Глава 30.
Следующий день проходил на удивление спокойно. Никто не нападал, не ссорился, никто даже не пытался напиться. Папа утром уехал в командировку, которая должна была продлиться целую неделю. Это давало мне небольшую передышку и возможность побыть наедине со своими мыслями. Проводив его, я сразу направилась в зал, где занималась балетом.
Часы пролетали незаметно. Я танцевала, танцевала и танцевала, пока не почувствовала, как напряжение, скопившееся за последние дни, постепенно отступает. Балет, несмотря на ту боль, что он когда-то причинил мне, действовал как успокоительное. Плавные движения, строгая дисциплина, концентрация на технике — всё это помогало отключиться от внешнего мира и сосредоточиться на себе.
После балета я решила сходить в тир. Взяв в руки привычный пистолет, я начала методично отрабатывать выстрелы, стараясь попасть точно в цель. «Вдруг папе понадобится хороший стрелок?» — мелькнула мысль. В этом мире лишним навыком владения оружием точно не будет. Запах пороха, резкий звук выстрелов, концентрация на мишени — всё это странным образом приносило удовлетворение и чувство контроля, которого так не хватало в обычной жизни.
Валера, надо отдать ему должное, не сдавался. Правда, методы его ухаживаний были... своеобразные. То жвачку подкинет, как дрессированной собачке (хорошо хоть не косточку!), то возьмет да и подкинет меня саму в воздух, словно я пушинка какая-то. Но главным инструментом его «обольщения» стали внезапные появления и исчезновения. Он возникал из ниоткуда, чмокал меня в щеку и, прежде чем я успевала что-либо сообразить, растворялся в воздухе, как привидение. И так весь день! Парень явно вдохновлялся ниндзя, а не кавалерами из романтических фильмов. Но я держалась. Решила, что нам обоим нужно время присмотреться друг к другу. «Посмотрим, на сколько тебя хватит, партизан-романтик», — думала я про себя, хитро улыбаясь.
Вечером я решила прогуляться с Айгуль. Конечно же, Вахит, как мой верный телохранитель, подвез меня до ее дома и, припарковавшись неподалеку, начал «ненавязчивое» наблюдение. Вахит, изображая агента КГБ под прикрытием, читал газету в машине, изредка поглядывая в нашу сторону. Наверное, думал, что мы с Айгуль будем обсуждать секретные планы по свержению правительства, а не новые выкройки из журнала "Работница".
Мы с Айгуль неспешно гуляли, наслаждаясь теплой весенней погодой. Время от времени останавливались, чтобы присесть на лавочку и обсудить свежие школьные сплетни. Перемывали косточки одноклассникам, хихикали над нелепыми ситуациями – обычные девичьи разговоры. Внезапно Айгуль помрачнела.
— Ой, ты же не знаешь, наверно... — начала она неуверенно. — Помнишь Ритку Самохину? Из параллельного класса?
Я кивнула. Ритка Самохина... Тихая, скромная девушка. Никогда ни с кем не конфликтовала, училась средне. Лицо у меня вытянулось – ждала чего-то нехорошего.
— Говорят... какая-то банда изнасиловала ее возле подъезда, — прошептала Айгуль, и по ее спине пробежал холодок. — Возвращалась поздно вечером и вот...
Айгуль замолчала, не в силах продолжить. Я тоже молчала, пытаясь осмыслить услышанное.
— Представляешь, пять парней на одну девушку, — добавила Айгуль сдавленным голосом. — Я даже не представляю, какого ей сейчас...
Я сидела, парализованная ужасом. Эта новость ударила меня как обухом по голове. В голове крутился один и тот же вопрос: "Как такое возможно?"
Меня словно окатило ледяной водой. Вспомнила Вахита, который неотступно следовал за мной тенью, оберегая от любой потенциальной опасности. Меня охраняли, заботились о моей безопасности. А другие? Почему невинные девушки должны терпеть выпадки неадекватных животных, становясь жертвами чужой жестокости и безнаказанности? Это было невыносимо несправедливо. Чувство страха смешалось с гневом и горечью. Мир вокруг казался враждебным и опасным местом.
Мысли о Ритке не покидали меня даже после того, как мы попрощались с Айгуль. Всю дорогу домой я молчала, погруженная в тяжелые раздумья. Вахит, как обычно, был за рулем, изредка поглядывая на меня в зеркало заднего вида. Я видела в его взгляде немое вопрошание, но не могла заставить себя рассказать о том, что услышала.
Внезапно на меня накатила волна благодарности к этому молчаливому, всегда готовому прийти на помощь человеку. Да, изначально его ко мне «приставил» отец. Но со временем наши отношения переросли в настоящую дружбу. Вахит заботился обо мне не по обязанности, а по велению сердца. Он стал мне как старший брат, защитник, на которого всегда можно положиться.
Когда мы подъехали к дому и вышли из машины, я не выдержала. Подошла к Вахиту и крепко обняла его. Он сначала немного опешил, но потом ответил на объятие, похлопав меня по спине.
— Что-то случилось? — спросил он тихо.
Я покачала головой, не желая озвучивать страшную новость. Не хотела омрачать и без того тяжелый день.
— Просто... спасибо тебе, — прошептала я, чувствуя, как к горлу подступает ком.
Сегодня я, похоже, превратилась в мисс Сентиментальность. Но разве плохо иногда позволить себе быть немного слабой и благодарной тем, кто рядом?
Пройдя в дом, мы с Вахитом замерли на пороге. Нас встретила непривычная, давящая тишина. Мы переглянулись, вспоминая похожую ситуацию пару месяцев назад, когда в дом забрался один из «медведей». В зале царил полумрак, и ни звука не доносилось из обычно оживленных комнат. Шестое чувство подсказывало, что что-то не так.
Вахит, действуя на автомате, достал из кобуры пистолет. Я, следуя его примеру, вытащила из кармана небольшой складной нож, подаренный отцом. Сердце бешено колотилось в груди.
— Оставайся здесь, — коротко приказал Вахит, бесшумно двигаясь в сторону гостиной.
Я застыла на месте, напряженно вслушиваясь в каждый шорох. Сжимала в руке нож, пытаясь справиться с нарастающей паникой.
Вахит вернулся через несколько минут.
— Никого, — прошептал он, но напряжение не спадало. — Но что-то тут нечисто.
Мы оба были настороже, готовые к любому повороту событий. Вдруг мой взгляд упал на записку, лежащую на кухонном столе. Она словно светилась в полумраке.
«Я заберу все, что вы у меня отняли», — гласила надпись, сделанная неровным, каким-то лихорадочным почерком.
Я подозвала Вахита. Мы вместе склонились над запиской, пытаясь определить автора. Почерк был нам обоим незнаком.
— Вахит, ты знаешь, от кого это может быть? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, без намека на дрожь.
— Точно не уверен, — ответил он, нахмурившись. — Это мог быть кто угодно. Меня больше интересует, где все...
Его слова повисли в воздухе. Дом был пуст. Отца, парней – никого. Тревога с новой силой сжала сердце. Куда они могли исчезнуть? И что означала эта зловещая записка?
Мы с Вахитом решили проверить казарму, расположенную неподалеку от дома. Мы быстро направились в соседний дом. Здание казармы выглядело безжизненным, окна темнели пустыми глазницами. Сердце тревожно сжималось.
Тихо открыв дверь, мы вошли внутрь. Нас встретила гнетущая тишина. Казарма была пуста. Дюжины парней, которые обычно толпились здесь, исчезли без следа. Даже привычный гул голосов и смеха отсутствовал. Только гулкая пустота. Ни записок, ни каких-либо указаний на то, куда все могли деться. Эта зловещая тишина пугала больше всего.
— Что здесь произошло? — прошептала я, ощущая, как мурашки бегут по коже.
Вахит лишь молча покачал головой. Он тоже был явно озадачен и встревожен. Мы решили вернуться домой, не теряя бдительности. Всю дорогу я лихорадочно пыталась вспомнить все разговоры с отцом. Вдруг он упоминал что-то важное, какую-то деталь, которая могла бы пролить свет на происходящее, но я просто забыла? Я напрягала память, но в голове была пустота. Нет, отец ничего не говорил. По крайней мере, ничего такого, что могло бы сейчас помочь.
Тем временем Вахит пытался дозвониться до второй казармы, находящейся на другом конце города. Но и там никто ничего не знал. Парни исчезли, словно растворились в воздухе. Тревога нарастала с каждой минутой.
Я села на диван, чувствуя себя совершенно потерянной. Мысли путались, не складываясь в единую картину. Что происходит? Куда исчезли все? И кто этот таинственный незнакомец, оставляющий зловещие записки?
Внезапно резкий стук в окно прервал мои размышления. Я вздрогнула от неожиданности. Кто-то постучал и тут же скрылся в темноте. Вахит бросился к окну, но не стал преследовать неизвестного.
— Он ничего не сделает, — буркнул он, возвращаясь. — Просто хочет поиграть в кошки-мышки.
На подоконнике лежала еще одна записка. На этот раз в ней указывалось время и место встречи. «Детские игры какие-то», — подумала я с раздражением.
— Вахит, что все это значит? — спросила я, чувствуя, как во мне нарастает отчаяние.
— Знал бы я, давно переубивал всех к чертовой матери, — процедил Вахит сквозь зубы. Его настроение явно было хуже некуда.
Я еще раз перечитала записку. Время и место были указаны предельно четко. Внезапно меня охватила странная решимость. Хватит сидеть и ждать! Нужно действовать.
— Собирайся, — сказала я, глядя Вахиту прямо в глаза. — Мы едем.
***
Зайчики, напоминаю , что у меня есть тгк
Мне очень важно знать, ждете ли вы новую главу, понравилось ли вам. Так что в тгк можно все обсудить💋
Тгк: княжна🫶🏻
@knyazhnas
https://t.me/knyazhnas