I.
“Дорогой дневник. Сегодня моя жизнь настолько перевернулась, что я даже и не знаю, не сон ли это был. Я встретил его. И кажется, не смогу отпустить. Никогда.”
Минхо с самого раннего детства вёл личные дневники. Казалось бы, это так глупо, но это настолько важно для него. Он же не один на весь свет такой. Есть люди, которым легче посвящать свои мысли обычному листу бумаги? Рассказывать ситуации, которые с ними произошли.
В самые трудные моменты жизни он всегда записывал свои мысли в обычную тетрадь, которая потом всё-равно могла выкинуться. Это очень помогало. Наверное, людям становится легче, когда они делятся своими переживаниями с близкими, а те их внимательно слушивают и поддерживают. Но увы, в данной ситуации обратной связи не было. Лишь облегчение на душе. У Минхо никогда не было настолько близких людей, чтобы доверять им все свои секреты и мысли. Можно подумать, как у человека никогда не было лучшего друга? Обыкновенно. Парень просто не нуждался в этом. Некоторые считали его не нормальным, а родители даже отправляли своего ребёнка в больницу и по психолога. Они боялись, что судьба их сына будет такая же, как и судьба некоторых подростков. Но ничего не помогало. Порой он даже сам задумывался о том, что действительно является не нормальным, не от мира сего.
Каждый личный дневник был как разные части сборников мыслей. Возможно в будущем из них можно было бы сделать неплохой сборник скучной жизни одного человека. Но опять же, сил на взаимодействие с людьми у Минхо хватало лишь поздороваться со старшими в вынужденных ситуациях и ответить на уроке. Даже от родителей он был отстранён, из-за чего, конечно же, без скандалов и ссор не обошлось. Он любил свою семью, помогал, но никогда не привязывался. И это его очень сильно пугало. Он даже не чувствовал любви от них? Или же просто не хотел.
“Привет. Это снова я. Наверное я и правда странный. Родители пытаются доказать, что не контактировать с людьми это плохо и в будущем из-за этого у меня будут проблемы. Я не знаю, мне так тяжело от этого сейчас.”
Даже в столь сложной для себя ситуации, Минхо снова достал из забитого хламом ящика небольшой блокнот, на обложке которого большими буквами было написано Ли Минхо и немного ниже нарисован кот. Это был один из сложных моментов в жизни. Когда хочется исчезнуть из этого мира и больше никогда не возвращаться. Жить в своём мире, где всё по-твоему. Увы, это всегда будет лишь мечтами и чем-то несуразным.
Родители в свою очередь уважали и ценили своего сына, поэтому никогда не пытались подсмотреть, что же написано кривым почерком в побитой жизнью тетради. Им, конечно, как и всем любящим родителям хотелось бы знать, что твориться в голове у собственного ребёнка, но раз он сам не хочет ничего рассказывать, значит и выпрашивать ничего не стоит, а уж тем более в наглую лезть в чужую жизнь.
***
Преподаватель привычно стоит возле интерактивной доски, указывая на изображения в презентации и комментируя их, когда студенты параллельно ему записывают конспект, или же просто занимаются своими делами, рассчитывая на то, что потом можно будет списать конспект у кого-нибудь из однокурсников.
–Хэй, Минхо, дашь мне в конце недели тетрадь?–Подходит к парню одногруппник, когда пара заканчивается.
В таких ситуациях парень всегда теряется и быстро уходит, и в этот раз произошло также. Он, конечно, делал конспект, но лишь ради того, чтобы занять свои мысли и вечно дергающиеся в нервно тике руки. В принципе, именно из-за этого он хорошо учится. Или же он просто хотел хоть как-то загладить вину за своё существование перед родителями.
Одногруппники уже давно привыкли к странному поведению Минхо. И никто не трогал его. Находились смельчаки, но почти никому не хотелось связываться с вечно хмурым парнем, от которого всегда веет каким-то холодом.
В школе его часто задирали за странности в поведении. Конечно, это был школьный буллинг, в следствие которого психика Минхо пострадала в разы сильнее. Именно это стало причиной ещё большего отстранения от окружающего его мира. Но самое страшное в этом всём было то, что он давно принял все свои странности и его это никак не пугало.
“Дорогой дневник. Сегодня тот день, когда я действительно разбит. Слишком. Я не знаю, как это выдержать.”
“Почему глаза болят от слёз? Разве так и должно быть?”
Минхо ненавидел всех после того ужасного дня. Ненавидел каждого, кто ужасно поступал. И не важно, знакомы ли они лично или нет, не важно, что сделал этот человек, Минхо просто ненавидел людей. Он всегда считал их странными и не адекватными, хоть ему и приходилось находится в их окружении практически каждый день.
Парень всегда старался не задерживаться после учёбы, поэтому сразу шёл домой рассказывать своему "лучшему другу" про очередной скучный день. Он уже как год назад съехал от родителей и почувствовал полную свободу. В одном помещении с родителями было тяжело. Настолько тяжело, что с каждым новым днём никакого другого желания, кроме как выпасть из окна, не было. Четыре стены этой жалкой комнаты так сильно начали давить на него. Казалось, будто он находится в психушке. Когда он уезжал, родители переживали за него, ведь неизвестно, как он будет чувствовать себя в новом месте без единой поддержки. Думали, что он окончательно сойдёт с ума.
Хотелось уже измениться, завести хороших друзей и перестать страдать глупостями, но начать всегда было какой-то пыткой. Лишь мысль о том, что нужно с кем-то поговорить, забивала Минхо в угол. Он не был сильным социофобом, но общаться с людьми как минимум не было желания. Он привык жить в тишине и покое. Никаких шумных компаний, никаких громких поздравлений с днём Рождения.
Поэтому каждый день после учёбы Минхо приходил домой, садился за стол и до глубокой ночи сидел за учёбой. Он не раз обещал родителям, что изменится и сможет быть самодостаточным. Устроится на хорошую работу, заведёт семью. Почему-то перед родителями об этом всегда было как-то легче говорить, нежели когда Минхо шёл обратно к себе в комнату и начинал жалеть о своих словах. Как только он начинал представлять своё будущее, его как будто бы током прошибало. Паника накрывала, а глаза предательски начинали печь от накатившихся на них слёз.
Минхо каждый раз утешал себя и говорил, что всё будет хорошо. Обязательно будет хорошо, когда-нибудь. Настанет время. Но не сейчас. Сколько бы он не пытался разобраться в себе, из этого никогда ничего нормального не выходило. Он наоборот ещё больше закрывался в себе.
“Я так устал. Почему я не могу просто взять и измениться. Почему каждый раз, когда мне хочется поговорить с новым человеком, подружиться с ним, меня накрывает паника и я ухожу от этого? Я устал убегать от своих проблем.”
Можно было сказать, что Минхо походит на человека, которого недовоспитали родители. На первый взгляд он был похож на суицидника. Под глазами у него с рождения красовались синяки, что служило ещё одной причиной для обидного прозвища.
Один раз к нему даже подошла женщина с вопросом, всё ли хорошо и не нужна ли помощь. И правда, возможно тогда он выглядел не лучшим образом, после нескольких бессонных суток, наполненных рыданиями. И раз к нему подошли, значит он выглядел настолько жалко?? Возможно. Но тогда Минхо не видел ничего вокруг себя. Мнение окружающих совершенно не волновало, ведь он привык, что никто никогда не обращает на него внимание.
Зайдя в квартиру, Минхо вновь почувствовал пустоту. Везде. И в помещении, и на душе. Его часто изучали мысли, что хотелось бы уже найти своего человека. Каждый раз, когда приходишь домой, оказываться в его тёплых объятиях, а не в холодных объятиях пустоты, которая стала заменой того самого человека. Но нравится ли это Минхо? Нет. И не нравилось никогда, но другого выхода не было.
Он уже привычно направился на кухню в целях поставить чайник, и как всегда потом забудет про него, слишком зациклившись на мыслях и написании рассказа в почти закорчившуюся тетрадь. Когда Минхо переехал, личные дневники стали заканчиваться куда быстрее, потому что мыслей появилось ещё больше. Он буквально каждый месяц покупал новый. Место под старые он выделил на книжной полке, которая пустовала до тех пор, пока парень не переехал сюда.
“Сегодня день был скучнее, чем обычно. Одногруппники опять просят у меня конспекты. Может, стоит за деньги давать их? Не знаю. На улице уже темно. Сегодня мне пришлось немного дольше посидеть в универе, но я рад, что со мной никто не был. Это так странно. Хочется, чтобы рядом кто-то был, но я каждый раз так боюсь заводить новые знакомства. Вот бы я просто открыл глаза и рядом со мной оказался кто-нибудь ояаровательный. Я вдруг подумал, что было бы неплохо сидеть и смотреть с ним на звёзды.
Не буду сегодня сильно задерживаться, завал на учёбе. До встречи?”
Странно было говорить про завалы на учёбе, Минхо ведь никуда не ходит, у него всегда куча свободного времени.
Желудок неприятно скручивает, отчего приходится вспомнить, что на кухне ещё давно закипел чайник, который сейчас вероятнее всего уже давно холодный.
В холодильнике мышь повесилась, зачем он вообще был нужен? Минхо не пользовался им ещё с самого заезда сюда, поэтому пришлось отключить его. Питался он чаще всего самым обычным раменом. Не было смысла заморачиваться и придумывать что-то нереально вкусное, дабы просто поесть и приняться за учёбу. Возможно, он даже скучал по тёплой маминой еде, но сейчас потребности в ней не было.
Уже привычно для себя, Минхо заварил рамен и включил телевизор, который висел прямо напротив кухонного стола. Кроме однотипных дорам и глупых развлекательных шоу обычно ничего не показывали, поэтому пришлось идти в комнату за ноутбуком. Как оказалось, он был почти разряжен, но это не сильно беспокоило, поэтому Минхо как всегда полез в интернет. Первым, что попалось на глаза, была статья о том, как перестать быть закрытым в себе и заводить новые знакомства. В последнее время это уж очень сильно беспокоило Минхо, поэтому пришлось даже смотреть в интернете советы психологов. Сходить лично к нему никак не удавалось. По крайней мере, Минхо считал, что ему это ничем не поможет. Однотипные вопросы о том, что парень делает в свободное время, сколько у него друзей и прочие, а также глупые тесты по типу склонностей к суициду и про наркотики. Минхо хватило тех психологов, к которым его в детстве отправляли родители. Поэтому если бы он снова пошёл на этот допрос, никаких последствий не было бы, лишь потраченное время и деньги.
«Постарайтесь взвесить все за и против вашего нынешнего состояния и поймите, для чего вам новые знакомства или друзья. Подумайте о том, что будет с вами в будущем, если вы так и останетесь закрытым в себе человеком. О том, как бы вы почувствовали себя, будь рядом с вами хороший Человек. Просто представьте, как вы вместе будете смотреть на ночное небо, усыпанное звёздами в абсолютном спокойствии и тишине. И не нужно будет никаких слов, ведь самое главное, что вы рядом, вы есть друг у друга.»
Минхо пытался. Нет, правда пытался, но каждый раз прибегал лишь к плохим мыслям. Может, нужный человек сам появится в его жизни? Вот просто появится и Минхо почувствует, что это тот, кого он искал, тот, кто ему нужен.
Из мыслей его вывела пустая упаковка от рамена, содержимое которое он уже доел.
–"Надо бы мусор вынести"–подумал Минхо, когда для очередной пустой упаковки из-под рамена в корзине не осталось места. Но ткнув её сверху, старательно придавив, Минхо оставил это дело и вернулся в комнату. Время сегодня на удивление пролетело быстрее, чем обычно, поэтому на небо изменило свой цвет на более тёмный оттенок. Но ещё темнее казалось из-за наплывших на ночное полотно туч. От тёплых летних дней до сих пор осталось что-то, кроме названия, поэтому не смотря на грядущий дождь в прогнозе погоды, в открытое окно поступал тёплый воздух.
И Минхо был несказанно рад этому, так как не придётся раньше ноября ставить обогреватель.
Сев на стул, послышался скрип. Уши уже привыкли к характерному звуку, а тело к расшатанности вещи. Порыскав в рюкзаке, Минхо удалось найти чехол от очков, к счастью с содержимым. Он постоянно то забывал их в универе, то терял где-то по квартире. Родители всегда говорили делать домашнее задание при свете, чтобы не портить зрение, и Минхо их слушал, правда слушал, но вот только зрение всё же испортилось, но только из-за того, что каждую ночь парень делал огромные записи в личных дневниках под светом несчастной настольной лампы, которую перетаскивал на прикроватную тумбочку. И родители узнали о мучении своего ребёнка лишь тогда, когда тот не смог увидеть надпись в журнале и прочитать её для мамы. Тогда ему было 17. И он не был тем, кто постоянно снимал очки чтобы над ним не усмехались, или он не выглядел глупо. Он старался носить их в любой момент, чтобы лучше рассматривать все прелести мира. Они ему даже нравились. Комфортно было видеть мир так, как его видят все с хорошим зрением, а не с эффектом размытия.
Когда время было далеко за полночь, Минхо закончил со всем и решил пойти поесть, потому что уже на протяжении двух часов слушал трели своего желудка, но пообещал себе, что обязательно наполнит его как только закончит с заданием на дом.
Заварив рамен, Минхо вернулся на своё прежнее место, чтобы вместе с перекусом прочитать очередную бесполезную статью о том, как избавится от статуса социофоба.
И как только он начал читать первую строчку, из неизвестности послышалось гитара. Мелодия была такая спокойная и нежная. Сердце сразу сжалось, а на душе как будто бы снова появился камень весом с тонну.
Соседи у Минхо были тихие, и до этого парень никогда не слышал какие-то мешающие звуки. Да и звук не был похож на то, что кто-то играл из соседней квартиры. А потом к мелодии добавилось пение. На секунду Минхо даже подумал, что это пение ангелов.
“Я услышал только что.. Звуки гитары. А голос, что поёт, такой нежный. Как будто бы сам ангел спустился с небес. Почему мне так тяжело. Я столько времени стирал лишние образы из своей памяти, чтобы кто-то снова начал играть эту песню? Это слишком неожиданно. Слишком. Но почему мне так интересно, кто и где заставил меня так себя чувствовать прямо сейчас?”
Оторвавшись от дневника, Минхо на ватных ногах и с постепенно наполнявшимися солёной водой глазами встал с рабочего места и подошёл к окну. Это было наверное единственное место, откуда могла исходить эта песня, вновь ранящая сердце парня. Хотелось убежать, залезть под одеяло и выбраться только тогда, когда все мысли снова исчезнут из головы, но в этот раз уже навсегда. Но тело не слушалось своего хозяина. Глубоко внутри появилось тепло, которое парень не ощущал уже достаточное количество времени.
Моргнув несколько раз с целью избавиться от влаги в глазах, Минхо попытался высмотреть того, кто играл где-то на улице, но так как квартира находится на 5 этаже и через стекло сильно не посмотришь, от которого ещё и комнатный свет отражается, пришлось открыть окно и вылезти из него наполовину. Звёзд, свет на которых обычно отражается от луны, совершенно не было видно, как и самой луны, поэтому на улице была бы кромешная темнота, если бы не фонари, которые в конце лета только установили по площади двора. Только тогда Минхо удалось рассмотреть фигуру в сером худи, сидящую на лавочке на детской площадке, которую со временем очень сильно развалили подростки и люди в нетрезвом состоянии. В руках у него была гитара. Хотелось бы поближе посмотреть, как пальцы перебирают струны, а лицо в пении расслабленно.
На душе стало приятно тепло. Как от песни, так и от того, что наконец-то удалось увидеть причину этого невероятного момента. Не хотелось быть слабым перед самим собой, но Минхо не мог контролировать себя. Он впервые спустя долгое время почувствовал себя действительно хорошо. Как тогда, когда он ещё был нужен кому-то.
Когда парень закончил играть, появилась пауза. Он ещё некоторое время сидел и тихо перебирал струны, эксперементируя с аккордами, но не уходил. Поэтому Минхо решил, что стоит всё-таки выйти к нему. Казалось, что песня, которую сыграл парень, была причиной для того, чтобы хотя бы познакомиться. Внутри творился ураган. Казалось, что прямо сейчас Минхо взорвётся от нахлынувших чувств и тепла, но это было лишь внутри, снаружи он всё ещё стоял с солёными дорожками на худых щеках.
“Почему я сейчас пойду к нему. Зачем, Минхо, остановись”.
Все попытки остановится были напрасны. Уж слишком долго Минхо решался на то, чтобы измениться и завести друзей.
Поэтому уже через пару минут парень спускался по лестнице в быстром темпе, предварительно надев толстовку и натянув капюшон. Заодно взял с собой мусор, чтобы тот не подумал, что Минхо вышел к нему специально. И плевать, что именно так всё и было.
Закинув мусорный пакет в бак возле дома, парень не отрывал взгляд от того, кто заставил его сделать этот тяжёлый поступок во благо своего счастья. Среди множества мыслей, Минхо поймал ту, что отвечала за выбор незнакомца. Поддержать разговор или же просто уйти. Сделав глубокий вздох, ноги сами пошли навстречу парню на площадке.
Когда Минхо подошёл, все слова застряли где-то в горле, а парень на лавочке направил свой взгляд прямо в глаза напротив.
–Привет?–начал незнакомец, от чего Минхо аж вздрогнул. Этот голос был настолько нежен и красив, как и в песне. Поэтому вдохнув поглубже, ответил.
–П..привет. Было очень..красиво.–слова как никогда давались с огромным трудом. Руки невольно дрожали, как и голос, а пальцы перебирали край кофты. В этот момент смотреть в глаза собеседнику было просто невозможно. Казалось, будто в них Минхо увидел то, чего ему всё время не хватало.
–Правда? Я думал, что никто не услышит, но я рад, что тебе понравилось.–на лице парня появилась улыбка.–Я Хан Джисон, но можно просто Хан.–и он протянул руку.
Сейчас Минхо был в огромной растерянности. С ним и вправду кто-то знакомится? Хотелось просто расплакаться от счастья.
–Минхо..Ли Минхо.–и он пожал руку. Она была такая тёплая. Такие необычные ощущения, держать кого-то за руку.
–Ты почему не спишь ещё? Почти 2 ночи.
С ним действительно кто-то разговаривает. Спрашивает о нём. Это настолько приятное чувство. Возможно, прямо сейчас он просто накручивает себя, чтобы казаться счастливым, ведь Джисону может совершенно неприятно с ним общаться и он хочет поскорее уйти, но хотелось верить, что это не так.
–Я..делал домашку.. Я всегда ещё не сплю в это время. Сам-то почему тут сидишь?–Минхо неуверенно присел рядом с Ханом, так как тот подвинулся и пригласил сесть рядом, похлопав по лавочке.
–Мама спит, мне не хотелось будить её, поэтому пришлось выйти сюда, так как желание поиграть было превыше желания поспать.–после этого последовал смешок и лёгкий удар по струнам, но этого было достаточно, чтобы появился характерный звук.
–А ты.. Можешь сыграть ещё что-нибудь?–хотелось сидеть рядом с Ханом хоть всю ночь. Рядом с ним было тепло и спокойно.
–Конечно.
После чего послышалась похожая на предыдущую мелодия, такая же тихая и спокойная. Хотелось просто облокотиться на соседнее плечо и прикрыть глаза, но Минхо сдержался. Уж слишком сложно это будет сделать для него прямо сейчас, когда они знакомы от силы несколько минут.
В этот раз Джисон не пел, лишь играл, но и этого было достаточно для того, чтобы расслабиться и просто слушать.
–Минхо? Всё хорошо?–начал спрашивать Джисон, уже закончивший играть, положив руку на плечо Минхо.
–А, что?–Минхо, до этого смотревший куда-то в землю, наконец поднял свой взгляд на Хана.
–Ты в порядке? Тебе стоит больше отдыхать, не стоит изматывать себя учёбой.
–Всё..хорошо.–грустно ответил Минхо и отвёл свой взгляд обратно.
–Иди спать, тебе наверняка надо будет идти на учёбу утром. А потом обязательно поспи.–от Джисона веяло теплом и заботой. Тем, чего так долго не хватало разбитому и запутанному в себе парню, который до этого момента разговаривал только с тетрадью.
–Спасибо тебе.–ответил Минхо и пошёл в сторону своего дома.
Эта ночь обязательно запомнится как день, когда всё изменилось. Когда Минхо наконец обрёл хоть немного счастья спустя годы пустоты внутри.