ᴀꜰᴛᴇʀ ᴛʜᴇ ꜱᴛᴏʀᴍ

Dean Lewis - "How Do I Say Goodbye"

Утро началось тяжело. Felix проснулся с чувством пустоты, которое Hyunjin оставил после вчерашнего скандала. Каждый угол комнаты казался холодным, каждый звук - лишним. Он аккуратно собрал свои вещи, но дрожь в руках выдавалась сильнее всего.
Hyunjin, стоя у окна, казался спокойным, но внутри его сердце горело от чувства вины и раздражения на самого себя. Он знал, что слишком резко реагировал, слишком холодно отвернулся, оставив Феликса одного с его болью.
- Felix, ты готов? - тихо спросил ассистент, но никто не ответил. Felix сидел на краю кровати, не в силах подняться.
Hyunjin заметил это и почувствовал новую волну гнева на себя - не на Феликса, а на собственную неспособность быть мягким, внимательным, нормальным рядом с человеком, который ему дорог.
- Я иду, - пробормотал Hyunjin, пытаясь скрыть дрожь в голосе, и подошёл к Феликсу.
- Не хочу идти, - почти плача сказал Felix. - Я не хочу больше притворяться, что мне всё равно.
Hyunjin замер. Он не ожидал таких слов. Внутри него что-то треснуло, словно ледяная маска, которой он скрывал свои чувства, начала рушиться.
- Ты не понимаешь, - холодно сказал он, но в голосе уже слышалась усталость и растерянность.
- Я понимаю, - срываясь на слёзы, ответил Felix. - Я понимаю, что тебе сложно, но ты слишком часто уходишь, слишком часто закрываешься!
Hyunjin отшагнул. Он всегда держался, всегда контролировал свои эмоции, но сейчас - ничего. Его руки дрожали, грудь сжималась, и впервые он почувствовал, что не может быть только холодным и строгим.
- Может, тебе стоит просто уйти из моей жизни? - тихо, почти шепотом, сказал он, стараясь держаться.
- Нет! - вскрикнул Felix, вскакивая. - Ты не понимаешь... я хочу быть с тобой! Даже если это тяжело, даже если ты не умеешь показывать свои чувства!
Hyunjin замолчал. Он смотрел на Феликса, на его дрожащие руки, на глаза, полные слёз, и впервые осознал: он ранил этого человека, который для него важнее всего.
На съемочной площадке напряжение усилилось. Hyunjin пытался быть строгим и профессиональным, но каждое движение Феликса вызывало у него внутреннюю бурю. Когда Felix случайно уронил кисть, Hyunjin резко сказал:
- Осторожнее! - но тут же заметил, как глаза Феликса наполнились слезами.
- Прости, - тихо сказал Felix, поднимая кисть, - я... не хочу, чтобы ты злился на меня.
Hyunjin отвернулся. Он понимал, что его гнев был не на Феликса, а на самого себя, на свою неспособность быть мягким, доверчивым и открытым. Его сердце колотилось, но он продолжал стоять холодным, будто эта маска могла спасти их обоих.
Вечером Felix вернулся в номер и сел на кровать, сжимая подушку. Слёзы катились по щекам, и он едва мог дышать.
- Почему он так? - тихо шептал он. - Почему он не может просто сказать, что я ему важен?
Hyunjin сидел у окна, наблюдая за городом, но мысли крутились только вокруг Феликса. Он понимал, что был несправедлив, что его холодность ранила человека, которого он начал любить. Сердце сжималось от вины.
- Felix... - тихо сказал Hyunjin, делая первый шаг. Он подошёл ближе, но всё ещё держал дистанцию. - Мне... тяжело признавать свои чувства.
- Я знаю... - всхлипнул Felix, не в силах скрыть слёз. - Но я хочу, чтобы ты был со мной.
Hyunjin замолчал. Он не мог сразу сказать то, что чувствовал, но его взгляд говорил всё: он переживает, он боится потерять Феликса и хочет быть с ним, даже если не умеет это показать словами.
- Я... хочу попробовать, - тихо сказал он, почти шёпотом. - Но ты должен понять, что мне нужно время.
Felix кивнул, сжимая его руку, не отводя взгляд:
- Я подожду. Я всегда подожду.
И на этом тихом, но болезненном моменте, между ними возникло медленное примирение, искра доверия, которая медленно разгоралась среди слёз и боли.