Он мой
Мариус проснулся посреди ночи от кошмара. Он был весь в холодном поту, а сердце бешено колотилось. От того, что Де загер резко сел на постель, проснулся и Лу. Младший, как сонный птенец, пытался понять, что происходит.
- Что такое? Тебе плохо? - Он посмотрел на супруга, который тяжело дышал.
- Просто сон плохой, - Мариус помотал головой, показывая, что ничего такого не произошло.
- Давай я сделаю тебе чай с успокаивающими травами, - Мило предложил юноша. - Мне не сложно.
- Ложись спать, я сам о себе позабочусь, - Гуссенс нахмурился и все равно встал.
- А я сказал, что мне нетрудно, - Блондин настаивал, а тот не смог ничего возразить.
Лу ушел на кухню, а Мариус за ним. Они старались не шуметь, потому что дома были не одни. Чайник поставлен, осталось только дождаться, когда травы заварятся. Супруги сели друг напротив друга, между ними был небольшой столик с чашками.
- Что-то случилось? - Гуссенс видел, как брюнету не по себе, он был неспокойным.
- Я пока что растерян, не могу тебе рассказать о своих переживаниях, - Парень честен с тем, кого любит.
- Ты не обязан мне ничего рассказывать, я просто могу побыть рядом. Но если ты не хочешь, то я могу оставить тебя наедине со своими мыслями, - Он боялся пересекать черту личного.
- Спасибо, я просто пока не знаю, как об этом говорить. Сейчас хочу оставить это только у себя на душе, возможно, потом буду готов поделиться этим с кем-нибудь, - Брюнет улыбнулся.
- Я всегда готов выслушать, - Лу разливал чай. - Это должно помочь уснуть.
- Спасибо за заботу, - Они оба замолчали и Де загер все же решил предложить. - Пойдем завтра на ярмарку ночью?
- Пойдем, почему бы и нет, - Спокойно соглашается Гуссенс.
Супруги не проронили больше ни слова, только изредка переглядывались. Мариус теперь вообще не знал, как себя вести. Смотрит на Лу, а в голове мысль: «Он мне нравится». И что ему делать? Официально женаты, но на деле друзья, у него есть шанс на взаимные чувства?
***
В эту ночь мало, кто спал. Вся деревня собралась на центральной площади. Играла музыка, на улице стояло куча ларьков с различными товарами. Лу и Мариус держались рядом, народ слышал о их свадьбе и многие узнавали их. Де загер молча приподнял руку, предлагая тому обхватить ее. Блондин сначала покраснел, но потом все же взял его под руку.
- Что хочешь купить? - Интересуется Гуссенс.
- Подвеску, - Коротко ответил парень. - А ты?
- Что-нибудь вкусное, - Улыбнулся голубоглазый.
Они шли рядом, уже не чувствуя сильной неловкости. Многие обращали на них свое внимание, шептались и эти слухи были не очень приятными для супруг. Одно из того, что они услышали это: «Они на свадьбе даже поцеловаться не смогли». Обоих это задело, до сир пор думали об этом случае. Ну не смогли они, что такого? Почему это всех так удивляет?
- Я пойду куплю пуноппан, - Говорит младший, указывая на ларек с булочками в виде рыбок. Мариус кивает, оставаясь около магазинчика с украшениями.
Взгляд карих глаз сразу падает на подвеску с сакурой. Это то, что всегда напоминает ему о Лу. Он сразу покупает ее и идет на выход. Тем временем у Гуссенса неприятности.
- Извините, я не знакомлюсь, - Блондин нервно сжимал рукава ханбока. Какой-то мужчина коснулся его плеча, юноша сразу отдернул его. - Я вообще-то замужем.
- Ну ничего страшного, это не помешает нам развлечься, - Мерзко произнес он.
Де загер подбегает и не думая бьет кулаком по его лицу. Лу закрывает рот от шока и отходит в сторону.
- Только я могу касаться его, ублюдок! - Кричит брюнет.
- Какая нынче молодежь пошла невоспитанная!
- Слышь ты, я его муж, а ты кусок дерьма, которое не смеет трогать его! - В нем кипела злость. - Он мой.
И плевать ему на чужие взгляды, его любимого тронули, как он может просто стоять и ничего не делать? У Гуссенса дрожали руки от происходящего, Лу испугался такого злого Мариуса. Но еще неприятнее было то, как он себя ощущал: чувство, что не смог сам постоять за себя, ранило сильнее всего. Он не девушка, которую надо защищать, но именно сейчас так себя чувствовал Гуссенс.
- Хён, пойдем домой, - Жалобно попросил младший. Свирепый взгляд мигом стал добрым. Де загер взял его руку в свою и увел их подальше от этого места.
Через несколько минут он осознал, что натворил и поспешил отпустить чужую ладонь.
- Прости, я был слишком резок, - Мариус увидел, как блестят голубые глаза от слез. - Ты плачешь?
- Нет, - Сказал он и первая слеза покатилась по его щеке. - Я не смог сам постоять за себя, даже сейчас реву, как девчонка какая-то.
- Лу, я не считаю слезы слабостью, - Брюнет достал платок из кармана и протянул юноше. - Я просто не смог сдержать эмоции, он так взбесил меня.
- Все равно мне неловко, что ты защитил меня, - Всхлипывал он. - И я сейчас стою тут перед тобой и реву, мне стыдно.
- Во-первых, мы друзья, а, во-вторых, это останется только между нами, - Кареглазый приблизил свое лицо к чужому. - Я могу тебя обнять в знак поддержки?
Все это странно для Лу, слова Мариуса особенно странные. «Только я могу касаться его» и «Он мой» отдавалось эхом в голове блондина. Он понимал, что тот так сказал, чтобы мужчина отстал. Но было приятно и юноша чувствовал себя в безопасности рядом с супругом.
- Извини, что я такой, - Младший уткнулся лицом в сильное плечо, а Де загер сразу же прижал его к себе. Гуссенс неловко положил ладони на его спину, обнимая в ответ.
- Какой, Лу?
- Ну... такой весь хрупкий, стеснительный, тихий и трусливый, - Аромат духов Мариуса успокаивал.
- Почему ты извиняешься за себя настоящего? Ты такой, какой есть и это прекрасно. Плевать на эти стандарты, что парень должен быть смелым, сильным и вся эта прочая ерунда, - Сильные руки аккуратно гладили светлые волосы.
- Но ты такой. Ты сильный, смелый, ответственный и умный, - Он заглянул в темные глаза.
- Тебе это только кажется. Да, драться умею и ругаться, как видишь - тоже. Но у меня много страхов и переживаний. Я между прочим тоже стеснительный, - Честно сказал брюнет.
- А чего боишься, например?
- Своих чувств.
- Что в них страшного, хён? - Мило спросил Лу.
- Страшно то, что я не знаю, что с ними делать. Я не думал, что буду такое испытывать, я не готов, - Гуссенс печально кивнул головой.
- Дай себе время. Возможно, все не так сложно, как ты думаешь, - Голубоглазый улыбнулся и Мариус немного успокоился.
Сейчас в его голове созревает план, как проявить свою любовь к супругу, который считает его лишь другом.