Тур.
01.07.
Утро пробилось сквозь плотные шторы номера, словно укол вины. Сюэ отвернулась, пытаясь удержать ускользающие остатки сна. Но правда была неумолима.
Встала, словно робот, натягивая на себя маску безграничной радости о встрече с фанатами. Сегодня начинался тур.
Тур, который должен был стать спасением, а теперь казался бегством в никуда.
Рядом с ней всегда находилась Мью.Они словно намогниченные близнецы, тянулись друг к другу когда у одного из них происходила какая-то беда, а в этот раз проблемы штурмом накрыли двух.
Лас-Вегас встретил ревом толпы и ослепительным рассветом.
Проходя рядом с Valg и охранной Сюэ старалась даже не смотреть в сторону фанбаз и журналист.
В гримерке царила обычная предконцертная суета.
Ее коллеги, участницы кей-поп группы, обсуждали прически, макияж, новую хореографию. Сюэ молча проверяла списки и порядок действий, стараясь не смотреть ни на кого.
Лас-Вегас, город греха и фальшивого блеска, встретил их ревом толпы. Кей-поп команда, яркая и безупречная, словно созданная, чтобы затмить любую личную драму вышла с тем самым фальшивым блеском улыбок на сцену.
05.07.
Калифорния, с ее пальмами и океаном, не принесла облегчения. Дни сливались в бесконечную череду репетиций, выступлений, переездов. Сюэ работала на автомате, стараясь заглушить боль. Ночью, в тишине гостиничных номеров, она снова и снова прокручивала в голове день из прошлого.
Лу Юэ, его холодный взгляд. Сестра, ее торжествующая улыбка. ZGDX, теперь на всегда для девушки будут отравленны предательством.
Она знала, что должна двигаться дальше. Найти в себе силы, чтобы пережить это. Но пока все казалось нереальным. Как будто она наблюдала за собственной жизнью со стороны, запертая в клетке из разбитых надежд.
В зеркале отразилось лицо, чужое и измученное, вернее истощенное.Нельзя показывать слабость. Особенно сегодня.
Автобус, набитый кричащими фанатами, пропах журналистами и надеждами на новую мировую синсацию.
Калифорния – солнце, океан, бесконечные пляжи. Сюэ работала, не поднимая головы, тонула в графиках и расписаниях. Концерты, пресс-конференции, интервью. Мир, полный искусственных улыбок и заранее заготовленных фраз. Чем дальше от Китая, тем глубже она зарывалась в работу.
В свободные минуты, в безликих гостиничных номерах, ее преследовало эхо прошлого. Фотографии в телефоне – счастливые лица, теперь такие далекие и нереальные. Сестра, Лу Юэ,общие фотки ZGDX и VALG. Все – как ядовитый сон. Сюэ закрывала глаза и представляла, как этот тур, этот бесконечный калейдоскоп городов и лиц, наконец, закончится. И тогда она сможет начать все сначала.
Ну, а пока выход на сцену.
Во время выступления, девушка наблюдала со сцены на счастливых фанатов и фанаток. Они были такие радостные от незабываемых эмоций и момента встречи со своими фаворитными идолами красоты и идеальной жизни.
Но по истине ли можно сказать, что она у них идеальная?
Сюэ чувствовала себя отстраненной. Энергия зала, восторг фанатов – все казалось фальшивым,хотя девушка и понимала, что те счастливы в серьез в отличии от них.
Нет, слова Яо не стали для девушек откровением. Старшая Тун уже давно высказывала подобные мысли.
Но их задело другое: те, с кем раньше они ощущали себя в безопасности, теперь без зазрения совести оставили их.. или с зазрением?О каком будущем может идти речь, если рядом с друзьями они чувствуют себя безопаснее, а главное без страха снова остаться в одиноком неизвестии.
Особенно их задела ядовитая усмешка Яо, как будто Сюэ — мировое зло, которое впервые попало в именно ее ловушку. Почему всё так? И главное, за что?
09.07
Вашингтон встретил их прохладным дождем.
У монумента Вашингтона, Сюэ и Мью стояли, погруженные в молчание.
—Мне очень неприятно от их действий.- вырвалось у Сюэ, и в голосе звенела неприкрытая боль.
Мью вздохнула и протянула руку, накрывая ладонь Сюэ своей.
—Не все так просто, как кажется. Иногда, люди делают то, что кажется правильным, даже если причиняют боль, - тихо сказала она.—Я предложу безбашенную идею.. –словно спрашивая "можно ли?" сказала Мью.
—Давай забудем? — одновременно произнесли подруги.
Впервые за весь тур, Сюэ увидела в Мью не поддержку, а союзника. Может быть, этот тур станет не просто побегом, а началом новой, неожиданной жизни?
Впервые за весь тур Сюэ почувствовала проблеск надежды. Возможно, за кулисами этого хаоса и предательства, скрывалась искра хоть и горькой, но лучшей мысли,что способна разжечь новый огонь. Возможно, тур по Америке станет не только испытанием, но и началом новой главы в их жизни.
14.07
Нью-Йорк, город, который никогда не спит, лишил девушек сна. Бесконечные репетиции, интервью, шумные вечеринки – калейдоскоп, в котором Сюэ и Мью растворились.
Спустя столько концертов и городов после начала тура они наконец-то стали и правда получать удовольствие от работы.
Их улыбки стали настоящими и живыми. Они не убегали после концертов, а оставались для общения с фанатами и репортёрами.
Про их лучезарное возвращение даже написали в новостях, как о самых живых улыбок и прекрасных настроях на концерте.
20.07
Следующий город – Шарлотт, Северная Каролина.
Яркие улицы, шумная толпа, красивые улыбки. Сюэ уже не чувствовала себя куклой на сцене, исполняющей заученные движения. Поддержка фанатов перестала казаться фальшивой и снова обрела пользу и свет важности для айдолов.
Мью, обычно сдержанная и рассудительная, отдавалась музыке с неистовостью, пугающей и притягивающей одновременно. Она прыгала, кричала слова песен, чувствуя, как пот стекает по лицу, смывая остатки вчерашних слез. Рядом с ней Сюэ, всегда яркая и импульсивная, казалась еще более безудержной. Ее движения были резкими, почти агрессивными, словно она хотела вырвать из себя всю ту злость и обиду, что накопились внутри.
Музыка Valg идеально ложилась на их настроение. Тексты, полные бунтарства и поиска себя, отзывались в каждой клеточке. Гитара резала воздух, как меч, а барабаны отбивали ритм, словно биение их собственных сердец, освобождающихся от оков прошлого.
В какой-то момент Мью поймала взгляд Сюэ. В этом взгляде не было больше боли, лишь искра азарта и абсолютного освобождения. Они улыбнулись друг другу, улыбкой, рожденной в аду переживаний, но освещенной пламенем новой надежды. Сегодня они были здесь, чтобы жить. Чтобы чувствовать. Чтобы оторваться. И Valg были их проводниками в этом безумном танце.
Transferring:Китай. База ZGDX.
Был вечер. Алый закат аккуратно превращался в белоснежную луну на покрове темной ночи.
Не так давно, окончился тренировочный матч, благодаря которому в капилочке этой команды еще одна победа.
Но в связи с временем и усталостью, ребята решили тихо собраться у телевизора и по-семейному что-то посмотреть.
-А я говорю комедию!
-Яо, не спорь. И вообще, я твой будущий родственник, не порть между нами отношения. Я за ужасы!
-Тихо, ребят, я знаю одну комедию с элементами ужастика, давайте ее и посмотрим.-предложил Жуй.
Открыв первый попавшийся сайт, там как ни странно вылезла реклама.
Реклама, но довольно не простая, а о продаже билетов на концерт популярной кей-поп группы Valg. Конец их тура будет проходить в Китае, вот и весь секрет.
В ролике пытались передать вайб и атмосферу таких мероприятий и показали как девочки поднимают всем настроение в Шарлотте.
Самым яркими так оказались Мью и Сюэ.
Многие этот момент, оставили без внимания, но многие ≠ все.
Тун Яо остановилась, нахмурившись. В голове всплыла последняя их ссора, слова, брошенные в сердцах: «Айдол – это не работа! Это бессмысленная трата времени!» Тогда она была полна гнева и разочарования из-за решения Сюэ, казавшегося ей большой глупостью. Теперь же, смотря на Сюэ, которая отрывалась на концерте, Тун Яо увидела что-то, чего раньше не замечала. Счастье. Подлинное, искреннее счастье.
Зависть кольнула ее в сердце. Не к успеху Valg, не к вниманию публики, а к свободе, которую она видела в глазах Сюэ. В ее собственной жизни, такой структурированной и посвященной киберспорту, редко находилось место для подобной безудержности.
Сомнение закралось в ее разум. Возможно, она была слишком строга к Сюэ? Возможно, она не понимала, насколько важно для нее то, чем она занимается? Не было ли ее осуждение проявлением собственной неуверенности, страха перед тем, что она упускала в жизни?
Концерт Valg стал для нее не просто зрелищем, а своего рода зеркалом. Зеркалом, отражающим ее собственные предубеждения и готовность судить, не попытавшись понять. Ей нужно было поговорить с Сюэ. Извиниться. И, возможно, даже попробовать понять, что такое быть айдолом.
___________
Постепенно, пока он смотрел, Кея захлестывало чувство вины. Он понимал, что именно он, своим предательством, отнял у нее эту улыбку. Он пытался представить себя на ее месте, пытался понять, что она чувствовала, пока музыка взрывала ее изнутри. И ему становилось невыносимо стыдно.
Кей отвернулся от экрана. Он не мог больше смотреть. Реальность безжалостно билa его по щекам. Он потерял что-то ценное, что-то настоящее. И концерт Valg в Шарлотте стал ему напоминанием о том, что он совершил непростительную ошибку.
Невозможно было не узнать ее силуэт, даже в полумраке сцены, даже сквозь зернистое качество записи.
Первой реакцией было нечто вроде раздражения. Мью, по его мнению, всегда была слишком серьезной, слишком консервативной. «Оторваться» – это не про нее. Видеть, как она прыгает в толпе, кричит что-то неразличимое, казалось, в каком-то смысле, предательством их общих воспоминаний.Только его или ее?
__________
На экране монитора замелькали стробоскопы, и вот она – Сюэ. Не та очаровательная, но немного зажатая девушка, которую он знал. А неистовая, сияющая энергия, выплескивающаяся на сцену. Смотреть на нее было больно и завораживающе одновременно.
Он вспомнил их разговоры, горячие споры о будущем Сюэ, о том, должна ли она заниматься тем, что действительно любит, или все же выбрать что-то более «практичное». Он встал на сторону Тун Яо, поддержав ее аргумент о том, что быть айдолом – это не серьезно, это мимолетное увлечение. Он считал, что поступает из лучших побуждений, пытаясь защитить Сюэ от возможных разочарований.
Но, глядя на ее лицо, светящееся счастьем, Лу Юэ понял, что ошибался. Он ошибся, пытаясь навязать ей свою картину мира, не попытавшись понять ее. Он смотрел на ее энергию, ее страсть, ее вдохновение, и понимал, что лишил ее поддержки именно тогда, когда она в ней больше всего нуждалась.
На губах Лу Юэ появилась горькая усмешка. Он боялся, что никогда не сможет исправить эту ошибку. Слова уже сказаны, мосты сожжены. И все, что ему оставалось – это смотреть на ее триумф издалека, зная, что свою роль в этом триумфе он сыграл, но ролью этой он отнюдь не гордится.