Юнгуки

Вечер в деревне закончился, как обычно: компанией, банкой дешёвого пива и разговором о том, как устроен мир. Мин Юнги, двадцатилетний студент музыкального факультета, сидел на капоте старой машины друга, слушая, как его одногруппники в сотый раз рассуждают о "людях других весовых категорий". Тема вечера — городская элита, а именно Чон Чонгук, молодой альфа и влиятельный бизнесмен, который недавно купил половину земель в округе и, кажется, собирался заполучить вторую половину.

– С таким лучше не связываться, – ухмыльнулся кто-то. – Раздавит и глазом не моргнёт.

Юнги фыркнул. Его раздражали разговоры о людях, которых никто из его окружения даже не видел.

– Да ладно вам. Альфа, бизнесмен, крутой. И что? Это ж обычный человек. Руки, ноги, голова. Он что, левитировать умеет?

Дальше была только смутная череда событий: как Юнги взял чужие ключи, сел в старенький внедорожник и, рассекая по тёмной трассе, на большой скорости вдруг почувствовал сильный удар. Его обдало холодным потом, когда он понял, что столкнулся не с кем-то иным, как с роскошным чёрным внедорожником.

Внедорожником, в котором сидел Чон Чонгук.

Мин Юнги смотрел на массивную фигуру, выходящую из автомобиля. Альфа был высок, хорошо сложён и, судя по его лицу, не привык к тому, чтобы ему портили утро.

– Кто за рулём? – голос мужчины был спокойным, но это спокойствие только пугало.

– Я, – Юнги вышел навстречу, прищуриваясь от света фар. Он стоял, словно ждёт проверки билетов, а не расплаты за свою дерзость.

Чонгук смерил его взглядом с головы до ног: от неуклюжей худощавой фигуры до чуть мятой рубашки с выцветшими пятнами пива.

– Ты хоть понимаешь, что ты только что натворил? – альфа подошёл ближе, опираясь на дверцу.

– Ага, разбил машину крутого дядечки, – хмыкнул Юнги и спрятал руки в карманы джинсов.

– Крутого дядечки? – переспросил Чонгук, приподнимая бровь. – Хочешь сказать, тебя это совсем не пугает?

Юнги поднял взгляд и посмотрел на мужчину снизу вверх, в глазах отражалась дерзость и упрямство.

– Выражение лица у вас пугающее, это да. Но я и не таких видел. Пугают только люди, которые визжат, как дети. Ты вроде не такой.

– Тебе что, жить не хочется? – усмехнулся Чонгук, подходя на шаг ближе.

– Ну, скажем так, если б вы собирались меня убить, то точно бы не стояли здесь, играя в загадочного босса.

Чонгук приподнял уголок губ, едва сдерживая смех. Он ожидал чего угодно: мольбы о пощаде, извинений, оправданий. Но только не насмешек.

– Ты такой храбрый, потому что пьян? Или у тебя это естественное состояние?

– Скорее потому, что я из деревни, – ухмыльнулся Юнги. – Если вы хотите выбить деньги, то стоять тут и спрашивать про храбрость смысла не имеет. Денег у меня всё равно нет.

– Признаюсь, – Чонгук скрестил руки на груди, внимательно рассматривая омегу. – Ты меня удивляешь.

– Это потому что я бедный студент и мне терять нечего?

– Потому что ты не бежишь, не извиняешься и не притворяешься жалким.

– Если жалость – единственное, чем я могу отделаться, то почему бы и нет? – пожал плечами Юнги.

Чонгук улыбнулся. Это было для него в новинку. Омега, который не боится, который смеет огрызаться и при этом, кажется, даже не боится последствий.

– Ладно. Мы поступим так, – Чонгук внезапно шагнул ещё ближе, наклоняясь к уху Юнги. – Ты будешь мне должен. И я приду за долгом, когда придёт время.

Юнги сглотнул, но, скрывая лёгкое волнение, с вызовом посмотрел прямо в глаза альфе.

– Посмотрим, кто будет должен.

Чонгук рассмеялся впервые за несколько недель.