Скорость Токио - Асфальт в огне.

— Точка входа будет с восточной стороны, — говорила Мизуки, сидя за рулём, её голос оставался холодным и чётким. — Там есть старая дренажная система. Мы сможем попасть внутрь, минуя камеры.

— А охрана? — переспросила Кёко.

— Два патрулирующих круга. По трое. Но между сменами есть слепая зона. У нас будет около семи минут, чтобы проскользнуть внутрь.

Сакура сжала зубы.
— Этого хватит. Надо торопиться.

Особняк «Кровавого Эхо» выглядел устрашающе. Старое здание с охраной, светом на втором и третьем этажах, и множеством чёрных машин, выстроившихся перед входом, как верные псы своего хозяина. Красная подсветка снизу заставляла всё здание казаться адским капканом, вынырнувшим из тени.

Девушки остановились за квартал. Остаток пути прошли пешком. В кромешной темноте, сквозь заброшенные дворы и ржавые ворота, они крались, как тени.

— Сюда, — прошептала Мизуки, отодвигая кусок металлической решётки у земли. За ней — узкий тоннель. Сильный запах плесени и сырости ударил в нос. — По нему мы выйдем под складским отсеком. Рядом с подвалами.

Сакура вздохнула.
— Если мы застрянем там, я тебя прокляну, Миз.

— Не волнуйся. Я проверила всё трижды.

Они пролезли по колено в грязной воде. Свет фонариков, закреплённых на лбу, едва хватал, чтобы освещать путь. Сердца били в ритме тревоги, но каждая из них знала — сейчас нельзя дать слабину. Рэна — где-то там. И она их ждёт.

⸻

Выход был скрыт за стенкой складского помещения. Мизуки ловко вскрыла замок, сдвинула панель. Комната оказалась пустой, но на полу были следы — кто-то явно недавно сюда заходил.

— Это может быть путь к подвалам, — прошептала Кёко, вытаскивая из кармана нож.

Сакура кивнула, прижимая к груди электрошокер.

Спустившись по металлической лестнице, они наконец оказались в узком, тёмном коридоре. Дверей было несколько. Некоторые заперты, другие вели в пустые комнаты. Но одна дверь... от неё тянуло холодом и... чем-то ещё. Тяжёлым. Железным.

— Здесь, — прошептала Мизуки.

Сакура осторожно толкнула дверь.

Комната была тёмной. Только слабый свет из лампы в углу. Холодный бетонный пол. Окровавленное тело девушки, лежащее неподалёку... и рядом с ней — Рэна. Вся побитая, осунувшаяся, но живая.

— Рэна! — Сакура вскрикнула, забыв про осторожность.

Рэна подняла голову. Глаза в панике метались по комнате.
— Сакура?.. Мизуки? Кёко?.. Это вы?..

— Мы пришли за тобой! — прошептала Кёко, подбегая и разрезая верёвки. — Всё хорошо. Сейчас вытащим тебя отсюда.

— Он... Том... он... убил её... — голос Рэны дрожал, но в нём была и злость, и ужас. — Он сумасшедший...

— Нам плевать, — Мизуки вытащила из кармана нож, осматривая дверь. — Мы уходим. И никто не помешает.

Но как только они собирались выйти, по коридору раздались голоса.

— Быстро! — прошептала Кёко. — План Б! Через вентиляцию!

Они подняли Рэну, помогли ей пройти до дальней стены, за которой Мизуки уже откручивала решётку. Сакура кинулась к двери, запирая её на засов.

— Он всё равно выломает её, — прошептала Рэна, едва стоя на ногах.

— Но мы уже уходим, — твёрдо ответила Кёко.

С трудом, но они втянулись в вентиляцию. Узкие трубы, царапающие кожу, и жара от металлических стен — всё это они почти не замечали. Главное — выбраться.

⸻

Через двадцать минут, уже за чертой промышленной зоны, они оказались в заброшенном ангаре, где оставили машины.

Рэна села на заднее сиденье розовой Хонды, тяжело дыша, слипшиеся от крови волосы прилипли к лицу.

— Мы вытащили тебя, — тихо сказала Сакура, тронув её за руку. — Всё, теперь ты в безопасности.

Но в глазах Рэны не было облегчения.

— Это не конец, девочки... Это только начало.

И они знали, что она права.

Кровавое Эхо pov ;

Том спустился по лестнице в подвал, тяжело дыша. В груди всё ещё бушевал огонь от вчерашней вспышки — он сам не понял, что заставило его так взбеситься. Может, взгляд Рэны. Может, её слова. Или тот проклятый стальной характер, из-за которого она не боялась смотреть ему в глаза даже в клетке.

Но когда он распахнул дверь подвала — всё застыло.

Пусто.

На холодном бетонном полу — только длинный порванный трос и пятно крови, начавшее темнеть. Тело убитой девушки было приоткрыто — будто кто-то хотел её накрыть, но не успел. Камера на стене мигала красным — отключена.

Том застыл. На долю секунды, на вдох. А потом — взрыв.

— ЕЁ НЕТ!!! — рявкнул он так, что эхо прокатилось по подвалу. — СУКА, ОНА СБЕЖАЛА!!!

Наверху послышались шаги. Сначала один, потом второй, и вот уже вся банда спешит вниз.

— Чего?! — Билл схватился за перила. — Как сбежала?

— Она была СВЯЗАНА, ТОМ! — бросил Густав. — Кто-то ей помог?

— Я ЧТО, ПО-ТВОЕМУ САМ ЕЁ ВЫПУСТИЛ?! — заорал Том, распахивая двери вверх.

Все рванули за ним. На улицу. Воздух был плотный, ночной, липкий.

И вот — на горизонте. Далеко, но ясно: две машины. Слишком быстро уходят. Стиль знакомый. "Ночная Сакура".

— ДА ЭТО ОНИ!!! — закричал Георг.

— ЗА РУЛЬ, БЫСТРО!! — Том метнулся к своей черной машине срываясь с места.

Билл и остальные — за ним. Двигатели заорали, свет фар полоснул по ночи. Неон красного цвета прорезал тьму, и вот уже несколько машин вылетают из ворот особняка.

И тут — первый выстрел.

Один из парней — не выдержав — открыл огонь по уезжающим. Слишком поздно. Девушки уже почти скрылись в ночи.

— СТРЕЛЯЙ, ИДИОТ! — орал Том.

Пули просвистели мимо. Один выстрел — попал. Машину слегка повело, но она не остановилась.

— Они уедут... — прошипел Билл, сквозь зубы. — Проклятье!

Том выругался, сжал руль, до боли в пальцах. Челюсть ходила ходуном. Всё лицо было залито гневом. Он не знал — что именно кипело сильнее: поражение, глупость охраны... или её лицо, мелькнувшее в окно машины, когда они вырывались из его лап.

Рэна. Проклятая рыжеволосая Рэна.

— Я найду тебя, сучка... — прошипел он. — И ты ПОЖАЛЕЕШЬ, что вообще родилась.