Проживание со своим автором
Комната автора. Вечер.
На полу кипа сценариев. На столе — разбросанные маркеры, пустые чашки из-под кофе, свет от монитора освещает усталое лицо девушки.
Бакуго (на повышенных тонах):
— Ты вообще нормальная?! Почему ты сделал меня таким взрывоопасным?! Я тебе что — псих на коротком поводке?!
Автор (уставшая, без сил):
— Потому что ты получился настоящим… живым. А не гладким и скучным, как многие. Ты — реальный, со своими ошибками…
(перехватывает дыхание)
— Ты должен был расти. Как и все.
Бакуго (прищуривается, затем отводит взгляд):
— Тьфу… философия пошла. Не думай, что я это одобряю!
Он резко встаёт, начинает расхаживать по комнате. Замечает третью чашку, обломки печенья на клавиатуре, пустой холодильник, валяющийся плед.
Бакуго (бурчит себе под нос):
— Творческая ты, значит, личность. Живёшь как на свалке…
Он молча берёт грязную посуду, тащит на кухню. Слышно, как включается вода.
Автор (в шоке):
— Э-э… ты… что делаешь?
Бакуго (в ответ, не оборачиваясь):
— Мою за тобой! Не хватало мне заболеть в этом твоём реальном мире из-за твоих кружек с плесенью!
(пауза)
— И, кстати… ты когда в последний раз спала, а?
Автор (потупившись):
— Ну… вчера… наверное…
Бакуго (резко):
— Хватит. Завтра хочешь писать гениального персонажа — выспись. Сейчас — марш под одеяло!
Он бросает полотенце на стол, как флаг. Потом быстро отворачивается, будто сделал что-то слишком «человечное».
Бакуго (шёпотом, почти не слышно):
— Спасибо… что написала меня.
— Автор (немного ухмыляется):
Что что?
Бакуго ( раздражённо):
— Спи уже!
Автор ( уже улыбкой)
— ладно сплю.
Утро. Кухня автора.
Бакуго уже на ногах, в фартуке (!) с надписью «BOOM!», сквозь который он пробурчал, что "это единственное нормальное тряпьё на кухне". Автор сидит за столом, кутаясь в плед, и лениво ковыряет ложкой в овсянке.
Бакуго (зло, глядя с плиты):
— Если ты сейчас опять не поешь, я тебя сам накормлю. Насильно. С ложки!
Автор (неожиданно оживлённо, с блеском в глазах):
— Ух, это звучит как мечта. Поесть с рук собственного персонажа… или кумира.
(в театральном восторге)
— Прямо сцена из фанфика!
Бакуго (завис на секунду, покраснел):
— ТЫ… ЧЕГО ТАКОЕ НЕСЁШЬ, ИДИОТКА?!
Он в панике отходит от плиты, чуть не сбив стул, и хватает ложку, как оружие. Уши красные, голос дрожит от эмоций — то ли злость, то ли смущение.
Бакуго (продолжает вопить, но тише):
— Да ты вообще... извращенка что ли?! Кто ТАК говорит своему персонажу?!
(ворчит сквозь зубы)
— Я тебе не кумир. Я тебе — кошмар на завтрак.
Автор (подмигивая):
— Ага, очень вкусный кошмар. С дымком и угрозами.
Бакуго (бормочет):
— Всё, жри. Или я реально тебя покормлю. И если хоть раз пикнешь про "романтику", я уйду в ванну, взорву плиту и уйду в другое измерение. Я серьёзно.
Бакуго (ворчит, злобно тыкая ложкой в воздух):
— Я серьёзно! Если ты ещё раз ляпнешь что-то странное, я уйду в ванну, взорву плиту — и всё, ищи потом своего героя в других мирах!
Автор (вздыхает, спокойно, но с грустью):
— Бакуго… ты не сможешь уйти.
(пауза)
— Мы не знаем, как ты сюда попал. И уж тем более — как тебя вернуть обратно.
Бакуго (замолкает, взгляд становится жёстким):
— Что?
Автор (разводит руками):
— Я не вызывала тебя. Я вообще думала, что схожу с ума, когда ты появился.
(улыбка с горечью)
— Можешь бить меня, можешь орать, но…
(взгляд в глаза)
— …ты застрял здесь. И мы оба не знаем почему.
Бакуго (опускает ложку, прищуривается):
— Значит, я просто так вывалился из своей вселенной… и теперь тут? Без Квёрка. Без команды. Без смысла?
Автор:
— Может, не "без смысла". Может, ты здесь, чтобы понять что-то. Или поменять. Или… заставить меня написать тебя по-другому?
Бакуго (вскипает):
— Я не хочу быть "написанным по-другому"! Я — это я! И я сам решаю, что делать!
Автор (тихо):
— Тогда решай. Но пока ты здесь — ты в моём мире. А значит… тебе придётся как минимум завтракать.
Бакуго (сквозь зубы):
— Ты невозможна.
Автор (с улыбкой):
— А ты — невозможный персонаж. Отличная пара.
Бакуго (скрипя зубами, глядя в пол):
— …Твою мать. Значит, я тут застрял. Просто… вырвало меня из моего мира и швырнуло в твой.
Автор (тихо, с сочувствием):
— Я понимаю, что это ужасно. Поверь, я бы сама хотела всё объяснить… но ты — мой персонаж. Вымышленный. Ты не должен был даже существовать в реальности.
Бакуго (резко поднимает голову, глаза сверкают гневом):
— Я НАСТОЯЩИЙ. Я — ЖИВОЙ. Я дышу, двигаюсь, чувствую.
(ударяет кулаком по столу, тот дрожит)
— Раз ты меня написала, значит, ты мне обязана. ОБЯЗАНА знать, почему я здесь!
Автор (вздыхает, сдержанно):
— Может, это не я тебя сюда привела. Может… это ты сам.
(пауза)
— Или ты настолько силён, что твоя воля пробила реальность.
Бакуго (хмуро):
— Или ты написала меня настолько хреново, что я сбежал.
Автор (чуть усмехаясь):
— Ну вот. Наконец-то честный отзыв.
Он отворачивается к окну, напряжённый, как сжатая пружина. Несколько секунд — тишина.
Бакуго (хрипло):
— …А если меня там забыли? Если я исчез из своего мира, как будто меня никогда и не было?
Автор (мягко):
— Может, ты и здесь появился, чтобы кто-то наконец тебя… не забыл.
Пауза. Он не отвечает, но по выражению его лица видно — эта мысль его задела. Он опирается на подоконник, потом резко оборачивается.
Бакуго:
— Ладно. Тогда раз уж я здесь, я требую… список.
Автор (смеётся):
— Какой ещё список?
Бакуго (серьёзно):
— Список: кто главный герой. Почему не я. Зачем ты дал мне мать, которая кричит, и отца, которого почти не видно. Почему у Деку сила, а у меня — только злость.
(подходит ближе)
— Почему ты делаешь меня сильным, но не счастливым?
Автор (растерянно):
— …Ты правда всё это хочешь знать?
Бакуго (ровно):
— Раз уж я живу в твоём мире… я требую правды. И пока ты не ответишь — ты не сдвинешься с места. И я тоже.
Автор (молча встаёт, открывает ящик комода и достаёт толстую папку, переплётанную вручную):
— Смотри сам. Это мои… черновики. То, каким ты мог быть. Каким ты был. Каким ты почти стал.
Бакуго (берёт папку, хмуро):
— Что это за чушь?
(он открывает, и его лицо постепенно меняется: там — листы с наспех нацарапанными диалогами, сценарии, где он погибает в арке войны, где становится злодеем, где вообще не существует. Некоторые страницы сжёг кофе. Некоторые — вырваны. Есть даже зарисовки, где он улыбается… и где он плачет.)
Бакуго (глядя в рисунок, где он смеётся, прижимая к груди медаль):
— Это что… я?
Автор (садится рядом, устало):
— Это ты… в других вариантах. Ты был у меня и злым, и добрым. Иногда — даже героем №1. Иногда — погибал ради друзей.
(он переворачивает лист — на нём официальный арт, где он стоит плечом к плечу с Деку, оба израненные, но улыбаются. Подпись: “Изначальный финал. Не принят.”)
Бакуго (сквозь зубы):
— Почему не принят?
Автор:
— Потому что ты был… слишком идеальным. Без взрывов, без боли — и это уже был не ты.
Бакуго (шепчет, глядя в лист):
— А я хотел бы таким быть.
(дальше — ещё страннее. Он находит папку с фанартами, отправленными от фанатов. Там — AU: Бакуго — бариста. Бакуго — учитель. Бакуго — вампир. Бакуго — девушка. Бакуго — с Деку. С Киришимой. Один. Всегда один.)
Бакуго (отшатывается):
— Что за чёрт?! Это кто вообще придумал? Это точно не ты!
Автор (усмехается):
— Фанаты. Люди, которым ты… стал важен. Ты даже не знаешь, как много тебя любят.
Бакуго (растерянно):
— Любят?.. За что? За то, что я взрываю всё подряд? Ору на всех?
Автор (тихо):
— За то, что ты настоящий. Настоящие персонажи — не идеальны. Но ты живёшь. Даже сейчас.
(он закрывает папку, как будто та обожгла руки. Взгляд у него потухший — впервые за долгое время.)
Бакуго:
— Значит, я соткан из вариантов. Из боли. Из чужих надежд.
Автор:
— А теперь ты — вне страницы. И ты сам можешь решить, кем ты будешь.
(тишина. Он сидит на полу, упершись спиной в стену. Потом тихо, без злобы):
— …А есть хоть один вариант, где я просто… счастлив?
Автор (глядит на него):
— Был. Но я его оставила на самый конец. Хочешь — покажу?
--------------------
Ребята помогите 😭
Somebody's help 😭