Случайно навсегда

— Ну, и я ему говорю: "Ты мне нравишься", а он...
— Ахахаха — смех Хосслера перебил Эмму — Да, но перед этим признанием был ещё целый монолог о её неуверенности и о том, что её чувства якобы не взаимны.
— Ну я же призналась в итоге!
— Если бы я не прервал тебя тогда, ты бы так и продолжила ходить вокруг да около.
— Главное, конечный результат! — всё не унималась девушка, и Джейден сдался, с улыбкой закатывая глаза:
— Да, да, да, я понял — кивнул тот, беря руку рыжеволосой в свою, отчего та расплылась в улыбке.
В общем, как я поняла из рассказа ребят - они начали встречаться. Собственно, как я и думала: Паркинсон призналась Джею в чувствовах на субботней вечеринке, тот ответил ей взаимностью, и, проведя вместе все выходные, они решили прогулять ещё два дня учёбы, соизволив явиться в универ только сегодня - в среду, и то, только на вечерние пары. Короче, как вы могли понять, у них всё супер, и я рада, честно.
Через 40 минут начнётся последняя на сегодня лекция по дизайну, а пока мы втроём сидим в столовой, болтаем, отдыхаем...ой, нет, уже не втроём.
— Ну, привет, должничок — высокий кудрявый парень в один миг оказывается рядом со столом — Не забыл про наш забив? Хотя выбора у тебя особо нет.
— Брайс, давай не здесь — спокойной отвечает блондин — Поговорим потом.
Брюнет нахмурился, сведя густые брови к переносице:
— Лады, но даже не думай кинуть меня, Хосслер, тебе же хуже будет...
— Поговорим после пар — уже с нажимом повторил Джей, смотря на парня ледяным взглядом. Между этими двумя висело дикое напряжение, отчего мне стало не по себе, как и Эмме: подруга замерла, то с волнением и непониманием смотря на Джейдена, то с опаской - на Брайса. Но вот брюнет немного расслабился и, быстро окинув нас с подругой оценивающим взглядом, отошёл от нашего столика к своей компании, что ждала его около выхода из столовой. Группа старшекурсников, состоящая из нескольких парней и пары девушек, дождавшись брюнета, скрылась за дверью.
— Кто это? — тут же выпалила я, развернувшись к Джейдену, но тот проигнорировал мой вопрос.
— Джей, о чём он говорил? — теперь уже Эмма старается достучаться до парня, но тот молчит, и может показаться, что он спокоен, но его выдают пальцы, что до побеления костяшек сжимают стеклянную бутылку. Здесь явно что-то не так... — Вы так смотрели друг на друга, словно убить были готовы...
— Эмма, всё хорошо — наконец отвечает парень, но его голос звучит супер напряжённо и задумчиво, и я не выдерживаю, спокойно, но требовательно, выпаливая:
— Так, хватит! Кто, чёрт возьми, это был и про какой "забив" он говорил? Почему ты не можешь нормально ответить?
— Успокойся — парень пронзает меня ледяным взглядом, но я не отвожу свой — Я уже сказал - всё хорошо и этого достаточно.
— Что-то не похоже, что вы с этим Брайсом закадычные друзья — настаиваю я.
Это будто немая борьба, но я не намерена отступать, и не потому что мне очень интересно, любопытно или я люблю мужские разборки, нет, просто в этой стычке, что была буквально 5 минут назад - явно чувствовался какой-то жёсткий конфликт, это точно не детские шутки. Только слепой не заметил бы, что Хосслер во что-то вляпался, и он всеми силами не хочет втягивать нас в это, но я не могу стоять в стороне, он мой друг.
— Это Брайс Холл - можно сказать, мой старый знакомый — спустя где-то минуту тишины, вздыхает блондин — Ничего серьезного не произошло, просто я проиграл спор и теперь надо кое-что сделать, не волнуйтесь.
Я недоверчиво хмурюсь, оценивая ситуацию и слова парня.
— Надеюсь, что всё будет хорошо — кивает подруга, кладя свою ладонь на кисть Джейдена и тот слегка улыбается. Хоть напряжение и ушло, и ситуация более менее прояснилась, я не перестала чувствовать тревогу.
— Всё равно это какое-то...
Меня прерывает звонок телефона. Кто может мне звонить посреди учебного дня? Шарю рукой в рюкзаке, но, нащупав мобильный и посмотрев на экран, я растерянно замираю. Всего 4 буквы, а сколько эмоций.
Попрощавшись с ребятами, я быстро взяла свои вещи и направилась к выходу из столовой, попутно отвечая на звонок.
— Алло, пап?

Подоконник, на котором я сейчас сижу, стал мне уже родным, как и вид из окна. На лекцию я, как 30 минут, опаздала, поэтому торопиться некуда. Экран телефона уже, кажется, запотел от долгого разговора с отцом, но это ещё не конец.
— Вивиан, ты слышишь меня? — строгий тон отца привлекает всё моё внимание, и я положительно мычу в трубку — Тогда ты должна понять, насколько глупо ты поступила.
Он всё никак не угомониться, хотя мы почти 40 минут говорим на одну и ту же тему...
— Это моё решение, и ты должен его принять.
— Это не решение, а юношески максимализм — повышает голос тот — Выкинь всю дурь из головы и возвращайся в Нью-Йорк пока не поздно, место в университете у тебя уже есть, так что покупай билеты, мой человек встретит тебя и...
Я пропускаю его слова мимо ушей, отодвинув трубку чуть дальше от уха, чувствуя, как к горлу подступает ком обиды и непонимания. Когда голос на другом конце телефона затих, я тяжело вздохнула:
— Ты не слышишь меня, пап, я не вернусь. Мне нравится в ЛА, мне нравится учёба здесь, у меня появились друзья, люди, которые...
— Друзья? — усмехнулся отец, а я вся напряглась, услышав его издевку — Да они кинут тебя при первой же возможности.
— Ты ничего о них не знаешь! С тобой все дружат только из-за денег, если бы не они...
— Не говори о том, о чём понятия не имеешь — напряжённо цедит он, а после следует молчание, такое долгое молчание, и я не стремлюсь его нарушать.
— Хорошо — вдруг выдаёт отец, и я удивлённо вскидываю брови, мне не послышалось, он согласился со мной...?
Но это же мой отец... И я снова слышу этот до боли знакомый мне грубый тон, эти до ужаса знакомые чёткие нотки раздражения и злости, что пропитывают буквально каждое его дальнейшее слово...и на моих щеках появляются слёзы, как всегда...
— Хорошо... — начинает он свою речь — Я понял, что моё мнение не имеет для тебя никакого значения. Я думал, что заслужил уважения! Думал, что я вложил в тебя за эти 18 лет, что с моим мнением надо считаться, его надо слушать и ставить в приоритет, но я ошибался! Я вырастил эгоистку — сколько же осуждения в его голосе, боже, сколько осуждения... — Ты самая настоящая эгоистка, Вивиан. Я растил тебя 18 лет, я давал тебе всё...всё самое лучшее. Я работал день и ночь, только чтобы ты ни в чём себе не отказывала, а что в итоге? Чем ты мне отплатила за мой труд? Я...
— Ты растил меня?! — я резко перебила отца, не в силах больше слушать это, но мой голос дрожал — Да ты всё своё время проводил на этой чертовой работе! Вокруг меня были одни няньки, служанки и телохранители! Всё моё детство прошло без тебя, ты только и делал, что кидал мне деньги на карту, просил принеси папку с документами и говорил, что занят! Ты растил меня?! Да я нашу кошку видела чаще, чем тебя, чёрт...
— Да как ты смеешь так разговаривать с отцом!? Неблагодарная девчонка!
— Да ты никогда и не вёл себя, как отец — выпаливаю я, а потом снижаю тон, добавляя — Ты всё моё детство был лишь голосом в телефоне, желающем мне спокойной ночи...не более.
Я всхлипываю, а на другом конце телефона слышится тяжёлое дыхание, и я понимаю, что мы знатно потрепала друг другу нервы.
— Ты окончательно меня разочаровала, Вивиан.

Я всё ещё сижу на том же месте, на подоконнике, втыкая невидящим взглядом в окно. Уже как минут 10 разговор с отцом был закончен, но я всё ещё плачу, продолжая всхлипывать и вытирать слёзы обиды рукавом своей белой кофты.
Он знает, куда нужно давить, он знает мои больные места, знает, что я люблю его, и как я благодарна ему за то, что в детстве у меня было всё, но... Но не было его, отца...не было его любви, не было тёплых слов, поддержки, добра и ласки...были только деньги и сухое общение приказным тоном, как будто я была обязана ему с самого рождения, как будто я пожизненно должна ему. Совно он заключил какую-то сделку, где за деньги купил моё безупречное поведение, послушание, отсутствие своего мнения и чувств...словно он купил робота или марионетку, куклу, а не человека, но я, чёрт возьми, не бесчувственная вещь! Я человек, живой человек, со своими интересами и мечтами, желаниями и эмоциями, и мои мечты и желания не могут, просто не могут всегда совпадать с желаниями и мечтами моего отца! Так не бывает... Он не может требовать от меня того, чего во мне нет...нет, не потому что я как-то не так воспитана, а потому что у меня другой характер, другие интересы и другие приоритеты. Это ли эгоизм - делать то, к чему лежит сердце? Вопреки желанию самого дорогого и близкого тебе человека делать то, что сделает тебя счастливой - эгоистично? Да, безоговорочно, отец - самый родной для меня человек, и я люблю его, всем сердцем люблю. Люблю не смотря на все наши ссоры, недопонимания, ужасные слова, что мы говорим друг другу, тем самым задевая и обижая, не смотря на его сложный характер и...даже не смотря на то, если он не любит меня, а мне кажется, что он не...
— Вивиан...? — я вздрогнула, услышав своё имя, и тут же начала стирать с щёк новую порцию слёз, не желая, чтобы парень её увидел — Ты что...ты плачешь?