Юнгуки

Прошло пять лет со дня их свадьбы, и около шести семи первой встречи, а перепалки Юнги и Чонгука по-прежнему были неотъемлемой частью их совместной жизни.

– Юнги, я же говорил, не надо хранить это! – возмутился Чонгук, стоя в гостиной с каким-то давно забытым предметом, который его супруг посчитал необходимым для дома.

– Это? Это "этим"? Это семейная реликвия, между прочим! – воскликнул Юнги, выхватывая вещь у него из рук. – Чон, ты ничего не понимаешь в эстетике!

Чонгук закатил глаза.

– Это кусок дерева, на который капнули краской. Какая ещё "реликвия"?

– Если тебя что-то не устраивает, найми себе дизайнера, – мрачно отрезал Юнги, демонстративно ставя "реликвию" на полку.

Чонгук глубоко вдохнул, качая головой, но не смог сдержать лёгкой улыбки.

– Ты только для этого со мной женился? Чтобы спорить из-за всякой ерунды?

– Да. Всё ради того, чтобы пилить тебя изо дня в день, – огрызнулся Юнги, садясь на диван и беря в руки планшет.

Чонгук подошёл ближе и, наклонясь, забрал планшет из его рук.

– А ещё ты женился, чтобы я тебя любил, – тихо сказал он, склоняясь к уху омеги.

Юнги бросил на него взгляд, полный притворного раздражения.

– Ладно, убедил. Люблю, чтобы ты меня злиз постоянно, – пробормотал он, но позволил альфе поцеловать себя в макушку.

Через полчаса перепалка уже осталась в прошлом. Они лежали в просторной ванне с пеной и теплой водой, расслабляясь после долгого дня. В одной руке Юнги держал бокал вина, другая лежала на краю ванны.

– Тебе всегда нужно перетянуть одеяло, даже в наших ссорах, – задумчиво сказал он, отпивая глоток.

– Это чтобы ты не заскучал, – ответил Чонгук, сидя за его спиной и осторожно массируя его плечи.

Юнги закатил глаза.

– Ты настолько боишься, что мне станет скучно, что продолжаешь работать сверхурочно?

– Ах, опять это начинается? – вздохнул Чонгук. – Я был на работе ради важного проекта, а ты уже меня обвиняешь.

– Потому что пять лет прошло, а ты всё ещё любишь приходить домой так поздно.

– Если бы ты не выглядел таким милым, когда злишься, я бы даже, наверное, извинился, – усмехнулся альфа, склоняясь, чтобы поцеловать его в шею.

Юнги фыркнул, чувствуя, как от тепла его дыхания кожа покрывается мурашками.

– Если ты думаешь, что можешь задобрить меня своими поцелуями, то... может быть, ты и прав, – пробормотал он.

Чонгук мягко рассмеялся, кладя подбородок на плечо Юнги.

– Ты мне этого никогда не признаешь, но тебе нравится, как я тебя балую.

– Ещё бы ты это прекратил! Ты бы перестал быть собой, – ответил омега, откидывая голову назад и закрывая глаза.

Когда они вышли из ванной, залитые теплом и пахнущие успокаивающими маслами, Юнги направился в спальню. Чонгук, едва закрыв дверь, тут же перехватил его за запястье и притянул ближе.

– Ты всегда такой нетерпеливый? – с усмешкой спросил Юнги, хотя сердце в груди уже начинало биться быстрее.

– Только с тобой, – низким, хриплым голосом ответил альфа, притягивая омегу к себе и накрывая его губы страстным поцелуем.

Юнги, привычно играя в недотрогу, попытался отодвинуться, но его руки сами нашли место на плечах Чонгука.

– Чон... Ты вообще понимаешь, что мне завтра рано вставать? – попытался он сделать последний выпад.

– Это значит, у нас есть только ночь, чтобы наверстать время, которое я потерял на работе, – ответил альфа, подхватывая его на руки.

Юнги закатил глаза, но от его довольной улыбки и легкого румянца Чонгук почувствовал, как у него сжимается сердце.

Их ночь была горячей, словно огонь, наполненной страстью и поцелуями. Они всё ещё умели терять друг друга в чувственном водовороте, доказывая, что их любовь, даже спустя годы, не теряет своей остроты.

****

Юнги проснулся от того, что рядом с ним нежился улыбчивый Чонгук. Альфа потянулся и поцеловал его в щеку.

– Доброе утро, котёнок.

– Серьёзно, хватит... – Юнги спрятал лицо в подушку, но втайне его глаза улыбались.

Да, их жизнь была полна ссор, перепалок, тёплых ванн и долгих ночей. Но это была их жизнь. Совместная. И от этого они чувствовали себя по-настоящему счастливыми.

— Сегодня нужно забрать Чимина у родителей, — Чонгук притянул к себе парня обнимая.

— Сейчас полежим немного и поедем, — удобнее устроился на груди мужа довольний омега.