ʀᴇᴅ ᴍᴏᴏɴ

«Конéц — предел, последняя грань»

ʀᴇᴅ ᴍᴏᴏɴ

[4 сентября 2021 года]

Эти два дня я провела в своей комнате, даже не выходя поесть или попить. Я без понятия, приходил ли Сонхун в ту ночь. У меня была апатия, которая накрывала весь дом. Я уверенна, что мама, тётя Лаура и дядя Минсок тоже её чувствовали. Мы все были не в себе из-за осознания, что папы больше нет.

Но я ещё не до конца осознала. Мои глаза не были полны слёз, внутри ничего не переворачивалось, скручивалось, а в голове совсем не присутствовали навязчивые мысли о том, что это моя вина. Я просто не верила или не хотела верить, что за такой короткий срок прибывания в этом городе, я успела потерять двух самых родных мне людей. Это не то, что выбило меня из колеи – это заставило ничего не чувствовать. Ничего не чувствовать намного хуже, чем испытывать страх, страдания от потери близкого. Ты понимаешь, что больше не увидишь его, не обнимешь, а у меня этого не было. Я будто чувствовала, что ещё одна встреча с Сонхуном и я просто пойду в след за отцом и братом.

Что случилось с Хисыном и Чонвоном я тоже не знаю. НинНин мне звонила все эти дни и писала, но я просто не в состоянии, чтобы общаться с кем-то, хотя мне до безумия хочется узнать, что с ними. Я прекрасно помню, как Ичжоу подбежала к мальчикам, у которых был кошмар на лице. Но уже через секунду я начала сама испытывать свой собственный кошмар наяву. Лишь от его имени меня бросало в дрожь, хотелось скрыться от чувства лишних глаз в комнате, но я не знала как. Я чувствовала, что он всегда рядом, питается моими страданиями и страхами, наблюдает с улыбкой на лице, как я пытаюсь понять, что происходит.

Сейчас я точно понимала только одно: нужно уезжать. Это не моя паранойя, это не страшный сон, которым я бы хотела оправдать всё случившееся – это правда происходит. Неизвестно, что будет дальше. Я совершенно не знаю на что способен этот Пак Сонхун и кем он является на самом деле. Уверенна, он не человек. Легенда правдива, и лучше бы я дальше была реалисткой, которая не верит в такую чушь, но сейчас мне страшно лишь от мысли, что за мной может наблюдать кто-то, а мне остаётся только бояться, чувствуя этот взгляд, но точно не зная кажется мне это или кто-то правда стоит за моим окном.

Пора вставать. Я была настроена решительно, чтобы убедить маму уехать отсюда. Мне страшно, некомфортно, беспокойно находиться в Алукарде, и маме, скорее всего, тоже. Ей сложнее, чем мне, ведь она потеряла сына и мужа. Она была связанна с ними не то что морально, а физически. Сейчас я единственная надежда у неё, а она – у меня.

— Мам? — она сидела на кухне за кружкой кофе. Запах заполнял весь дом, обходя лишь мою комнату, в которой поселилась темень. — Нужно поговорить.

— Да, Карина, ты права, — она сделала глоток и с грохотом поставила кружку на стол, разливая немного. — Ты хочешь уехать. Я тоже хочу, но не могу.

— В смысле «не могу»? — мои брови метнулись вверх. Я внимательно наблюдала за мамой, сидя напротив. Её лицо выражало лишь усталость: синяки под опухшими глазами, недавно появившиеся морщинки, опущенные уголки губ. Она словно постарела за полмесяца проживания здесь. Меня это пугало.

— Вот так, Джимин! — она резко поднялась, роняя стул позади себя. — Он сказал, что два раза не повторяет!

Голова закружилась, перед глазами забегали разноцветные блики. Мне стало дурно. В мыслях сразу же зарисовался портрет Сонхуна. Тот момент, когда всё началось, когда он сказал, что два раза не повторяет. Я будто снова проваливалась в ту же пропасть, что и в лесу. Вокруг стало темно.

На миг я перестала понимать кто я и где я. Но в следующую секунду веки разомкнулись, и я снова увидела маму, пьющую кофе напротив меня. Обстановка вернулась в то же русло, но мигрень не проходила.

— Мам, пожалуйста, давай уедем, — я взяла её руки в свои, скрещивая пальцы. Надежда – единственное чувство, которое заполняло меня. Я будто снова попала в то время, когда искала Феликса. Я чувствовала то же самое, что и сейчас.

— Да, — она наконец опустила свои разбитые, без прежнего блеска, глаза на меня, сжимая руки. — Мы прожили здесь десять лет, но видимо не судьба, раз произошло столько плохого, — я не обратила внимание на срок, который она назвала, ведь была рада, что наконец сможем уехать.

— Тогда давай собираться, — хотелось как можно скорее покинуть этот город и забыть его, как страшный сон.

— Я думаю, что завтра уже поедем. Так что сходи попрощайся с уже старыми друзьями, — она встала, убрала кружку в раковину и покинула кухню со словами: «Соберу вещи. Твои тоже».

Я накинула куртку и побежала к НинНин. Во мне не было грусти, ни чуточки, а наоборот – я была безумна рада, что бегу прощаться со всеми. Никогда бы не подумала, что так будет.

На улице было пасмурно. Погода словно вышла из моей комнаты и преследовала, следуя каждому шагу, докладывая всё Пак Сонхуну, которому просто не терпелось снова вытворить, что-то после чего я бы чувствовала себя в ином мире, словно вовсе не живая, а кукла, марионетка в его руках, которой он развлекается. А всё из-за моего хотения найти брата.

Во всех книжках, фильмах всегда побеждало добро, и я считала, что так и в жизни, но видимо мне стоило быть настоящей реалисткой, а не думать, что я являюсь таковой лишь из-за того, что не верю в деда мороза. Я была глупа. Я и остаюсь глупой. Слишком туплю для своих двадцати восьми лет. Нет. Мне не двадцать восемь, мне восемнадцать. Что за чушь?

— Джимин? — меня окликнули сзади, и я повернулась. Всё тело наполнило чувство радости, которое испытывать мне было, почему-то, очень тяжело. — Это я – Эри! Забыла, что ли?

Но передо мной была совсем не Утинага Эри. Вместе красных волос, которыми я восхищалась, были чёрные, подстриженные под каре. Её идеальные изгибы были спрятаны под длинной шубой, достаточно дорогой на вид. Губы намного больше, чем были, а глаза без былого блеска. Что с тобой стало, Эри? И Эри ли ты вообще?

— Ю Джимин, ну ты чего? — она подошла ближе и обняла, оставляя невесомый поцелуй на правой щеке. — А ты, я смотрю, совсем не изменилась! Как была красоткой, так и осталась. Завидую, на самом деле.

— Что с тобой стало за эти два дня? — я искренне не понимала и вглядывалась в её новый образ, в надежде найти прежнюю, прекрасную Утинагу.

— Какие два дня, подруга? Десять лет прошло! Ты то осталась в этой барахолке! Вообще в шоке с тебя. Столько произошло, а ты так и не съехала.

— Повтори.

— Я два раза не повторяю.

— Что? — вопросы заполняли голову, но я чувствовала, что ответов не получу. Я осознавала, что это всё Сонхун. Он снова, что-то придумал, чтобы помучать меня за непослушание.

— Да ты вообще с катушек слетела, дорогая моя, — Эри кинула на меня косой взгляд и пошла дальше, оставляя меня позади.