32 глава
В соседней больнице обстановка была такой же мрачной, как и в прошлой.
Ира без раздумий побежала к очередной стойке регистратуры. Она чувствовала дежавю, такое ощущение, что это был ночной кошмар, который повторялся снова и снова. Но за стойкой была совершенно другая женщина, абсолютно не похожая на предыдущую. Хотя одна схожесть все-таки была... Она была так же сосредоточена на своей работе.
Ира молчала и лишь её нога нервно стучала по белой плитке на полу. Она ждала...
Наконец-то женщина остановила свой палец где-то на последних сроках своего журнала, – Елизавета Андрияненко , её отвезли в реанимацию на втором этаже, – женщина подняла голову и взглянула Ире в глаза. – Там есть коридор, вы можете подождать там хирурга, сейчас он на операции, – в глазах сотрудницы читалось сострадание, из-за этого чувства всегда теряется сила.
– Спасибо, – как-то невнятно проговорила Ира.
На операции... Эти слова всегда вызывают чувство страха и тревоги. Ира вместе с Сашей поднялись на указанный этаж.
В отличие от первого этажа, где было много врачей, которые выкрикивали сложные, непонятные термины, борясь при этом со смертью, на втором этаже была гробовая тишина, если не считать редкие всхлипы родственников, которые ждали хоть каких-то новостей. Белый и светлый коридор с черными креслами совершенно не успокаивал.
– Присядь, – указал Саша на свободное кресло.
Ира обессилено села на указанное место, лишь потому, что её голова кружилась, так что пол под ногами качался словно палуба корабля.
Она не могла ничего сделать, ей оставалось лишь ждать хоть кого-то, кто выйдет из этих дверей, над которыми была надпись: "Реанимация".
Саша тем временем ходил со стороны в сторону, как будто отмерял коридор шагами.
Он держал возле уха телефон.
Ира не слышала того, что он говорил, не потому что было шумно или из-за того что он был далеко. Нет. Она просто не слушала, не могла. В голове был какой-то белый шум, как тот, который находится между радиостанциями, прежде чем услышишь хоть какую-то песню.
– Я позвонил Нике и Глебу, – сообщил Саша, несмотря на сотрясавшую его дрожь. Он и сам был не готов к такому повороту дня.
Но ведь, а кто был бы к такому готов?
Ира возвела глаза к потолку, заливавшему коридор холодным и белым цветом люминесцентной лампы.
Если бы не те люди, которые сидели в другом конце коридора, можно было бы представить, что это место было пустым.
Совершенно пустая больница без признаков жизни.
Саша сел рядом, он не знал, что ему говорить, а нужно ли вообще?
Он прижал к себе Иру, давая понять, что сейчас он рядом.
Девушка не смогла совладать с эмоциями, она прижималась к парню при этом, оставляя на его куртке свои слезы.
– Я не могу её потерять, – эти слова вырвались у неё из груди, эхо разнесло их по всему коридору.
Саша был так же бессилен, как и Ира, он не мог обещать ей чего-то. Парень с последних сил сдерживал эмоции, он не хотел размякнуть рядом с Ирой.
Неизвестно сколько прошло часов, а может всего пару минут... в этом месте время просто остановилось.
Ждать новостей было невыносимо.
Наконец-то такая желанная дверь открылась, и оттуда вышел хирург и пара медсестер. Врач снял с себя маску, и можно было увидеть его усталость, а может это было что-то другое?
Ира с Сашей резко встали с места, и подошли к врачу.
– Кто из вас родственник Елизаветы Андрияненко? – его речь была ровной, он делал это много раз, достаточно много, чтобы говорить металлическим голосом.
– Я её девушка, – задыхаясь, простонала Ира.
Мужчина начал перебирать в руках свою маску, он сделал огромную паузу, прежде чем произнести, – мне очень жаль...
Ира смотрела за движением его губ, но не слышала всех слов.
Она смотрела, как хирург разводит руками.
Многочисленные ожоги... отравление...
Голова Иры закружилась с новой силой, чтобы остановить качание, Ира вцепилась в Сашу и прижала другую руку к гладкой, холодной стене.
Субарахноидальное кровоизлияние... Мы пытались...
Ире казалось, если она отпустит Сашу или прекратит опираться на стену, то непременно соскользнёт в подползавшую к ней черноту.
Если бы привезли на пару минут раньше...
В голове у Иры бухал тяжеленный молот. Тело полностью дрожало. Всё вокруг было размыто, как будто зрение отказывалось работать.
Ира была в полном изнеможении и не могла, да и не хотела держаться на ногах.
Она ничего не видела и не слышала вокруг себя, как будто её контузило от взрыва бомбы.
В один момент, слова могут причинить огромную боль.
Лицо Иры больно исказилось как от ночного кошмара, но все мы знаем, что они проходят.
– Ира, где твои ключи? – голос Саши звучал тихо и сухо. – Ира! – он положил ей руку на плечо.
Девушка как будто проснулась от долгого сна, она не заметила, что стоит у дверей собственной квартиры.
Руки были словно налиты свинцом, совершенно не хотели подниматься.
Ира попыталась достать ключи с кармана её куртки, но рука была непослушна.
Саша остановил Иру и сам вытащил у неё из кармана ключи.
Подобрав нужный, он открыл дверь, пропуская перед собой девушку.
– Ника уже едет сюда, – Саша включил свет.
Ира застыла на пороге, глаза щипало от слез. Она не знала, что ей делать. В квартире всё стояло, так как и утром, именно так, что вот-вот зайдет Лиза и будет расхаживать в своей светлой пижаме. Что сядет на диван, и будет играть со своим пушистым котом. Всё в квартире было так, что казалось, будто Лиза просто вышла в магазин, её чашка так и стояла на столе с недопитым кофе.
Ира перестала чувствовать своё тело.
– Давай, я останусь, приготовлю тебе чай. – Саша говорил очень осторожно.
Ира помотала головой.
– Хочешь, чтобы я ушел? – Саша не знал, что будет лучшим решением для Иры.
Девушка не могла говорить, она лишь придержала дверь, чтобы Саша мог выйти.
Ира просто прикрыла входную дверь, у неё не было сил захлопнуть её.
Ком в горле не давал ей нормально дышать. Она сняла куртку и оставила её на полу.
Не было сил ничего делать, только что она потеряла единственного человека, который дарил ей радость. Девушка оперлась на стену и спустилась вниз.
Лакки подбежал к Ире и с интересом начал нюхать её руки, он не понимал что случилось.
Повисла тишина. Ира чувствовала, как мысли, все до одной улетучились из её головы.
Она очень долго сидела на полу, в полном одиночестве, она не могла поверить, что это реальность. Слезы душили её.
Девушка окинула взглядом комнату и остановилась на ёлке.
Ира медленно и без сил подползла к ней и подвинула к себе коробку.
Она обещала Лизе, что та увидит её реакцию на подарок.
Но её больше нет.
Руки непослушно начали развязывать огромный бант. Дверь в квартиру открылась и на пороге появилась Ника, – у тебя тут открыто... – подруга увидела Иру, сидящую на коленях перед коробкой.
Ира даже не посмотрела на Нику, она подняла крышку, и стенки коробки упали каждая в свою сторону.
Девушка задержала дыхание, она не была готова к тому, что увидит.
Ира взяла открытку, дрожащими пальцами, она открыла её и прочла содержимое:
"Наверное, ты права, и это будет нашим первым шагом для нашего будущего дома. Мы ничем не будем отличаться от наших соседей, разве только этим дурацким садовым гномом. Но я готова задуматься о совместном саду на заднем дворе и зеленой лужайкой перед домом.
И пусть этот подарок говорит тебе о том, что я и правда готова прожить с тобой целую жизнь.
Люблю тебя, Лиза!"
Ира перечитывала эти слова снова и снова, пока рядом с ней присела Ника.
Ира больше не могла дышать, она начала рыдать, её всхлипы были безумно громкими.
Девушка опустила голову на колени подруге, не прекращая плакать горячими слезами и сжимать в руке маленькую открытку.
Ника не говорила ни слова, она гладила подругу по волосам, понимая, что и сама не может сдержать слез.
Под ёлкой стоял керамический гном, с красной шапкой и красными штанишками, глупо улыбаясь и держа в руках желтый цветочек.
Тот самый, который хотела себе Ира.