Кровь.

Меган

Я очень скучала по маме и семье. Да, у нас случались ссоры, но она всё равно моя мать. Тоска по ним – это не просто грусть, это почти физическая боль, сдавливающая грудь и перехватывающая дыхание. Это ощущение, будто часть меня вырвали, и она потерялась где-то далеко.

Я помню, как, будучи маленькой девочкой, забиралась к маме на колени, ощущая её тепло и защиту. Её объятия были моим убежищем, местом, где все тревоги отступали. С теплотой вспоминаю, как мы с отцом читали книги: его мягкий голос наполнял комнату, а глаза светились любовью и гордостью. Как мы все вместе собирались за большим столом на Рождество, смеясь, делясь новостями и просто наслаждаясь обществом друг друга.

Теперь эти воспоминания – мой самый ценный клад, но и жестокое напоминание о том, чего мне так не хватает. Я вижу их лица на фотографиях, слышу голоса в телефонных разговорах, но это лишь бледная тень реального присутствия, тепла прикосновения, чувства единства.

Я знаю, что моя жизнь изменилась навсегда. Я сделала свой выбор, и ни о чём не жалею. Но тоска по семье – это константа, которая всегда будет со мной. Это цена, которую я плачу за свою новую жизнь.

Я учусь жить с этой болью, находя утешение в воспоминаниях, телефонных звонках, редких встречах. Стараюсь строить мосты, а не стены, сохранять связь, несмотря на расстояние. И я надеюсь, что однажды мы сможем собраться вместе, как прежде, за большим столом, смеясь и делясь новостями.

А до тех пор я буду хранить их в своем сердце, носить с собой, куда бы меня ни забросила судьба. Ведь семья – это не место, а чувство. И это чувство всегда будет жить во мне.

Аврора здесь, рядом со мной. Но Мерил… Моя Мэри. Как же описать то, что я чувствую к ней? Это не просто любовь, это нечто гораздо глубже, что-то, что проросло сквозь годы, сплелось с моими костями и стало частью меня самой. Мы с ней – две половинки одного целого, хоть и такие разные на первый взгляд. Она – черноволосая, вся в отца. Я же пошла в маму с моими рыжими волосами. Но нам всегда говорили, что мы – сёстры.

Помню, как в детстве я строила замки из песка, а она украшала их ракушками и цветами. Я решала задачки по математике, а она рисовала волшебные картинки. Я мечтала о карьере и власти, а она – о мире во всем мире и спасении бездомных животных. И знаете, обе наши мечты были важны. Но сейчас мы обе ушли в карьеру.

Она видит во мне лучшее, даже когда я сама этого не замечаю. Она верит в меня, даже когда я сомневаюсь в себе. Она – мой самый преданный друг, самый строгий критик и самая большая поддержка. Сейчас этой поддержки нет. Нить между нами рвалась каждый раз, когда Мерил говорила те слова. Между нами огромная стена обиды, злости, ненависти и разочарования. Но как бы я была рада, если бы мы смогли снова поговорить, готовить что-то по вечерам, обсуждать вместе наше общее дело. Мне этого не хватало до боли в груди, и вот сейчас, когда казалось бы, я всегда делала это для Мерил, теперь я изливаю душу Авроре.

—Может, вы поговорите? Я уверена, Мерил тоже скучает, – с переживанием сказала Аврора, глядя на меня.

Я не знала, скучает ли она. Мерил всегда была такой: внутри у неё может бушевать ураган, а снаружи – будто ничего не происходит. Она не расскажет, даже если пытать, но иногда я могу её раскрыть и понять, что у неё на душе. Но это редко, ведь она прячет всё под плотной маской безразличия.

—Я не знаю, Аврора. Вдруг она вообще не хочет меня видеть и слышать? – спрашиваю я, не понимая, что делать дальше.

Аврора отрицательно качает головой и протягивает мне телефон, на экране имя моей сестры. Дрожащими руками беру телефон и нажимаю на кнопку вызова. Гудки кажутся бесконечными, я уже думаю отключиться, но не успеваю.

—Меган? – говорит Мэри, и я широко раскрываю глаза.

Я не знаю, что сказать. Смотрю на Аврору, пытаясь найти ответы на свои вопросы.

—Как ты, Мерил? – дрожащим голосом спрашиваю я и слышу облегчённый вздох.

Кажется, что стена, стоящая между нами, сейчас рухнет. Я смогу с ней нормально поговорить, и всё будет как раньше.

—Хорошо, сестрёнка. Прости меня за то, что я не звонила. Прости меня, умоляю. Я готова тысячу раз извиниться перед тобой, готова приехать прямо сейчас и извиняться, – Мерил не выдерживает, и я слышу её всхлипывания, так хочется её обнять.

Она та, кто всегда может поддержать и залечить раны. Моя сестра.

Я улыбаюсь сквозь боль, давящую внутри, и слушаю её голос.

—Приезжай, Мерил. Я безумно по тебе соскучилась, по нашим вечерним разговорам, – шепчу я и слышу, как Мерил буквально рыдает.

Я стою рядом с Неланом, он старается меня поддержать. Смотрю на него, улыбаюсь и вижу подъезжающую машину. Оттуда выходит Мерил, а за ней и мама, которую я не ожидала увидеть. Мама подходит первая. Я смотрю в её глаза, ищу то самое материнское тепло, и вот, её лицо озаряет улыбка и любовь.

—Доченька, – тихо шепчет она, и я, не сдерживаясь, крепко обнимаю её.

Мне не хватало её тепла, этого наполненного теплом слова "доченька". И вот я стою в её тёплых объятиях, и сейчас всё хорошо.

—Прости меня, Мег. Прости, что не ценила, – тихо говорит мама, и по щеке скатывается слеза.

Мама отстраняется, гладит мои волосы и целует в лоб. Я улыбаюсь, глядя на неё, а затем она отходит. Вижу напряжение между Неланом и мамой. Он всё ещё не может смотреть на неё нормально, и я понимаю.

—Ради своей жены я готов принять вас в своём доме. Но не повторяйте своих ошибок, не наступайте на те же грабли, – твёрдо говорит Нелан, мама лишь кивает в ответ.

Вижу, что мама ещё не может освоиться здесь. Эти слова её напрягли ещё больше. Она стоит в стороне, чуть дальше Нелана. Поворачиваю голову, смотрю на Мерил и тут уже не выдерживаю. Она обнимает меня, я кладу руки ей на плечи и крепко сжимаю.

—Я очень скучала, сестра, – твердит она, и я отвечаю тем же.

И если бы не Аврора, я бы не смогла этого сделать. Не осмелилась бы позвонить своей сестре первой.

Любовь к маме и Мерил – это как дыхание, всегда со мной, даже если я об этом не думаю. Мама – мой компас, мой якорь. Её мудрость, её тепло согревают меня даже на расстоянии. Я восхищаюсь её силой, тем, как она всегда находит выход из самых сложных ситуаций.

А Мерил… моя сестра, мой лучший друг, и иногда мой самый строгий критик. Мы прошли через столько вместе, что нас связывает нечто большее, чем просто кровь. Её смех – это музыка для моих ушей, а её поддержка – моя опора. Иногда мне кажется, что она знает меня лучше, чем я сама. Я всегда буду рядом с ней, чтобы ни случилось, как и она всегда рядом со мной. Они – моя семья, мой мир, моя бесконечная любовь.

Я беру Нелана за руку. Боль в его глазах возвращает меня в реальность, и я понимаю, что он не может почувствовать того же. Долго смотрю на него, мы проходим в дом, и я бегу в кабинет его отца. Войдя туда, он странно смотрит на меня, отрываясь от документов.

—Александро, ваш сын нуждается в вас. Неужели вы не слышите, что происходит внизу? Вы не видели его взгляд, но он просто мечтает, чтобы вы обняли его и сказали тёплые слова. Да, вы, возможно, недолюбливаете меня, но там стоит ваш сын. Нелан хочет видеть вас за ужином, видеть ваши радостные глаза. Выйдите, поговорите с ним, сядьте за стол, как когда-то, – выпаливаю я, видя, как он впитывает каждое моё слово.

Я хотела этого. Я не ненавидела отца Нелана, всегда относилась к нему нормально. Александро думал, а возможно, и думает, что я могу навредить их семье. Но в этой семье живёт моя опора.

—Позвони Розе. Сегодня будет непростой ужин, сегодня решится судьба нашей семьи, – потребовал Александро, и я напряглась.

Но выполнила его просьбу, позвонила Сантино, Энзо и Розе. Первый, на удивление, не хамил, сказал, что скоро будет, и отключился. В холле уже почти всё было готово. Я сидела с Мерил на диване, мы обсуждали накопившиеся новости. И вот, Роза, Сантино и Энзо входят в дом. Наступил вечер, атмосфера напряжённая, но Мерил и Аврора поддерживают меня. Сантино встаёт, осматривает всех и останавливает взгляд на Авроре.

—Мне нужно кое-что сказать. Знаю, что кто-то будет против, но я упёртый, и больше слов от меня не ждите, – говорит Сантино, и я смотрю на Нелана. —Начну с тебя, Меган. Я ненавидел тебя, постоянно пытался разозлить. Но я осознал свою ошибку. Я считаю, что сейчас все должны извиниться перед тобой, ведь каждый несёт свои грехи на плечах. Так вот, я хочу попросить прощения за всё ужасное, что я сделал.

Сантино заканчивает свою речь, и я не понимаю, как реагировать. Он извинился, но я не держала зла.

—Я хочу быть для тебя братом. Пусть и не по крови, но я готов всегда прийти на помощь, – настаивает Сантино, и я улыбаюсь.

Это было неожиданно. Смотрю на Аврору, её глаза словно подталкивают меня что-то ответить. Она обнимает Сантино, и это придаёт мне уверенности.

—Я не держу зла, Сантино. Каждый учится на своих ошибках, и надеюсь, ты тоже научился, – кратко отвечаю я, и Сантино тепло улыбается.

Нелан берет меня за руку, я смотрю в его глаза и нахожу поддержку. Он целует меня в лоб, но, как оказалось, это ещё не всё, что хочет сказать наша парочка.

—А теперь хочу сказать я. Я вошла в эту семью неожиданно, даже безумно. Но искренне успела её полюбить. И Сантино стал частью моей жизни. Я нашла в нём отдушину, он стал моей опорой и поддержкой. И я хочу поделиться с вами радостной новостью, – с улыбкой до ушей говорит Аврора и показывает руку с кольцом.

Мы с Мерил одновременно вскакиваем. Подхожу к ней и крепко обнимаю. Кузина широко улыбается, глядя на её счастливое лицо, я понимаю, что она действительно этого хочет.

—Обидишь её – побью, – с сарказмом говорю я, глядя на Сантино.

Он кивает, и мы начинаем праздновать. Я танцую с Неланом, он держит меня за талию и ведёт в танце. Мама улыбается, глядя на нас, Александро сидит за столом, Аврора с Сантино тоже танцуют, а Мерил разговаривает с Энзо.

Идиллия. Это то, о чём я мечтала всю жизнь. После карьеры, конечно же.

Я чувствую тяжелый взгляд… Александро подошёл ко мне, когда я обернулась. Я бросила взгляд на Нелана.

— Пойдём поговорим, — попросил отец Нелана, глядя на нас.

Мы ушли в его кабинет. Он опустился на диван.

— Нелан, я не дал тебе той поддержки и любви, в которой ты нуждался. Не поддержал, когда тебе было тяжело справиться с чувствами. А тебя, Меган, я не принял, хотя видел, как сильно ты любима Неланом. Да, мне следовало принять тебя как родную дочь, но, увы, в голове были глупые предубеждения. Я хочу попросить у вас прощения, — Александро говорил медленно, словно давая нам время осмыслить каждое слово.

Я простила его. И Нелан тоже.

Ночь опустилась на город, укрывая его своим покрывалом. В нашем доме царит атмосфера большой и дружной семьи, где каждый нашёл своё место.

И, наверное, для полного счастья мне больше ничего не нужно.