Полгода нас

Утро было ясным, слегка прохладным, и Хенджин шёл медленно, будто оттягивая момент, когда увидит Феликса. Он знал, что тот будет ждать у ворот — как всегда, чуть раньше, с рюкзаком на одном плече и тёплой улыбкой на лице.

*Именно эта улыбка и рвала его изнутри.*

Феликс действительно стоял там. Как только увидел Хенджина, лицо его расплылось в искренней радости — словно никто другой не значил в тот момент так много.

—доброе утро, Хенни!—весело позвал он, подбегая—я даже кофе тебе взял. С ванилью, как любишь

Хенджин улыбнулся, но неуверенно. Он принял стакан, стараясь не показать, как предательски дрожат пальцы. И как сильно это всё давит.

—спасибо, Ликс. Ты...слишком добрый ко мне

Феликс рассмеялся.

—а ты слишком серьёзен для такого утра

Они шли по дорожке к корпусу, плечом к плечу. Феликс что-то рассказывал — про нового преподавателя, про шуточные сплетни среди студентов. Хенджин слушал, смотрел, кивал. Но внутри — всё кричало.

*Ты не имеешь права быть так рядом. Ты не можешь быть его будущим.*

Он хотел взять Феликса за руку, хотел коснуться пальцев. Хотел — как вчера — прижаться лбом к его щеке и сказать, что счастлив. Но вместо этого держал руки в карманах, будто боялся, что любовь передастся через кожу.

—ты какой-то...отдалённый—вдруг сказал Феликс, чуть сбавив шаг—всё хорошо?
—да, но я всегда был таким, еще с самого начала, но сейчас просто не выспался—соврал Хенджин
—слишком много думаешь—сказал Феликс, мягко улыбаясь—Хен, не убегай в голову, я здесь. Со мной можно расслабиться

*Вот в этом и беда.*

Он не хотел расслабляться. Расслабление означало потерять контроль. А если он потеряет контроль — правда прорвётся наружу.

***

Они сидели вместе. Как всегда. Но в этот раз между их плечами было чуть больше пространства. Хенджин не наклонялся, чтобы шептать шутки, не ловил взгляды Феликса, не дразнил, не дёргал за рукав.

Феликс всё чувствовал.

—ты точно не злишься на меня?—спросил он во время лекции, едва заметно наклоняясь
—нет. Правда, нет
—тогда почему ты как будто снова ставишь между нами стену? ту стену которую я проломил еще когда мы дружили

Хенджин отвёл глаза.

*Потому что я не смогу тебя удержать, когда уйду. Потому что будет больнее, если будешь еще ближе.*

Но он снова солгал:

—просто голова болит. Погода, наверное

Феликс не поверил, но ничего не сказал. Просто оставил записку на его тетрадке:
*«Если устанешь держать всё в себе — я рядом.»*

***

Они сидели за тем же столом в кампусной столовой, где обычно ели вместе. Рядом с ними зашли Джисон и Минхо, сели чуть поодаль, чтобы не мешать — они знали, что у Хенджина и Феликса была своя особая динамика. Но даже те двое чувствовали что что-то не так.

Феликс открыл контейнер с обедом и, как обычно, поставил половину порции перед Хенджином.

—ты всё равно забудешь поесть—сказал он с лёгкой улыбкой—я за тобой слежу, понял?

Хенджин вздохнул и кивнул.

Он ел медленно, почти безвкусно ощущая рис и кимчи. Его горло будто сжималось от мысли, что однажды... Феликс останется тут — сидеть вот так — но напротив него никого не будет.

Он пытался отдалиться, но каждый жест Феликса ломал эту попытку.

—ты хоть заметил, как Минхо сегодня уронил ручку прямо в чашку?—вдруг спросил Феликс—и всё равно продолжал писать мокрой ручкой, как ни в чём не бывало
—заметил—ответил Хенджин—было глупо... и мило

Феликс улыбнулся. Он любил, когда Хенджин смеялся — даже слегка, даже уголком губ. Но сегодня всё в нём было сдержанным, как будто он носил внутри бетонный блок, который никто не видел.

—мне страшно тебя терять—вдруг вырвалось у Феликса, тихо, почти шёпотом, но Хенджин услышал.

Он замирает. Вилка зависает в воздухе. Глаза медленно поднимаются к глазам Феликса.

—почему ты это сказал?

Феликс пожал плечами, но взгляд был слишком прямым.

—потому что ты уходишь. Не физически, пока. Но внутри — ты уходишь. Я это чувствую
—я просто...пытаюсь тебя защитить—сказал Хенджин
—от чего?—выдохнул Феликс—от себя?

И снова Хенджин молчит. Слишком тяжёлый ком поднимается к горлу.

***

После занятий Хенджин собрал вещи молча. Феликс, всё ещё недовольный его замкнутостью, не стал настаивать. Они вышли с кампуса вместе, бок о бок, как будто ничего не произошло. Но тишина между ними была другая. Наполненная. Глухая.

—пошли пешком, не поедем—предложил Феликс—хочу пройтись

Хенджин кивнул. Он тоже нуждался в прогулке, хоть и знал, что силы его почти на исходе. Они шли медленно, мимо деревьев, мимо книжных лавок, мимо шумных перекрёстков, где всё кипело жизнью.

Феликс вдруг остановился.

—я не могу больше гадать. Ты просто скажи. Ты меня больше не любишь?

Удар. Прямо в сердце. Слишком точно. Слишком честно.

Хенджин закрыл глаза. На миг ему показалось, что всё исчезло — город, воздух, трамваи, их шаги, — осталась только эта фраза. Эта боль. И лицо, которое он любил.

—нет, Ликс...—хрипло выдохнул он—я люблю тебя так сильно, что боюсь тебя сломать, если останусь рядом

Феликс нахмурился.

—что ты несёшь? Ты моя опора. Даже когда не говоришь. Даже когда молчишь. Я просто хочу быть рядом, Хенджин. Почему ты это не понимаешь?
—потому что я не вечный—сорвалось с губ Хенджина—потому что я...

Он замер. Он почти сказал. Почти...
Но остановился.

Феликс уже заметил, как затряслись его пальцы. Уже видел, как тот с трудом держит себя на ногах. В его взгляде появилось беспокойство, но он сдержался.

—ты не обязан сейчас. Но я рядом—тихо сказал он—всегда буду

Хенджин отвернулся, чтобы скрыть покрасневшие глаза. Он не мог говорить. Он едва мог дышать.

Но внутри было одно: **он любит его до последнего вздоха.**

***

Комната была тёплой, чуть приглушённой — лампа на столе давала мягкий золотистый свет, в окне отражались огни уличных фонарей. Было уже далеко за полночь, но ни Феликс, ни Хенджин не хотели спать. Они сидели на полу, спиной к стене, с чашками горячего чая и расстеленной между ними коробкой печенья.

На полу валялись подушки, старые фотографии, блокнот с каракулями, и ноутбук, который давно уснул. А между ними было то, чего нельзя было увидеть — но что чувствовалось каждой клеткой: близость, спокойствие...и время, ускользающее, как песок.

—ты помнишь, как мы в прошлом месяце когда еще только начинали общаться опоздали на лекцию, потому что ты перепутал автобус и увёз нас в другой район?—спросил Феликс, усмехаясь

Хенджин хрипло засмеялся, приложив ладонь к щеке.

—господи, да...и ты ещё говорил: «Ну, зато погуляем!» А я умирал от стресса!
—зато нашёл то кафе с лепёшками, которое теперь твоё любимое—подмигнул Феликс— так что я, между прочим, стратег

Хенджин кивнул, глядя в чашку. Он будто запоминал каждую интонацию Феликса, каждый оттенок смеха, его жесты, взгляд, как держит кружку. Всё это — **впитывал**, как будто знал: такие моменты больше не повторятся.

—а ты помнишь, как я попытался научить тебя танцевать под BTS?—добавил он

Феликс застонал, падая на бок от смеха.

—не напоминай! Я выглядел как гигантская курица с вывихнутым крылом!
—но ты старался!—рассмеялся Хенджин—я был тронут
—ты ржал, пока не начал икать—парировал Феликс—тронут он был...

И они оба снова рассмеялись. Так легко, так по-настоящему. Хенджин смотрел на него украдкой — и в этот момент сердце больно сжалось.

**Как сказать тому, кто так смотрит на тебя, что ты уходишь? Как сказать, когда это — лучшее, что было в твоей жизни?**

Феликс потянулся за ещё одним печеньем и вдруг стал серьёзнее.

—я люблю, когда ты смеёшься—сказал он негромко—это...лучше всего на свете

Хенджин отвёл взгляд, прикусив губу.

—я тоже—тихо ответил он—это...делает меня живым
—тогда смейся чаще—сказал Феликс—пока ты смеёшься—всё в порядке

**Пока ты смеёшься — ты со мной.**

На какое-то время они замолчали. Только чай остывал в чашках, и улица за окном пульсировала ночным светом. Феликс, не думая, положил голову Хенджину на плечо.

—спасибо, что остался сегодня—прошептал Хен

Хенджин сжал губы, крепко прижавшись щекой к его волосам.

—я всегда останусь—сказал Феликс

Эта фраза дрогнула в воздухе.
А Хенджин просто закрыл глаза.

**Он знал: такие ночи бесценны.
Такие ночи — на вес последнего дыхания.
И он будет жить в них, пока может.**