2 глава
Минхо заканчивает работать в позднее время, когда уже на улице темнеет, но это никогда не останавливало идти пешком. Вечерами красиво, а когда совсем темнеет слишком прекрасно — звезды осыпают небо, что хочется смотреть бесконечно долго. Он никому не нужен, поэтому опасаться было нечего.
Думая о чем-то своем, Ли не замечает, как сзади него кто-то едет и, причем на такой хорошей и очень дорогой машине. Ну, да. Кому-то стал нужен и очень резко. Его пару раз звали по имени, а значит кто-то вполне знакомый, так ведь? Или нет.... Немного сглатывая, омега поворачивается и видит того, кого точно не хотел видеть. Зачем он нужен Чану?
— Минхо, вы всегда ходите один?
— Да — Ли сглатывая, боясь сказать что-то лишнее или не так — А что? Смущает, что здесь всякие Ли Минхо ходят?
Это почти рассмешило Чана, но он не смеется, показывая то, что он вполне серьезен.
— Красивые омеги не должны гулять ночью одни, и я бы подвез тебя до дому. Боюсь, тебя украдут, и что я скажу твоему брату?
— Феликс знает, что я хожу до дому пешком — в более издевательском тоне — Вы первый, кто как-то решил действовать и подумать покушаться на мою жопу.
— Давай подвезу тебя?
— Я к незнакомцам в машину не сажусь.
Минхо все также идет пешком, а Чан в машине на минимальной скорости едет рядом и пытается уломать, чтоб Бан довез его, но получается это, мягко говоря, хуево. Бан сопровождает омегу так до самого его подъезда, что получилось, даже неосознанно, ведь этого упёртого Минхо было не уломать. От слова совсем.
— Спасибо, что довел. До квартиры сам поднимусь, меня точно никто не захочет украсть.
Господи, эта омега почти свела Чана с ума. Он просто взял и, получается, потратил его время в пустую. Эта ситуация рассмешила, но оба не придали этому никакое значение.
***
Минхо не успел дверь закрыть, как его встречать побежала его любимая малышка Юбин. Феликс успел ее забрать из гостей дяди Чонина, а-ля нянечка, когда Хо заканчивал смену и возвращался домой.
Она всегда бежала встречать с работы своего дядю и причем любимого. Ничего не изменяется. Когда Юбин училась ходить, она тоже бежала встречать Минхо. Падала, но вставала и шла дальше. Упрямая, как ее папочка.
— Давно домой пришли?
— Не так давно и мы в магазине были. Продуктов купили, чтоб холодильник не пустовал.
Минхо сюсюкается с малышкой, но замечает, что Феликс стал более поникшем. Спрашивать как-то стремно, что же успело произойти за небольшое количество времени.
— Что-то успело случиться?
— Сынмин написал, что Джисону плохо стало...
Минхо внимательно старается вспомнить, кто из них есть кто, но на смене людей много и лиц от этого меньше не стало. Хо отчетливо помнит, что Джисон тот, кто много кушает сладкого и еще щекастый. В общем, запоминающееся личность. Из всех он запомнил разве что Чана, потому что тот его невзначай проводил до дома сидя в своей машине.
— Это тот, что щекастый или ворчливый?
— Хён! Джисон вообще-то беременный и я по своей шкуре знаю, как все это страшно.
— Вижу, Сделал меня дядей раньше, чем я тебя, даже ведь еще альфу не нашел себе. Семейные обнимашки?
Минхо вместе с Малышкой по обе стороны обнимают и это так успокаивает. Семейная, но не полная атмосфера так веет уютом, что хочется забыть о многом. Омега постарше знает, как правильно действовать в таких случаях и получается все на ура.
— В любом случае, все хорошо. Я о тебе так не переживал, когда ты носил мою малышку, а тут друг.
— Ты не понимаешь. Он придурковатый и ничего не понимает, даже если скажут раз сто. Еще и сладкоежка.
Минхо закатывает глаза.
— Слушай, это ведь проблема будет не твоя, если он породит нездорового ребёнка. Тебе незачем переживать о чужих проблемах.
— Ничего ты не понимаешь, Хо. Своего родишь или вынашивать будешь, потом поговорим.
Минхо усмехается, он ждал подобного рода ответ. Он не так уж и чешется искать альфу, да особо и не нужен. Сам сможет себя обеспечить, жилье есть и вообще, это перекрывает нужды крепкого плеча рядом. Сам как альфа, только омежья версия. Даже Феликс доказал это, что без альфы хорошо и малышка не интересуется. Ну, хорошо же.
***
— Чан-хен, больше не стоит давать Джисону сладкого, если это не какие-то фрукты.
Чан не приехал, а прилетел, когда Сынмин стал на него ругаться по телефону. Своих детей у Криса нет, но зато печется об этих двоих, так еще и Феликс в этом счете. Собственно, как только он услышал одно слово «больница» сразу метнулся. Просто чтоб убедиться, что все живы. В том числе и сам Джисон, который, скорее всего, осознал все и не станет больше так делать.
В общем, у Чана сердце в пятки ушло из-за своих младших.
— Не буду теперь баловать сладким, если ты так настаиваешь, а я знаю, что ты очень настаиваешь.
— Конечно, я настаиваю, потому что Джисон не сильно печется о ребенке и меня не воспринимает в серьез...
Чан подбадривает обнимашками и говорит, что все успеет исправиться. Деться будет просто некуда. У Джисона иногда не все дома и он может творить какую-то дичь, а потом жалеть об этом. Может и в этом случае поможет, но кто знает? Никто, остается надеяться на данный исход событий.
— На Джисона не дуйся, хорошо? Одумается, если поздно не станет. Я уверен, что он уже жалеет, и не злись на матушку природу, что тебе такого истинного омегу подсунула.
Сынмин вздыхает. Действительно, он сам не выбирал себе пару и все сделали за него, но без Хана, его жизнь будет чуточку скучной и лучше с ним, чем без него. Через многое проходили и дальше пройдут, какими не были трудности. Чан вот пожизненный волк одиночка, но ему кажется это и нравится, если он все еще один.
Оказывается, все нормально за исключением того, что сладости под запретом, чтоб не вредить еще больше. Слова о том, что ребенок может родиться с аллергией или сахарным диабетом слишком сильно ударили по омеге. Бедненький, захлёбывается в своих слезах и говорит, что так больше не будет, да и к своему альфе прилип совсем, отказывается отцепляться.
— Все хорошо, Сони, ты только отлепись от меня.
Каким бы надоедливым не был Джисон, он такой, какой он есть, что нравится Киму. Конечно, не всем по душе, но с ним не заскучаешь. Иногда своими поступками морально убивает, но родненький же. Без него скучная жизнь будет.
— Чудо мое, домой поедем?
Джисон кивает, но еще и слезы льет. От облегчения или сожаления, а это не понятно как-то. Сынмин как может, так и обнимает своего маленького ураганчика, который все никак ровно на жопе усесться не может. Поглаживает по спине и запахом своим обволакивает, чтоб быстрее успокоился. Чан смотрит на этих двоих, как счастливый отец семейства.
— А ты не злишься на меня?
— Нет, но иногда надо слушать то, что я говорю.
— Наш сын даже не родился, а я уже плохой папа!
Мин легонько щелкает по лбу в знак протеста, так как еще ничего не доказано, а значит, что слова ничего не значат.
Чан отвозит этих двоих домой и чтоб по темноте не ездить, остается переночевать. Ему всегда рады были, и он уже не в первый раз оставался ночевать. Крис прикольный. С ним и обниматься классно, так и просто поболтать. Сынмин ревнует, когда Джисон лезет к старшему обниматься, но все знают, что это самые обычные дружеские объятия.
— Надо Ликсу написать и успокоить, а то, наверное, весь на нервах. Он еще и так все воспринимает, будто накануне жизнь его ребенка, а не друзей.
А Джисон успел забыть, что они как раз и не знают, что у Феликса есть дочь. Еще немного и проболтался бы.