3
Лалиса проснулась от яркого солнечного света, бьющего прямо в глаза. Откуда в рабском загоне свет? Она перевернулась на бок и неожиданно нащупала на себе одеяло. Одеяло?
Резко сев, Лиса непонимающе огляделась и только затем вспомнила: дракон, дорога до его дома, секс… При мысли о том, что сама была инициатором, щеки зажгло румянцем. Она обхватила голову руками, пытаясь справиться с приступом стыда и охватившего душу смятения. Тяжелый браслет в виде змейки все еще болтался на правой руке, напоминая о том, что все это действительно было. Чон всемогущий, какой ужас!
Кажется, вчера она была в таком шоке от всего, что просто рухнула на кровать и уснула, свернувшись калачиком. Мягкая постель после месяца жестких деревянных коек с соломенными мешками вместо матрасов сделала свое дело — сон пришел моментально. И вот теперь настало время разбираться с последствиями всего, что случилось.
В принципе, стоило признать, что все могло быть и хуже. Гораздо хуже. А сейчас у нее есть приличное занятие — быть домработницей не зазорно. Замужем она работала в полях, обслуживая расположенную рядом с их деревней ферму, но хозяйство вести умеет. Кроме того, на ней нет рабского ошейника, и пусть это лишь мелкая деталь, которая не делает ее свободной, но для того, кто провел несколько недель на привязи — это уже бесконечно много.
И, самое главное, ей обещали свободу за год безупречной работы. Неужели она не справится?
За этот год она сможет многому научиться. Судя по тому, что сказал демон-дракон, она должна будет сама вести учет средств на продукты и бытовые нужды. Все это придется как-то записывать… Определенно, это будет бесценный опыт.
Пожалуй, все было бы просто великолепно, если бы не то, что она с Чонгуком вытворяла у стены всего в двух шагах от кровати. В мыслях вновь всплыл образ того, как он опустил ее на колени, заставляя ласкать его ртом. Внизу живота моментально стало тяжело, а грудь заныла в ожидании прикосновений.
Как ей теперь смотреть ему в глаза? И что если он захочет повторения? Будет считать себя вправе, раз все уже было?
Сейчас было поздно сожалеть о случившемся, но Лиса действительно не могла понять, почему вчера сама подалась в объятия Килеска? Настолько испугалась перспективы вернуться обратно на рынок? Поняла, что даже сбежав, она в лучшем случае погибнет, но так ничего и не добьется? Или же просто сознание, ища способ защититься от реальности, выбрало тот вариант действий, при котором у нее была хотя бы иллюзия выбора?
Теперь же остается лишь иметь дело с последствиями.
Впрочем, как дракон вчера сказал? «Мне нужна исполнительная прислуга, а не постельная грелка». Что ж, в таком случае лучше поторопиться с исполнением основных обязанностей. Быть может, она зря боится, и интереса к ней не будет.
В небольшом комоде нашлись еще один комплект спальных принадлежностей, несколько нижних сорочек и серых платьев — должно быть, форма прислуги.
В рабском загоне их старались содержать в чистоте — от этого напрямую зависела цена и товарный вид рабов, но приводить себя в порядок самой было куда приятнее.
Русые волосы за месяц чуть выгорели, взгляд голубых глаз даже самой себе стал казаться колючим. Нос слегка заострился, и впали щеки — работорговцы не
отличались особой щедростью, а из-за постоянных проблем с поведением она частенько оставалась голодной.
Закончив одеваться, она прошлась по дому, оценивая фронт работ.
Дому однозначно требовалась не только хорошая генеральная уборка, но и ремонт: ступеньки и половицы скрипели, краска на потолке облупилась, а в некоторых комнатах на обоях проступали темные пятна плесени. В ванной на втором этаже не работал душ, а на третьем была сломана дверца бельепровода — большой трубы, ведущей вниз, в прачечную.
— Вот тебе и всемогущие демоны-драконы, — хмыкнула Лиса, спускаясь в кухню.
Всем этим обязательно необходимо заняться, но сперва нужно было разобраться с насущными проблемами. Например, приготовить обед и ужин, раз уж в ее обязанности входит еще и готовка. Первым делом она просмотрела все шкафы, выясняя запас продуктов. Были крупы, шкаф с несколькими кусками мяса, замороженного заклинаниями. Дома она никогда такого не видела, но пришла в полный восторг от открывшихся возможностей. Это же можно закупать продукты впрок и не ездить каждый день на рынок, теряя драгоценное время!
Достав мясо размораживаться, принялась убирать вверенное ей пространство. Вытерла все полки, проверила мешки с припасами — в некоторых крупах завелись жучки.
Посуда в шкафах тоже запылилась, пришлось сполоснуть и ее. Рассматривая изящные сервизы, Лиса невольно вспоминала свою жизнь с Джуном, их дешевые разномастные чашки и плошки, каждую со своей историей. Сейчас, должно быть, из них ест его новая жена. Беременная, счастливая, покупающая приданое для своего ребенка на деньги, полученные от продажи ее — Лиса. При мысли об этом тарелка выскользнула из рук и разбилась на две почти равные части.
Проделки Намоа, не иначе! Что же теперь делать?
Осторожно подняв куски с разделенной напополам выведенной голубым лилией, Лиса спрятала их в дальний угол, надеясь, что хозяин не заметит. Она ему обязательно скажет об этом, но не сегодня. В первый же день признаваться в такой оплошности явно будет ошибкой.
Наконец уборка в кухне была закончена, она разобралась с принципом работы печи, поставила запекаться мясо и впервые за день присела, опершись руками на стол. Только тут она увидела небольшой клочок бумаги. Нахмурившись, взяла в руки, пытаясь разобрать начертанные символы: буквы и несколько цифр. Что же это? Закусив губу, попыталась вспомнить, что хозяин говорил вчера. Может, она что-то забыла?
Действительно — забыла!
Рабыня с ужасом смотрела на листок, только теперь понимая, что тарелка — это сущие пустяки, по сравнению с тем, за что ей действительно влетит. Хуже того, теперь Чон точно выгонит ее из своего дома, отправит обратно на рынок, чтобы хоть как-то отбить вложенные в нее деньги. И будет при этом прав.
Зачем ему рабыня, забывшая о его приказе? И не просто забывшая, а не имеющая даже возможности его выполнить.
Перед ней был список дел, которые она должна была исполнить, а она понятия не имела, что в нем. Потому что не умела читать.Чон вернулся домой в тот момент, когда тяжелые напольные часы в коридоре пробили четыре раза. Лалиса все еще суетилась на кухне, но уже без былого энтузиазма. От страха и ожидания неминуемой расправы на душе сделалось гадко и тревожно. Сначала она думала выйти на улицу и попросить кого-нибудь из прохожих прочитать бумагу. Никто не запрещал ей покидать дом, более того — демон-дракон сам говорил о том, что в ее обязанности будут входить походы на рынок. Вот только подобным поступком она могла лишь ухудшить свое положение. Что если из-за нее пойдут нежелательные слухи о хозяине? Да после такого представления его на смех поднимут. В итоге, выйти Лиса так и не решилась, а потому без конца прислушивалась к тишине пустого дома. И когда щелкнула входная дверь, она успела накрутить себя до такой степени, что буквально подпрыгнула на месте. Она ожидала, что мужчина в первую очередь поднимется переодеться, но...
— Добрый вечер… хозяин, — она отшатнулась, чуть не столкнувшись с ним, когда тот черным вихрем ворвался на кухню.
— Добрый? Это как посмотреть… — и опять эта безэмоциональная маска и непроницаемый взгляд желтых глаз. — Что это?
Он указал на мешочек с крупой, который она почти закончила перебирать от вредителей.
— Тут завелся жучок, и я…— Выбрось. Просто выбрось, — брезгливо поморщился он. — Надеюсь, мне не придется это есть… что?
Помимо своей воли Лиса начала заливаться краской.
— Только не говори, что ты приготовила ужин из порченой крупы, — процедил мужчина сквозь зубы.
— Но я все перебрала, и сверху вредителей не было, я все хорошо проварила и… — она не знала, как еще оправдаться.
Это что, получается? Она зря старалась? Зря целый день готовила, рассортировывала все? От обиды глаза увлажнились, но она запретила себе плакать. Чон всемогущий, она просто из другого мира, и откуда ей было знать, что у богатых магиков принято швыряться едой?! Впрочем, конкретно этому стоило бы экономить, глядишь, насобирал бы и на краску, и на средство от плесени. Да у нее дом был чище и ухоженней, хотя муж вечно был в разъездах, и тяжелую работу приходилось делать самой.
— Выкинь все, — отрезал Чон и, подцепив двумя пальцами, поднял со стола оставленный список дел. — Остальное сделала?
Лиса сухо кашлянула и тоскливо посмотрела в окно. Ну вот. Сейчас начнется. И что ей ответить?
— Нет… хозяин.
Она видела, как Чон удивленно приподнял брови и с интересом оглядел ее, ожидая ответа. Но что она могла сказать?— И ты ничего не скажешь в свое оправдание? — теряя терпение, спросил демон-дракон. В два шага преодолев разделяющее его с рабыней расстояние, он развернул
ее, заставляя поднять взгляд. — Кажется, кто-то не ценит хорошее отношение? Или тебе понравилось стоять передо мной на коленях?
В его голосе послышались насмешливые нотки.
Лиса сглотнула, пытаясь сбросить оцепенение. Кто бы мог подумать, что он все воспримет в таком ключе? Он что, действительно думает, что она что-то не сделала лишь за тем, чтобы он снова взял ее? Заставил вылизывать его достоинство?
Смотря в невозможно желтые глаза, она обессилено открывала и закрывала рот, но не могла произнести ни слова. От жгучей смеси стыда, от нахлынувших воспоминаний вчерашней ночи и возмущения пропал дар речи.
— А знаешь, может, так даже лучше? — протянул мужчина, перебирая рукой пряди ее волос. — День был паршивым. А тут еще и ты со своим демонстративным протестом…
От его тона похолодела спина. Он, что, собрался выместить на ней весь скопившийся негатив? Лиса съежилась в ожидании удара, но его не последовало. Вместо этого Чон развернул ее спиной и задрал юбку.
Исподнего Лалиса в шкафу не нашла, так что под юбкой ничего не было. Демон-дракон огладил рукой ягодицы, скользнул между ног, чувственно лаская клитор.
— Да ты вся мокрая. Смотрю, ждала меня? — усмехнулся Чон, прикусив ей мочку уха.
Лиса всхлипнула, то ли от страха, то ли от возбуждения. Поза была до того бесстыдной и развратной, что желание вспыхнуло против воли. Грудь заныла, требуя прикосновений, таких же грубых и неприличных, как вчера, когда демон-дракон брал ее в спальне.
Что же это с ней? Нужно немедленно прекратить. Если она позволит взять себя сейчас, то Килеск будет делать это постоянно. Превращаться в «постельную грелку», как он сказал вчера, совсем не хотелось. Кто знает, что может сделать высший магик, вошедший в раж? Он все-таки наполовину демон, а все знают, что демоны любят избивать тех, с кем спят. Тело, тем временем, жило своей жизнью — между ног полыхал пожар, и хотелось расставить их шире, непристойно выпятить бедра назад, поддаваясь ласкающим движениями.
— Хозяин… пожалуйста… — она дернулась, пытаясь вырваться, но получила лишь легкий шлепок по ягодице.
На секунду ожгло огнем, Лиса испугано замерла, боясь пошевелиться. Больно не было, но ожидание следующего удара держало в напряжении. Второй рукой мужчина потянулся к ее груди, срывая верхние пуговицы, и легко добрался до нижней сорочки, отогнув которую, стиснул умолявшие о прикосновениях соски. Лиса застонала и, не выдержав, все же попыталась насадиться на его пальцы, продолжающие бесстыдно ласкать ее. Возбуждение туманило разум, прежде она никогда не испытывала ничего подобного. Кто бы знал, что можно так легко лишить человека воли! Ему даже Слово не нужно.
Но ведь это неправильно, и она не хочет, чтобы все было так… И она не позволит так с ней обращаться! Слезы превратили действительность в сплошное мутное пятно. Она вывернулась и, размахнувшись, ударила Чона по щеке, одновременно выскальзывая из его объятий.
Мужчина, не ожидавший подобного, отступил назад, не удерживая. Лиса забилась в угол кухни, схватив первое, что попалось под руку — чугунную сковородку.
— И что это было? — из голоса демона-дракона исчезли соблазняющие нотки. Снова ледяная маска и безэмоциональный тон.
— Не подходите… — прошептала она, прикрываясь сковородкой.
— Лиса тебя побери, что за спектакли? — а вот теперь магик начинал злиться. — Вчера ты предлагала загладить вину, лезла целоваться, а сегодня сначала демонстративно отказываешься подчиняться, с намеком, чтобы тебя в наказание хорошенько трахнули, а потом вдруг ведешь себя так, словно я тебя насиловать собрался? Что происходит?
Лиса тихо выдохнула:— Отведете меня обратно на рынок… хозяин?
— Почему ты не сделала ничего из того, что я просил? — отчеканил он, и каждое слово было словно удар хлыстом.
— Я… я… — она зажмурилась, собираясь с силами, чтобы признаться, и остаток фразы произнесла почти беззвучно, — читать не умею…
Она ждала реакции демона-дракона, испуганно вжав голову в плечи, но ее не было. Спустя еще какое-то время она осмелела, открыла сначала один глаз, затем второй. Чон стоял там же и задумчиво смотрел на нее. Минуту… Две… А затем вдруг рассмеялся. Открыто, искренне, низким бархатистым смехом, запрокинув голову и обнажая ровные белые зубы. Лиса невольно залюбовалась им и даже сама улыбнулась. Действительно, глупая ситуация. Когда мужчина наконец отсмеялся, он встал напротив нее и облокотился на стол.
— Да уж. И что теперь с тобой делать?
— Отправите меня обратно… хозяин? — спросила Лиса, внутренне боясь, что он так и сделает.
— В школу бы тебя отправить, — поцокал языком Чон,
— но это слишком долго. Впрочем, есть один способ ускоренного обучения. Он не из приятных, но если ты готова… Ты ведь готова?
Она часто-часто закивала, надеясь, что у хозяина не останется сомнений в ее энтузиазме. Все, что угодно, лишь бы он не вспомнил о влепленной пощечине и не решил ее продать.
И, кроме того, она действительно хочет научиться. Это бы открыло столько перспектив…
— В таком случае, чем раньше мы решим этот вопрос, тем проще будет нам обоим. У тебя десять минут на сборы.
Лалисе понадобилось пять. Она мышкой прошмыгнула в отведенную ей комнату, сменила порванное на груди платье и выбежала в коридор, ожидая хозяина.
В детстве мама пыталась учить ее грамоте, и Лиса была довольно прилежной ученицей, но после смерти родителей дядя продал все книги, и практиковаться было не на чем. Сейчас же она и вовсе с трудом могла вспомнить, как называется та или иная буква. В школу деревенских детей не отправляли — чтобы работать в полях или чернорабочим по найму знания не нужны, а порой даже вредны.
И, тем не менее, научиться читать хотелось очень сильно. И если Чон Чонгук и впрямь исполнит эту ее мечту, то она…
«Прекрати! — оборвала сама себя Лиса. — Он — не друг и делает это не бескорыстно. Не забывай, что ты его собственность, и грамотная рабыня будет стоить дороже».
Спустя минуту демон-дракон спустился по лестнице и жестом велел следовать за ним. На улице их ожидала самодвижущаяся повозка. Единственный раз она ездила на подобной, когда ее забирал из дома работорговец.В их деревне вместо магии телеги тянули лошади. Здесь же их ждала большая, богато украшенная карета, впереди которой сидел неприметного вида ксанф. Те были детьми стихий, уступавшими драконам в умении летать, но зато весьма продвинувшимися в изобретении маготехнических изделий.
В карете они с Чонгуком сели друг напротив друга. Она сразу же выглянула в окно, но мужчина дернул ее за руку.
— Не высовывайся. Это неприлично.
— Простите, хозяин.
Что ж, осмотр достопримечательностей, судя по всему, отменяется. Но, уткнувшись себе под ноги, Лиса довольно скоро ощутила тошноту и головокружение.
— Мне… надо… — почувствовав, как желудок подкатывает к горлу, она зажала ладошкой рот, пытаясь справиться с приступом.
— Что случилось? — нахмурился Чон, а затем, вдруг широко распахнув глаза, стукнул по стенке кареты.
— Останавливай!
Повозка резко затормозила, Лиса, не удержавшись, упала на колени Килеска, но тут же попыталась встать. Демон-дракон предупредительно открыл ей дверцу, и она пулей вылетела наружу, согнувшись пополам.
— А я предупреждал насчет порченой крупы, — усмехнулся он, подходя ближе и заботливо придерживая волосы.
Они успели выехать за город и теперь стояли на обочине широкой пустынной дороги. Лишь вдалеке виднелось несколько стремительно удалявшихся повозок.
— Простите… хозяин. Это из-за повозки. Мне и в прошлый раз было не очень хорошо ехать на ней, а тут как-то совсем плохо… — договорить она не смогла — ее снова вывернуло.
— И что же с тобой делать? — поморщился Гук. — Такими темпами до Раупа мы доберемся только завтра.
Рауп? Лиса нахмурилась, пытаясь вспомнить, что слышала об этом месте. Один из самых богатых городов Лораса, по великолепию превосходящий даже столицу — Марну.
Килеск задумчиво пощелкал пальцами, а затем махнул рукой и, подойдя к извозчику, отпустил повозку. Дождавшись, пока та уедет, повернулся:
— Надеюсь, ты не боишься высоты? — мрачно усмехнулся он и раскинул руки в стороны.
Черты его лица вдруг изменились, поплыли, увеличиваясь, будто вздуваясь. Фигура набухала и росла. Лиса никогда не видела подобного и не думала, что
увидит. Все знают, что драконы не очень любят показывать процесс трансформации посторонним.
Килеск выглядел гордо и величественно. Огромный ящер с рогатой головой и кожистыми крыльями. Одно из них он опустил и нетерпеливо кивнул ей.— Эм… — Лиса только и могла, что хлопать глазами, не понимая, что от нее хотят. — Вы хотите, чтобы я села сверху?
Тот грозно рыкнул, недовольно мотнув головой. От страшного рева заложило уши, отчего Лиса буквально подпрыгнула и кинулась исполнять.
Она только и успела, что ухватиться за наросты на плечах. Дракон, в несколько шагов разбежавшись, легко оттолкнулся и взмыл в небо. От высоты захватывало дух, деревья и дорога внизу стремительно уменьшались.
Первые полчаса Лиса так боялась свалиться вниз, что не могла думать ни о чем другом. Но на большой высоте проносившиеся внизу пейзажи казались нереальными: дома и повозки, словно изящно вылепленные фигурки, сплетённые на перекрёстках, будто ленты с рыхлыми краями — обочинами дороги… Напряжение постепенно отпускало, а в голове зарождались ошеломлявшие сознание вопросы.
Как так вышло, что дракон — и не просто дракон, а полукровка с примесью демонической крови! — летит, неся на своих плечах — уму непостижимо! — рабыню?! Причем делает это так, словно подобное для него в порядке вещей! И куда он ее несет?
Без ответов на эти вопросы ей только и оставалось, что кусать губы и накручивать себя, опасаясь, во что для неё выльется это путешествие. Демон-дракон еще не предъявил ей счет за пощечину, а значит, следует быть предельно осторожной… или все же смириться с тем, что тот имеет права на ее тело?
Зря она так повела себя днем. Ох, как зря. Что с того, что хозяин воспользовался бы ей прямо на кухне? Как он там сказал?.. Неудачный день, паршивое настроение… Почему внутри все протестовало против того, чтобы он срывал на ней свое недовольство? Ведь он в своем праве. Она — его собственность.
К тому моменту, когда дракон приземлился на лужайке перед огромным замком со множеством башенок и ярусов, Лиса дошла до той степени волнения, что была готова упасть перед господином на колени, как только спустилась на землю. Вот только сделать этого ей не дали люди, спешившие к ним от ворот замка.
— Гранд Мастер пожаловал! Какая радость! — причитала пухленькая старушка, одетая в простое добротное платье с белым передничком.
— Добрый день, Гранд Мастер. Госпожи изволят принимать гостей, но они видели вас в окно и просили проводить, — а это уже длинноусый мужчина, судя по выправке, — военный. — Как представить вашу спутницу?
— И вам день добрый. Ведите, — начисто проигнорировав последний вопрос, скомандовал Чон.
На Лису он даже не взглянул, и ей оставалось лишь отправиться следом.
Она никогда не была в замках и, подойдя вплотную к величественному строению, почувствовала себя маленькой и ничтожной. Голова кружилась от того, как приходилось задирать её, чтобы рассмотреть башенки наверху.
Внутри их встретила полная противоположность пустому и запущенному дому Чона — вычурная роскошь. Интересно, куда же они все-таки пришли?
Из-за дверей зала, перед которым они остановились, была слышна музыка и громкий смех. Не обращая внимания на провожатого, Килеск толкнул дверь и вошел. Голоса на мгновение стихли, но тут же наперебой загалдели имя демона-дракона на все лады. Лиса осторожно прошмыгнула внутрь и встала у стеночки, удивленно наблюдая за разворачивавшейся сценой:
— Гук приехал!
— Чонгук, ты ведь привез тот крем, о котором я тебе говорила?
— Гук, а что за девица?
— Гуки, я так тебе рада!..
— Это наш Чонгук. Гук, познакомься, это Мастер Вирен и его супруга.
Мужчина, тем временем, невозмутимо кивнул тем, с кем его знакомили, и пробежался взглядом по залу.
Лиса никогда прежде не видела демониц, но сейчас узнала безошибочно. Короткие изящные рожки, хвосты, игриво вздымавшиеся вверх. Фривольные наряды, расслабленные позы. Их было двенадцать. Красивые, черноволосые. Неуловимо похожие друг на друга. Единственным мужчиной в комнате, кроме Чонгука, оказался тот самый Мастер Вирен — дракон.
— Дженни, я к тебе по делу. Уделишь мне время? — обратился Килеск к одной из женщин.
— Что за секреты от семьи? Я хочу знать, что они затеяли.
— Ты что, человечку не видишь? Ясно как день — нашел себе очередного слепого котенка и выхаживает.
— Ой, девочки, а помните, как он в детстве их притаскивал?
Демоницы захохотали. Семья? Детство? Эти магики — родственники ее хозяина?
Та, которую назвали Дженни, встала, изящно покачивая бедрами и крутя хвостом. Подхватила Чона под руку и повела его к выходу. Лиса без указаний юркнула следом.
— Я когда-нибудь дождусь того светлого дня, когда вы все стройной толпой отправитесь замуж? — тяжело вздохнув, проворчал мужчина.
— Мечтаешь избавиться от нас, братишка? — хмыкнула демоница.
— Всенепременно. Какие новости?
— Розэ вчера вновь устроила скандал своему уже бывшему любовнику, Момо и Джихë собрались дать обед безбрачия, Джихë решила снова пойти учиться, Момо… Хм, возможно, тебя вызовут в суд, но там плевое дело. Можешь не переживать.
— Она опять должна?— Две тысячи турлеков.
Услышав сумму, Лиса поперхнулась. Ее жизнь стоила в несколько раз дешевле. Как можно задолжать столько денег? Да и куда вообще столько можно потратить?
— Я пересмотрю ваше содержание, — если его и тронули названные суммы, то виду Чон не подал.
Дженни хмыкнула, а затем поспешила сменить тему:
— Итак, что у тебя за проблема, что ты примчался сюда, да еще и на собственных крыльях?
— Привез тебе еще один подопытный образец для испытания кристаллов памяти.
— О! — глаза демоницы полыхнули огнем, а улыбка на губах приобрела хищный оскал. — Как раз думала, на ком испытать вчерашние дополнения. И как зовут нашу жертву?
Жертву?
Лиса умоляюще посмотрела на своего хозяина, надеясь, что он поймет по ее взгляду, что она передумала. В какой эксперимент она ввязалась? Явно Намоа попутала! Разве можно идти против природы?
— Это Лалиса.
— Какое милое имя, — протянула Дженни, хватая ее за руку. — Итак, Лалиса, что именно ты бы хотела уметь, но при этом учиться тебе лень?
— Мне не лень… — Лиса растерялась, неуверенная, что ей можно вступать в диалог. — Просто нет времени, и некому меня учить.
Все трое они пришли в небольшую темную комнату без окон, в ней горел синий, не разгонявший мрака свет. Сама комната была заперта несколькими заклинаниями, а внутри нашелся еще и наглухо закрытый ларец.
— Зря ты хранишь свои разработки в таком месте.
— Да ладно тебе! Кто в здравом уме сунется в замок, где живут двенадцать незамужних демониц? Мне кажется, ты зря переживаешь, если я получу патент…
— Если ты объявишь о том, что нашла способ изготовления, охота начнется уже не на кристаллы, а на тебя.
— Ты зануда, Гук. Без огласки я не могу даже испытания нормально проводить, — надулась девушка, но тут же вновь переключила внимание на Лису. — Итак, чему будем учиться?
— Читать.
— И всего-то? — разочарованно хмыкнула Дженни, при этом ее хвост смешно дернулся. — Тогда вот этот. Зелененький.
Она извлекла из ларца маленький зеленый камушек размером с бобовое зернышко и протянула его Лисе. Затем щелкнула пальцами, и прямо из воздуха возник высокий стакан, наполненный прозрачной водой.
— Глотать, не разжевывая.
Лиса с сомнением рассмотрела попавший к ней на ладонь сверкающий кристалл и отправила его в рот. Осушив стакан до дна, она прислушалась к себе. Ничего.
— Эффект будет не сразу. Для начала надо уснуть.
Улыбка демоницы была каверзной, словно она знала что-то веселое, но делиться ни с кем не намеревалась.
— И через пару дней я проверю, как все идет.
Амон всемогущий! Лиса, во что же ты ввязалась?