Золотой мальчик

✩‧₊˚༺☆༻*ੈ✩‧₊˚

"-Сдала!" - этот облегченный выдох, сорвавшийся с губ кудряшки, долетает до меня, словно долгожданная весть с фронта. Невольная улыбка трогает мои губы, и я машинально прикрываю лицо ладонью, стараясь скрыть эту глупую, но такую искреннюю радость за нее. В её голосе плещется столько облегчения, столько неподдельного триумфа, что это ощущение приятно греет где-то глубоко внутри.

Я стою у аудитории, совершенно не обеспокоенный тем, что следующим вызовут меня. Какая разница, что там с моей этой историей? Главное сейчас – видеть, что кудрявая не впадает в панику, не занимается самобичеванием, не повторяет, как заведенная, что она "неуч". Глупышка, говорю я про себя. Такая умная, и при этом так себя недооценивает.

За окном, словно по волшебству, начинается снегопад. Крупные, пушистые хлопья, подхваченные ветром, кружатся в замысловатом танце, медленно опускаясь на землю. "Как там? Хлопья летят вверх? Романтично..." – вспоминаю чью-то строчку из песни. Но в жизни, как показывает практика, все далеко не так романтично. Чаще всего, это просто серый, промозглый день, скользкие тротуары и мокрые ботинки.

Работа над проектом движется вперед с огромным трудом, буксует на каждом шагу. И все потому, что перед самым Новым годом наши преподаватели, сговорившись, решили устроить нам настоящий ад, конкурентно завалив заданиями почти по всем предметам.

Но быть честным до конца... Если бы кое-кто не включал режим "снежной королевы", я бы находил время приезжать хоть каждый вечер. И не только для того, чтобы просиживать штаны над учебниками.

"-От тебя разит алкоголем, как от пивной бочки!" – доносится ворчливое замечание.
"-Ты совсем ослеп что ли?"
"-Я же тысячу раз говорила, как нужно сделать..."

Ой, все, хватит с меня этого цирка. Надоело до чертиков. Выводить Зайцеву из себя, конечно, доставляет мне извращенное удовольствие, не буду врать. Но не настолько же, чтобы потом целыми неделями ходить как в воду опущенному, и перекидываться колкостями. Я, конечно, тот еще засранец, но не мазохист. Хотя... если хорошенько подумать, то, может, в глубине души и есть во мне немного специфики.

-Ну что, сегодня идем, или как? – спрашивает Аггу, бросая на нас хитрый взгляд исподтишка, словно опасаясь, что мы в последний момент передумаем и оставим его в гордом одиночестве.

-Я – однозначно да, – без колебаний отзывается зеленоглазая Икки, кидая быстрый взгляд в сторону кудряшки, словно ища у нее поддержки. Я же предпочитаю хранить молчание, с нетерпением ожидая, когда же наконец подаст голос эта мелкая зануда, главный генератор проблем нашей импровизированной компании.

-Допустим, – произносит она наконец, и ее губы расплываются в легкой, чуть загадочной улыбке. Никогда бы не подумал, что сданные долги по учебе могут вызывать у людей такую бурную радость.

-Мг, – задумчиво протягиваю я, уже мысленно рисуя в голове картины того, чем все это безобразие может закончиться. А закончится оно, скорее всего, полным и беспросветным хаосом. Но в этом-то и вся прелесть, разве нет?

Наверное, вы уже догадались, что алкоголь оказывает на меня не только расслабляющее действие. Он словно срывает с меня все маски, вытаскивая наружу то, что я обычно стараюсь тщательно скрывать. Думаете, я не помню тот чертов поцелуй в прихожей? Как бы не так. Вы слишком плохо меня знаете. Он врезался в мою память с той же неотвратимостью, что и дурацкая новогодняя песенка, заедающая в голове на несколько дней.

Могу сказать больше, я ни на секунду не пожалел о том, что тогда произошло. Но меня гложет сомнение – чувствует ли девушка, стоящая напротив меня, что-то похожее? И это сомнение, словно заноза, не дает мне покоя.

Почему она так упорно делает вид, что между нами ничего не происходит? Почему строит из себя неприступную крепость? Не умеет врать этот человек. Все ее чувства написаны у нее на лице – в легком румянце, вспыхивающем на щеках каждый раз, когда я случайно касаюсь ее руки в толкучке у станции метро.

21:47 – Питер. И вот моя, такая обычно пустая и холодная квартира, внезапно наполняется приятным ароматом женских духов и звонким, заразительным смехом. В животе начинают порхать те самые, дурацкие бабочки, и я понимаю, что безумно рад тому, что уговорил их всех прийти.

-Правда или действие? – Аггу, ты роешь себе яму. Но я не собираюсь его останавливать. Йост на то и Йост, чтобы вместо вялого протеста ободрительно кивнуть головой, украдкой поглядывая на одну, конкретную особу. Сейчас мы, наконец, узнаем, какие тайны скрывает наш Зайчик.
Замечаю, как ее щеки слегка краснеют от выпитого алкоголя. Бедняжка. Не врать, не пить – что за ангел во плоти?

-Правда, – наконец, произносит она, и наступает моя очередь действовать. Внутри все сжимается от предвкушения.

-Кудряшка, - в голосе стараюсь сохранить легкую насмешку, чтобы скрыть охватившее меня волнение, - играем по твоим правилам? Тогда ответь мне на такой вопрос...

Наступает тяжелая, тягучая пауза. Я мысленно перебираю все возможные варианты, пытаясь выбрать наиболее подходящий момент для удара. Какую шахматную фигуру мне лучше использовать? Попытаться сбить одну или сразу несколько пешек? Нужно действовать предельно осторожно, чтобы не спугнуть добычу.

-Ты когда-нибудь спускала человеку с рук его поступки, делала вид, что ничего не произошло, просто чтобы сохранить хоть какой-то намек на свою недоступность?

Я наблюдаю за ней, стараясь уловить каждое изменение в ее взгляде, каждую микроскопическую перемену в выражении лица. Вижу ее серые глаза, в которых отражаются размытые огни гирлянды. Вижу, как она борется сама с собой, пытаясь найти правильный ответ.

-Было, – наконец, произносит она, и ее слова звучат как вызов. Что ж, раз так, придется идти ва-банк.

-А что если это вскроется? Что будешь делать? – непонимающе спрашивает Икки, поворачиваясь к своей подруге.

-Ход конем сделать должна не я, – с улыбкой отвечает она, но я уже вижу этот взгляд полный вопросов. Похвально, Зайцева, похвально. Ты оказалась куда более интересным противником, чем я предполагал.

В комнате повисает напряженное молчание. Друзья словно почувствовали электричество, проскочившее между нами. И дело не просто в игре. Речь, кажется, идёт о чём-то большем.

Я отпиваю глоток вина, стараясь привести мысли в порядок. Эта игра – не просто "Правда или действие". Это завуалированная попытка выяснить, что на самом деле чувствует она. И то что она обходить всю мою конницу здесь, начинает пугать. Как к тебе подойти, Зайцева, если окружила себя пешками?

-Интересно, - медленно произношу я, играя словами, как фигурами на шахматной доске. -То есть ты считаешь, что если кто-то сделает глупость, поддавшись импульсу, то этот человек должен будет сам расхлебывать последствия?

Зайцева смотрит на меня в упор, не отводя взгляда. Я вижу в ее глазах смесь удивления и... узнавания? Она понимает, о чем я говорю. Она знает, что это не просто вопрос ради вопроса.

-Это зависит от того, – отвечает она, чуть тише, чем раньше, – было ли это спонтанным всплеском эмоций или обдуманным решением. И от того, какие последствия этот поступок повлек за собой.

Она обходит острые углы, ловко лавируя между правдой и ложью. Настоящая шахматистка мухлюет, пряча под столом вражеские фигурки?

-А если последствия тщательно пытаются скрыть? – продолжаю я, чуть усмехаясь. -Тогда кто должен сделать ход конем?

Зайцева хмыкает. -Считаю, что ход должен сделать тот, кто чувствует, что настало время прояснить ситуацию. Тот, кто готов признать, что что-то изменилось.

Ее слова звучат как вызов. Она намекает идти в наступление?
Но я не уверен, готов ли я к этому. Боюсь спугнуть или... оступится?

В этот момент в диалог врывается Икки, нарушая нашу «игру в шахматы» -Ребят, давайте что-нибудь поинтереснее! Что вы там застряли на одном вопросе? Давайте крутите бутылку.

Я внутренне благодарю Икки за вмешательство, хотя прекрасно понимаю, что рано или поздно нам с кудрявой придется продолжить эту игру.

Бутылочка крутится, но я уже не могу сосредоточиться на игре. Я смотрю на Зайцеву, ищу в ее глазах ответ. Что она чувствует? Хочет ли она, чтобы я сделал ход конем? Готова ли она к этому?

Наконец, бутылочка останавливается, указывая на меня. Судьба дает мне шанс. Или подталкивает меня к пропасти.

-Правда или действие? – спрашивает Аггу с игривой улыбкой.

-Правда, – отвечаю я, понимая, что сейчас мне придется рискнуть.

Аггу хитро улыбается.
-Правда ли, что Аня хороша в постели?

В комнате повисает мертвая тишина. Все ждут моего ответа. И от этого ответа зависит, что будет дальше. Я смотрю на Зайцеву и вижу в ее глазах пляшущие огни. Или эти черти.

Аггу идиот.

Я делаю глубокий вдох. -Да, – отвечаю я честно. Тишина становится еще более ощутимой. Я чувствую взгляд Зайцевой на себе — она будто пытается заглянуть мне в душу. Время замедляется.
Играем по твоим правилам?

«Шахматы - муки разума»

✩‧₊˚༺☆༻*ੈ✩‧₊˚
Тгк:: https://t.me/Witt1111