Monogamy

Сегодня, утро было совсем другим. Воздух был другой, комната будто поменялась, а постель была не такая холодная, как раньше. Я улыбнулась самой себе и открыла глаза. Погода за окном была пасмурной, но у меня было чувство, будто я под ярким солнышком, которое греет меня и мою душу своими тёплыми лучиками.
На сегодня планов не было совсем, потому что учёба намечалась на завтра, а о встрече с Лив и речи не может быть, так как всё своё свободное время она старается проводить с Гарри.
Лениво потянувшись, я всё же встала с постели и взглянула на часы. Восемь часов утра. После душа я сделала себе завтрак из хлопьев и молока, после чего, удобно расположилась перед телевизором. С самого детства я не любила утренние передачи, но именно сегодня, я решила посмотреть одну из них. Мой взгляд то и дело падал на телефон, в ожидании нового сообщения или звонка, но потом я вспомнила, что Найл не любит просыпаться рано, и скорее всего сейчас он спит.
Скажу честно, сейчас в моей голове творится непонятно что. Вчерашний инцидент окончательно завёл меня в тупик. Я не знала, как мне вести себя при новой встречи с ним. Обнять? Поцеловать? Что мне делать? Найл поцеловал меня вчера, и я охотно ответила ему, но тот поцелуй не скрепил нас отношениями или дружбой. Всё слишком сложно. Поэтому, мне хотелось как можно быстрее поговорить с ним, чтобы разъяснить всю ситуацию и поставить жирную точку на нашей путанице. По крайней мере, на моей.
Остальные три часа я попусту лежала на диване и пялилась в телевизор. Передача оказалась очень даже ничего, и я решила, что иногда буду смотреть в выходные дни телевизор. Телефон всё также лежал без движения, и это очень огорчало. Когда моя пятая точка окончательно устала от дивана средней жесткости, я решила устроить уборку. Взяв в руки тряпку, я стала вытирать пыль по всему дому и напевать песню Эда Ширана. На моём, ещё сонном лице, была глупая улыбка. Найл был в моей голове постоянно.
Как только работа с пылью подошла к концу, я начала мыть полы. Квартира была небольшой, но меня ужасно утомило это занятие. Слава Богу, я закончила мыть полы, когда в дверь постучали. Мимолётно взглянув в зеркало, я ужаснулась. Волосы были сильно растрёпанны, майка мокрая и грязная. Пришедший не давал мне времени чтобы переодеться, настойчиво стучась в железную дверь. Я горько пожалела о том, что не переодела эту чертову майку и не помыла лицо, когда увидела перед собой Найла. В отличии от меня, он был одет аккуратно и со вкусом, как обычно. Наверное, от меня несло потом, в то время как от него исходил приятный запах дорогого одеколона.
- Привет, - он слегка улыбнулся, я тоже.
- Привет, проходи, - я отошла в сторону, дав ему возможность зайти.
Найл сразу же прошёл в убранную гостиную и присел на диван.
- Я переодену майку и вернусь, - быстро пролепетала я, удалившись в свою комнату.
Быстро натянув чистую футболку, я поправила волосы и вышла обратно. Парень разглядывал мои совместные фотографии с мамой. Я улыбнулась и встала возле него.
- Мама?
- Да.
- Красивая.
- Спасибо.
- Вы очень похожи.
- Многие так говорят, хотя я редко вижу сходство. Что-то случилось? - блондин поставил фото и повернулся ко мне.
- Что-то должно было случится?
- Нет, просто, я имею ввиду, почему ты приехал?
- Захотелось увидеть тебя, - как и вчера, он кладёт свою руку мне на талию и прижимает ближе к себе. Я не знаю, что мне делать, поэтому до сих пор стою с опущенными руками. Найл обнимает меня и кладёт подбородок на макушку. Моя щека соединяется с его грудью, когда я поворачиваю голову вправо и глупо улыбаюсь. - Как спалось?
- Хорошо. Если честно, мне ужасно неловко, потому что от меня ужасно несёт потом.
- Тебе так кажется. Ты прекрасно пахнешь, - парень вдыхает запах моих волос, и я смущаюсь ещё больше.
Наконец, я догадываюсь обнять его в ответ, и наша вчерашняя сцена повторяется. Мы тепло обнимаем друг друга и молчим.
- Хочешь есть?
-Позавтракаю на работе.
Найл отрывается от объятий и проводит пальцем по моему подбородку, после чего, наклоняется и целует. Моё сердце готово выпрыгнуть из груди в любую минуту, я еле сдерживаю дрожь в теле, стараясь держаться на ногах до последнего. Мне очень сильно хотелось зарыться в его волосы, но я боялась испортить причёску, поэтому просто положила руки на его грудь. Он снова отрывается и оставляет короткий поцелуй на моих губах. Я смущённо улыбаюсь.
- Мне нужно ехать.
- Уже? - грустно протягиваю я, слегка прикусив губу.
- Да. Если получится, заеду вечером. Что ты будешь делать сегодня?
- Буду отдыхать дома. Завтра снова занятия.
- Хорошо, будь дома.
- Идём, я провожу тебя.
Я беру его за руку и иду в сторону двери. Когда мы останавливаемся возле выхода, мне становится ещё грустнее. Без всякого стеснения поднявшись на носочки, целую его в щёку.
- До встречи.
- Я позвоню.
Я закрываю за ним дверь, скатываясь вниз по стене. Мне слишком хорошо рядом с ним.

Целый день я занималась всякой ерундой, лениво передвигаясь по квартире в домашнем виде. Найл не звонил и не писал, а на дворе уже стояла ночь. Наконец, мой телефон стал издавать мелодию, и я тут же приняла вызов.
- Алло?
- Что делаешь? - спросил родной голос.
- Просто сижу, а ты?
- Выхожу с работы, скоро буду у тебя, - его голос был уставшим, и больше всего мне хотелось, чтобы он отдохнул.
- Ты устал, Найл. Езжай домой. Так мне будет намного спокойнее.
- Уверенна?
- Конечно.
- Завтра я не смогу звонить, а приехать тем более. Дениз попросила меня помочь ей с помещением.
- Хорошо, мы ведь всё равно встретимся послезавтра. Хорошенько отдохни, ладно?
- Ладно. Я уже сажусь в машину. Спокойной ночи.
- И тебе.
Положив телефон на тумбочку, тяжело вздыхаю и откидываюсь на подушку. Когда я хлопаю в ладоши два раза, свет выключается, и мой разум потихоньку начинает отключаться.

На следующий день меня снова ждали нудные лекции и Лив. Мы с подругой проспали почти все занятия, изредка вслушиваясь в слова преподавателей. Когда мы вышли из университета, решили пойти в наше любимое кафе, что находилось через дорогу. Мы заняли наш любимый столик и заказали горячий кофе, так как усталость давала о себе знать.
- Мы давно так не сидели, правда?
- И не говори. Как Гарри?
- У нас всё отлично. Стефан больше не приходил?
- Слава Богу нет. Надеюсь, он больше никогда не заявится ко мне домой.
Лив ещё не знала обо мне и Найле, и я не знала, стоит ли рассказывать ей о наших странных отношениях, которых и нет вовсе. Смятение терзало мою душу, после чего, я всё же решила поделиться с ней этой новостью, потому что она моя лучшая подруга.
- Лив, мне нужно кое-что сказать тебе.
- Что случилось? - она отложила чашку с кофе в сторону, и обеспокоено оглядела моё лицо.
- Даже не знаю, как сказать, объяснить...
- Говори быстрее, Эдвардс, иначе я сойду с ума.
- Мы с Найлом, кажется, встречаемся.
Сначала Лив расширила глаза и открыла рот. Я, словно серая мышь, смотрела на неё своими зелёными глазами, в ожидании любых слов.
- Господи, Трисс, ты большая молодец! - подруга завизжала на всё кафе, от чего пол зала обернулось в нашу сторону.
- Тише ты, - улыбнулась я.
- Как ты это сделала?
- Я ничего не делала, он сам меня поцеловал, - я пожала плечами.
- Что?! Вы целовались?! Когда?!
- Позавчера и вчера.
- И когда ты собиралась мне рассказать об этом?! Мы ведь подруги, черт побери!
- Дорогая, прошу, не обижайся. Просто, он не предлагал мне встречаться, и я даже не знаю, как назвать наши с ним отношения.
- Найл ещё ничего не предлагал? Мудак!
- Может, у нас всё будет без слов и предложений.
- Он парень, и чтобы там ни было, должен поставить точку.
- Не знаю, - я шумно вздохнула. - Время покажет.
- В любом случае, я рада, - Лив сжала мою руку и улыбнулась. - Ты заслуживаешь счастья, а Найл человек, который сможет сделать тебя самой счастливой на свете.
- Очень надеюсь на это, - я улыбнулась ей в ответ, после чего, мы продолжили беседу о предстоящей выставке и платьях.

Я почти подходила к дому, когда на мой телефон пришло сообщение.

Ты тепло одета?

Я улыбнулась, ощущая приятное покалывание в груди из-за заботы со стороны Найла.

Да. Как только освободишься, позвони.

Положив телефон в карман плаща, я стала открывать дверь подъезда, и как только я вошла в него, меня резко схватили за локоть.
- Стефан? Пусти меня!
- Поговорим дома, - он стал тащить меня в сторону квартиры.
Когда мы вошли в дом, он закрыл дверь на замок и яростно повернулся ко мне. Мои глаза стали бегать в поисках чего-нибудь тяжелого или острого. Клянусь, я убью его, если он снова прикоснётся ко мне.
- Оставь меня в покое.
- Неужели, ты думала, что я не узнаю о твоих похождениях и том блондине? - ехидно произнёс он. Моё сердце забилось быстрее.
- Не понимаю, о чём ты, - я сделала шаг назад, когда он начал подходить ближе.
- Найл Хоран, - развязно протянул парень. - Я знаю о нём всё. Чем тебя подцепил этот пафосный придурок?
- Не смей так говорить о нём, - сквозь зубы процедила я. Руки сжались в кулаки.
- Какого чёрта ты торчишь с ним?
- Какого чёрта тебя это волнует? Оставь меня в покое, Стефан. Я вызову полицию.
- Полиция ничего не сможет сделать мне. Ты прекрасно это знаешь. У вас с ним что-то было?
- Нет, не было.
Мучитель подошёл максимально близко, и мерзко провёл рукой по моей щеке.
- Не ври мне, дорогая.
- Я говорю правду.
- Мои ребята доложили мне, как развязно ты с ним целовалась.
- Это моя жизнь. Я буду делать то, что хочу! - внезапно закричала я.
Щека онемела от резкого сильного удара. Я отлетела на пол и взялась за горящую плоть.
- Как ты.. - Стефан не дал мне договорить, схватив меня за волосы.
- Не смей орать на меня, долбанная шлюха! - губа подвергается его сильному удару и начинает кровоточить.
Я пытаюсь выбраться из крепкой хватки, но как только делаю первые попытки, голова начинает ныть, будто мне вырвали большой клочок волос. Стефан слишком сильно вцепился в мои тонкие волосы. Мне ужасно больно.
- Стефан, умоляю, - рыдаю я.
- Надо было думать, прежде чем лезть языком в рот к тому блондину!
Он бьёт мою голову об стену, и я начинаю прощаться со всем миром. В глазах начинает темнеть. Стефан оттаскивает меня от стены и бросает на холодный кафель. Я больно ударяюсь лопатками. Он начинает снимать с себя штаны и боксеры, от чего я закрываю глаза руками. Мне хочется испариться от сюда.
- Не надо! - хныкаю я, когда он начинает снимать с меня одежду.
Кофта, джинсы, топик, нижнее бельё оказываются в разных уголках гостиной. Я бью руками в его грудь, но он лишь усмехается и целует меня в губы. Развязно, противно, проталкивая свой язык в самое горло. Я хочу, чтобы на его месте был Найл. Хочу ощутить его прикосновения и губы, а ещё, этот глубокий взгляд голубых глаз.
Стефан закрывает рукой мой рот, когда по квартире раздаётся душераздирающий крик, принадлежащий мне. Он слишком грубо и сильно вошёл в меня. Внутри будто поломалось несколько костей. Парень продолжил свои грубые движения, отчего я кричала сильнее, но из-за его крепкой руки, что затыкала меня, никто не мог слышать моей мольбы о помощи.
Парень снова начал целовать мои губы и покусывать шею, ключицы, оставляя следы. Настолько противно, мне не было никогда. Стефан продолжал издеваться над моим телом ещё пару минут, после чего, излился на пол и продолжил целовать мою шею. Я лежала неподвижно, с каменным лицом и слезами на щеках. Я почувствовала себя ненужной куклой, которая вот-вот поломается.
- Я так сильно скучал, - прошептал он, но мне было всё равно. На данный момент я хочу умереть.
Меня оживляет ещё одна пощёчина, и я замечаю гневный взгляд моего мучителя.
- Уйди, - шепчу я.
- Отвечай мне, поняла?! - кричит он.
- Хватит, я умоляю, - я снова закрываю глаза и пускаю слёзы. Найл крутится в моей голове. Спаси меня.
Стефан приводит свой вид в порядок и идёт к двери.
- Гори в аду, - мой голос звучит довольно громко. Пусть он сейчас убьёт меня, снова изнасилует, ударит. Уже всё равно.
- Ах ты сука! - кричит он со всего размаху пинает меня в рёбра. Мне кажется или что-то хрустнуло? - Тварь! - он садится на меня и бьёт кулаками в лицо. Нос, глаза, губы. У меня онемело всё лицо.
Когда я плюю кровь на кафель, он наконец заканчивает муки и отходит.
- Это тебе, нужно гореть в аду, шлюха.
Я радуюсь, когда дверь сильно хлопает и закрывается. Наконец я одна. Я, моя боль и слёзы. Перед глазами резко темнеет, а дальше, всё как в тумане.

Просыпаюсь я от надоедливого луча солнца, который грел моё лицо. Я открываю глаза и не понимаю, что произошло. Когда принимаю сидячее положение, тело ломит от невыносимой боли. Я голая, а ещё всё тело покрыто разными синяками. Дотрагиваюсь до губы и чувствую омерзительную корочку. Глаз болит. Вообще, всё лицо ноет, будто по нему машина проехалась.
Я медленно поднимаюсь на ноги и иду в ванную. Зеркало отражает полный ужас. Я вижу лишь униженную, изнасилованную, поникшую Беатрисс Эдвардс.
Кое-как забравшись в душ, я включаю душ на полную катушку и начинаю рыдать во весь голос, ударяя руками об стену. Я унижена как и морально, так и физически. Жизнь будто не будет прежней. Тело ноет от боли, но самое больное ощущается в груди. Душу рвёт на части. Я сижу под водой и плачу, плачу, плачу..
Еле успокоившись, одеваю пижаму и иду за аптечкой. Намазав все возможные мази снова смотрю в зеркало. Огромный синяк под глазами, разбитая губа, опухший нос и несколько ссадин на лбу. Слишком уродлива.
Слёзы больше не текут по избитому лицу. Смысла делать что-либо больше нет. Моё безжизненное тело валяется на диване, а потухший взгляд устремлён в одну точку. Мне не нужен никто. Ни мама, ни Лив, ни Найл или ещё кто-либо. Лишь я и моё горе.

Не знаю, сколько я так пролежала, но очнулась я от того, что кто-то настойчиво звонил в дверь уже несколько минут. Я лениво добралась до неё и открыла. Лив хотела уже покрыть меня двухслойным матом, но оглядев моё лицо, испуганно замерла.
- Трисс, это ты?
- Проходи, - вежливо отхожу и она заходит, не отрывая от меня взгляда.
Я сажусь на диван и смотрю на неё. На лице подруги огромный шок и слёзы.
- Что случилось, родная? - она берёт мои руки в свои и бережно гладит. Я молчу. - Это сделал он? Это ведь он, да? - всхлип за всхлипом. - Трисс, ответь, - я киваю. - Будь он проклят! - подруга обнимает меня и рыдает на разрыв. Я сижу спокойно, а на лице слёзы. - Нужно идти в полицию! Я убью его собственными руками, клянусь!
- Не надо, - мой голос звучит спокойно и ровно.
- Не надо? - она отстраняется. - Ты себя видела? Тебя будто избивали всю ночь! На лице живого места нет! Он достоин мучительной смерти!
- Успокойся.
- Я должна рассказать всё Гарри и Луи, - я вырываю из её рук телефон. - Найл тоже должен знать. Верни мне телефон!
- Они не должны ничего знать. Никто не должен пострадать.
- Очнись, Трисс! - рыдает она. - Он убьёт тебя!
- Пускай, мне всё равно.
- Господи, - она закрывает лицо руками и плачет. В груди неприятно жжёт. - Почему ты так поступаешь? Разве у меня нет права помочь тебе?!
- Ты должна жить спокойной жизнью.
- Я ненавижу тебя, Беатрисс.
- Спасибо, - я ложусь на диван и закрываю глаза.
- Ты ненормальная! Я верну тебя к жизни!
- Если ты на самом деле меня не любишь, никому ничего не говори. Я буду считать это твоим ответом.
Дверь громко хлопает, и я снова остаюсь одна. Всего за несколько часов одиночество стало лучшим другом.

Телефон разрывался от звонков, но я даже не смотрела на него. Я всё также лежала на диване, наматывая локон волос на палец. Наверное, я пришла в себя только тогда, когда увидела через глазок разъяренное лицо Найла. Руки в миг стали влажными, а язык сухим. Я не хотела, чтобы он видел меня такой. Я хочу его безопасности.
- Трисс! - громко кричит он. - Открой дверь или я разнесу здесь всё к чертям! - я начинаю плакать. - Я знаю, ты дома, открой дверь! - сильные удары ломают мою дверь. - Трисс, я прошу!
Тихий щелчок, и мы встречаемся взглядами. Мой испуганный и его шокированный. Он без всяких слов проходит в квартиру, а я закрываю дверь и подхожу к стене, прислоняясь к ней спиной.
- Что с тобой произошло? - шепчет блондин.
- На меня напали, вчера ночью, - голос предательски дрожит.
- Кто?
- Не знаю. Они вышли из угла и резко напали на меня. Я сопротивлялась, за что и поплатилась.
В следующую секунду мелкая ваза полетела в дверь. Осколки рассыпались перед порогом.
- Какого черта ты не позвонила мне?! Какого черта ты шлялась на улице ночью?! Какого черта ты позволила им довести себя до такого?! - он орёт на всю квартиру. Я прижимаюсь к стене ближе.
- Я... я подумала, ты спишь.
- Ты блядь, с ума сошла?! - Найл гневно встал напротив меня. - На тебя напали, а ты думала о том, что возможно я спал?! Ты что, совсем мозги проебала?!
- Я не хотела, чтобы ты волновался.
Моё тело дрожит, когда он резко ударяет кулаком об стену, прямо возле моего лица. Глаза автоматически закрылись.
- Глупая, - нервно выдыхает он и прижимает меня к себе. Наконец, чувствую безопасность. Мой нос утыкается в его грудь, вдыхая полюбившийся аромат. - Ты такая глупая, Трисс, - он целует меня в макушку, а потом начинает покрывать мелкими поцелуями всё моё лицо. - Я бы не выжил, если бы с тобой что-нибудь случилось, - его слова греют моё разбитое сердце. Он крепко обнимает меня, и я невольно хнычу.
- Больно.
- Прости, прости, - блондин ослабляет хватку и ведёт меня на диван. Я, словно маленькая девочка, сижу у него на коленях, прислонив голову к груди. - Ты запомнила их лица?
- Нет, было слишком темно.
- Они тебя... - слова даются ему слишком тяжело.
- Всего-лишь избили.
- Всего-лишь? Ты себя слышишь? Если бы я знал, кто это, я бы по отрывал ему руки и ноги, - судорожно твердит он. Его тело трясётся. - Я найду их. Найду, и закопаю заживо.
- Я не помню ничего, найти их не получится. Прошу, давай не будем об этом, мне и так очень больно и трудно, - я начинаю плакать. Чувства берут верх.
- Хорошо. Не плачь, моя хорошая, - шепчет он и прижимает к себе ближе. Я блаженно закрываю глаза. Мне больше ничего не надо.
- Тебе нужно на выставку.
- Я никуда не поеду.
- Дениз обидится.
- Плевать. Я останусь с тобой.

Не помню, как прошёл оставшийся день. Всё время я лежала в объятиях Найла и старалась не думать о том, что произошло со мной. Он бережно гладил мои волосы и целовал руки. Я слушала стук его сердца и вдыхала запах рубашки. Никакое лекарство не помогло мне так, как он.
Ночь сменилась утром, а мы всё также лежали рядом и только-только просыпались. Найл сделал мне завтрак, но я попила лишь воды, так как аппетита не было совсем. Он сказал, что ему нужно ехать по делам, и что он приедет ко мне опять, сегодня.
- Сиди дома, не открывай дверь и сразу же звони мне, ясно? - мы стояли возле двери.
- Обещаю.
- Скоро вернусь, - он осторожно коснулся моих губ и ушёл.

Через два с половиной часа Найл вернулся. Он надел на меня плащ и повёл в машину. Я не понимала, куда он хочет меня отвезти, а когда спрашивала, он молчал. Мне не хотелось показываться людям на глаза. Сейчас я была слишком некрасива.
Всю дорогу мы ехали молча. Найл заговорил только тогда, когда мы подъехали к заброшенному зданию.
- Идём, - он помог мне выбраться из машины и повёл меня во внутрь.
Шок отразился на моих глазах, когда я увидела Стефана, привязанным к стулу. Он был весь в крови и ужасно побитый. Возле него стояло два парня, а Гарри стоял в стороне. Я взглянула на Найла в ожидании объяснений, но он повёл меня в сторону моего мучителя.
- Говори, - его голос раздался эхом, по всему первому этажу. Стефан откашлялся кровью и еле начал свою речь.
- Прости.
- Не слышу.
- Трисс, умоляю, прости, - хрипел он. Если бы я не знала его слишком хорошо, то никогда не узнала бы сейчас. Его лицо было красным, будто в томатном соке, но это была настоящая кровь.
- Найл, что вы творите?! Он ведь умирает!
- Разве он думал о тебе?! Он думал о том, как тебе больно, когда насиловал тебя?! - блондин не на шутку взбесился. Я закрыла рот руками, не в силах что-либо сказать.
- Трисс, я ужасно сожалею. Прости за всё. Я заслуживаю смерти. Прости. Умоляю, скажи им, чтобы меня отпустили, - я отвернулась, когда его ударили.
- Я прощаю тебя, - гордо проговорила я, после чего, пошла в сторону выхода.

Найл то и дело поглядывал на меня всю дорогу. Я тихо плакала, попросив его до этого, ничего не говорить. Мне нужно было выплеснуть эмоции до конца.
Домой я зашла с опухшими красными глазами и всё теми же ссадинами на лице. Корочка на губе стала жестче, от чего я чувствовала себя омерзительно.
Найл смотрел в окно и молчал. В квартире стояла мертвая тишина.
- Как ты узнал?
- Неважно.
- Я хочу знать.
- Лив всё рассказала мне. Я знал, что ты врёшь, поэтому сразу же поехал к ней. Не надо нападать на неё при встрече.
- Что с ним будет? Его убьют?
- Я похож на убийцу? - парень развернулся ко мне.
- Нет, - я покачала головой.
- Его посадят. Надолго, - Найл сел на корточки передо мной и взял за руки. - Почему ты не рассказала мне всё с самого начала? Ты ведь могла рассказать мне об этом в доме Гарри.
- Я никому не могла рассказать этого. Он угрожал что навредит моей маме и Лив, а ещё... тебе. Больше всего я боялась за тебя, потому что он видел, как мы целовались. В доме Гарри рассказывать тебе смысла будто не было. Я до сих пор не знаю, что я значу для тебя, а тогда не знала тем более, - по моим синим щекам текли слёзы, которые он бережно начал стирать.
- Мне так сильно хочется накричать на тебя, потому что ты очень глупая. Стефан просто щенок, по сравнению с моими врагами. Я всё это делаю ради тебя, Трисс. Сейчас я смотрю на тебя, и внутри всё ломит от боли. Но знай, даже сейчас, с кучей ссадин на лице, ты очень красивая. Я люблю тебя даже такой.
Мы встречаемся глазами и молчим. Я глажу кожу его рук и пускаю слёзы. Мне хочется обнять его, и я обнимаю, обвивая руки вокруг шеи.
- Найл, я так сильно люблю тебя, - чувствую его улыбку. - Люблю с первого же дня, - парень отрывается и проводит рукой по моей щеке.
- Всё будет хорошо. Я вылечу все твои раны.
- Я знаю, - он целует меня в уголок губ два раза, и уткнувшись носом в шею, обнимает.
- Любимая.