считай,ты уже проиграл
ПЕРВЫЙ ЭТАЖ. ЗАЛ.
Карл лежал на диване, руки закинул за голову, но сна не было даже близко. В комнате царила тишина, только за окном потрескивали цикады.
Он думал о словах, что вырвались в пылу ссоры.
“Надеюсь, ты вспомнишь, что мы вообще-то команда, а не враги.”
— Блин, Карл, ты идиот, — пробормотал он вслух и закрыл глаза.
Он не это хотел сказать. Он хотел напомнить ей, что они на одной стороне, что он всегда рядом… но вышло так, будто он приравнял её к солдату. К союзнику. А не к девушке, которую любит. Не к той, ради кого бы вытащил сердце из груди, если бы она попросила.
Почему я сразу не оттолкнул Энид? Почему вообще застыл?
Он знал ответ — потому что это было неожиданно. Потому что он не ожидал от Энид ничего такого. Он не думал о ней давно. Он не хотел этого поцелуя.
Но для Елис это неважно. Она видела только то, что я стоял, как дурак. И, наверное, решила, что я... всё ещё что-то чувствую к Энид?
Он сжал зубы.
Она не понимает, что с того дня, как я влюбился в неё, в Елис, я уже никого не замечаю.
Он перевернулся на бок, уткнувшись в подушку.
— Прости, — шепнул он в пустоту.
---
ВТОРОЙ ЭТАЖ. КОМНАТА ЕЛИС.
Слёзы высохли, но ощущение пустоты осталось. Елис лежала, прижимая подушку к груди. Мысли крутились, как вихрь.
“Мы команда.”
А разве любит так, как любят по-настоящему? Разве парень смотрит на девушку, как Карл смотрит на неё, если она просто... часть команды?
Её сердце будто разрывалось от этих мыслей.
А если он был со мной потому что жалел меня? Потому что я одна, потому что меня нашли и взяли в общину?
Потому что я хрупкая, запутавшаяся девочка с воспоминаниями, от которых хочется сбежать?
Она села, поджав под себя ноги и обхватив колени.
— Карл… — прошептала она в темноту.
Она не хотела его терять. Не хотела сомневаться. Но эти слова… их невозможно было развидеть.
Впервые за долгое время она чувствовала себя не как сильная, а как разбитая.
Комната казалась холодной, будто стены сами отвернулись от неё. Елис сидела на кровати, укрытая пледом, но не чувствовала тепла. Пустая кружка с остывшим чаем стояла на тумбочке, и всё казалось чужим. Всё, кроме боли внутри.
Сначала слёзы просто навернулись на глаза — будто сердце вздрогнуло. Она сжала губы, сдерживая их, но стоило лишь моргнуть, и они скатились по щекам. Одна, вторая… потом больше. Тихо. Без звука.
Она закрыла лицо руками, и тогда из груди вырвался глухой, сдавленный всхлип.
— Почему… — выдохнула она. — Почему он так сказал?..
Команда.
Как будто всё, что она чувствовала, — это выдумка. Как будто он был рядом, потому что надо. Потому что жалел. А не потому что хотел быть рядом. Не потому что любит.
Слёзы капали на колени, пачкали джинсы в которых она была до сих пор. Она плакала, пока не стало трудно дышать, пока внутри всё не онемело. Но остановиться было невозможно. Всё накопившееся — страх, боль, ревность, разочарование — прорвалось наружу.
— Я ему просто... никто, да? Просто напарница. — Она снова всхлипнула. — Просто ещё одна, с кем нужно быть рядом…
Она не слышала, как время идёт дальше. Не замечала темноту за окном. Не ощущала мягкости подушки, когда опустилась на неё. Только слёзы и обида.
Карл ворочался на диване, не в силах уснуть. В груди было тяжело, будто на сердце кто-то сел. Он вспоминал её лицо, слёзы, как она говорила сквозь обиду, и его собственные слова, сказанные на автомате, в растерянности. "Мы команда, а не враги" — эхом отдавало в голове. Он сжал кулаки, понимая, как это могло прозвучать. И как это, наверное, сейчас ранит.
Тишину дома прорезал тихий, еле слышный всхлип. Карл напрягся. Ещё один. Он узнал её плач мгновенно — не спутал бы ни с чем.
Он встал, накинул на плечи одеяло и, почти бесшумно ступая, поднялся по лестнице. Дверь в комнату была приоткрыта. Сквозь щель он увидел, как Елис сидит, сжавшись в комке под пледом, лицо закрыто руками, плечи подрагивают. Она даже не слышала, как он подошёл.
— Елис… — прошептал он тихо.
Она вздрогнула, подняла на него глаза — покрасневшие, блестящие от слёз. Он увидел в них всё: боль, недоверие, одиночество.
— Уходи, Карл, — выдавила она.
— Я не могу. Я... слышал, как ты плачешь. Я не хочу, чтобы ты была одна. Не хочу, чтобы ты думала, что тебе нужно быть одной.
— А мне что, быть в команде? — голос её задрожал. — Это всё, кем я была для тебя?
— Нет! — он резко вошёл и сел рядом, не приближаясь слишком. — Я сказал глупость. Я был в панике. Я не знал, как всё исправить. Я просто не хотел, чтобы мы ссорились... Елис, ты для меня больше, чем кто-либо. Ты не команда. Ты — моя.
Она посмотрела на него, дыхание было неровным.
— Почему тогда ты сразу не оттолкнул Энид? Почему не дал понять сразу?..
— Потому что я не ожидал. Я был в шоке. Но я же оттолкнул. И послал её. Потому что люблю тебя. Только тебя.
Он потянулся, аккуратно, почти не касаясь, дотронулся до её руки.
— Прости меня.
Она дрожала, ещё не зная — простить ли. Но его глаза, его голос… всё в нём говорило правду. И в груди что-то начало оттаивать.
Елис не ответила. Она смотрела на него, как будто боялась снова поверить — и снова упасть. Слёзы блестели на щеках, и губы дрожали, как будто она пыталась сдержаться, но уже не могла.
Карл аккуратно протянул руки и медленно, без давления, обнял её. Елис сначала осталась неподвижной — почти застыла, будто не знала, можно ли — а потом дрогнула и сдалась, прильнув к нему.
Он крепко прижал её к себе, почти бережно, будто боялся разбить. Провёл рукой по её волосам, прижимая щёку к её виску.
— Я люблю тебя, — прошептал он. — И мне плевать на всё остальное. Только ты. Только мы. Прости меня, за всё.
Её пальцы сжались на его рубашке. Елис тихо всхлипнула у него на плече, и Карл чуть отстранился, чтобы посмотреть на неё. Он увидел, как по её щекам катятся новые слёзы, но это были уже не только слёзы боли. Там была ещё надежда.
Он осторожно, как будто спрашивая разрешения, наклонился и поцеловал её. Не торопливо, не страстно — просто искренне и тепло. Она ответила, прижавшись ближе, словно этот поцелуй был тем, что всё вернуло на свои места.
Когда они оторвались друг от друга, Елис прошептала:
— Не отпускай меня больше. Никогда.
Карл кивнул, обнял крепче и прошептал:
— Ни за что.
Они ещё стояли в обнимку, и только дыхание да редкие всхлипы Елис нарушали тишину. Карл не отпускал её, гладил ладонью по спине, будто хотел выгнать всё то, что терзало её изнутри.
Спустя минуту Елис тихо заговорила, уткнувшись ему в грудь:
— Когда ты сказал, что мы команда, а не враги… я… я подумала, что, может, всё это время ты был со мной просто потому, что тебе было жаль меня. Что я для тебя как… как напарница. Просто человек, который рядом.
Она всхлипнула и сжала пальцами его футболку.
— Я вспомнила, как ты защищал меня, как говорил, что мы справимся. И это было так правильно, но я вдруг испугалась, что ты никогда не видел во мне девушку… любимую…
Карл чуть отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза.
— Елис… — мягко сказал он. — То, что мы команда — не значит, что ты для меня просто кто-то нужный рядом. Команда — это когда ты не можешь без другого. Когда ты знаешь, что без него ты не ты.
Он вздохнул.
— Я влюбился в тебя, а не в твою силу или выносливость. Не из жалости, а потому что ты настоящая. Упрямая, добрая, ранимая, и сильная. Я с тобой потому, что хочу быть с тобой. Не потому что должен. Потому что люблю.
Елис слушала, не отрывая взгляда.
— Прости, что я так подумала, — прошептала она, глядя на него снизу вверх. — Я просто испугалась. Мне никто раньше не говорил таких слов. Никто не выбирал меня.
Карл снова прижал её к себе.
— Я выбрал тебя. И буду выбирать снова и снова.
Они стояли так ещё немного, словно старались убедиться, что всё это не сон. Потом Карл коснулся её щеки и сказал:
— давай ляжем? Просто полежим.
Вместе.
За окном шелестели деревья, и где-то вдали перекликались ночные птицы.
Карл стянул ботинки и лег на кровать, потянув за собой Елис. Она устроилась рядом, положив голову ему на плечо. Его рука легла ей на спину, и она прижалась к нему, как будто боялась снова оказаться одна.
Несколько минут они просто лежали молча, чувствуя тепло друг друга и наконец-то немного успокаиваясь.
И вот, лежа рядом с ним после скандала, она вспомнила:
— Я ведь знала… — прошептала она, не открывая глаз. — Я знала, что она была тебе не чужая. Но видеть это — совсем другое. Это как… как будто кто-то напомнил, что ты когда-то выбирал не меня.
Карл чуть напрягся, но не отпустил её.
— Это в прошлом. Я выбрал тебя.
— Но она не исчезла, — прошептала Елис. — Она здесь. В этой же общине. Может подбежать, может коснуться тебя, может сказать что-то. А я… я всё время буду ждать, когда ты опять ничего не сделаешь сразу. Я не хочу так. Я не хочу быть запасным вариантом.
— Ты не запасной вариант, Елис. Ты — мой выбор. Каждый день.
Она вскинула на него глаза, полные слёз.
— Тогда почему я почувствовала себя чужой? Почему ты застыл, когда она тебя поцеловала?
— Потому что это было неожиданно. Я не знал, как среагировать в ту секунду. Но потом… Я не позволил ей пойти дальше. Я послал её. Ради тебя.
Елис молчала. Но её дыхание стало ровнее, а взгляд мягче.
— Я просто боюсь, Карл. Боюсь, что я люблю тебя сильнее, чем ты меня.
Он коснулся её щеки и сказал тихо:
— Тогда давай соревноваться. Кто кого сильнее полюбит.
Она улыбнулась сквозь слёзы и прижалась к нему.
— Считай, ты уже проиграл.
Ночь была тёплой, тишина в доме мягко окутывала их, когда Елис тихо заснула, положив голову на грудь Карла. Он не спал ещё долго — гладил её по плечу, прислушивался к её дыханию, думал обо всём, что они сказали друг другу. Впервые за долгое время он почувствовал страх — не перед зомби, не перед смертью, а перед тем, что может потерять её.
Утро пришло нежно: солнце пробилось сквозь занавески, и Елис первой открыла глаза. Она увидела Карла — всё так же рядом, с растрёпанными волосами и лёгкой улыбкой во сне.
Она тихонько выскользнула из объятий, села на кровати, поджала ноги и просто смотрела на него. Мысли о прошлой ночи всё ещё жгли, но уже не ранили. Напротив — ей стало как будто легче.
Карл приоткрыл глаза, потянулся и прошептал:
— Ты уже проснулась?..
— Угу, — она слегка улыбнулась. — Я думала.
— О чём?
Она медлила, потом села ближе:
— О том, что мы вчера почти всё сломали. Но при этом стали ближе. Странно, да?
Он сел рядом, накрыв её руки своими:
— Иногда нужно пройти через боль, чтобы понять, насколько тебе это важно. Насколько ты не хочешь терять.
— А ты ведь и правда меня не отпустил бы? Даже если я плачу и кричу?
Карл посмотрел на неё внимательно и серьёзно.
— Даже если ты проклянешь меня и скажешь уйти — я всё равно буду рядом. Потому что я люблю тебя.
Она шепнула в ответ:
— Тогда я больше не боюсь.
И они остались сидеть на кровати, укрывшись одним пледом, молча, но с ощущением, что теперь они стали по-настоящему «мы».
Вот как это можно красиво вплести:
---
Тишину нарушил стук в дверь. Карл напрягся, а Елис чуть отстранилась, быстро поправляя волосы.
— Карл? — послышался голос Джудит. — Папа тебя ищет. Он послал меня к тебе,но вообще то я....
- Джудит это срочно?- немного раздражённо спросил он
- папа сказал что да
Карл выдохнул, встретился взглядом с Елис.
— Я быстро, ладно?
Она кивнула, но в её взгляде мелькнула тревога.
— Только вернись.
— Обязательно, — прошептал он, коснувшись её лба губами.
Карл быстро обулся и вышел, а Елис осталась сидеть на кровати, прижав к груди подушку. В её голове уже роились мысли: "А если это что-то серьёзное? Опасность? Снова зомби? Или… Рик что-то узнал?"
Сердце стучало быстрее, будто предупреждая, что покой — вещь временная.
Карл вернулся через некоторое время. Когда он зашёл в комнату, Елис сидела на кровати, все так же обняв подушку. Карл заметил её беспокойное выражение лица.
— Всё в порядке? — спросил он, садясь рядом и наклоняясь, чтобы взглянуть ей в глаза.
Елис коротко кивнула, но не ответила. В её взгляде читалась какая-то тягостная мысль.
Елис тихо вздохнула, прижалась к Карлу и закопала лицо в его плечо. Она больше не хотела обсуждать свои страхи и сомнения. Это не значило, что она их забыла, но сейчас, когда Карл был рядом, она почувствовала, что ему можно доверять, что их связь крепка, несмотря на все.
— Я не буду больше об этом говорить, — прошептала она, её голос был тихим и уставшим. — Просто… иногда хочется понять, что для меня всё-таки важно.
Карл обнял её крепче, его рука гладко скользнула по её спине, успокаивая.
— Я понимаю. Ты не обязана мне объяснять все, что чувствуешь. Главное, что ты рядом. Мы всегда будем рядом.
Она подняла голову, посмотрела в его глаза и просто кивнула, не произнося больше ни слова. Она почувствовала, как напряжение начинает уходить, и внутри наступает тишина, покой, о котором она давно мечтала.
Он нежно коснулся её щеки, и они молча легли на кровать, в его объятиях. Весь мир за окном на какое-то время исчез, остался только их маленький уютный уголок, где были только они двое.
Когда утро ещё не успело окончательно вступить в свои права, Карл и Елис всё ещё лежали в кровати, нежно перебрасываясь словами, не спешив встать. Но Елис в какой-то момент перевернулась и, посмотрев на Карла, с улыбкой сказала:
— Ну всё, Карл, пора вставать! Весь день так пройдёт, если ты не поднимешься. Мы ведь не можем вечно валяться.
Карл лишь прищурился и потянулся, продолжая притворяться, что ему совсем не хочется вставать.
— Ещё минуту, — пробормотал он с улыбкой. — Ты же не хочешь, чтобы я был на полпути в сонном состоянии, правда?
Елис засмеялась, встала с кровати и подошла к окну, чтобы проверить, что происходит за пределами дома. Всё было спокойно, но она знала, что лучше не терять времени. Подойдя обратно к кровати, она снова сказала:
— Всё, пора, иначе мы действительно ничего не сделаем. Вставай уже!
Карл, наконец, поднялся, потянулся и сдался:
— Ладно, ладно, иду. Ты победила.
Они пошли вместе в ванную комнату. Там, под шум воды, они оба умылись, что-то весело перекидываясь, а затем, отошедшие от ванны, начали переодеваться.
Это был первый раз, когда Елис решилась переодеться перед Карлом. Она чувствовала лёгкое волнение, но Карл, похоже, этого не заметил, так как был занят собственным процессом. Однако Елис всё равно почувствовала себя немного неловко. Когда она закончила, она не могла не заметить, что Карл также как-то особенно быстро переоделся и немного поглядывал на неё.
Когда они оба были готовы, и чувствовали себя более собранными, они пошли на кухню. На столе уже стояли продукты, так что им оставалось только собрать завтрак. Карл начал жарить яйца, а Елис поставила чайник.
После того как они позавтракали, Елис предложила:
— Может, сыграем в монополию? У нас как раз есть немного времени.
Карл кивнул, улыбаясь:
— Давай, но ты знаешь, я всегда выигрываю, так что готовься.
Они начали раскладывать игру, как вдруг в дверь постучали. Это была Саша.
— Привет! Мы с Розитой и Абрахамом собираемся поехать в Хилтоп. Не хотите с нами?
Карл и Елис переглянулись, и оба с радостью согласились.
— Конечно, поехали, — сказал Карл.
Елис улыбнулась:
— Это будет интересно.
Так они прервали игру, собрали свои вещи и направились к выходу, готовые к новому дню.