2 глава
Том не спал. Лёгкие, едва слышные всхлипы Билла с его плеча были как иглы, пронзающие его сердце. Том держал брата крепко, не ослабляя объятий, боясь, что если он отпустит хоть на миг, Билл исчезнет. Он гладил его по голове, чувствуя, как влажные пряди волос липнут к его пальцам. Каждое тихое всхлипывание отзывалось в его душе раскатом грома. Это был не просто плач - это был крик души, и Том знал, что в этот момент он был единственной преградой между Биллом и пропастью безумия.
- Всё будет хорошо, Билли. Я здесь, я с тобой. Мы вместе. Мы всегда будем вместе, - шептал Том, пытаясь успокоить брата, как маленького ребёнка, но внутри его самого начинала зарождаться безнадёжность.
Вдруг Билл резко отстранился. В его глазах был ужас, который Том никогда раньше не видел. Он не плакал больше - теперь его лицо было как маска, окаменевшая от боли. Том почувствовал, как холод прошёл по его собственному телу, как будто всё тепло в комнате внезапно исчезло.
- Я... я больше не могу, Том, - прохрипел Билл, его голос был хриплым, еле слышным, будто каждый звук вырывался с трудом, через ком в горле. - Это всё просто... слишком много.
Том ощутил, как что-то внутри него ломается. Неужели он теряет Билла? Он прижал руки к лицу брата, стараясь удержать его взгляд.
- Билли, не говори так. Пожалуйста. Мы найдём выход. Мы справимся. Ты не один. Я с тобой.
Билл молча смотрел на него, но в его глазах больше не было надежды, только пустота, которую Том не мог заполнить своими словами. Его младший брат был близок к тому, чтобы полностью сломаться, исчезнуть в собственной темноте.
- Ты думаешь, я не стараюсь? - тихо спросил Билл, его голос был почти шёпотом, и Том напрягся, чтобы услышать каждое слово. - Я каждый день говорю себе, что всё наладится. Я пытаюсь поверить в это. Но внутри... внутри меня что-то умирает, Том. Я больше не чувствую ничего, кроме боли.
Том крепче сжал его руки. Ему нужно было что-то сказать, что-то, что могло бы спасти Билла, но все слова казались пустыми. Он не мог просто заставить эту боль уйти.
- Я не знаю, как... - Билл отвёл взгляд, его дыхание сбивалось, как у человека, который слишком долго терпел и теперь больше не может сдерживать себя. - Иногда мне кажется, что без меня вам будет лучше.
- Нет! - Том резко перебил его, его голос был полон страха. - Не смей так думать! Ты не можешь уйти, Билл. Ты нужен мне.
- А я тебе мешаю, - Билл закрыл глаза, его тело чуть дёрнулось, будто он хотел отстраниться от Тома, убежать от этих слов. - Я тяну тебя вниз вместе с собой. Я... я просто обуза, Том.
Том замер. Эти слова ударили его сильнее, чем любой физический удар. Он увидел, как глубока пропасть, в которую начал падать его брат. Билл действительно верил, что мир был бы лучше без него. Эта мысль была как яд, растекающийся по его разуму.
- Ты никогда не был обузой для меня, - Том говорил быстро, отчаянно. - Ты - мой брат, ты - часть меня. Без тебя у меня ничего не будет, ты понимаешь? Я не справлюсь без тебя, Билли.
Билл с трудом поднял на него взгляд. Он весь сжался, словно ожидая удара, но не физического - удара правды, который он не мог вынести.
- Я не могу дышать, Том, - его слова были еле слышны, будто последний вздох. - Каждый день я просыпаюсь, и мне кажется, что вокруг только тьма. В школе... на улице... даже здесь. Мне нет покоя. Я не чувствую себя живым.
Том не знал, что сказать. Он чувствовал бессилие. Он был сильным, он был тем, кто защищал брата от всего, что могло причинить ему боль, но как он мог бороться с тем, что происходило в его голове? Как защитить Билла от его собственных мыслей, если они становились его злейшими врагами?
Билл снова закрыл глаза и тяжело выдохнул, его тонкие плечи дрожали от усталости. Том медленно притянул его к себе, осторожно, будто боялся, что младший брат разобьётся на тысячи осколков прямо у него на руках.
- Я не могу потерять тебя, Билли, - прошептал Том, его голос срывался. - Я не переживу этого. Пожалуйста, не уходи. Не оставляй меня одного.
Билл не ответил. Его тёплые слёзы снова потекли по щекам, но он не пытался вырваться из объятий. Том почувствовал, как что-то неуловимо изменилось в атмосфере комнаты, как будто между ними была невидимая пропасть, которая становилась всё шире.
- Ты - всё, что у меня осталось, Билл. Ты должен бороться, слышишь? Для нас обоих. - Том сжал его руку, пытаясь передать через это прикосновение всю свою любовь, всю ту силу, которая ещё оставалась в нём.
- Я стараюсь, Том, - наконец, прошептал Билл, его голос был полон боли и отчаяния. - Но я больше не уверен, что смогу.
В этот момент дверь их комнаты резко открылась, и в проёме показалась мать. Она была, как всегда, пьяна, с бутылкой в руке и злобной усмешкой на лице.
- Опять сопли распустили? - прорычала она, шатаясь на пороге. - Ничего, что вам тут не цирк, мальчики? Может, вы перестанете ныть? Отец ваш мёртв, смиритесь уже!
Её слова резанули воздух как нож. Билл сжался, словно получил пощёчину, и Том, не отпуская его, встал, готовясь защитить брата от очередного оскорбления. Но мать была слишком пьяна, чтобы замечать их боль. Она подошла ближе, шлёпая по полу босыми ногами, и, не удержав равновесие, ударила Билла по лицу.
- Ты должен был умереть вместо него, - прошипела она, не замечая ужаса в глазах Тома и слёз на лице Билла. - Ты - это ошибка. Ты даже не человек.
Том резко вырвал Билла из-под её руки, встав между ним и матерью. Его тело напряглось, и гнев, который он сдерживал долгие месяцы, готов был вырваться наружу.
- Уходи, - прошептал Том, его голос был холодным, как лёд. - Просто уходи.
Мать, пошатываясь, подняла руку, но Том не дал ей приблизиться.
- Ты не тронешь его. Больше никогда.
Она бросила на него ненавидящий взгляд, но не ответила. Затем, шатаясь, вышла из комнаты, оставляя за собой запах алкоголя и безысходности.
Билл всё это время сидел молча, прижав руку к лицу, на котором уже начал проявляться синяк. Его глаза были пусты, его дух сломлен. Том опустился рядом с ним, нежно касаясь его плеча.
- Всё будет хорошо, Билли, - прошептал Том, хотя сам едва верил в эти слова. - Я с тобой. Я никогда не отпущу тебя.
Но в этот момент Том понял: неважно, насколько сильно он будет бороться за брата - в душе Билла бушевала буря, которую невозможно было укротить. Ночь вновь укрыла их, словно мрачное одеяло, под которым не было места для света и тепла. Свечка, стоявшая на столе, медленно догорела, оставляя комнату близнецов в почти полной темноте. Том держал Билла на руках, чувствуя, как его младший брат мелко дрожит, хотя температура в комнате была такой же, как всегда. Дрожь исходила не от холода, а от чего-то куда более глубокого, от чего-то, что захватывало Билла целиком, погружая его в ещё большую бездну.
Билл был здесь, рядом, но Том чувствовал, что теряет его. Это было как наблюдать за медленным утоплением: ты видишь, как человек уходит под воду, протягиваешь руку, пытаешься вытащить его на поверхность, но он уже почти скрылся, и ты ничего не можешь сделать. Сердце Тома болело, словно его сжимали в ледяной хватке.
- Тебе больно, Билли? - едва слышно спросил Том, его голос дрожал, как и руки, что гладили брата по спутанным волосам. Он чувствовал себя бессильным. Впервые за долгое время, он не знал, как помочь.
- Больно... - Билл ответил почти беззвучно, его дыхание сбилось, как будто каждый вздох давался ему с трудом. - Каждый день, Том. Каждую секунду.
Том знал, что эта боль не была физической. Это была другая боль - та, которую невозможно унять таблетками или обнять крепче. Это была боль, которую Билл носил внутри себя, словно тяжёлый груз, который с каждым днём становился всё больше, пока не угрожал раздавить его окончательно.
- Ты не должен терпеть это один, Билли, - сказал Том, пытаясь говорить так спокойно, как только мог, хотя сам был на грани. - Я всегда рядом, всегда буду. Ты можешь сказать мне всё. Мы найдём выход, клянусь.
Билл замер на секунду, и Том почувствовал, как его руки сжались в кулаки. Брат смотрел в пустоту перед собой, его глаза были пустыми, как чёрные дыры, поглощающие всё тепло и свет.
- Какой смысл? - прошептал Билл, едва двигая губами. - Какой смысл говорить, если ничего не меняется? Я уже не чувствую, Том. Всё это - просто пустота.
Эти слова пронзили Тома, как нож. Он медленно отпустил брата, но не отодвинулся. Что-то в его душе трещало и ломалось, как хрупкое стекло, под ударами гнетущей реальности. Биллу не просто было больно - он больше не видел причин жить. Том боялся этого момента больше всего. Боялся, что однажды Билл окажется за гранью, на той черте, где больше не будет возврата.
- Ты нужен мне, Билли, - тихо, но твёрдо сказал Том, посмотрев брату в глаза. - Ты - часть меня. Без тебя я потеряюсь. Ты - мой свет, Билл. Без тебя здесь не будет смысла.
Билл на миг встрепенулся, его глаза чуть дрогнули, но потом снова вернулись к прежнему, безжизненному состоянию.
- А что, если я уже потерян? - его голос был настолько тихим, что Том едва уловил эти слова, но смысл их был слишком отчётливым, чтобы игнорировать.
- Ты не потерян. Я не позволю этому случиться. - Том крепче прижал его к себе, словно пытаясь удержать его не только физически, но и душевно. - Я с тобой, Билли. Всегда.
На улице завывал ветер. Снежная буря усиливалась, и холодный, пронизывающий воздух проникал даже через окна, усиливая чувство отчуждения и холода в комнате. Билл снова сжался, вжался в плечо брата, как будто в его объятиях был последний шанс согреться. Его ледяные пальцы слабо сжались на рукаве футболки Тома - той самой, что раньше принадлежала их отцу. Эта деталь заставила Билла застыть на несколько мгновений, его взгляд застыл на старой ткани.
- Я постоянно вижу его, - прошептал Билл, не поднимая глаз. - Он приходит ко мне во сне. Он зовёт меня.
Том напрягся. Он чувствовал, что сейчас происходило что-то ужасное, что его брат двигался к грани, откуда не было возврата.
- Он не хотел бы, чтобы ты страдал, Билли, - сказал Том, его голос был тихим, но решительным. - Отец хотел бы, чтобы ты жил. Чтобы ты нашёл радость.
- Но я не могу, Том, - Билл чуть приподнял голову, и на его лице снова появились слёзы. - Я не могу отпустить его. Он был всем для меня. А теперь... теперь его нет, и я чувствую, что и меня не должно быть.
Эти слова ударили Тома, как молния. Он резко сел, глядя в глаза Билла. В этот момент он осознал, насколько глубока была его боль. Его брат не просто был сломлен - он был на краю, балансировал на лезвии ножа, откуда каждое слово могло стать решающим.
- Нет, Билли, ты не можешь так думать, - Том почти кричал, его голос дрожал от ужаса. - Ты нужен мне. Я не позволю тебе уйти. Ты - всё, что у меня есть!
Билл отвернулся, сжавшись ещё сильнее, его тело было как тонкая ветвь, готовая сломаться от первого порыва ветра. В комнате воцарилось напряжённое молчание. Том был в отчаянии. Он не знал, как бороться с этой болью. Ему казалось, что мир рушится вокруг них, и он никак не может остановить этот процесс.
- Я не хочу, чтобы ты страдал из-за меня, - наконец сказал Билл, его голос был едва слышен. - Я вижу, как ты мучаешься, Том. Ты заслуживаешь лучшей жизни, без меня.
- Замолчи! - Том резко схватил его за плечи, заставив смотреть прямо в глаза. - Не смей так говорить! Ты не понимаешь, как сильно я тебя люблю, Билли! Ты - моя жизнь. Без тебя я ничто. Ты не можешь уйти. Я не отпущу тебя!
Слёзы полились по щекам Билла, и его тонкие руки бессильно опустились. Он больше не сопротивлялся. Он просто был там, как пустая оболочка, которую Том отчаянно пытался удержать на плаву.
- Том... - прошептал Билл, его голос едва был слышен. - Я так устал...
Том смотрел на него, и сердце разрывалось от боли. Он чувствовал, что с каждым днём, с каждым часом, его брат уходит всё дальше и дальше, и он больше не знает, как его вернуть.
- Ты не уйдёшь, Билли, - шептал Том, держась за брата, как за последнюю надежду. - Ты не оставишь меня. Ты не можешь...
Но внутри него уже поселился ужасный страх. Страх, что однажды он проснётся и больше не увидит брата рядом.