«Моя душа.»
Ты сидишь на своей кровати и просто смотришь в одну точку. Комната будто сдавливает тебя. Всё — тесно, душно, будто воздух тухлый. На полу валяются тетрадки, учебники, телефон. Ты даже не помнишь, как его кинула.
Внутри всё скребёт. Стыд, злость, обида. На Влада. На себя.
На весь этот ёбаный мир, где ты просто хотела быть хорошей.
"Хорошей девочке" тут не выжить.
Ты впервые в жизни чувствуешь — хочешь, чтобы кто-то пострадал. По-настоящему. Чтоб плакал. Как ты плакала.
Телефон снова загорелся.
Гриша:
«Через 15 минут буду. Не выходи.»
Ты ничего не ответила. Не потому что не хочешь. Просто нет сил.
⸻
Прошло пятнадцать минут. И ты увидела его. Прямо в окно.
Машина стоит под окнами. Чёрная. Он вышел в чёрной куртке, с капюшоном. Спокойный. Но ты уже знаешь — когда он молчит, это самое опасное.
Звонок в дверь. Мама метнулась к ней, но ты уже подлетела:
— Я открою, мам.
Отец ещё не вернулся. И слава богу.
Ты открываешь дверь. Он смотрит на тебя. Ни слов. Просто глаза.
— Ты... — начинаешь ты.
— Одевайся, — перебивает он. — Есть разговор.
Ты молча киваешь. Через 3 минуты вы уже в машине.
⸻
— Куда мы едем?
— Сначала ко мне. Потом решим, — отвечает он спокойно.
— Ты... Ты же не... Ты его не убьёшь?
Он не сразу отвечает.
— А ты хочешь, чтобы я его пожалел?
Ты молчишь. Тебе даже не стыдно.
В машине — гробовая тишина. Только фары вырезают ночь.
⸻
Квартира у него шикарная. Это не дом — это почти крепость.
Там пахнет чем-то дорогим. Не тем, чем у тебя дома. Тут всё по-взрослому.
Ты сидишь на кожаном диване, закутавшись в плед. Он стоит у окна и говорит по телефону.
Кто-то с той стороны отвечает жёстко. Слова — обрывками:
— ...нет, никаких тормозов. Пускай сам расскажет, за что.
— ...да, фото, голос, всё. Разнесём нахуй.
— ...и чтоб завтра он на коленях извинялся. Понял?
Ты не слышишь всего. Да и не хочешь. Просто смотришь на него.
Он не делает вид, что святой. Он грязный, опасный, страшный, но... он за тебя.
— Он всё рассказал, — говорит он, поворачиваясь к тебе. — Ты знаешь, сколько таких было до тебя?
Ты киваешь. — Знаю.
— Но ты, блядь, не такая.
Ты сжимаешь губы. У тебя трясутся руки.
— Почему ты вообще помогаешь мне? После всего?.. После...
Он подходит ближе. Смотрит в глаза. Тихо говорит:
— Потому что только ты могла бы вытащить меня из всей этой грязи. И я бы, может, даже позволил.
Ты не понимаешь, что сказать. Просто молчишь.
— Но теперь, Крис, — он наклоняется ближе. — Теперь тебе придётся стать жёстче. Никто не будет тебя спасать вечно.
Ты киваешь. Губы дрожат, но в глазах — что-то новое.
Что-то, чего раньше не было. Решимость.
Ты уже не та отличница, над которой ржали на перемене.
⸻
Утро следующего дня.
Вся школа стоит на ушах. Влад приходит с фингалом. У него разбит нос, поцарапанная щека, и, судя по лицу, он не спал.
Он сидит тише воды, ниже травы. Не смотрит ни на кого.
На стенах в школьном туалете чёрным маркером написано:
"Трус. Врунишка. Влад = крыса."
Кто-то кидает ему под ноги завёрнутый презерватив с запиской:
"Может, в следующий раз спросишь разрешения, мудак."
⸻
А ты просто проходишь мимо.
С прямой спиной. В новой чёрной кофте. С помадой. Без улыбки.
Он пытается что-то сказать, но ты даже не смотришь в его сторону.
Он для тебя теперь пустое место.
На перемене ты садишься рядом с Гришей.
— Ну чё, готова к новой жизни? — спрашивает он, кидая тебе энергетик.
— Ага, — ты отпиваешь. — Посмотрим, кто теперь кого.
И в этот момент весь класс смотрит на вас.
А ты им даже не моргаешь в ответ.
⸻