Глава 25.
Домой мы добрались поздно вечером, уже стемнело. Дом встретил нас тишиной и покоем. Диляры уже не было, скорее всего, она ушла к себе домой. Вова, как обычно, был в казарме. Отец, устало кивнув нам, отправился в свою спальню. Марат, Вахит и Валера, оживлённо переговариваясь, направились в комнату Валеры, что была нетронутой.
Я же, совершенно измотанная долгой поездкой и эмоциональными переживаниями, решила не откладывать отдых в долгий ящик. Выяснение отношений с Валерой могло подождать до утра. Сейчас мне просто отчаянно хотелось принять душ, залезть в свою мягкую кровать и закрыть глаза. Поэтому, коротко попрощавшись с ребятами, я поплелась в свою комнату.
Помывшись в тёплой воде, которая смыла с меня всю дорожную пыль и усталость, я с наслаждением залезла под одеяло. Чистые простыни приятно холодили кожу. Чувство завершённости дня и глубокого спокойствия окутало меня, словно мягкое облако. Выключив свет, я почти мгновенно провалилась в сон.
Проснулась я глубокой ночью от ощущения тяжести на матрасе и лёгкого прикосновения к своему лицу. Не открывая глаз, я уже знала, кто это. Валера. Ну хоть роман пиши, — мелькнула шальная мысль. Он нежно убрал прядь волос с моих глаз. Я открыла глаза и посмотрела на него, ничуть не удивившись его появлению.
— Ты прям как маньяк, — пошутила я, приподнимаясь на подушке и сонно потирая глаза. — Ты почему не спишь?
— Я слишком красив для маньяка, — парировал Валера, и уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке. — Не спится.
Несмотря на радость от его присутствия, меня не покидало странное ощущение. Вроде бы я так сильно по нему скучала, а вроде бы передо мной был совершенно незнакомый человек. Словно между нами образовалась какая-то невидимая стена. Я села на кровати, сокращая расстояние между нами. Мы молча смотрели друг другу в глаза, словно пытаясь разгадать тайны, скрывающиеся в их глубине.
— Кто же ты такой? — прошептала я, скорее обращаясь к самой себе, чем к нему.
— Тот, кого ты пожелаешь, — ответил Валера, его голос был низким и хриплым.
Его ответ вызвал целый ураган бабочек в моем животе. Разве можно влюбиться в человека, почти ничего о нём не зная? Да ещё и за такое короткое время?. Ответ, казалось бы, очевиден. Но я не собиралась сдаваться так быстро. Мне нужно было узнать его, понять, что скрывается за этой маской безразличия и показной жестокости.
— Расскажи что-нибудь, — потребовала я, устраиваясь поудобнее на подушке и накрываясь одеялом.
Валера явно ожидал другого развития событий, но я не собиралась давать ему то, чего он хотел. Пока что. Он глубоко вздохнул и, не спрашивая разрешения, лёг рядом со мной.
— Свою первую наколку я набил в шестнадцать лет, — начал он свой рассказ. — Она ассоциируется с переменами в моей жизни. Именно тогда я пришился к группировке Павла Андреича. Тогда всё и пошло наперекосяк.
— А что за тату? — поинтересовалась я, с любопытством глядя на него.
Валера сел на кровати и включил ночник. Мягкий тёплый свет залил комнату, создавая уютную атмосферу. Валера приподнял футболку, обнажив левую часть груди. Под сердцем красовалась татуировка чёрного лебедя. Она была красива, хоть и немного кривовата, словно её делал непрофессионал. Я завороженно рассматривала рисунок, погрузившись в свои мысли.
У него есть тату чёрного лебедя... Как он меня называл... Лебедь.
Но мой взгляд привлекли не только изящные линии татуировки, но и многочисленные шрамы, которые покрывали кожу вокруг неё. Какие-то были тонкими белыми полосками, другие — грубыми, рваными. Я невольно протянула руку и приподняла другую часть футболки Валеры. Там, на правой стороне груди, были такие же шрамы. Ножевые, пулевые... Меня словно током ударило. Сколько же он пережил....
— Я, конечно, знал, что ты без ума от меня, но не до такой степени, — пошутил Валера, пытаясь разрядить обстановку. Но мне было не до смеха.
Заметив моё хмурое лицо и покрасневшие глаза, в которых уже начали скапливаться слёзы, Валера вздохнул, убрал мои руки с его футболки и крепко обнял меня.
Он прижал меня к себе так, словно боялся, что я могу исчезнуть. Я уткнулась лицом в его грудь, чувствуя, как по щекам текут горячие слезы. В этот момент все шутки и сарказм куда-то испарились. Осталась только боль, которая пронзала меня насквозь при виде этих шрамов — безмолвных свидетелей его тяжелой жизни.
— Тише, тише, мелкая, — шептал он, гладя меня по волосам. — Всё уже позади.
— Как... как ты...? — сквозь слезы пыталась спросить я, но слова застревали в горле.
Валера молчал, лишь сильнее прижимая меня к себе. Мы так и лежали, обнявшись, в тишине, нарушаемой лишь тихим посапыванием Валеры и моими всхлипами. Ночник отбрасывал на стены причудливые тени, а воздух в комнате словно наэлектризовался от наших эмоций.
— Расскажешь мне когда-нибудь? — прошептала я, когда рыдания немного утихли.
— Когда-нибудь, — ответил он, целуя меня в макушку. — А сейчас спи. Уже поздно.
Я послушно закрыла глаза, чувствуя, как меня окутывает тепло его тела. Несмотря на все вопросы, которые роем вились в моей голове, я чувствовала себя в безопасности. Рядом с ним. И это было сейчас самым главным. Засыпая, я думала о том, что этот человек, который казался таким жестоким и безразличным, на самом деле способен на нежность и заботу. И от этой мысли на душе становилось тепло и спокойно. Завтра будет новый день, и я обязательно узнаю его историю. А пока... пока я просто буду наслаждаться этим моментом близости.
После того, как мои дыхание стало ровным и глубоким, и я окончательно провалилась в сон, Валера осторожно высвободился из моих объятий. Он ещё какое-то время сидел на краю кровати, смотря на моё мирно спящее лицо, а затем, бесшумно поднявшись, накрыл меня одеялом. Тепло его тела ещё какое-то время ощущалось на простынях рядом, словно немой привет от только что разыгравшейся сцены. Он тихо вышел из комнаты, оставив после себя лишь призрачное ощущение его присутствия и едва уловимый запах его одеколона.
***
Зайчики, напоминаю , что у меня есть тгк
Мне очень важно знать, ждете ли вы новую главу, понравилось ли вам. Так что в тгк можно все обсудить💋
Тгк: княжна🫶🏻
@knyazhnas
https://t.me/knyazhnas