sinful kids

❗️данный фанфик — всего лишь моя выдумка, не более! я взяла только внешность и примерные характеры персонажей, но ни в коем случае не пытаюсь их как-то оскорбить/осквернить. для душнил вновь напоминаю, что это всего лишь моя фантазия❗️

метки к данной главе: dirty talk, pwp, засосы/укусы, кинк на похвалу, петтинг, стимуляция руками, фроттаж

——————————

— Сыграем в бутылочку, хен?

Глаза Джисона неестественно загораются от предвкушения, он вбирает в рот нижнюю губу, оставляя на ней следы от острых зубов. Он с надеждой и совсем детской наивностью смотрит на старшего, покручивая в небольшой руке пустую бутылку из под колы.

— Но ведь мы здесь одни, — осекает его Минхо. Джисон ожидал именно такого ответа, но огонь в его глазках-бусинках разгорается лишь сильнее.

— И это значит, что тебе в любом случае придется целовать меня, — тянет Джисон, пока его губы растягиваются в довольной улыбке. Минхо залипает на то, как его верхняя губа исчезает, обнажая ряд белоснежных зубов.

Хан знает, как сильно старший слаб перед ним, как сильно он любит целовать его, так что Джисон лишь тихо фыркает от предсказуемости Минхо, слыша отчетливое:

— Я согласен.

Минхо ухмыляется в привычной манере, по-кошачьи прищуриваясь.

Джисон в душе ликует; усаживается на пол рядом с Минхо, кладя пустую бутылку на середину. Облизывает пересохшие губы и ерзает на месте от переполняющего чувства радости, за что на него злобно шикает старший, прося сидеть ровно.

Короткие грубоватые пальцы раскручивают бутылку; оба парня затаивают дыхание, несмотря на то, что они находятся вдвоем, и горлышко в любом случае укажет на кого-то из них. Минхо гипнотизирует пристальным взглядом бутылку и закусывает губу, когда она, замедляясь, указывает запотевшим горлышком на Джисона. Хан широко улыбается, когда Минхо неуклюже ползет к нему на четвереньках, взбираясь на его колени.

— М-м, куда мне поцеловать тебя, Сонн-и? — задумчиво протягивает Минхо, игриво приподнимая подушечками пальцев чужой подбородок. Уголки его губ непроизвольно тянутся вверх, а верхняя губа выставляет на показ миловидные — по скромному мнению Джисона, — кроличьи зубки. — Может, в щеку? Они у тебя такие мягкие и пухлые.

Минхо больше для вида щиплет Хана за щеку, прежде чем быстро клюнуть его в скулу. Плечи Джисона сотрясаются от нежного хохота, он обхватывает руками тонкую талию старшего, постукивая пальцами по его бокам. Хан подмигивает и, нехотя убирая одну руку с чужой талии, указывает пальцем на собственные губы, сладко причмокивая ими. Минхо кокетливо хихикает, ведя подушечками пальцев по его переносице.

— Ты хочешь, чтобы я поцеловал твой очаровательный носик? Ну же, Хан-и, ты должен сказать мне, чего ты хочешь, — Минхо нагло, но совсем по-доброму смеется, щелкая младшего по носу и получая за это порцию неразборчивых возмущений. — Используй слова, бельчонок.

Ли ведет пальцами по чужой бархатной коже, разглаживает небольшие складки, образовавшиеся от того, что Джисон свел аккуратные брови к переносице. В голове Минхо проскакивает слово «забавный» и он прыскает в кулак от несдержанного смеха. Джисон же вновь хмурится и бормочет что-то невнятное, крепче сжимая руками чужую талию чуть ли не до синяков.

— Я хочу, чтобы ты поцеловал меня в губы, хен, — облизывается Хан, хитро прищуриваясь.

Вокруг его глаз-полумесяцев образуются небольшие морщинки, и в этот раз Минхо все же сдерживает порыв легкого смеха от умиления и заторможенно кивает.

Джисон приближается к лицу старшего, их носы соприкасаются, и Хан прикрывает глаза, когда Минхо, наконец, касается его губ своими.

Поцелуй совсем невинный, детский, нежный и неторопливый: Минхо тихо мурлычет в чужие губы, зарываясь короткими пальцами в отросшие волосы на затылке и притягивая Хана ближе к себе. Он с упоением выцеловывает его уста, зализывает каждую ранку и впадинку, оставленную от вредной, и, пожалуй, самой раздражающей привычки Джисона постоянно грызть собственные губы. В голове сплошная каша, поцелуй медленно переходит в более взрослый и чувственный — он весь пропитан искренностью и неиссякаемой нежностью.

Минхо обхватывает руками пухлые щеки Джисона, скользит языком в его рот, проходясь кончиком по ряду ровных зубов. Джисон тихо поскуливает в чужие губы, усиливая хватку на талии и выбивая из старшего тихое шипение, которое он тут же сцеловывает, не давая перевести дыхание. Горячий язык Минхо ласкает его собственный, и Джисон в буквальном смысле от этого течет.

Он шумно сглатывает, чувствуя, как чужая эрекция трется о его напряженный пресс.

Поцелуй всего за мгновение становится отчаянным, грязным и мокрым; хлюпающие звуки заполняют небольшую комнату и заставляют Джисона вздрогнуть. Возбуждение ударяет в голову и бьет по вискам не хуже выпитого ранее соджу, отдаваясь сильной пульсацией в висках и паху. Низ живота начинает приятно покалывать, и Хан тихо стонет в чужие губы, когда его болезненно твердый член неприятно упирается в ткань обтягивающих джинсов.

Минхо внезапно отрывается от его губ с громким хлюпом, их рты связывает тонкая ниточка слюны, на которую завороженно смотрит размякший от страстного поцелуя Джисон.

— Это было невероятно, — выдыхает Минхо в губы младшего, разрывая нить слюны. — Ты невероятен, Сонн-и.

От похвалы член предательски дергается в штанах, и щеки Джисона заливаются краской, заставляя его опустить голову в пол. Узловатые пальцы Минхо перехватывают подбородок и приподнимают его голову. Старший смотрит с искренней нежностью, но Хан подмечает кое-что еще: в его блестящих глазах плещется абсолютно нескрываемая похоть; горячие руки ненавязчиво скользят по груди Джисона, поглаживая через ткань футболки набухшие бусины сосков. Хан не может сдержать удовлетворенное мычание, когда Минхо играется пальцами с его сосками, параллельно потираясь возбужденным членом о его пресс.

Губы Джисона трясутся, невербально умоляя, и Хан откидывает голову, покорно обнажая шею. Его тело пробивает мелкая дрожь, а изо рта вырывается тихий скулеж, стоит старшему припасть губами к шее — к тому месту, где проступающие от напряжения вены отдаются пульсацией на языке. Минхо с упоением вылизывает солоноватую кожу, прижимается губами к обнаженным участкам, оставляя мокрые поцелуи; параллельно прокручивает чувствительные бусины сосков, покрывая шею Джисона алеющими засосами и тут же оставляя на помеченном месте невесомые поцелуи.

— Х-Хен! Хо-я, стой!

Джисон задыхается, захлебывается в собственных чувствах. Цепляется руками за чужие крепкие плечи, до синяков впиваясь пальцами в бархатную кожу, укрытую лишь тонкой тканью растянутой футболки, громко всхлипывает и скулит на ухо побитым щенком, вскидывая вверх напряженные бедра. Минхо с утробным рыком и остервенелой страстью вгрызается в нежную кожу, впивается резцами совсем рядом с ключицами, кусает до кроваво-красных пятен, а после вылизывает чужую шею, мурлыча, словно ласковый котенок.

Хана ведет от этих перепадов, от нежности, гармонирующей с резкостью, от холодных рук на его груди, контрастирующих с горячим языком, блуждающим по его шее, от едва слышных низких стонов Минхо и собственного громкого хныканья на верхних октавах.

— Такой сладкий, Сонн-и, — старший воркует в перерывах между мокрыми поцелуями с лукавой улыбкой на устах, одной рукой зарываясь в джисоновы отросшие волосы на затылке, а другой — исследуя грубыми пальцами чужую чувствительную грудь. — Самый прекрасный.

— Х-Хен, ну хватит, — член предательски дергается в штанах от ненавязчивой похвалы, а щеки заливаются краской. Джисон жмурится и издает громкий писк, когда Минхо прикусывает кожу рядом с бешено дергающимся кадыком. — Стой, Хо-я!

Минхо на это лишь издает тихий смешок, наклоняясь к уху младшего и, прикусывая мочку, издевательски шепчет тихое:

— Нравится?

Безусловно, Джисону нравится.

Нравится то, что Минхо мучает его, доводит до исступления и исследует его эрогенные зоны, надавливая на нужные точки, чтобы Хан захлебнулся в чувствах, смешивающихся с возбуждением и непреодолимым желанием кончить. Нравится то, как старший старается ему угодить, как он с хитрой улыбкой пытается найти определенные места, чтобы доставить ему удовольствие, чтобы помочь ему достичь пика наслаждения.

Джисону это льстит, и его губы расплываются в кривой, но искренней улыбке, пока Минхо продолжает помечать его шею, не оставляя на ней живого места.

Крепкие руки скользят выше, задирая футболку, а узловатые пальцы забираются под тонкую ткань, нащупывая набухшие бусины и обжигая их ледяными прикосновениями. Джисон прогибается от такого контраста температур, тело невероятно ломит от не самого удобного положения, но Хан не обращает на это внимания. Он хочет лишь одно — кончить.

Губы сжимаются в тонкую полоску, а тихое мычание отдается эхом. Минхо прокручивает между пальцами ареолы чувстительных сосков, сжимает и трет их подушечками пальцев, заставляя Джисона сорваться на отчаянное хныканье. Его эрекция трется о пресс Минхо, из набухшей головки сочится предэякулят, пачкающий белье и пижамные штаны, и Джисон вызывающе стонет, когда трение усиливается — Минхо ерзает на его бедрах, потираясь своим стояком о чужой. Это выбивает разморенного Джисона из колеи — он отчаянно хнычет, в уголках прищуренных глаз скапливаются слезы удовольствия от сверхстимуляции, сопровождающейся мимолетной болью в паху.

— Так хочешь кончить? — риторический вопрос. Минхо нагло усмехается, сильнее ерзая на чужих дрожащих бедрах, и хрипло смеется, чувствуя пятно природной смазки возле своей задницы. — Ох, детка, ты такой мокрый, а ведь я не сделал ничего особенного. Маленький нуждающийся бельчонок. Как мило.

На его губах проскальзывает мимолетная улыбка, которую всего за секунду сменяет привычный оскал.

— Господи, х-хен, я очень хочу кончить, — Джисон жмурится, нашептывая словно мантру. Жмется ближе к разгоряченному телу и хнычет от тщетных попыток достичь долгожданного оргазма. — Позволь мне, хен..

Старший одобряюще кивает, и Джисон тихо вскрикивает, когда чувствует чужие ледяные пальцы, цепляющие кромку пижамных штанов. Его член идеально ложится в раскрытую ладонь Минхо.

Минхо обхватывает у основания, создает из пальцев плотное кольцо и водит по стволу вверх-вниз, размазывая по всей длине выступающий предэякулят. Громкое хлюпанье природной смазки отдается эхом в небольшой комнате, и Джисон закрывает руками свое пылающее от смущения лицо.

— Ну же, Хан-а, не прячься, — Минхо воркует с нежной улыбкой на губах. Наклоняется непозволительно близко, оставляя невесомый поцелуй на чужой костяшке. — Я хочу видеть тебя.

Слышится тихий всхлип, прежде чем Джисон убирает руки от раскрасневшегося лица и вновь цепляется ими за чужие ссутуленные плечи. Минхо тихо мурлычет где-то возле уха, потирая чувствительную головку большим пальцем.

Джисон откидывает голову назад и прикрывает глаза, чувствуя, что долго не продержится, на что Минхо начинает быстрее водить рукой по основанию с громким хлюпом, толкаясь ногтем в уретру. Хан издает громкий стон и резко прижимается своими губами к губам Минхо, обильно изливаясь в его руку. Он почти до крови кусает чужие губы, с громким мычанием зализывая ранки, и всхлипывает в них, когда старший размазывает остатки спермы по его животу.

Белесые полосы стекают по ладоням Минхо, с тихим стуком падая на пол, и Хан устало выдыхает, зарываясь носом в изгибы чужой шеи и вдыхая еще давно полюбившийся аромат кокосового геля для душа.

Минхо треплет младшего по голове, натягивая на него штаны, и показательно цокает, замечая огромное белое пятно на собственных штанах. Джисон шипит, когда Минхо слезает с его затекших бедер и подхватывает размякшее тело Хана на руки, оставляя на макушке невесомый поцелуй.

— Ну что, бельчонок, теперь твоя очередь крутить бутылочку.

————————————

она решила перенести сюда свой сборник драбблов.... да...
эти минсоны капец какие старые и кринжовые, но они все еще являются частью сборника, так что да....
и да, ржу с того, что это мои почти первые и скорее всего последние минсоны, лол—
ставьте звездочки, если вам понравились эти глупые невдупленыши, и следите за обновой, потому что вас ждет еще мнооооого интересного ((((: