Часть 20
Я не спеша вошла в кабинет моего психолога. Светлая и уютная комнатка с большими окнами и двумя удобными креслами. Они стояли посередине. Чуть поодаль — столик с тарелочкой печенья.
Я села на то кресло, что расположилось ближе к окну. Мне оно показалось куда более уютным, нежели стоящее рядом. Напротив устроился суховатый мужчина в белой рубашке и черных брюках. Его приветливая улыбка внушала доверие, но подсознание уговаривало быть на чеку.
— Мисс Уайт, вы пропустили два сеанса. — мой психолог, мистер Миллер, сел в кресло, взял в руки записную и ручку.
— Что-то случилось?
— Я запуталась, доктор. — честно созналась я, прикрывая глаза.
— Это связано со Стивом? — спросил он.
— И не только.
Мистер Миллер был тем человеком, которого нанял Ник, чтобы помочь мне. Я нехотя рассказывала ему все, что происходило, получая иногда сухие советы. Но на душе, как ни странно, становилось легче. Мне и правда нужно было выговориться.
— Расскажите мне.
— Я захотела другого омегу... — от одних этих слов в легких закончился воздух, губы пересохли, а перед глазами стоит он — Тони Старк. — И не просто захотела, а потом расхотела. Это не мимолетное желание. Мне хочется его даже сейчас. Хочется прижать его к груди, вдохнуть его запах...
— Ваш партнер знает об этом? — пара шкребков по бумаге и тишина.
— Нет... Но, думаю, он догадывается.
— Был скандал? Истерика?
— Нет. Стив только снова ищет способ скорее завести ребенка. — тихо вздыхаю. — Не то чтобы я не хотела детей, но не рано ли?
— Ваш омега ищет способ удержать вас рядом. Да и является ли время для вас проблемой. Насколько я помню, вы решили вопрос с беременностью и родами. Он родит ребенка, ваш отчим поможет вам материальными средствами, а для вас это может оказаться тем самым толчком, чтобы вспомнить себя!
— Мы можем вернуться к теме? Это вас точно не касается. — рычу я на бедного бету.
— Я из лучших побуждений. Ребенок успокоит Стива, укрепит вашу связь, поможет не отвлекаться на других омег. — восхищенно рассказывал он.
— Вы говорите так, словно ребенок — единственное и лучшее решение. Но мне, вообще-то нет и восемнадцати.
— Да-да. — печальный вздох и новая запись. — Расскажите о том омеге.
— Хм... Он красивый, хорошо сложенный, но немолодой. С обалденным запахом, пробивающимся через плотный запах химии. Шоколадом пахнет. Так знакомо.
— Может ли быть, что вы были знакомы с ним? Я и правда задумалась об этом. Все в его лице казалось знакомым: глаза, изгиб губ... даже мелкие морщинки. Но где могли встретиться миллиардер, гений, плейбой, филантроп и Железный Человек в одном лице и обычная школьница вообще из другой страны? Уж точно не в парке! Клуб или другое место для развлечений? Маловероятно. — Не думаю. — я открываю глаза и смотрю в окно кабинета выходят на красивый и ухоженный сад.
— Думаю это пройдет. Просто нужно время. Вы же сверхальфа... Вы вспомнили другого сверха?
— Джеймс. Его зовут Джеймс. — поправляю я. — Думаю, я вспомнила его.
— Расскажите о нем.
— Джеймс скуп на эмоции. Не любит холод и людей, но нуждается в человеческой любви и понимании. Он любит кофе. Кофе нам приносил Саша, но они недолюбливали друг друга.
— Саша был вам дорог?
— Да.
— Продолжайте. — кивает Миллер.
— Ему не нравится Зима. Холодно. Сам он теплый и родной. Мы спали в одной кровати, когда было очень холодно.
— Вы любили его?
— Может быть... Как-то по-своему, но любила... Он пах, как мама.
— Вы считали его своей матерью?
— Нет конечно! Рядом с ним было так же хорошо, но заменой матери я никогда его не считала.
— Вы помните, когда в первый раз почувствовали себя хорошо с ним?
***
— Быстрее! Спасайте документы! — кричал ученый, гоняя своих помощников.
Я лежала на операционном столе, прикованная к нему металлическими оковами, прикрытая окровавленной тряпкой. Мозг совсем не соображал, тело затекло и болели руки, в которые были вколоты медицинские иглы. По щеке текла тонкая струйка моей крови, идущая из разбитого носа.
— Сэр, что делать с образцом? — кинул на меня взгляд один из помощников. Вся комната залита кровью. Лежат тела мёртвых ученых и жертв экспериментов. Совсем рядом со мной лежал мальчик лет пяти со спутанными светлыми волосами и безмолвно кричал от боли.
— Плевать! Оставь так! — ученый попытался выбежать из комнаты, но на его худую шею легли две руки. Одна — живая, человеческая, другая — искусственная, металлическая. Обладатель протеза душил мужчину с такой же жестокостью, как перебил остальных обитателей лаборатории. Лаборанты умерли быстрее. Просто пуля в лоб и в пол лицом.
Но я ещё жива. Я чувствую запах гона. Гон мужчины, руки которого были по локоть в крови. Мощный брюнет-альфа был красив настолько, что я перестала понимать, что происходит в этой сырой, тёмной комнате.
Темноволосый альфа поднялся на ноги и подошел ко мне. Его холодные голубые глаза почти бешено светились, когда он оказался в непосредственной близости к моему скованному телу. Сквозь маску было слышно, как дышит мужчина.
В его глазах я вижу далеко не жажду убивать, а что-то совсем другое...
Мужчина подхватил мое тельце на руки и понес куда-то. Я не сопротивлялась. Не было ни сил ни желания. Возможно, я просто смирилась с мыслью, что этот «сверх» в любом случае убьёт меня. Но он просто нёс меня. Нёс далеко. Туда, где уже не видно базы, где шел снег, заметая следы.
Я давно перестала чувствовать пальцы, когда меня поставили на ноги у самого обрыва.
***
— Да.
— Расскажите мне.
— Это не то что я хочу обсуждать.
— Я понял. Думаю на сегодня хватит. Вы придёте в следующий раз? — спросил Миллер, закрывая блокнот.
— Да. Приду со Стивом.