул, а Чонгук поглядывал всех, сидел молча.
Время близилось к вечеру и Тэхен вместе с Чонгуком, под натиском Чимина, ушли домой первыми. Оставшиеся наедине парня, переглянулись, стоя у входа.
– Что случилось? – Чимин толкнул Юнги в плечо. Тот вскинул бровью.
– Если они не заметили, то не значит, что я тоже слепой. Колись. – добавил Пак и зашел в гараж.
Юнги развернулся, последовал за ним и ответил:
– Уволили.
Пак остановился на полпути к столу, развернулся и опустив плечи, спросил:
– Снова? Ты украл что-то?
– Нет. В этот раз точно нет.
Мин прошел мимо, сел и закурил.
– Напарник, скорее всего, подставил. Меня же многие знают в городе, особенно молодежь.
Чимин подошел, сел и опираясь о колени, стал смотреть на Юнги исподлобья.
– И что? Юнги, ты же завязал.
Мин покосился вбок, поджал губы и затянулся, выпустив после дым в потолок.
– Эй, я с тобой разговариваю.
– Да, завязал.
Чимин промолчал, но пристально смотрел на Мина, будто бы не верил ему.
Они разошлись через час: Юнги проводил Пака до его района, после чего пошел в свою уже сторону. Не спеша, размышляя, куда можно было пойти поработать, чтобы к выходных заработать побольше денег. Он сказал, что вложится за Чонгука, а значит – нужна работа.
Дойдя до района, где тусовались нарики, Мин ускорил шаг и накинул капюшон толстовки. Старался не оглядываться, не смотреть по сторонам, пытался оставаться невидимым.
Пройдя мимо переулка, где они нашли Чонгука, Мин почувствовал неприятный запах рвоты и чего-то кислого. Все также не глядя, он шел вперед, как вдруг, услышал, голос Чхве. Мин остановился, застыл, тяжело дыша и обернулся. Их не было видно, а значит, они еще в переулке, поэтому Юнги резко рванул вперед.
Если еще днем здесь безопасно, то вечером, после захода солнца, сюда лучше не соваться.
Добежав до угла, Юнги свернул, отдышался и снова оглянулся, чтобы убедиться, что никто за ним не увязался. Вскоре, он пришел домой.
***
Неделя пролетела так быстро, что Тэхен, глядя на Намджуна в колпаке, не верит, что вот и наступил день, когда родился Хосок.
Сбоку Чонгук, уже из последних сил надувает последний шарик желтого цвета и бледнеет. Кажется, что он вот-вот упадет в обморок, но ничего, держится.
Намджун вместе с Чимином убираются, Юнги подготавливает мясо и закуски вместе с Сокджином. В гараже царит кипишь. Все стараются успеть до шести часов, потому что Хосок написал в чате, что освободиться в шесть и придет в гараж.
Повесив последний шарик на стену, Тэхен похвалил Чонгука. Тяжело, наверное, было надуть сто шаров, но он, с перерывами, конечно, справился. Несколько, конечно, ему помог надуть Тэхен, но большую часть Чон выполнил сам.
Закончив уборку, Чимин постелил на стол красивую клеенку с изображением солнышка и поставил на нее бутылки соджу, пиво и лимонад. Конечно же, любимый Хосока – спрайт. Нарезанные закуски принес Намджун, а Юнги, замариновав мясо, пошел включать музыку. Первый трек, заигравший, был такой старый, что услышав его, парни ахнули и стали возмущаться. А Юнги, специально сделал погромче и подпевал.
– Ты серьезно? Timo Maas - First Day? – спросил Чимин, тяжело вздохнув.
Юнги, будто б не услышав, проигнорировал Пака.
– А я знаю эту песню, – Тэхен убрал волосы с лица, надел колпак, – Хорошая же. Потанцевать можно.
– Ну вот когда я напьюсь, тогда и потанцуем, а сейчас включи что-нибудь другое, Мин. – попросил Пак и снова ему ответили игнором. Он махнул рукой.
Наблюдать за дружбой Юнги и Чимина было интересно Тэхену. Не считая того дня на берегу, эти двоя будто бы инь и янь – они разные, но одновременно дополняют друг друга.
Часы пролетели также быстро, как и месяц проведенный здесь. На улице солнце медленно садилось за горизонт, образовав на небе ярко-оранжево красное небо. Такое красивое, что когда парни вышли на улицу, чтобы сделать вид, что они совсем ничего не устроили Хосоку, открыли рты.
Юнги пил пиво, Чимин стоял рядом и курил, Намджун и Тэхен смотрели в сторону дороги, а Чонгук остался внутри гаража, дверь которого они закрыли.
– О, Хосок-хен идет, – сказал Тэхен.
Они сохранили спокойствие, хотя внутри все кипело. Хотелось кричать о том, что они подготовили. Колпаки они сняли и оставили внутри на столе, поэтому когда подошел Хосок, они даже не стали поздравлять его с праздником. Стояли с каменными лицами.
– Привет, ребята. – поздоровался Хосок, взглянул на парней уставшим взглядом.
– О, Мин, дай пива, – Хосок протянул руку. Юнги передал ему бутылку.
Сделав глоток, Хосок окинул взглядом каждого и спросил:
– А вы чего все тут стоите? Пошлите внутрь.
– Закат красивый, – выдал Намджун и все старались удержаться, чтобы не засмеяться.
Хосок повернул голову, посмотрел на небо и кивнул, мол да, правда, но потом тут же отвернулся, дернул дверь на себя и шагнул внутрь.
– Блять! – выругался Хосок, когда споткнулся о порог, – Свет нахуя выключать?!
Парни молчали. Услышали, как щелкнул включать и тут же рванули внутрь, хлопнув хлопушку, закричали:
– С Днем Рождения!
Хосок растерялся. Сжался и стоял, глядя на всех большими, удивленными глазами. Он ничего не понимал – ему на голову надели колпак, Чонгук подошел с маленьким тортом, в который была вставлена свеча и ее маленький огонь приходилось скрывать ладонью.
– Скорее, задувай! – с улыбкой, Чонгук смотрел на брата.
Хосок тут же задул, но все еще стоял не понимая, что вообще происходит.
– Вы... Парни, зачем? – спросил Хосок.
– Затем, что это повод выпить! – прокричал Юнги. – Малой, тащи соджу, обольем именинника!
Тэхен побежал к столу, схватил бутылку и метнулся обратно, а через минуту, Хосок стоял с мокрыми волосами и лицом, по которому стекала соджу.
– Парни, – Хосок вытер лицо, еще тщательней протер глаза и продолжил: – Спасибо. Я думал, что вы забыли...
– С ума сошел! Мы просто готовились к вечеринке. – Чимин повис на шее друга.
– Так, наливайте, а я за мангалом. Джун, поможешь? – Юнги кивнул и пошел в угол гаража, где был спрятан мангал и маринованное мясо.
Вместе с Намджуном они вынесли все на улицу, накидали угля и подожгли его.
– Вы еще мясо купили? – спросил Хосок, когда увидел не дешевое маринованное мясо, а действительно хорошее, дорогое.
– Кто платил? Малой, ты? – спросил Хоби и Тэхен покачал головой.
– Тебе какая разница? – спросил громко из улицы Мин, – Иди наливай, именинник. Без стопки вы мяса хрен дождетесь.
– Господи, Чонгук, налей уже ему и пусть он успокоится, – Чимин забрал у Гука торт.
– Эй! Я все слышу!
– Я очень рад, что слух у тебя хороший. Жарь уже мясо, я жрать хочу!
– Стопка и я все сделаю. И стопка от Хосока.
Все засмеялись.
Хосок подошел к столу, поставил торт и открыл соджу. Наполнил сначала пять стопок, но потом пододвинул еще две.
– Гуку и малому тоже можно? Это же не пиво... – спросил сбоку Сокджин.
– Пусть Чонгук пьет. Хочу запомнить его веселым, а малой... – Хосок повернулся и посмотрел на Намджуна, который в эту секунду смотрел тоже на него. Чон старший кивнул на стопку и Намджун одобрительно кивнул.
– Я спросил, – улыбнулся Хоби.
– Позову его, а то изнылся весь. – Сокджин пошел за Юнги.
Когда все собрались возле стола, каждый поднял стопку, Хосок посмотрел на каждого и сказал:
– Я не хотел праздновать. Думал, что вы забили и был рад этому, но сейчас понимаю, что я счастлив, что вы не забыли. Парни, я правда вас люблю.
Раздался гул. Подняв стопки над головами, они выпили.
– Можно? – Тэхен нарушил шум своим голосом, – Хосок-хен, мы долго думали что вручить и решили,что это лучший подарок. – договорив, малой протянул конверт.
Хосок напрягся. Забрал конверт, приподнял уголок губ и заглянул внутрь.
– Что это...
Все замолчали и оглянулись. Реакцию Хосока никто не понял.
– Здесь три моих зарплаты... Вы с ума сошли!
– Купи то, что захочешь. – сказал Намджун.
– Вы... Идиоты...
Все застыли.
– Хен, ты че плачешь? – Чонгук положил руку на плечо брата.
– Это слезы счастья, – сказал Юнги, – Так, вытирайте сопли, включите мне мой трек, а я пошел жарить мясо. Сокджин, поможешь?
– Без проблем. Чонгук, оформи ему трек.
Ребята уже выучили слова песни, но выпившему Юнги было плевать. Он подпевал, пританцовывал.
Внутри гаража все веселились и было лучшее, что случилось за предыдущие несколько дней.
Пожарив мясо, Юнги поставил глубокую тарелку на стол и парни налетели. Музыка играла негромко, чтобы не заглушать голоса. Алкоголь лился и спустя два часа Тэхен и Чонгук опьянели, а остальные оставались еще в форме, но как сказал Юнги:”Это не надолго”.
Заиграл новый трек. Вернее, песня была не совсем новая – “Shinee - Lucifer”, но ее знали все.
Чонгук и Тэхен, которые вышли на улицу, чтобы проветриться, услышав песню, вернулись и возле входа стали танцевать. Их быстро поддержал Чимин, а следом и Хосок. Намджун, увидев это, тут же достал телефон, включил камеру и стал снимать, чтобы завтра можно было подкладывать парней. Сокджин подавился соджу, когда увидел недостриптиз от Чимина, а Юнги сделал вид, что вообще не знает его. Отвернулся и налил себе выпить.
– Давай! Жги! – Сокджин засвистел.
Чимин двигал бедрами, вспомнив танец из клипа песни, а Чонгук застыл, открыв рот и смотрел на Чимина. Он не знал, что Пак так хорошо танцует.
Тэхен поддержал Чимина, потому что, оказывается, он тоже знал часть танца. Хосок тупо ржал.
– Давай! – уже выкрикнул Намджун.
– Господи, успокой рыжего, – Юнги покосился на танцующих парней.
– Да ладно тебе. Ты же тоже танец знаешь.
– Даже не думай. Я не пойду. – Юнги сказал это тихо, поглядывая на Намджуна. А тот, услышал, громко озвучил, что Мин тоже знает танец.
В, итоге, его вытащили на созданный ими танцпол у входа.
Красная, пытаясь уйти, отмахиваясь – Юнги всячески пытался улизнуть от позора, но тут на его руке повис Тэхен с жалобными глаза.
– Вы все будете мне должны. – указал на каждого пальцем Юнги. Через секунду он уже двигался вместе с Паком и малым.
– Вашу мать, – Хосок почти лежал на полу, прикрыв рот ладонью, – Эта лучшая днюха.
Намджун свистел вместе с Сокджином. Чонгук выждал время и тоже присоединился к танцу.
– У Мина сейчас сердце остановится, – Сокджин громко сказал, – Он же пьяный.
– Песня закончится через пару секунд. – ответил Намджун и он оказался прав. Песня закончилась, парни сели на пол, тяжело дыша.
– Хрен я еще раз на это соглашусь… У меня сейчас легкие вылезут наружу…
Хосок встал и помог бедному Мину дойти до стола.
– Мы выйдем подышать, – сказал Чонгук и помог Тэхену подняться.
– Эй, Гук, – позвал Чимин, – Давай без резких.
– Ты дурак? – Чонгук метнулся к Чимину, бегая глазами от Пака до ребят.
– Используй пальцы.
– Да я не собирался… Боже.
– Иди уже. Будь джентльменом.
Чонгук вздохнул, закатив глаза и ушел.
На улице прохладный воздух и он охладил разгоряченное тело. Зайдя за гараж, Чонгук предложил забраться на крышу и посидеть там, на что Тэхен без лишних вопросов согласится.
Они быстро забрались, подошли к краю, где сидели обычно и сели, слегка смущаясь.
Чонгук отчего-то нервничал, а Тэхен, совсем непринужденно, смотрел на небо, разглядывая звезды. Казалось, будто его совсем не напрягает то, что он остался наедине с Чоном.
– Слушай, – начал Гук, – Тебе было больно тогда?
Тэхен повернул голову к Чонгуку.
– Немного.
– Черт… Прости. – Чонгук поник.
– Успокойся. Все хорошо.
Тэхен улыбнулся.
– Кажется, твой брат… – Ким не договорил. Чонгук впился в его губы, обхватив лицо руками. Распахнув от удивления глаза, Тэхен просто застыл, а после, расслабился и ответил на поцелуй. Он поддался вперед, запустил пальцы в волосы Гука.
– Не боишься, что увидят? – между поцелуем спросил Тэхен.
– Нет. Наплевать уже.
Ким улыбнулся и поддался вперед, уложив Чонгука на лопатки.
– Давай придем сюда завтра без парней? – предложил Чонгук.
– Зовешь потрахаться?
– Нет. Зову заняться сексом.
– Завтра я помогаю бабушке, поэтому не получится.
– Вот как, – расстроился Чон. – Тогда пошли со мной на свидание? Завтра.
Тэхен поджал губы, положил ладонь на грудь Чонгука.
– Я никогда не ходил на них, а с тобой хочу.
– Хорошо.
Чонгук ответил мгновенно:
– Я зайду в шесть за тобой. Ты освободишься к этому времени?
– Да. А сейчас поцелуй меня.
Этот день закончился хорошо. Еще никогда прежде в гараже не было такого веселья. Обычно, сюда они приходили пострадать или выпить, а теперь у них есть другие воспоминания, хорошие, душевные.
***
Следующие утро у каждого началось по-разному; Намджун и Тэхен проснулись с головной болью, к ним присоединился Чонгук, а вот Хосок и Сокджин были вполне бодрыми, Чиммну же было и не плохо, но и не хорошо, но он нашел в себе силы подняться с постели и выйти из дома. Что же до Юнги, то его утро началось с тошноты, а после с громкого стука в дверь.
Он нехотя подошел к ней, открыл и встретился со взглядом Чимина.
– Необязательно так долбить по двери, – сказал Мин.
– Плохо? Сварить рамен?
– Свари мне новые мышцы. Все болит…
Чимин разулся.
– Ну конечно, мы вчера так танцевали…
Он прошел внутрь, пришел на кухню и достал кастрюлю. Включил кран, набрал воды и поставил на газ.
– Слушай, я вчера не стал спрашивать, – Пак развернулся, – Откуда у тебя столько денег? Ту сумму, что мы подарили… Там, в основном, твои деньги.
– Заработал. – Юнги подошел к Чимину, налил в стакан воды.
– Не лги. Тебя уволили, ты сам сказал.
– Я откладывал, – ответил Мин.
– Ладно, тогда, объясни мне это. – Чимин достал из кармана джинс маленький пакетик, положил на стол и поднял глаза на Юнги.
– Твою мать, – он попытался резко забрать пакетик, но Чимин оказался быстрее.
– Наркота же? Да? Вчера выпало из кармана у тебя. – Пак поднял брови, – Ты, сука! Ты обещал! Клялся!
– Не кричи.
– Завали ебало! – Чимин, полон злости. Его трясет и схватив Мина, Пак потащил его за собой в комнату, толкнул к матрасу и сел сверху, замахнувшись.
– Когда?!
– Рыжий, успокойся.
– Скажи мне, когда?! Сколько ты ввел дури в себя?!
– Нисколько. Я посредник. Я не употребляю.
– Ложь! – Чимин ударил.
– Успокойся ты.
– Не смей приближаться к младшим! Не смей тронуть их!
Чимин затряс Мина, держа его за футболку.
– Да ты чего?
– Не трогай их только…
– Пак? – позвал Юнги. – Я не употребляю.
Чимин задрожал, отпустил Юнги, но не слез с него.
– Зачем ты снова занялся этим?
– Потому что по–другому не умею зарабатывать. Меня отовсюду выгоняют, мне не верят, а в этом деле я шарю. Нам, итак, тяжело, я не хотел, чтобы вы еще из-за денег парились.
– Хосок тебя убьет, если узнает.
Юнги отвернулся и тихо проговорил:
– Е́сли узнает.
Чимин понял, что Юнги имеет в виду его. Что Хосок может узнать в том случае, если Пак проболтается.