глава 20
Тут зазвонил телефон Дженни, резко нарушив фоновый шум вечеринки. Она вздрогнула, вытащила его из заднего кармана шорт и увидела на экране «Мама». Сердце ёкнуло. Холодный пот выступил на лбу. Её мама думала, что она ночует у бабушки.
Дженни быстро поднялась с дивана, стараясь сделать это незаметно.
— Мне нужно отойти на минутку, — тихо сказала она Тэхёну, указывая на коридор.
Тэхён кивнул, заметив её внезапную бледность и напряжение.
Дженни поспешила в небольшой коридор возле входной двери, подальше от громкой музыки и смеха.
— Привет, мам! — постаралась она произнести как можно более бодрым и непринуждённым голосом.
— Привет, дорогая! Как дела у тебя? Всё хорошо? Почему так долго не отвечала? — голос мамы звучал обеспокоенно, и Дженни почувствовала себя ещё хуже.
— Ой, мам, да тут… связь плохая, — соврала Дженни, прижимая телефон к уху и пытаясь заглушить доносящиеся из гостиной звуки. — У меня отлично, я тут… чай пью.
Она напряглась, когда из гостиной донеслись громкие возгласы и смех — кажется, кто-то выиграл в настольную игру. Дженни запаниковала, оглядываясь по сторонам в поисках места, где можно было бы укрыться.
И тут её взгляд упал на дверь кладовки. Недолго думая, она распахнула её и юркнула внутрь, закрыв за собой. В кладовке было темно и душно, пахло старой бумагой и чем-то пыльным, но главное — здесь было тихо.
— Прости, мам, что-то со связью, — снова пробормотала Дженни, стараясь говорить шёпотом.
— Что это за шум у тебя, Дженни? И почему ты так странно говоришь? Ты не у бабушки, да? — голос мамы стал подозрительным.
Дженни зажмурилась. Кажется, она попалась.
В этот момент дверь кладовки медленно отворилась, и на пороге появился Тэхён. Он осторожно заглянул внутрь, и его лицо выражало беспокойство.
— Дженни? Всё в порядке? — тихо спросил он, не зная, что она разговаривает по телефону.
Дженни ахнула и попыталась жестами показать ему, чтобы он замолчал. Но было слишком поздно.
— Дженни, кто это с тобой? И что это за музыка? — голос мамы в трубке прозвучал резко и требовательно. — Ты мне сейчас же всё объяснишь! Где ты находишься?!
Тэхён услышал гневный голос из трубки и понял, что мама Дженни явно что-то заподозрила. Он отступил на шаг, давая ей немного пространства, но оставался рядом, готовый помочь. Лицо Дженни было пунцовым от смущения и страха. Она знала, что ей предстоит очень неприятный разговор.
Дженни судорожно сжала телефон в руке, пытаясь придумать хоть какое-то объяснение.
— Мам, я… я всё объясню! Просто… — она запнулась, чувствуя, как паника подступает к горлу. — Я не у бабушки дома, я… у подруги. Мы просто… смотрим фильм.
Голос мамы в трубке стал ещё холоднее.
— Подруги? А почему я слышу музыку и мужской голос? Дженни, ты мне врёшь! Где ты? Немедленно скажи мне, где ты находишься!
Тэхён, видя её смятение, осторожно положил руку ей на плечо.
— Дженни, — тихо сказал он. — Может, стоит сказать правду?
Мама, очевидно, услышала его слова.
— Кто это?! — воскликнула она. — Дженни, это что за безобразие? Ты что, у парня ночуешь?!
Дженни почувствовала, как её щёки горят. Она бросила умоляющий взгляд на Тэхёна, а затем снова поднесла телефон к уху.
— Мам, успокойся, пожалуйста, — прошептала она. — Я не… я просто…
Но мама уже не слушала. Её голос перешёл на повышенные тона, и даже Тэхён смог разобрать отдельные слова: «немедленно домой», «никаких объяснений», «позор».
Дженни закрыла глаза, желая провалиться сквозь землю. Это был конец. Она знала, что мамин гнев будет страшным.
Тэхён осторожно взял её за руку, пытаясь успокоить.
— Давай я поговорю с ней? — предложил он, но Дженни отрицательно покачала головой.
— Нет! — выдохнула она. — Только не это. Она меня просто убьёт.
В конце концов, Дженни сдалась.
— Хорошо, мам, — сказала она дрожащим голосом. — Я сейчас же выезжаю.
Она быстро попрощалась и положила трубку, чувствуя себя полностью опустошённой.
— Что ж, это было… неприятно, — сказал Тэхён, глядя на неё с сочувствием. — Ты уверена, что тебе нужно ехать? Я могу тебя отвезти.
Дженни кивнула, натягивая на лицо маску решимости.
— Да, мне нужно. И чем быстрее, тем лучше. Спасибо, Тэхён. За всё.
Она повернулась, чтобы идти, но он остановил её, снова взяв за руку.
— Дженни, послушай. Что бы там ни было, это не твоя вина. Вчерашнее… ну, это был просто несчастный случай. А сегодня ты сделала правильный выбор, оставшись здесь, а не пытаясь добраться домой в таком состоянии. Я… я просто хотел, чтобы ты знала.
Его слова были такими искренними и тёплыми, что Дженни почувствовала, как её глаза затуманиваются. Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и позволила ему проводить её до машины.
Дорога до дома прошла в молчании. Дженни смотрела в окно, а Тэхён сосредоточенно вёл машину, изредка бросая на неё обеспокоенные взгляды. Когда они подъехали к её дому, Дженни глубоко вздохнула.
Дженни глубоко вздохнула, подходя к двери дома. Рука Тэхёна легла на её поясницу, легко подталкивая вперёд.
— Я зайду с тобой, — сказал он, и в его голосе не было и тени вопроса, только твёрдое намерение. — Просто убедиться, что всё в порядке.
Дженни кивнула. На самом деле, она была рада. Мысль остаться одной после всего случившегося не радовала. Она вставила ключ в замок, повернула его, и дверь со скрипом открылась. Внутри было темно и тихо.
Тэхён последовал за ней. Он оглядел прихожую, затем повернулся к Дженни, его глаза светились мягким теплом.
— Хочешь, я заварю нам чай? — предложил он. — Думаю, нам обоим не помешает что-нибудь тёплое.
Дженни улыбнулась.
— Было бы здорово.
Они прошли на кухню. Пока Тэхён ловко управлялся с чайником и кружками, Дженни чувствовала, как напряжение постепенно отпускает. Он поставил две чашки на стол, придвинул одну к ней. Дженни взяла кружку и обхватила её ладонями, чувствуя приятное тепло.
Тэхён присел напротив. Их колени почти соприкасались под столом. Он протянул руку и осторожно убрал упавшую прядь волос с её лица, задержав пальцы на её щеке чуть дольше, чем того требовал простой жест. Дженни почувствовала, как по её телу пробежали мурашки. Она подняла на него взгляд. Его глаза изучали её, в них читалось столько невысказанного.
— Ты выглядишь… намного лучше, — прошептал он, и его голос был удивительно низким, почти интимным.
Дженни покраснела.
— Спасибо тебе. За всё. За то, что не дал мне напиться, за то, что принёс одежду, за то, что… ты такой понимающий.
Тэхён слегка улыбнулся, его большой палец нежно погладил кожу на её щеке.
— Не за что. Я просто… не мог иначе. Ты же знаешь.
Он опустил руку, но их взгляды продолжали быть прикованы друг к другу. Воздух на кухне словно наэлектризовался, наполняясь невысказанными словами и растущим напряжением.
— Кстати, — он прервал молчание, его голос стал чуть громче, возвращая их к реальности, — твоя мама… ты будешь с ней разговаривать?
Дженни тяжело вздохнула.
— Придётся. Но не сейчас. Мне нужно собраться с мыслями.
Тэхён кивнул.
— Конечно. Не торопись. Главное, что ты в безопасности.
Они продолжили сидеть, потягивая чай. Разговор перетёк на более лёгкие темы. Но под всем этим непринуждённым общением пульсировало что-то другое. Каждый раз, когда Тэхён смотрел на неё, Дженни чувствовала этот взгляд, проникающий глубоко в душу. Он снова поправил её волосы, а потом просто оставил руку на спинке её стула, его пальцы слегка касались её плеча. Дженни ловила себя на мысли, что ей не хочется, чтобы он уходил. Совсем не хотелось.
Когда чай был допит, наступила неловкая пауза. Дженни не знала, как начать разговор о том, что происходило между ними.
— Ну… мне, наверное, пора, — сказал Тэхён, хотя в его голосе не было и намёка на торопливость.
Дженни почувствовала укол разочарования.
— Да, наверное.
Они встали. Тэхён не спеша подошёл к ней, остановившись совсем близко. Он поднял руку и осторожно коснулся её щеки, затем медленно провёл большим пальцем по нижней губе. Дженни затаила дыхание. Его глаза были прикованы к её губам.
— Дженни… — начал он, и его голос был хриплым.
Что-то в его взгляде, в его касании говорило больше, чем любые слова. Но внезапно он опустил руку.
— Ладно, — сказал он, его голос снова стал обычным. — Мне действительно пора.
Дженни почувствовала лёгкий укол разочарования, но тут же отмахнулась от него.
— Да, конечно. Ещё раз спасибо, Тэхён.
Он кивнул, его взгляд задержался на ней ещё на секунду, прежде чем он развернулся и направился к выходу. Дженни проводила его взглядом. Она знала, что этот день изменил многое.
Тэхён подошёл к двери, и Дженни пошла за ним, чтобы закрыть её. Казалось, всё было сказано, и он собирался уйти. Дженни уже протянула руку к дверной ручке, когда Тэхён внезапно развернулся. Его глаза, тёмные и пронзительные, впились в её взгляд. Он сделал шаг, затем ещё один, сокращая расстояние между ними.
Дженни замерла. Воздух вокруг них стал плотным, заряженным невысказанным желанием. Она чувствовала его тепло, его дыхание на своём лице. Его рука поднялась и коснулась её щеки, большой палец нежно поглаживая скулу.
— Дженни… — прошептал он, и в этом единственном слове было столько нежности, столько жара.
И затем он притянул её к себе.
Его губы накрыли её, мягкие поначалу, затем всё более требовательные. Это был поцелуй, который сметал все сомнения, все неловкости, всю неуверенность. Дженни ответила ему, её пальцы зарылись в его волосы, притягивая его ближе. Их тела прижались друг к другу, сливаясь в единое целое. Каждый поцелуй был обещанием, каждое прикосновение – новым витком желания.
Дыхание участилось, когда поцелуй стал глубже, страстнее. Тэхён медленно отступил, не разрывая контакта губ, и повёл её за собой. Дженни безмолвно следовала за ним, её сердце колотилось в груди, как пойманная птица. Он не отрывался от неё, продолжая целовать, пока они не оказались в её спальне.
Его руки ловко скользнули к краю её топа, и он медленно, дразняще, потянул ткань вверх. Дженни подняла руки, помогая ему снять одежду. Топ скользнул по её телу и упал на пол, обнажая нежную кожу. Его глаза задержались на ней, полные восхищения, прежде чем он снова склонился для поцелуя.
Пальцы Тэхёна скользнули по её талии к застёжке шорт. С лёгким шорохом джинсовая ткань сползла вниз, открывая её бёдра. Дженни почувствовала прилив жара, когда он притянул её ещё ближе, его горячее тело прижалось к её. Каждый его взгляд, каждое прикосновение усиливали огонь между ними. Они падали на кровать, их губы не разрывались, а руки неустанно исследовали друг друга, обещая ночь, полную страсти.
Пока Тэхён продолжал целовать Дженни, его пальцы ловко расстегнули свою рубашку. Ткань соскользнула с его плеч, обнажая крепкие мышцы груди и рельефный пресс. Дженни сжала его волосы сильнее, ощущая прилив тепла от его голой кожи, прижавшейся к ней. Она почувствовала его дыхание на своей шее, когда он осыпал её нежными поцелуями, спускаясь ниже.
Его руки скользнули к поясу брюк, и он, не отрываясь от её губ, чуть приподнялся, чтобы стянуть их вместе с боксерами. Ткань соскользнула вниз, и вот они оба были полностью обнажены, их тела прижались друг к другу, не оставляя места для сомнений или неловкости. Жар их тел смешивался, создавая невыносимое напряжение.
Тэхён навис над ней, его глаза горели желанием. Он нежно погладил её бедро, а затем скользнул выше, вызывая мурашки по всему телу Дженни. Её дыхание участилось, когда он медленно вошёл в неё. Это был вдох, полный облегчения и нарастающего экстаза. Дженни выгнулась навстречу, обхватив его ногами, притягивая ещё ближе.
Их движения стали единым ритмом, нарастая с каждым толчком. Комната наполнилась их стонами, шепотом и учащенным дыханием. Тэхён целовал её шею, плечи, ключицы, оставляя огненные следы поцелуев. Дженни царапала его спину, цепляясь за каждый момент, ощущая, как волна удовольствия накрывает её.
Они двигались в унисон, забыв обо всем на свете, кроме друг друга. Каждый их поцелуй, каждое прикосновение было пропитано глубокой страстью и нежностью. Звёзды за окном были свидетелями их единства, их полного слияния в одну пылающую душу. Напряжение нарастало, достигая пика, а затем взорвалось, окутывая их обоих волной ослепительного блаженства. Они замерли, прижавшись друг к другу, тяжело дыша, пока отголоски оргазма медленно утихали, оставляя после себя чувство глубокого удовлетворения и нежности.
Тэхён перевернулся на бок, притянув Дженни к себе, обнимая её так крепко, словно боялся, что она исчезнет. Она прижалась к нему, слушая биение его сердца, чувствуя его тепло. В наступившей тишине не было слов, только невысказанное обещание будущего, скрытое в каждом их вдохе и каждом прикосновении.