Глава - 9
***
— Чего это ты решил выпить? — спросил Позов, когда они с Антоном встретились возле школы. — Что-то стряслось?
— Нет, почему... — Шаст хмыкнул. — Просто резко захотелось напиться.
— Окей... — протянул Дима. — Куда пойдем?
— В клуб можно.
— Нихрена. Ты серьезно? Напомнить, что было в прошлом году? — Позов явно был против идеи друга.
— Да ладно! Все будет нормально.
— Тебя чуть не изнасиловали! — возмущенно прошипел Позов.
— Ты преувеличиваешь. Тем более, все же обошлось. — пожал плечами Шастун.
— Ну да, а то, что нас избили до полусмерти, это ничего, да?!
— Слушай, не будь таким занудой. — Антон фыркнул. — В том году нам просто попался урод.
— И каковы шансы, что мы не встретим таких, как он в этом клубе? Шаст, херню не неси. Тебя жизнь вообще ничему не учит?
— Боже, почему у меня такой душный друг... Дим, ну хватит ворчать. Мы просто придем, набухаемся, повеселимся, и уйдем. Ничего не случится!
— И почему ты так уверен? — поднял брови Позов.
— Просто знаю. Че с тобой вообще? Ведешь себя, как строгий папочка, серьезно...
— Ох, Шаст... — вздохнул Дима, закатывая глаза. — Ладно. Но я пить много не буду.
— Почему это?
— Потому что во первых - за тобой следить надо, чтоб дел не натворил. — Антон недовольно фыркнул. — Во вторых - как мы, если будем сильно пьяными, до дома дойдем? Так я провожу тебя, а потом сам домой.
— Оой, ты такой зануда. — Шастун скрестив руки на груди, хмыкнул. — Лады. Будем делать, как сказал Дмитрий Тимурович!
— Бля, Шаст, успокойся. Я не шучу.
— Я понял, Поз. Идем уже!
— Недавно тебе плохо было, помирал с температурой, а сегодня уже в клуб собрался...
— Я прекрасно себя чувствую. — ухмыльнулся Антон.
— Что, Арсений Сергеевич вылечил?
— Да причем тут он? Чего ты вспомнил вдруг? Не хочу говорить о Попове.
— Почему это? — поднял брови Дима.
— Да потому что. Он нудный, бесячий зануда! Ведет себя, как мой опекун. Раздражает...
— А по-моему, он просто заботится о тебе. А ты либо не замечаешь этого, либо не хочешь замечать. — фыркнул Позов.
— С чего это вообще он заботится обо мне? Он перестал бить меня! Хотя раньше мог так ударить, что просто пиздец!
— Ты особенный... — улыбнувшись, протянул Дима.
— Пошел ты.
— Да ладно, Шаст. Неужели ты правда такой неблагодарный?
— А за что мне его благодарить? Каждый раз пытается как-то помочь... Ангел, блять, недоделанный... — прошипел Шастун.
— И ты спрашиваешь, за что благодарить?
— Люди, Дим, так быстро не меняются. Недавно только был злой и строгий кретин.
— Может, ты ему понравился?
— Иди нахер, и не неси чушь. Понравился... как же. — Шаст хмуро ногой откинул камень, который лежал на асфальте.
— Ты видишь в людях только плохое. — хмыкнул Позов, нахмурив брови.
— Возможно. — лишь ответил Антон. Дальше парни шли молча.
Через полчаса они были уже в клубе.
В этом клубе не было никакой безопасности. Поэтому парни могли спокойно пройти, хотя им нет восемнадцати.
— А Арсений Сергеевич тебе разрешает пить? — ухмыльнулся Позов, подходя к стойке бармена.
— Ой, заткнись наконец. — фыркнул Антон, а после повернулся к бармену. — Что-то крепкое,
— Не мелкий еще? — бармен улыбнулся, делая какой-то напиток.
— А вас ебет? — бросил Шастун.
— Хах... — парень лет тридцати ухмыльнувшись, поставил на стойку две рюмки перед парнями. — Сто пятьдесят, молодые люди.
— Кстати, откуда деньги? — вполголоса спросил Позов.
— Удивишься. — хмыкнул Антон, достал две купюры из кармана, и кинул бармену.
— Серьезно, Шаст. Откуда?
— Да у Попова спиздил. — пожав плечами, Шастун взял в руки рюмку, и залпом выпил напиток.
— Чего, блять?! — Дима расширил глаза от удивления, а потом нахмурился. — Ты головой думаешь?! Совсем с сума сошел? Ты хоть представляешь, как тебе достанется?!
— Ты же сам говорил, что он заботится обо мне, я ему нравлюсь, и так далее...
— Шастун, ты больной? В том то и дело! Он заботится о тебе, а ты у его деньги тыришь! — в недоумении продолжал кричать Позов.
— Сам виноват! Он дал мне куртку, а там лежали деньги. Видимо, положил зачем-то, и забыл. Он все равно не заметит!
— Блять, Антон, ты точно ебанутый... — шепнул Дима, неодобрительно качая головой.
— Хватит орать. Пей давай. Напьемся на халяву, прекрасно же!
— Ну, Антон, я тебя защищать не буду, знай. — вздохнув, Позов неохотно взял рюмку.
— И не надо. — махнул рукой Шастун. — Налей еще! — крикнул он бармену.
Через два часа Шастун сидел на диванчике с каким-то парнем, и что-то бубнил себе под нос. Он был до жути пьяным.
— Теперь он пьяный по твоей винее... — напевал Шаст какую-то песню.
— Антон! — подошел к другу Позов. — Пошли домой! Ты уже пьяный до отвала!
— Ну неет... — покачал головой Шаст. — Димка... лучше принеси еще рюмочку... Лучше две! Нет, три! Чем больше, тем лучше... Лучшее!
— Антон, тебе не кажется, что ты и так много выпил?
— Нее... Мало. Нужно еще! Дай еще, Димкаа... — простонал Шастун, закидывая голову назад.
— Идиот. Давай, вставай! — беря Шаста за локоть, крикнул Позов.
— Нет! Отвали! — Антон фыркнул. — Бляя... Димаа, все плывет! Мне плохо! Вези меня в больницу!
— Ага. А ты еще просишь.
— Эй, красавчик. — к друзьям подошел парень лет двадцати. Тоже был пьян, как Антон. Брюнет улыбнулся. — Как звать? Познакомимся?
— Дим, мы что, клуб перепутали? — надув губы, шепнул Антон. — Это гей клуб?
— Какая разница, какой это клуб? Домой идем!
— Нет! — хмуро оттолкнул Позова Шаст, и взглянул на парня. — Чего тебе?
Парень ухмыльнувшись, сел рядом с Антоном, и приобнял того за плечи.
— Как тебя зовут, малыш?
— Меня? — поморщился Шаст. — Я... Антон...
— Очень приятно, Тош. Я Марк.
— Ага... — шепнул Антон, хлопая глазами.
Марк положил свою руку на голову Шаста, и потрепал того по голове.
— Блять. — выругался Позов. — Антон, пошли домой!
— Отвали! Не хочу я домой! — кинул в ответ Антон.
— Сука... Что делать...
Дима изначально считал идею пойти в клуб плохой. Особенно из-за того, что было в прошлом году...
Он понимал, что сейчас Антона будут лапать. Снова.
А они с ним - просто глупые школьники, которые пришли в клуб очень зря.
Школьники, которые не могут защитить себя... Постоять за себя, когда вокруг так много пьяных, злых мужиков, которые пялятся на других, по младше на вид, да по слабее... со смазливой мордашкой.
Что ему делать, как защитить Антона, и увести домой, Дима не знал.
Была одна идея... но, блять, плохая.
Идея позвонить Арсению Сергеевичу. Чтоб тот приехал, да и, забрал Шастуна.
Но... Арсений Сергеевич ведь просто учитель. Да, учитель, который заботится о Антоне, переживает за него, но учитель.
Да и, это ситуация с кражей денег... сука.
Ладно. Это все ради Антона. Выбора, у Димы, особо нет, поэтому придется звонить.
Позов все равно не знает, к кому можно обратиться еще. Номера родителей Антона у него нет. Своим он точно звонить не будет, потому что таких пиздюлей получит... Лучше не рисковать.
Дима достал телефон. Взял номер математика из чата с Антона, и войдя в уборную, набрал номер.
Ответили ему достаточно быстро.
— Але? — послышался голос Попова в трубке.
— Арсений Сергеевич? Это Дима... Позов.
— Дима? Почему звонишь так поздно? — спросил учитель. — Что-то случилось?
— Арсений Сергеевич, я конечно понимаю, что не должен был звонить вам, беспокоить... ведь это не ваши проблемы, но мне не к кому больше обратиться.
— Дима, что случилось? Рассказывай.
— Мы с Антоном в клубе... — начал Позов, и его перебили.
— Что? Что вы там делаете?!
— Арсений Сергеевич, Антон сильно напился. А тут... в-общем, не очень хорошие люди, которые... которые лезут к нему. Я не знаю, что делать! Антон ни в какую не хочет идти домой!
— Черт... — в трубке послышался глубокий вдох. — Шастун, еп твою... Дима, говори адрес. Я приеду.
— Спасибо, спасибо Арсений Сергеевич! Сейчас скажу...
***
Шастун, мать его! От него одни проблемы!
После разговора с Димой, Арсений тут же помчался на машине в тот клуб, в который зачем-то приперлись эти двое.
Кто вообще им разрешил посещать такие места?!
А эта бестолочь... напилась! Замечательно! Лучше и не скажешь!
Щас сделают что-нибудь. Еще изнасилуют! Сколько ублюдков сейчас так издеваются над детьми, девушками! А тут в клубе! Никто ничего не сделает.
Попов вошел в клуб, и осмотрелся. Сразу заметил Шастуна. Тот сидел на диване. Рядом парень что-то шепчет ему. А еще Дима говорит, что надо идти домой.
Вот бестолочь упрямая.
Арсений идет к парням.
Какой-то брюнет улыбаясь, кладет свою руку на худую ляшку Шастуна, и начинает поглаживать.
— Руки убрал! — подходя, крикнул Попов, и откинул руку брюнета. Тот нахмурившись, встал, и что-то пробурчав, ушел. Арсений взглянул на Антона. — Шастун, чтоб тебя! Вставай, быстро!
— Мм... — стал мычать Антон, неохотно поднимаясь. Увидев Попова, он скривился. — Дима! Дим, у меня глюки, кажись... Почему мне кажется, что передо мной стоит Арсений Сергеевич? Снова хмурый, и злой...
— Ты у меня так получишь, Шастун! — прошипел Попов, и обхватив Антона за плечи, повел того к выходу.
— Ну кудаа...
— Домой, Шастун, домой.
Арсений взял у Позова куртку Шаста, и накинул ее на блондина.
— Не хочу... — качая головой, нахмурился Антон.
— Я не спрашивал, Антон. Дима, идем. Я довезу тебя до дома.
— Хорошо, спасибо, Арсений Сергеевич. — кивнул Позов.
— Так вы настоящий? — шепнул Шастун, оглядывая учителя. — Не глюк?
— Нет, фальшивый. — фыркнул Попов, и скривился, когда Антон стал тыкать своим пальцем его щеку. Математик хмуро схватил того за запястье. — Шастун, прекрати!
— Ммм... — Антон вздохнул. — Арсений Сергеевич, я так рад, что это вы! Я устал... — вешаясь на учителя, шепнул Шаст. — Я хочу домой! Арсений Сергеевич, домой...
— Ох... Антон, идем уже!
Все трое вышли из клуба, и сели в машину.
Попов застегнул у Шаста ремень, и они выехали.
— Зачем вообще вы пошли в этот чертов клуб? — спросил Арсений.
— Ну... — замялся Позов. — Антон позвонил мне, мы встретились. Сказал, что хочет выпить. Предложил сходить в клуб...
— А сам обещал, что домой пойдет... Кто бы сомневался. — Попов вздохнул. — У него же все еще температура держится. — математик дотронулся рукой до лба Шаста. — Он не выздоровел, а вы в клуб собрались. А ты сам чем думал, Дима?
— Я пытался его убедить не ходить туда. А он на своем. Да и, он сказал, что замечательно себя чувствует.
— Врет, как дышит... — шепнул Попов, качая головой.
— Спасибо, Арсений Сергеевич. — поблагодарил учителя Позов. — Что приехали.
— А как иначе? Вас одних вообще оставлять нельзя! Особенно эту бестолочь. Ты, Дима, не позволяй ему в клуб ходить. И пить тоже. И сам не ходи.
— Да я пошел за компанию... — Позов почесав затылок, слегка кивнул. — Ладно. Сделаю все, что возможно. А вообще, Антона никто не остановит, если ему приспичит...
— Это я знаю. — Арсений хмыкнул. — Главное, Дим, с ним не ходи. Не повторяй за ним. Этот глупый идиот втянет тебя куда-нибудь, а потом выкручиваться. Не становись, как он.
— Ладно. Спасибо еще раз. Можете здесь остановить, вон мой подъезд.
Позов кивнул на дом недалеко от них. Арсений остановил машину возле подъезда. Дима еще раз поблагодарил Попова, и выйдя из машины, направился домой.
Арс дождался, когда Дима зайдет в подъезд, и поехал дальше. К себе.
Он подумал, что Антона в таком состоянии нельзя везти домой. Особенно, если его родители бьют, как думает Арс. Еще достанется.
Арс просто... волновался за эту бестолочь. Вот и все. Он не хотел, чтобы с ним что-то случилось. Поэтому не стоит рисковать.
Попов остановился возле дома через несколько минут.
Арсений вышел из машины, и перешел на сторону, где сидел Антон. Открыл дверь.
— Давай, Шастун, выходи. — буркнул Попов, вздохнув.
— Неет! Не хочу... я устал!
— Пойдем домой, и ляжешь спать! Давай!
— Нет! Оставьте меня здесь! — пробурчал Антон, надув губы.
— Ага, щас же. — Арс сует голову в машину.
— А можно вопрос?
— Ох... Какой, Шастун?
— А вы педик? — усмехнувшись, спросил Антон.
— Чего? Шастун, еще раз что-то подобное ляпнешь, и я ремнем по заднице тебя побью!
— Ахахах. Значит да! — посмеялся Шаст.
— Я лучше промолчу, иначе сорвусь. — Попов перекидывает руку Шастуна на свое плечо, и берет подростка на руки.
— Отпустите! Пустите! — прокричал Антон, махая руками и ногами.
— Шастун, мать твою! — не выдержал Арсений. — Не ори, как резанный!
— Режут! Убивают! Насилуют! Помогите!
— Шастун, закрой рот! Иначе услышат, и подумают, что я похищаю тебя!
— Похищение!
Попов огляделся, и вздохнув, пошел в подъезд. Зашел в лифт, поднялся на этаж, и вошел в квартиру.
Арсений положил Шастуна на диван, и глубоко вздохнув, хмуро скрестил руки на груди.
— Арсений Сергеевич, почему вы так смотрите на меня? — Антон поджав губы, сел. — Будто убить хотите...
— Шастун, зачем ты пошел в этот чертов клуб? Объясни мне.
— А я не обязан отчитываться перед вами! — нахмурив брови, громко сказал Шаст.
— Шастун! — Арс подался вперед, гневно смотря на Антона. Тот сжался, подсев подальше. — Да ты нарываешься!
— Ой ой! Не бейте! — крикнул Шаст, закрывая себя руками. — Я просто повеселиться хотел...
— И как? Весело тебе?
— Не очень... — буркнул Антон. — Я же немного выпил, Арсений Сергеевич...
— Немного? Да ты вкрай бухой!
— Ну не кричите, я чувствую себя ребенком, которого отчитывают...
— Ну как мне не кричать, Антон? А если бы тот урод изнасиловал тебя?! Если бы я не успел? Ты головой думаешь вообще?!
— Нее, Димка не мог, он хороший. — улыбнулся Антон.
— Бестолочь. — глубоко вздохнув, Попов недовольно покачал головой, а потом сел рядом с Антоном.
— Вы же не будете бить меня? — шепнул Шастун.
— Сегодня нет. — ответил Арсений. — А завтра посмотрим.
— Мм... — промычал Антон, надув губы, и его голова упала на плечо учителя.
— Иди спать, Шастун. Поговорим завтра.
— Я теперь боюсь вас... вы страшный. — буркнул Шаст.
— Да уж, страшнее некуда.
— Арсений Сергеевич... — Антон подняв голову, взглянул на Попова. — меня тошнит.
— Черт, этого еще не хватало! — Арс поднявшись, нахмурился еще больше. — Иди в уборную, бестолочь! А то плохо станет прямо здесь.
— Ну неет... мне лень...
— Давай, поднимай свою ленивую задницу, и дуй в туалет! Шустрее, Шастун!
— Вы слишком жестокий! — крикнул Антон, и поднявшись, поплелся в уборную.
***
Парни где-то в час ночи наконец разошлись по спальням, и легли спать.
Через часа три Арс проснулся от чужих криков в соседней комнате. Встав, он побежал в спальню Шаста.
Антон лежал на кровати, воротился, кричал, плакал, вертя головой...
— Бабушка... бабушка, не оставляй меня! Нет... бабушка... — кричал Шастун, заливаясь в слезах.
Попов подошел к Шастуну, сел на край кровати, и сжал плечи парня.
— Антош... тише, это всего лишь сон. Все, успокойся... — прошептал Арсений, пытаясь успокоить Антона.
— Бабушка... — Шастун продолжал плакать, его всего трясло.
— Ну все, тише... все будет хорошо, Антош, успокойся. — Арсений сам того не замечая, протянул руку, и стал поглаживать Шастуна по волосам.
Антон глубоко вздохнув, перестал плакать, и воротиться. Он успокоился, и продолжил спать.
Попов вздохнув, встал и пошел на выход. Видимо, Шастуну просто приснился кошмар...
***
Проснулся Антон от того, что ему звонили.
Выругавшись из-за головной боли, Шастун поднялся, и достав телефон из кармана, ответил на звонок.
— Але? — пробубнил Шаст в трубку.
— Антон! Проснулся? — Позов, кажется, был в хорошем настроении.
— Блять, Дим, че было? — а вот Антон был не в духе.
Шастун огляделся. Вскочив, он выругался, не понимая, какого хрена он делает в квартире Попова.
— Твою ж мать! — крикнул Шаст. — Какого черта я здесь делаю?!
— Эй, не ори. — хмыкнул Позов. — Ты у Арсения Сергеевича?! Он что, отвез тебя к себе?
— Да, черт возьми!
— Нихера...
— Позов, меня волнует, как я попал сюда?! — в недоумении спросил Антон.
— Вчера ты напился. Я не знал, что делать, поэтому мне пришлось позвонить Арсению Сергеевичу. Ты просто упрямый баран, который нихерна не хотел домой! Он забрал нас, и спас тебя от извращенца, который, между прочим, руки распускал!
— Что, мать твою?! — Шастун не мог поверить в то, что слышал. — Ты в своем уме вообще?! Дима, ты хоть понимаешь, что будет, когда я выйду из этой чертовой комнаты?!
— А ты понимаешь, что было бы, если бы Арсений Сергеевич не успел, и тот ублюдок сделал бы с тобой?!
— Черт... Дима, вот нахера?
— Да что? Он спас тебя, помог нам! Какого черта вообще? Я хотел как лучше, просто беспокоился о тебе!
— Могу напомнить тебе, что я украл у него деньги. — понизил голос Антон. — И если он узнает об этом... а он узнает! То мне пиздец!
— То-есть, сейчас тебя это волнует? Не надо было воровать! Я тебе вчера говорил, что ничем хорошим это не кончится. Еще и меня обвиняешь. — Позов фыркнул.
— Да пошел ты.
Бросив трубку, Антон вздохнул.
И что ему делать? Попов сейчас просто в ярости будет... неизвестно, че он сделает.
Хотя Арсений Сергеевич - просто учитель Шаста. Всего то. Чего это он его опекать будет?
Ну да. Если бы Попов не «опекал» Шастуна, он бы не приехал за ним, и тем более, не отвез бы к себе.
Кстати. Почему это он отвез его к себе?
Тупой вопрос. Во первых - Попов знает только улицу и дом Шаста, во вторых... это же Попов мать его Арсений Сергеевич! Ангел блять. С чего вообще он пришел в клуб, и забрал их с Позовым?
Еще раз глубоко вздохнув, Антон встал, и подошел к двери. Приоткрыл ее, выглянув на кухню. Сразу увидел Попова.
Учитель стоял, готовил, жарил что-то на сковороде... яичницу, что-ли.
Шастун оглядел Арсения Сергеевича, представляя, как ему влетит.
Блять, ну этот человек одним взглядом пугает. Серьезно... че за дичь. Шастун так боялся только своего отца...
Попов - интересная личность, однако.
— Хватит там стоять, — сухо бросил Попов, не поворачиваясь к Шастуну. — садись уже. Завтракать будем.
Антон замер. Он медленно вышел, закрыл дверь, и сел за стол с опущенной головой. Мало ли, когда этот учитель нападет. Антон - жертва.
Чего этот Попов такой подозрительно спокойный?
Арсений молча поставил тарелку с яичницей и беконом перед Шастуном. Потом стакан воды, и пачку таблеток. От головной боли.
Попов положил завтрак себе, и тоже сел за стол, ничего не говоря. Начал есть.
А Шастун, не двигаясь, коссо смотрел на стакан и таблетки.
— Ты напился, наверняка голова болит. Выпей. — также сухо сказал Попов, хмурясь, и продолжил завтракать.
Но Антон напрягся еще больше. Не дернулся, ни пальцем не пошевелил.
Арсений Сергеевич, когда Антону готовиться к тому, что его снова будут шлепать? Или что похуже? Нет, конечно, по сравнению с отцом, Попов - ангел, но все же... одно хмурое лицо этого учителя заставляло бояться пиздец. И что не так с этим Поповым?
Шастун напился, и Арсению пришлось ехать ночью в этот долбанный клуб. Хотя его никто не заставлял!
Почему же математик не орет на него, не ругает, не отчитывает, и не говорит, что можно делать, а что нельзя, как всегда? Этот Попов просто хмуро, молча приготовил завтрак, и дал Антону таблетки от головы! Какого черта происходит?
Еще и кража денег... Шаст надеялся, что Арсений Сергеевич ничего не заметит.
Хотя... деньги все равно потрачены. Поздно что-либо говорить. Да и, деньги в куртке оказались. Непонятно как... ну, не Антона проблемы.
Шастун поежившись, протянул руку, взял стакан с водой, достал из пачки таблетку, и выпил ее, наплевало на то, что там может быть отрава.
Да. Он одназначно недоделанный параноик.
— Не трясись так. Просто ешь. Поговорим после завтрака. — фыркнул Попов спустя пять минут, когда тарелка с едой Шаста была так и не тронута.
Вот и все. Ты в полном дерьме, Антон Шастун. Сейчас снова будут лекции о жизни, которых тебе так не хватало.
Шастун сглотнув, взглянул на Попова. Хмурый дед, который учит жизни левого подростка. Опекает, мать вашу.
И Позов еще говорит, что Антону нужно благодарить Арсения Сергеевича. Как благодорить этого барана? Как?!
Демон, Боже упаси.
А Шаст то думал, когда уже Попов начнет орать на него, бить по одному месту... после завтрака, Тох, после завтрака.
Что-ж. Еду Антон так и не тронул.
А вот Арсюшка Попов Сергеевич съел все до крошечки! Ничего не оставил!
Тарелку математик бросил в умывальник, и подошел к Шастуну. Облокотился руками об стол, и навис над Антоном.
— Ну? — негромко начал Попов. — Есть что сказать, м?
— Арсений Сергеевич...
— Что? Что «Арсений Сергеевич»? — вот и заводиться Попов начал.
— Я немного выпил, что в этом такого?
— Немного? Шастун, да ты вкрай набухался! — крикнул учитель.
— Я хотел отвлечься! — Антон вздохнул. — А я... много чего натворил?
— Много, Шастун, много.
А теперь гадай, преувеличивает он, или нет...
— Откуда деньги на алкоголь? — спросил спустя несколько секунд Попов.
Шастун замер, придумывая историю, откуда у него деньги на бухло.
— Эм... родители дали. — ответил Антон первое, что пришло в голову.
— Да? То-есть на курточку у твоих родителей денег нет, а на выпивку есть? Это как так, Шастун? — Арсений вопросительно поднял брови, а потом вздохнув, нахмурился. — Не хорошо врать, Шастун. Знаю, что из куртки взял.
Выпрямившись, Попов положил руки в карманы штанов, продолжая хмуро смотреть на Антона.
А Шастун наоборот пытался не смотреть на учителя.
— Ну они же были в моей куртке. — робко сказал Антон. — Значит, и деньги мои.
— Логично рассуждаешь. — хмыкнул Попов, — Знаешь, я и не думал, что ты вернешь деньги обратно, или спросишь о них меня. Я... скажем, догадывался, что ты втихоря потратишь деньги, и забудешь. Но я не думал, что ты потратишь их на бухло, Шастун.
— Как понять, «догадывался»? — не понял Антон.
— Вот так. Я сунул деньги в куртку, не думая. Перепутал со своей, так сказать... А потом, когда понял это, не стал сообщать тебе об этом, или брать деньги обратно. За то убедился, что ты, Шастун, способен даже на кражу. — Попов скрестил руки на груди.
— Это не считается. Вы сами виноваты, что куртки перепутали.
— Серьезно что-ли? Я виноват?
— Да. Вы. — кратко ответил Шастун, и встав, направился в спальню. Вышел оттуда с телефоном в руках.
Антон подошел к входной двери, надел обувь, и открыл дверь.
— Я ушел, Арсений Сергеевич. До свидания! — парень напялил капюшон на голову, и вышел из квартиры, хлопнув дверью.
Попов сначала хотел прокричать Шастуну, чтоб тот взял курточку, но передумал.
С чего он вообще должен делать это? Пусть идет. Но Попов больше не привезет эту бестолочь к себе домой.