слайды

Я хотела уже пройти мимо и просто пойти на другую площадку, однако я разглядела за пару метров от меня Карину. Они подозвали меня к себе. Их было пять человек. И знала я из них только Карину. Они веселились и что-то бурно обсуждали. Рядом лежали две пустые бутылки из под пива, а в руках у одной из них была еще одна бутылка с алкоголем.

К: ну чего как не родная-то? С нами посидишь, дайте ей выпить.

Я молча села рядом и они принялись в упор меня разглядывать.

К: знакомься, это Люба, Таня, Яся и Яна.
Яс: ой, а че она такая страшная, ты че общаешься с такой?
Т: ахаххахах, а ведь правда.
К: та, моя знакомая.

Мне протянули бутылку и я сделала несколько глотков залпом. Я была уже настолько отчаянная, что молчала и слова не проронила. Эти девочки не особо мне нравятся, да и больше они походят на уже взрослых. На вид им лет 20-25. Одеваются как-то странно. Боже, с кем она вообще общается? И почему она так странно себя ведет?

К: ну че, как до дома-то добралась после нашей тусовки?
Р: нормально.
К: че такая кислая, случилось может что?
Р: я расскажу тебе только наедине.
К: ну... ахах ахах, пойдем отойдём тогда уж, Ренатка.

Она улыбнулась девочкам и пошатываясь, мы отошли за сам гараж. Я опустила взгляд и раздумывала, как мне это сказать ей. Внезапный приступ вызывал это самое чувство безвыходности и грусти. Внутри живота было слишком сильное, неприятное ощущение, будто органы поменяли местами. К горлу начал подступать тот самый мерзкий ком. Она же всё-таки моя лучшая подруга и поддержит. Если вдруг расплачусь, успокоит. Я же знаю.

Р: вообщем, пару дней назад пропала моя мама, а они с Олегом в это время отдыхали на море в другом городе. В ту ночь, когда мы с тобой были на тусовке и меня забрали домой, Кирилл рассказал мне о том, что её нашли мёртвой.

Я не могла говорить это без слёз. Я до сих пор прокручиваю тот ужасающий момент у себя в голове. Начинаю жмурить глаза и горячие слёзы обжигают щеки, капая на асфальт.

К: ну ты чего, всё наладится, у других проблемы похуже есть, запомни это. Пошли, выпьешь и расслабишься.
Р: я..
К: да всё, пошли уже.

Я вытерла слёзы и мы снова сидели вместе с теми её странными подругами. Мне вообще казалось, что Карине абсолютно наплевать на смерть моей мамы и моё состояние после этого. И всё же я решила снова заглушить все алкоголем. Помогает забыться, хоть и не на долго. Мы продолжили пить больше. Вскоре я уже тоже почувствовала расслабление и разум был затуманен. Особо в их разговоры я не вслушивалась. Думала о чем то своем. Но уже не о плохом. Просто я витала в своих мыслях, практически не обращая внимания на тех, с кем я сейчас была. Карина рассказывала что-то смешное из своей жизни. Вроде бы история, как она однажды опозорилась на танцах, на которые ходила года три назад или два. Точно я не помню. Мы начали все смеяться с этого. Мне стало даже весело проводить сейчас время с ними. Было правда весело, до одного момента.

К: ты че ржёшь надо мной?
Р: так ты смеёшься, я тоже смеюсь, нельзя что ли блин?

На что в ответ она сделала глоток алкоголя и выплюнула его мне в лицо. Это было обидно, если честно. Я не поняла её. Естественно рефлекторно я сделала тоже самое, но просто брызнула на нее из самой бутылки, попав ей на одежду и волосы. Её разозлило это, а подружки лишь внимательно наблюдали за происходящим.

К: ты совсем уже ахуела? Смелости набралась?
Р: да что ты вообще творишь, Карина?
К: рот закрой, давалка солевая!

Я была в шоке с неё. Как она так может ко мне относится?

Т: а ты за языком-то следи, уродина, посмотри на себя.

Они начали смеяться надо мной и я даже оглянуться не успела, как оказалась в кругу. Они окружили меня и начали толкать из стороны в сторону.

Р: хватит!

Тело резко охватывает неконтролируемая тревога, а сердце пропускает несколько ударов, словно на него резко обрушился тяжёлый груз. Всё, что я начинаю ощущать в данный момент - это холодный подступивший пот от страха за себя. Мысли путались, ноги подкашивались, а руки заметно дрожали, в голове крутилась только одна мысль о том, как мне отсюда сбежать.

К: ну чего жмешься- то так? Тебе же не привыкать уже, ты же шлюха продажная, мать сдохла, так всё, отчаялась бедняжка.

Они вновь засмеялись. Такого я еще никогда не чувствовала. Сердце буквально вырывалось из груди, а я же не могла даже сконцентрироваться на чем-либо чтобы попросту убежать отсюда подальше.

Я: давай, покажи-ка что имеешь, тебе же это свойственно, а?

Они пытались расстегнуть мою зипку и в ходе этого всего, им удалось повалить меня на землю. Я разодрала себе руку и ушибла ногу. Острая боль пронзила меня. Карине удалось сорвать с меня кофту и они буквально пытались разорвать меня на части. Меня так сильно трясло, что казалось, я умру. Моё лицо краснеет, я начинал плакать, уже абсолютно не сдерживая себя. Чего-то подобного я еще никогда прежде не испытывала. Эта ситуация разобьет меня вдребезги, если я не выберусь сейчас.

Л: ну давай, давай, чего ревёшь, дура?
Р: что вы делаете? Прекратите, пожалуйста!

Они пару раз пнули меня куда-то в зону бедер, ослабив меня еще больше, чтобы я не могла дать отпор. Я чувствовала эти мерзкие прикосновения к себе, почувствовала, как они стянули с меня топ, оставив в одном лишь бюстгальтере. Всеми силами я пыталась прикрыться, пыталась встать, но мне не давали этого сделать. Грязь на моем теле в перемешку со слезами и кровью, ощущалась очень сильно сейчас. Они продолжали раздевать меня и дальше, лишь смеясь надо мной. Это было очень неприятно, мягко говоря еще. Сейчас я чувствовала лишь боль, унижение и опустошение. Мне хотелось как можно быстрее оказаться дома, пойти в душ, чтобы смыть с себя всё это. Они сорвали с меня и бюстгальтер. Слёзы уже было не остановить, а меня продолжало трясти. Всё это сопровождалось тревогой и неприятным скручиванием живота изнутри. Будто тысячу ножей втыкают. Сердце тоже давало знать о себе, причем очень прекрасно. Оно болело также, как и живот.

Т: вы только посмотрите на неё, просто настоящая шмара, ахахах!

Они снова и снова смеялись, а мне казалось, что это конец.

К: снимай давай, чего лежишь, мразь? Еще скажи что ты целка!

Я молчала. Я не могла и слова больше вымолвить. Мне хотелось умереть. Хотелось бороться под машину после того, что они сделали.

К: пошлите отсюда.

Они просто свалили, оставив меня полуголую лежать на грязной земле. Вдобавок двое из них плюнули в меня. Я просто согнулась от физической и моральной боли. Я больше не вывезу этого всего. Они все одинаковые, никто не отличается от тех, кто ранее в школе издевался надо мной. Я считала её своей лучшей подругой, а она поступила со мной так низко. Подобрав кофту, я накинула ее на себя и двинулась в сторону дома. Только ступив на порог дома, я сразу же закрылась в ванной комнате. Стянув с себя всю грязную одежду, я оставила её на полу, а сама встала под горячий душ. Я снова разрыдалась, размазывая косметику по лицу. Мне было настолько больно, что я больше не могла этого терпеть. Взяв из маленького шкафчика, который висел прямо над зеркалом, ножницы и выйдя из душа, остановилась. Повторно разглядела себя и отстригла свои длинные волосы по плечи. Было плевать на то, сколько я их отращивала. Мне мерзко от того, что к ним прикасались эти твари. Они самые настоящие твари. Я ненавижу людей еще со школьного времени, тогда я думала, что закончив школу, закончатся и проблемы, но их стало только больше. Сломанная бритва в мусорке и лезвие в моих руках. Новый и новый порез на моей правой руке. Я уже не обращала никакого внимания на физическую боль, мне было просто все равно, а кровь продолжала капать на пол, пачкая белоснежный ковер под моими ногами. Мне всё равно...